АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3000/20 

Екатеринбург

06 сентября 2023 г.

 

Дело № А76-6948/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Столяренко Г. М., Морозова Д. Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белоноговым П.А. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новый Поток» ФИО1 (далее – управляющий) и общества с ограниченной ответственностью «Строймеханизация» (далее – общество «Строймеханизация») на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу № А76-6948/2018 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

конкурсный управляющий ФИО1 (лично, предъявлен паспорт);

ФИО5 (лично, предъявлен паспорт);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Котлогазсервис» (далее – общество «Котлогазсервис») – ФИО2 (паспорт, доверенность от 21.05.2021);

представитель общества с ограниченной ответственностью НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (далее – общество НПО «ЮжУралЭнергоСервис» – ФИО3 (паспорт, доверенность от 05.09.2022 № 10).

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Строймеханизация» (далее – общество «Строймеханизация») – ФИО4 (паспорт, доверенность от 09.01.2023). 

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную жалобу общества НПО «ЮжУралЭнергоСервис») приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.03.2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Новый поток» (далее – общество «Новый поток», должник) возбуждено производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.04.2018 в отношении общества «Новый поток» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.08.2018 общество «Новый поток» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

Управляющий обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительными: 

– агентского договора от 01.08.2012, заключенного между обществом «Новый поток» и обществом «Котлогазсервис»; 

– соглашения об уступке прав требования от 03.06.2014, заключенного между обществом «Новый поток» и обществом «Котлогазсервис» (цедент), обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (цессионарий); 

– договора уступки прав требования (цессии) № 2 от 01.06.2016, заключенного между обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (цедент) и обществом «Стройторг» (цессионарий); 

– агентского договора  от 02.06.201 4№ 1, заключенного между обществом «Новый поток» и обществом «ЮжУралЭнергоСервис»; 

– договора уступки прав требования (цессии) от 01.06.2016, заключенного между обществом «Новый поток» и обществом «ЮжУралЭнергоСервис» (цедент), а также общества «Стройторг» (цессионарий);

Кроме того, управляющий просил взыскать с общества «Котлогазсервис» денежные средства в сумме 9 680 898 руб. 14 коп.; с общества НПО «ЮжУралЭнергоСервис» денежные средства в сумме 10 803 370 руб. (с учетом уточнения требований, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.05.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021, заявление управляющего удовлетворено. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 27.09.2021 определение от 05.05.2021, постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.02.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны недействительными агентский договор от 01.08.2012, соглашение об уступке прав требования от 03.06.2014, договор уступки прав требования № 2 от 01.06.2016, агентский договор № 1 от 02.06.2014, договор уступки прав требования от 01.06.2016. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении требований управляющего отказано. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, управляющий и общество «Строймеханизация» обратились в суд округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление от 06.06.2023 отменить, оставить в силе определение от 27.02.2023. 

В обоснование доводов кассационной жалобы общество «Строймеханизация» указывает, что из материалов дела следует, что сторонами агентского договора не совершено действий, присущих в условиях обычного гражданского оборота сторонам агентских отношений – принципалу и агенту, ни одна из сторон договора не требовала совершения таких действий, постольку договоры совершены лишь для вида, прикрывают иные намерения сторон притворного договора (прикрываемая сделка), договор создан лишь для введения в заблуждение иных участников оборота о характере отношений сторон и основаниях передачи денежных средств должника; отмечает, что по условиям спорных договоров предмет не конкретизирован: критерии поиска контрагентов не установлены, не указан желаемый и реальный для принципала вид и объем предполагаемых работ, не установлен регион поиска потенциальных заказчиков выполнения работ, не определено, какие именно юридические и фактические действия должен совершить агент в целях исполнения договора, не определены сроки исполнения поручения, порядок предоставления сведений о потенциальных заказчиках, найденных агентом; критерии выбора партнера для заключения договора из потенциальных заказчиков, отобранных агентом; критерии определения размера вознаграждения агента, в зависимости от результатов исполнения поручения; порядок действий сторон в ситуации, когда ни один из найденных агентом контрагентов, не устроил принципала, и ни один договор не заключен, не определен порядок возмещения принципалом расходов агента, связанных с исполнением поручения; указывает, что денежные средства в рамках договоров подряда от 10.09.2012 № 13, субподряда от 01.07.2014 № Л-28/2014 перечислены должником обществу «Котлогазсервис» и обществу «НПО «ЮжУралЭнергоСервис», тогда как доказательств осуществления работ за счёт указанных лиц отсутствуют. По мнению кассатора, агентский договор от 01.08.2012, подписанный между обществом «Новый поток» и обществом «Котлогазсервис», прикрывает отношения сторон по договору подряда №13 от 10.09.2012 года и договору №12/ТС от 07.08.2012 между обществом «Тепловые системы» (заказчик), обществом «Новый поток» (подрядчик) и договор субподряда межу обществом «Новый поток» и обществом «Котлогазсервис» (субподрядчик); агентский договор № 1 от 02.06.2014, подписанный между обществом «Новый поток» и обществом «НПО «ЮжУралЭнергоСервис», прикрывает отношения сторон по договору субподряда №Л28/2014 от 01.07.2014 между обществом «Строймеханизация» (подрядчик) и обществом «Новый поток» (субподрядчик) и по договору субподряда на проектирование строительство газовой котельной между обществом «Новый поток» (субподрядчик) и обществом «НПО «ЮжУралЭнергоСервис»; при этом, заключая договоры подряда без указания на заключение договоров именно как агентом, общество «Новый поток» приняло на себя все виды ответственности перед заказчиками, сопровождало сделку в процессе всей реализации, подписывало справки, акты, письма (перед сдачей работ должно было проверить качество выполнения работ, объём выполнения работ, соблюдение техники безопасности, утверждение схемы движения автотранспорта, обеспечение соблюдения всех норм и согласований); оспариваемые агентские договоры заключены без цели получения какого-либо дохода (фактическое выполнение подрядных работ при сумме вознаграждения агента 10 000 руб. и 200 000 руб.), не имеют экономического смысла; действия должника при исполнении оспариваемых договоров нельзя признать разумными и добросовестными, поскольку они были направлены на причинение вреда кредиторам; отмечает, что общество «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» не доказало факт выполнения работ в объеме, предусмотренном договором субподряда от 01.07.2014 № Л-28/2014, заключенным между обществом «Новый Поток» и обществом «Строймеханизация»; фактически проделанный объем работ не сопоставим с объемом работ, указанным в договоре субподряда от 01.07.2014 №Л-28/2014.  

Помимо указанного, кассатор полагает, что поведение сторон по сделкам уступки права требования нельзя признать разумным и добросовестным, поскольку право требования к обществу «Новый Поток» по соглашению об уступке права требования от 03.06.2014 было передано от общества «Котлогазсервис» новому кредитору – обществу «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» по его номинальной стоимости 2 589 101 руб. 86 коп.; при заключении соглашения об уступке права требования от 03.06.2014 стороны не могли не осознавать, что реальная стоимость уступаемого права требования существенно ниже указанной в договоре; поскольку право требования, не обладающее рыночной стоимостью в размере 2 589 101 руб. 86 коп., было уступлено по номинальной стоимости, в отношениях между обществом  «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» и обществом «Котлогазсервис» имеются признаки дарения первым последнему денежных средств в размере разницы между номинальной стоимостью и фактической стоимостью права требования к обществу «Новый Поток»; в период совершения указанной сделки общество «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» отвечало признакам неплатежеспособности, в отношении него по заявлению кредитора общества «МастерВент» в Арбитражном суде Челябинской области было возбуждено дело №А76-5439/2016 о несостоятельности (банкротстве); более того, доказательств оплаты ни по соглашению об уступке права требования от 03.06.2014, ни по договору уступки прав требования (цессии) от 01.06.2016 № 2 в дело не предоставлено.

В своей кассационной жалобу управляющий указывает, что суд апелляционной инстанции уклонился от оценки каждого из доводов заявителя и имеющихся в деле доказательств; делая ссылку на существование комплексных правоотношений агентского договора, генерального подряда и подряда между сторонами, судом не указано кто из сторон являлся подрядчиком, кто генеральным подрядчиком, а кто агентом и принципалом; отмечает, что из-за замены модели договорных отношений с подрядных модель агентских договоров, должник лишился своей прибыли, на которую вправе был рассчитывать в модели «подряд-субподряд» от перепродажи работ приобретенных у субподрядчиков и перепроданных дороже заказчикам; сумма прибыли после замены договоров подряда на агентские договоры была уступлена принципалами по договорам цессии в пользу общества «Стройторг», в результате чего появился фиктивный кредитор на сумму 7 299 993 руб. 53 коп, а должник от участия в масштабных проектах, неся ответственность за строительные площадки и иные риски «заработал» лишь агентское вознаграждение в сумме 10 тыс. и 200 тыс. руб.

Управляющий указывает, что оспариваемые агентские договоры заключены должником без цели получения какого-либо дохода (фактическое выполнение подрядных работ на суммы более 10 млн. руб. по каждому договору при сумме вознаграждения агента 10 000 руб. и 200 000 руб.) не имеют экономического смысла, то есть оспариваемые сделки совершены при отсутствии встречного предоставления по сделке; при этом, весь срок производства работ перед заказчиками подрядных работ отвечало непосредственно общество «Новый поток»; заключая договоры подряда без указания на заключение договоров именно как агентом, общество «Новый поток» приняло на себя все виды ответственности перед заказчиками, сопровождало сделку в процессе всей реализации, подписывало справки, акты, письма (перед сдачей работ должно было проверить качество выполнения работ, объём выполнения работ, соблюдение техники безопасности, утверждение схемы движения автотранспорта, обеспечение соблюдения всех норм и согласований); отсутствие экономической целесообразности или иного разумного интереса в заключении сделки для должника, совершение сделки заведомо и исключительно в интересах контрагента или третьего лица также характеризуют субъективную сторону злоупотребления правом.

Кроме того, управляющий отмечает, что до смены корпоративного контроля (30.10.2015) ФИО5 и ФИО6 придерживались схемы договора субподряда и подали иск к обществу «Строймеханизация» в рамках дела № А76-21246/2015, взыскивая с общества «Строймеханизация» вознаграждение общества «Новый поток» за выполнение функций генподрядчика; после смены корпоративного контроля (30.10.2015) ФИО5 и ФИО6, непосредственно перед назначением нового руководителя решением общества «Финанс Ресурс» ФИО7 (22.06.2016), решают заменить схему взаимодействия между юридическими лицами с двух договоров субподряда на агентский договор в пользу общества «НПО «ЮжУралЭнергоСервис», с одновременным подписанием договора цессии от 01.06.2016 между обществом «Новый поток» (должник) и обществом «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (цедент), а также общества «Стройторг» (цессионарий), в результате чего, прибыль, полученная обществом «Новый поток» как подрядчика по договору субподряда от 01.07.2017 № Л-28/2014 перешла в виде прав требования к обществу «Стройторг»; полагает, что отсутствие у принципалов по оспариваемым агентским договорам (от 01.08.2012 и от 02.06.201) намерения их исполнять и требовать их исполнения следует из поведения общества «Котлогазсевис» и общества «НПО «ЮжУралЭнергоСервис», которые на протяжении четырех и двух лет соответственно не предпринимали никаких мер по взысканию задолженности с агента общества «Новый поток» вплоть до совершения уступки в адрес общества «Стройторг», что говорит о том, что фактически общество «Котлогазсевис» и общество «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» являлись субподрядчиками общества «Новый поток» и получили полный расчет сразу после выполнения договора; судом апелляционной инстанции не учтено, что общество «ЮжУралЭнергоСеврвис» доказано выполнение лишь части работ, доказательств выполнения работ обществом «Котлогазсервис» не представлено. 

В отзыве на кассационную жалобу общество «НПО «ЮжУралЭнергоСервис»  просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округав порядке статей 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб.

1. Как следует из материалов дела, между обществом «Новый поток» (агент) и обществом «Котлогазсервис» (принципал) 01.08.2012 подписан агентский договор, согласно которому принципал поручает, а агент берет на себя обязательство совершить от своего имени, но за счет принципала юридические и иные действия, связанные с проведением подготовительных и иных работ для заключения договоров подряда на монтаж и пусконаладку газораспределительных систем и проведение этих работ.

Принципал обязуется в течение 5 дней выдать доверенность на осуществление действий, указанных в договоре.

Вознаграждение агента по договору стороны согласовывают отдельно по каждому заключаемому договору дополнительными соглашениями, которые являются неотъемлемой частью договора.

Вознаграждение уплачивается принципалом агенту после заключения агентом договора и утверждением принципалом отчета агента об исполнении поручения.

Срок действия договора определен сторонами по 31.12.2012.

Дополнительным соглашением от 03.08.2012 предусмотрено, что в случае заключения агентом договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ от своего имени, но за счет принципала с обществом с ограниченной ответственностью «Тепловые системы» на сумму 16 080 000 руб., стороны согласовывают вознаграждение Агента в сумме 10 000 руб.

Согласно отчету агента от 10.09.2012 должником совершены юридические и иные действия: заключен договор подряда от 10.09.2012 № 13 от лица агента с обществом «Тепловые системы».

Дополнительным соглашением от 10.09.2012 предусмотрено, что в случае заключения обществом «Новый поток» (агент) договора подряда (субподряда) от своего имени, но за счет общества «Котлогазсервис» (принципал) с обществом «Тепловые системы» на сумму 16 080 000 руб., общество «Новый поток» (агент) обязалось перечислить обществу «Котлогазсервис» (принципал) все денежные средства, полученные от общества «Тепловые системы» (заказчик по договору подряда), за исключением суммы своего вознаграждения.

 

Между обществом «Тепловые системы» (заказчик) и обществом «Новый поток» (подрядчик) заключен договор подряда от 10.09.2012 № 13, согласно которому заказчик поручает, а подрядчик обязуется выполнить монтажные работы по строительству подземного газопровода среднего давления от ГРС пос. Каменский до Каменского свинокомплекса в Увельском районе Челябинской области согласно выполненному обществом «Тепловые системы» проекту газопровода (шифр 934.11.11) на условиях настоящего договора. Общая сумма по договору подряда составляет 16 080 000 руб. 

В рамках договора подряда от 10.09.2012 № 13, согласно справке о стоимости выполненных работ и затрат от 28.09.2012 № 1, акту о приемке выполненных работ от 28.09.2012 № 1 были выполнены работы на сумму 5 300 000 руб.; согласно справке о стоимости выполненных работ и затрат от 17.10.2012 № 2, акту о приемке выполненных работ от 17.10.2012 № 2 были выполнены работы на сумму 6 970 000 руб.

Общая стоимость выполненных работ составила 12 270 000 руб.; подрядчиком в указанных документах формы КС-2, КС-3 значится общество «Новый поток».

Денежные средства, полученные от общества «Тепловые системы», в сумме 9 680 898 руб. 14 коп., перечислены должником в пользу общества «Котлогазсервис» на основании платежных поручений от 05.12.2012 № 863 на сумму 1 100 000 руб., от 12.11.2012 № 777 на сумму 300 000 руб., от 21.09.2012 № 589 на сумму 391 698 руб. 14 коп., от 13.09.2012 № 573 на сумму 6 189 200 руб., от 12.09.2012 № 562 на сумму 1 700 000 руб., с назначением платежа «оплата работ по агентскому договору от 01.08.2012».

 

Между обществом «Новый поток» (агент, должник) и обществом «Котлогазсервис» (принципал, цедент), а также обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (цессионарий) 03.06.2014 заключено соглашение об уступке прав требования, согласно условиям которого право требования с общества «Новый поток» денежной суммы в размере 2 589 101 руб. 86 коп. (разница между стоимостью выполненных работ по договору подряда № 13 в размере 12 270 000 руб. и суммой, перечисленной обществом «Новый поток» обществу «Котлогазсервис», в размере 9 680 898 руб. 14 коп.), а также процентов за пользование чужими денежными средствами, общество «Котлогазсервис» передало обществу НПО «ЮжУралЭнергоСервис». 

 

Между обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (цедент) и обществом «Стройторг» (цессионарий), с участием общества «Новый поток», 01.06.2016 заключен договор уступки прав требования (цессии) № 2, в соответствии с условиями которого общество НПО «ЮжУралЭнергоСервис» уступило, а общество «Стройторг» приняло право требования денежной суммы (основной долг) в размере 2 589 101 руб. 86 коп., а также процентов за пользование чужими денежными средствами с общества «Новый поток».

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 20.11.2017 по делу № А76-5004/2017 с должника в пользу кредитора общества «Стройторг» взыскано основной долг по договору уступки права требования от 01.06.2016 № 2 в размере 2 579 101 руб. 86 коп., проценты за пользование чужими средствами в размере 957 361 руб. 57 коп.; основной долг по договору уступки права требования от 01.06.2016 в сумме 3 418 189 руб. 89 коп., проценты за пользование чужими средствами в размере 330 181 руб. 16 коп. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.08.2018 по делу № А76-6948/2018 в реестр требований кредиторов должника включено требование общества «Стройторг» в том числе основной долг по договору уступки права требования от 01.06.2016 в размере 3 418 189 руб. 89 коп., проценты за пользование чужими средствами в размере 330 181 руб. 16 коп.

 

2. Между обществом «Новый поток» (агент) и обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (принципал) подписан агентский договор от 02.06.2014 № 1, согласно которому принципал поручает, а агент берет на себя обязательство совершить от своего имени, но за счет принципала юридические и иные действия, связанные с заключением договоров подряда на подготовку проектной документации и выполнение строительно-монтажных работ.

Принципал обязуется уплатить агенту вознаграждение за выполнение поручения.

Дополнительным соглашением от 27.06.2014 стороны согласовали сумму вознаграждения агента в размере 200 000 руб. 

Согласно отчету агента от 04.07.2014 агентом совершены следующие юридические действия и иные действия: заключен договор субподряда от 01.07.2014 № Л-28/2014 от лица агента, но за счет принципала с общества «Строймеханизация».

Дополнительным соглашением от 28.06.2014 стороны согласовали, что в случае заключения агентом договора подряда (субподряда) от своего имени, но за счет принципала с общества «Строймеханизация» на сумму 16 677 900 руб., агент обязуется перечислить принципалу все денежные средства, полученные от заказчика (общества «Строймеханизация») по договору подряда (субподряда), за исключением суммы своего вознаграждения, не позднее следующего дня после последнего фактического платежа заказчика (общества «Строймеханизация») по договору подряда (субподряда).

 

Между обществом «Строймеханизация» (компания) и обществом «Новый поток» (исполнитель) 01.07.2014 заключен договор субподряда № Л-28/2014, согласно которому исполнитель обязуется по заданию компании выполнить все необходимые работы по проектированию, согласованию, строительству и вводу в эксплуатацию объекта, а также по проектированию и строительству наружных сетей теплоснабжения от здания котельной до точки ввода в здание Торгово-делового комплекса «Лента» в соответствии с условиями договора, заданием компании, проектной и иной технической документацией, действующими нормативными актами, включая возможные работы, определенно в нем не упомянутые, но необходимые для выполнения работ «под ключ» на свой риск собственными силами и средствами (иждивением исполнителя).

Согласно пункту 3.4 договора субподряда стороны договорились, что к договору субподряда не применяются нормы гражданского законодательства о договорах агентирования, комиссии и поручения. 

Дополнительным соглашением от 01.10.2014 сторонами изменена стоимость работ по договору субподряда, сроки выполнения, предмет договора.

В рамках договора субподряда от 01.07.2014 № Л-28/2014 были выполнены работы на суммы 9 047 216 руб. 17 коп., 743 050 руб., 4 117 517 руб. 88 коп., 561 950 руб., что подтверждается справкой о стоимости выполненных работ и затрат от 30.11.2014 № 1, актом о приемке выполненных работ  от 30.11.2014 № 1, актом от 30.11.2014 № 19, справкой о стоимости выполненных работ и затрат от 31.03.2015 № 2, актом о приемке выполненных работ от 31.03.2015 № 2, актом от 31.03.2015 № 4; соответствующие документы подписаны от имени должника. 

Кроме того, должником у общества «Строймеханизация» принята строительная площадка на основании акта передачи строительной площадки от 01.07.2014; назначены уполномоченные лица, в том числе руководитель проекта, заместитель руководителя проекта и начальник монтажной службы (приложение № 6 к договору субподряда); должник участвовал в приемке строительной готовности фундаментов котельной (письмо от 02.10.2014 № 124), вел переписку с обществом «Строймеханизация» от своего имени (письма от 08.10.2014 № 127, от 16.10.2014 № 133, от 15.12.2014 № 161, от 04.02.2015 № 6, от 06.05.2015 № 32, от 27.07.2015 № 77), от своего имени предъявлял к приемке и оплате выполненные работы по формам КС-2, КС-3 (от 28.11.2014 № 154, от 19.03.2015 № 16, от 25.03.2015 № 19, от 06.05.2015 № 33, от 23.07.2015 № 73).

Документы подписаны от имени должника директором ФИО6, заместителем директора ФИО5 Доказательств выдачи доверенности во исполнение обязанностей по агентскому договору от 02.06.2014 № 1 в материалы дела не представлено. 

Денежные средства, полученные должником от общества «Строймеханизация» в сумме 10 803 370 руб., перечислены в адрес общества НПО «ЮжУралЭнергоСервис» со ссылкой на спорный агентский договор от 02.06.2014 № 1, что следует из платежных поручений от 24.07.2014 № 720 на сумму 5 003 370 руб., от 16.09.2014 № 853 на сумму 2 700 000 руб., от 11.12.2014 № 103 на сумму 3 100 000 руб.

 

Впоследствии между обществом «Новый поток» (агент, должник) и обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (принципал, цедент), а также обществом «Стройторг» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) от 01.06.2016, в соответствии с условиями которого общество НПО «ЮжУралЭнергоСервис» (цедент) уступило, а общество «Стройторг» (цессионарий) приняло право требования денежной суммы (основной долг) в размере 3 418 189 руб. 89 коп., а также процентов за пользование чужими денежными средствами с общества «Новый поток».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.08.2018 по делу № А76-6948/2018 в реестр требований кредиторов должника включено требование общества «Стройторг» в том числе основной долг по договору уступки права требования от 01.06.2016 в размере 3 418 189 руб. 89 коп., проценты за пользование чужими средствами в размере 330 181 руб. 16 коп.

 

Определением арбитражного суда от 15.03.2018 признано обоснованным заявление общества «Строймеханизация» о признании общества «Новый поток» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Определением арбитражного суда от 27.04.2018 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение.

Решением арбитражного суда от 27.08.2018 общество «Новый поток» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий ФИО1 сослался на то, что между сторонами отсутствовали правоотношения по оспариваемым договорам, указанные сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вследствие чего оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными по основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

При первом рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций, признавая агентские договоры притворными сделками, исходили из того, что сторонами договоров не совершено действий, которые в условиях обычного гражданского оборота совершаются сторонами агентских отношений, ни одна из сторон договоров не требовала совершения таких действий, договоры совершены лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, лишь для создания фиктивной задолженности, сделки совершены с целью причинения вреда добросовестным кредиторам, при этом характер и условия прикрываемых сделок (подрядных) сторонами не раскрыты, в связи с чем не подлежат оценке.

Суд округа, отменяя данные судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, указал, что в предмет исследования по настоящему спору входило не только установление несоответствия воли сторон при подписании агентских договоров их фактическим намерениям, что установили суды, но и выявление их реальной (скрытой) воли с целью оценки прикрываемой сделки. При этом правовым последствием признания сделки притворной является именно раскрытие реальной сделки и ее оценка путем применения относящихся к ней правил.

Однако вопреки положениям пункта 2 статьи 170 ГК РФ и соответствующим разъяснениям по применению данной нормы суды не установили характер скрываемых правоотношений и не дали оценку доводам ответчиков о том, что ими для выполнения подрядных работ привлекались субподрядчики, арендовалась техника, не дали оценку представленным ими доказательствам, в том числе договорам, актам, счетам-фактурам, платежным поручениям; вывод судов о том, что посредством заключения агентских договоров из владения должника выведены денежные средства, полученные от заказчика работ, судами не мотивированы; фактически суды исходили из того, что ответчиками не представлены иные договоры по рассматриваемым правоотношениям, составленные на бумажном носителе и скрытые от конкурсного управляющего, а значит, условия сделок установить невозможно.

Суд округа также указал, что судами не было не принято во внимание то, что в хозяйственном обороте стороны свободны в заключении договоров и формировании их условий, поэтому само по себе оформление правоотношений не по нормам о подряде, а по правилам агентского договора еще не влечет ничтожности сделки; поскольку оспаривание происходит в рамках дела о банкротстве, оно должно быть направлено, в первую очередь, на защиту нарушенных прав кредиторов должника; однако убыточность сделок судами не установлена, так как не определен вклад должника в выполнение работ и его роль в правоотношениях; в то же время, если арбитражный суд считает агентские договоры притворными сделками, то он обязан по имеющимся в деле доказательствам дать квалификацию прикрываемой сделке.

При этом суд округа отметил, что поскольку, по мнению конкурсного управляющего как заявителя по настоящему обособленному спору, под агентскими договорами скрыты подрядные правоотношения, в которых должник выступал подрядчиком, именно конкурсный управляющий обязан доказать, что работы для обществ «Тепловые системы» и «Строймеханизация» выполнены силами и средствами должника, в то время как таких доказательств в материалах дела не имеется, а доказательства, представленные обществами «Котлогазсервис» и «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» в подтверждение выполнения подрядных работ ими, суды не оценивали, признав их не относящимися к агентским правоотношениям. Поскольку выполнение подрядных работ сопровождается составлением множества документов и может быть доказано не только прямыми доказательствами, но и необходимой совокупностью косвенных, в связи с этим суд округа отметил недостаточным для доказывания факта выполнения работ должником только подписания от его лица с заказчиком актов формы КС-2 и справок формы КС-3; подписание данных документов не исключает привлечение должником субподрядных организаций.

Кроме того, суд округа обратил внимание, что конкурсный управляющий должен представить доказательства нарушения оспариваемыми сделками прав кредиторов должника, поскольку ссылается на это в своем заявлении; мажоритарным кредитором по делу о банкротстве должника является заявитель – общество «Строймеханизация» с размером требований более 50 млн. руб., однако данные требования возникли из договора займа от 13.09.2016, в то время как оспариваемые договоры совершены в 2012 и 2014 годы.

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из того, что агентские договоры являются притворными, совершены лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера взаимоотношений сторон по подряду (субподряду) с целью перераспределить доходы должника от выполненных подрядных работ в пользу иных лиц.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор, отменил определение суда первой инстанции, в удовлетворении заявленных требований отказал, не усмотрев основания для квалификации оспариваемых договоров в качестве сделки, направленной на причинение вреда кредиторам и совершенной при злоупотреблении правом, при этом суд апелляционной инстанции руководствовался следующим. 

Оспариваемые конкурсным управляющим агентские договоры совершены 01.08.2012, 02.06.2014, то есть более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве должника (15.03.2018). Данные сделки могут быть оспорены только по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена; так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 ГК РФ, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (например, по статье 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По своей правовой природе злоупотребление правом – это всегда нарушение требований закона, в связи, с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Судебной практикой выработаны определенные критерии, применяемые для квалификации сделок в качестве взаимосвязанных, к которым, в частности, относятся: преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок (абзац первый пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

По смыслу приведенных разъяснений, взаимосвязанными могут быть признаны такие сделки, которыми опосредуется ряд хозяйственных операций, направленных на достижение одной общей (генеральной) экономической цели.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления № 25 даны разъяснения о том, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 88 постановления № 25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

При исследовании отношений, связанных с привлечением должником к выполнению работ и фактическим выполнением работ на объекте обществами «Котлогазсевис» и НПО «ЮжУралЭнергоСервис», судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства. 

Общество «Тепловые системы» разработало проект «Подводящий газопровод к откормочному корпусам свинокомплекса Каменский Шифр 934.11.11, который передан обществу «Котлогазсевис» от общества «Тепловые сети» и запущен в производство работ 12.09.2012 по акту приема-передачи проектной документации.

Общество «Котлогазсевис» утвердило схему сварных работ с указанием характеристики труб, подлежащих монтажу, стыков, а также сварщиков, которым получено выполнение работ. Указанные сварщики (ФИО8, ФИО9) являлись сотрудниками общества «Котлогазсевис» и вошли в сформированную рабочую бригаду под руководством Ковальчука А.А. (руководитель общества) и направлены в пос. Каменский Увельского района Челябинской области с 11.09.2012 (приказ от 10.09.2012 № 14) для выполнения работ.

Обществом «Котлогазсевис» в целях выполнения указанных работ заключен договор аренды № 120 от 12.09.2012 самоходной строительной техники с обществом с ограниченной ответственностью «Уральская машина»; общество также осуществило покупку трубы ПЭ100, заправку ГСМ, указанные операции отражены в книге продаж, по ним исчислен и уплачен налог; ссылки на договор от 01.08.2012 года содержаться в платежных документах – платежные поручения от 12.09.2012 № 652, от 13.09.2012 № 573, от 21.09.2012 № 589, от 12.11.2012 № 777, от 05.12.2012 № 863.

Судом апелляционной инстанции также приняты во внимание пояснения представителя общества «Котлогазсевис», которые согласуются с пояснениями ФИО5, об отсутствии у должника общества «Новый поток» на момент выполнения спорных сварочных работ необходимых допусков на их проведение (получены 23.11.2012), в связи с чем такие работы могли быть выполнены исключительно обществом «Котлогазсервис»; последнее также ссылалось в своих пояснениях на протоколы Центральной лаборатории закрытого акционерного общества Концерн «Уралгазстрой» о проверке сварных стыков газопровода, из которых следует, что работы выполнены именно обществом «Котлогазсервис»; доказательств иного не имеется.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в подтверждение факта выполнения работ обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» представлены акт № 6/194-05-14-К-ТМ от декабря 2014 года, заявление в Ростехнадзор № Л69-12 от 15.01.2015 о проведении осмотра и выдачи разрешения на допуск в эксплуатацию котельной, разрешение Ростехнадзора № А-27-Ч-696 от 27.02.2015, акт приемки законченного строительством объекта от 28.05.2015, разрешение Ростехнадзора № Р-27-ч-2478 от 16.06.2015. Документы подписаны ФИО10 (руководитель проекта) и ФИО11 (проектировщиком), являвшимися сотрудниками общества НПО «ЮжУралЭнергоСервис».  

Помимо этого, судом апелляционной инстанции установлено, что в целях исполнения обязательств перед обществом «Строймеханизация» обществом НПО «ЮжУралЭнергоСервис» был заключен ряд договоров с привлеченными лицами:

– договор подряда от 26.12.2014 № 1/12 с обществом с ограниченной ответственностью «Стройкомплекс» на выполнение комплекса работ по огнезащите объекта, 

– договор субподряда от 10.10.2014 № 37/12-14 с обществом с ограниченной ответственностью «СК «Дорожник» на выполнение работ по изготовлению и монтажу металлоконструкций, 

– договор от 13.04.2015 № 24 с обществом с ограниченной ответственностью «Спецпромбезопасность» на выполнение работ по монтажу пожарной сигнализации, 

– договор от 17.10.2014 № 11 с обществом с ограниченной ответственностью «Техмонтажсервис» на выполнение работ по монтажу сэндвич-панелей, 

– договор от 27.11.2014 № 73 с обществом с ограниченной ответственностью «Сервиспластплюс» на изготовление и монтаж изделий ПВХ, 

– договор от 11.05.2015 с обществом с ограниченной ответственностью «А-Элит клининг» на выполнение работ по послеремонтной уборке, 

– договор от 18.11.2014 № 24 с обществом с ограниченной ответственностью «Панстрой» на выполнение работ по монтажу монолитного перекрытия кровли котельной, 

– договор от 25.12.2014 № 26 с обществом с ограниченной ответственностью «Панстрой» на выполнение работ по монтажу монолитного пола и крыльца котельной, 

– договор от 29.12.2014 № 34-Ч-14 с обществом с ограниченной ответственностью «Технохолдинг» на выполнение работ по устройству мягкой кровли котельной, 

– договор № 118-14 от 10.12.2014 с обществом с ограниченной ответственностью «Фирма «Уют» на выполнение работ по монтажу дверей котельной. 

Указанные правоотношения отражены в книгах продаж и покупок, налоговых декларациях общества НПО «ЮжУралЭнергоСервис».

При этом, оценивая представленные должником документы, в том числе договор субподряда от 01.07.2014 № Л-28/2014, акты о приемке выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ и затрат, документы о приемке строительной площадки на основании акта передачи строительной площадки от 01.07.2014, участии должника в приемке строительной готовности фундаментов котельной, переписку должника с обществом «Строймеханизация» от своего имени, суд апелляционной инстанции не признал их достаточными для вывода о том, что спорные строительно-монтажные и проектировочные работы, стоимость которых была оплачена заказчиками обществами «Тепловые системы» и «Строймеханизация», не были выполнены обществами «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» и «Котлогазсевис», а равным образом не установил оснований для вывода о том, что работы были выполнены исключительно силами должника, в связи с чем апелляционный суд пришел к выводу о том, что как должник, так и общества НПО «ЮжУралЭнергоСервис» и «Котлогазсевис», а также иные лица (общества «Тепловые системы» и «Строймеханизация»), принимали участие в выполнении работ при реализации указанные выше проектов.

В связи с изложенным, исходя из положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ, суд апелляционной инстанции квалифицировал указанные выше правоотношения должника сложносоставными отношениями, включающими элементы как агентского договора, так и договоров генерального подряда и подряда.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, основываясь на совокупности установленных по делу обстоятельств, суд апелляционной инстанции признал, что управляющим не доказано наличие совокупности оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по мотиву их прикрывающей природы, в том числе наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, обстоятельства, указывающие на наличие в действиях вовлеченных в спорные отношения лиц признаков злоупотребления правом исключительно в ущерб кредиторам должника, на основании чего отказал в удовлетворении заявленного требования.

При этом суд апелляционной инстанции фактически исходил из того, что в ординарных условиях выполнение подрядных работ сопровождается составлением множества документов, опосредуется значительным количеством хозяйственных операций и вовлеченных в процесс фактического исполнения договора лиц и может быть доказано не только прямыми доказательствами (как-то акты выполненных работ и справки о стоимости), но и необходимой совокупностью косвенных доказательств.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции исходил из того, что представленные конкурсным управляющим акты ф. КС-2 и справки КС-3, в которых в качестве подрядчика фигурирует общество «Новый поток», без каких-либо иных документов, обычно сопутствующих выполнению работ, и свидетельствующих о привлечении и использовании должником ресурсов (трудовых, материальных, финансовых), использовании специальной техники, приобретении необходимых материалов, наличии фактических затрат на исполнение договора – не является безусловным основанием для вывода о том, что работы в действительности были выполнены именно обществом «Новый поток», при том, что стороны при заключении агентских договоров допускали их заключение от имени должника, предполагая, что работы фактически будут выполняться принципалами (обществами «Котлогазсевис» и НПО «ЮжУралЭнергоСервис»); бывший руководитель должника давал в судах нижестоящих инстанций пояснения о причинах привлечения указанных выше обществ к выполнению подрядных работ, мотивированные недостаточностью ресурсов у должника в связи с занятостью на иных проектах (т. 6 л.д. 98).

Напротив, оценка совокупности представленных ответчиками обществами «Котлогазсевис» и НПО «ЮжУралЭнергоСервис» документов, сопровождавших выполнение ими работ для обществ «Тепловые системы» и «Строймеханизация», включая назначение ответственных лиц – работников обществ «Котлогазсевис» и НПО «ЮжУралЭнергоСервис», привлечение ими субподрядных организаций, приобретение материалов, участие в приемке законченного строительством объекта, указание в документах о приемке (акт рабочей комиссии о приемке оборудования, разрешение на допуск в эксплуатацию энергоустановки, акт приемки законченного строительством объекта) на ответчиков как на непосредственных исполнителей работ – убедила суд апелляционной инстанции, что указанные лица действительно выполняли работы для обществ «Тепловые системы» и «Строймеханизация», при этом, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, управляющий не доказал, что фактически выполненные ответчиками объемы работ не эквиваленты заявленным в актах выполненных работ и не соответствуют рыночным условиям.  

Установив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции не выявил достаточных оснований для вывода о ничтожности оспариваемых сделок и, как следствие, отказал в удовлетворении требований. 

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным конкретным фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права. 

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции учтено, что суд округа при первом рассмотрении спора, отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, указал на то, что поскольку именно, по мнению конкурсного управляющего, как заявителя по настоящему обособленному спору, под агентскими договорами скрыты подрядные правоотношения, в которых должник выступал подрядчиком, именно на нем лежала обязанность доказать, что работы для обществ «Тепловые системы» и «Строймеханизация» выполнены силами и средствами должника, а судам надлежало исследовать всю совокупность правоотношений между сторонами, сопутствующих выполнению подрядных работ.

Поскольку разрешение спора производится судом путем сопоставления и анализа представленных сторонами доказательств, то на результат рассмотрения дела влияет процессуальное поведение сторон, каждая из которых вправе либо активно доказывать свои доводы и возражения, представляя суду доказательства их обоснованности, либо, заняв пассивную позицию, ограничиться общим непризнанием правильности позиции оппонента. В последнем случае сторона принимает на себя риски наступления негативных последствий собственного процессуального бездействия в силу норм части 2 статьи 9 АПК РФ, поскольку добровольно отказывается от доказывания тех обстоятельств, на которых базируется ее позиция.

В ходе рассмотрения спора в судах первой и апелляционной инстанций ответчики, будучи активными участниками сложившихся отношений с должником, представили в материалы дела всю имеющуюся в их распоряжении документацию по исполнению спорных как агентских договоров, так и договоров подряда и субподряда, в том числе подтверждающие выполнение работ по строительству подземного газопровода для обществ «Тепловые системы» силами и средствами общества «Котлогазсервис», так и выполнение проектировочных работ и строительно-монтажных работ в отношении наружных сетей теплоснабжения для общества «Строймеханизации» силами и средствами общества «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» за счет ресурсов ответчиков, с учетом в том числе давности этих отношений (2012 – 2014 г.г.); суд апелляционной инстанции признал, что тем самым ответчики фактически выполнили возложенное на них бремя доказывания и раскрытия обстоятельств, связанных с выполнением соответствующего объема работ именно силами обществ «Котлогазсевис» и НПО «ЮжУралЭнергоСервис», в связи с чем бремя опровержения данных обстоятельств перешло на заявителя.

Вместе с тем, исходя из отсутствия достаточной совокупности хотя бы косвенных доказательств, подтверждающих выполнение работ именно должником, от своего имени и в своем интересе, не признавая в качестве таковых лишь акты ф. КС-2 и справки ф. КС-3; исходя из того, что в ходе выполнения подрядных работ составляется значительное количество документов, как внутренних, так и о привлечении внешних исполнителей, а потому фактическое выполнение работ может быть доказано не только прямыми доказательствами, но и необходимой совокупностью косвенных;  заключив, что представленные ответчиками доказательства в их совокупности обладают признаками относимости, допустимости и достаточности для признания их относящимся к спорным правоотношениям и подтверждающим реальность выполнения проектных и строительно-монтажных работ со стороны ответчиков без фактического участия должника в процессе исполнения подрядных обязательств; отметив, что фактически должник являлся промежуточным звеном в отношениях между обществом «Котлгазсервис» и обществом «Тепловые системы»,  также в отношениях между обществом «НПО «ЮжУралЭнергоСервис» и обществом «Строймеханизации», выполняя в том числе функции агента, действующего в интересах принципалов, при этом подписание должником с заказчиком актов формы КС-2 и справок формы КС-3 не исключает привлечение должником субподрядных организаций, в связи с чем суд апелляционной инстанции признал, что в рассматриваемом случае конкурсным управляющим не доказано, что соответствующий объем работ, на стоимость которых претендует должник, были выполнены должником, а не ответчиками, что должнику не было возмещено то, на что он мог бы рассчитывать в случае действительного выполнения работ своими силами, соответственно, не была доказана вся совокупность условий, позволяющих признать спорные сделки недействительным по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, заключив, что оспариваемые договоры не причинили вреда имущественным правам кредиторов, ввиду чего констатировал, что отсутствуют основания для удовлетворения требований управляющего.  

Вопреки доводам кассационной жалобы, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что в хозяйственном обороте стороны свободны в заключении договоров и формировании их условий, поэтому само по себе оформление правоотношений не по нормам о подряде, а по правилам агентского договора еще не влечет ничтожности сделки. Оспаривание договора должно иметь целью защиту и восстановление нарушенных прав; однако в данном случае из материалов дела убыточность сделок судом апелляционной инстанции не установлена, исходя из отсутствия доказательств вклада должника в выполнение работ и его роль в правоотношениях.

Все аргументы заявителей кассационных жалоб были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, при этом иное толкование положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого дела не свидетельствуют о нарушении судом норм права, а потому не опровергают правильность выводов апелляционного суда.

Постановление суда апелляционной инстанции соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу № А76-6948/2018 Арбитражного суда Челябинской области оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новый Поток» ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Строймеханизация» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Г.М. Столяренко 

 

                                                                                              Д.Н. Морозов