﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-16275/2019

г. Краснодар

14 августа 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2020 г.

	Постановление в полном объеме изготовлено 14 августа 2020 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний "Русагро"» (ИНН 7728278043, ОГРН 1037728005028) – Воронцова А.В. (доверенность от 25.05.2020), от кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Капитал Факторинг» (ИНН – Бухарина Д.А. (доверенность от 26.07.2019), от уполномоченного органа – Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю – Кочмар Р.М. (доверенность от 26.02.2020), в отсутствие конкурсного управляющего должника – акционерного общества «Масложиркомбинат "Армавирский"» (ИНН 2302016730, ОГРН 1022300634806) – Мучаева Сергея Станиславовича, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний "Русагро"» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2020 по делу № А32-16275/2019, установил следующее.

ООО «Группа Компаний "Русагро"» (далее – ООО «ГК "Русагро"», кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании АО «Масложиркомбинат "Армавирский"» (далее – должник) несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и включении 608 052 тыс. рублей (600 млн рублей – основной долг, 8 052 тыс. рублей – проценты за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018) в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр). 

Решением суда от 04.10.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство. Требования ООО «ГК "Русагро"» в сумме 608 052 тыс. рублей включены в третью очередь реестра.

Постановлением апелляционного суда от 07.03.2020 решение от 04.10.2019 в части признания требования заявителя обоснованным и включения задолженности в реестр отменено; в удовлетворении требований в указанной части отказано. Судебный акт мотивирован наличием обстоятельств, очевидно подтверждающих фактическую аффилированность должника как участника ГК «Солнечные продукты» и ООО «ГК "Русагро"» как участника ГК «Русагро», а также направленность их действий на осуществление контролируемого банкротства в интересах ООО «ГК "Русагро"» и в ущерб иным независимым кредиторам. Мотивированные доводы, поясняющие целесообразность для заявителя сделки по приобретению долговых обязательств группы компаний на общую сумму более 34 млрд рублей, в материалы дела не представлены. Учитывая отрицательную финансовую динамику, действия по приобретению долга АО «МЖК Армавирский"» являются необоснованными.

В кассационной жалобе ООО «ГК "Русагро"» просит отменить постановление апелляционной инстанции, оставить в силе решение от 04.10.2019. Заявитель ссылается на отсутствие с его стороны факта выдачи компенсационного финансирования должнику. На момент обращения ООО «ГК "Русагро"» должник задолженность не погасил, кредитный долг в размере 608 052 тыс. рублей, обязанность по возврату которого наступила 10.12.2018, не возвратил. Очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих. ООО «ГК "Русагро"» не было известно о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса, которое требовало предоставления компенсационного финансирования. ООО «ГК "Русагро"» не может быть признано лицом, заинтересованным в предоставлении компенсационного финансирования, исходя из значения и целей этого финансирования, определяемых в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор). Кредитор представил доказательства существования собственных экономических причин приобретения прав (требований) у банка к должнику. Апелляционный суд не применил статью 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Выводы суда о фактической и юридической аффилированности не соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. В постановлении от 07.03.2020 не указано, какое правовое значение для рассмотрения данного спора имеет вхождение ООО «Солнечные продукты» в состав холдинга «Солнечные продукты». ООО «ГК "Русагро"» не входило в органы управления должника или состав его акционеров ни до принятия решения о ликвидации, ни после. Целью приобретения ООО «ГК "Русагро"» права требования у банка к должнику было не участие в получении прибыли от финансов-хозяйственной деятельности должника и компаний-заемщиков, а получение процентов за пользование кредитными средствами (они установлены в размере 11% годовых). В судебном акте не указано, какие действия ООО «ГК "Русагро"» могут привести или привели к освобождению должника от иной задолженности.

В отзывах на кассационную жалобу Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 13 по Краснодарскому краю и ООО «Капитал Факторинг» просят оставить без изменения постановление апелляционного суда от 07.03.2020.

В судебном заседании объявлялся перерыв. Представитель ООО «ГК "Русагро"» повторил доводы кассационной жалобы. Представители уполномоченного органа и                ООО «Капитал Факторинг» высказались против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление апелляционного суда от 07.03.2020 надлежит отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции от 04.10.2019.

Как видно из материалов дела, 10.08.2017 АО «Российский Сельскохозяйственный банк» (банк) и ООО «Торговый дом "Солнечные продукты"» (заемщик) заключен договор № 175200/0232 об открытии кредитной линии с установлением лимита задолженности в сумме 600 млн рублей и процентной ставки (плата за пользование кредитом) в размере 8,03% годовых (в редакции дополнительного соглашения от 27.04.2018 № 7); окончательный срок возврата кредита –  27.12.2027 (в редакции дополнительного соглашения № 7). График оплаты начисленных процентов – не позднее последнего рабочего дня календарного месяца, в котором оканчивается процентный период, за который уплачиваются проценты, а за последний процентный период – в дату окончания начисления процентов. 

10 августа 2017 года между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» (банк) и ООО «Солнечные продукты» (должник) заключен договор № 175200/0232-8/27 поручительства юридического лица (договор поручительства), по условиям которого ООО «Торговый дом "Солнечные продукты"» и АО «МЖК "Армавирский"» отвечают перед банком солидарно. 31.10.2018 между банком и заемщиком заключено дополнительное соглашение от 31.10.2018 № 175200/0232DS9 к договору, по условиям которого проценты за пользование кредитом, начисленные и не уплаченные за период с 01.10.2018 по 31.10.2018, в сумме 4 092 тыс. рублей уплачиваются не позднее 30.11.2018. 

29 ноября 2018 года банк и ООО «ГК "Русагро"» заключили договор № 18/52/7 уступки прав (требований), по условиям которого права (требования) по договору на дату заключения договора уступки перешли в полном объеме к заявителю, в том числе и права (требования) по договору поручительства в отношении должника. 

7 декабря 2018 года кредитор обратился к должнику с требованием о досрочном возврате суммы кредита по причине нарушения сроков платежей. 

Сославшись на неисполнение должником обязательства по погашению кредитных платежей, ООО «ГК "Русагро"» обратилось с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника и включении кредитной задолженности в реестр.

Апелляционный суд, отказывая в удовлетворении заявления ООО «Группа Компаний "Русагро"» о включении в реестр 608 052 тыс. рублей задолженности, исходил из следующего. Вступившими в законную силу судебными актами – постановлениями Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 по делу № А57-5604/2019, от 21.01.2020 по делу № А57-6120/2019, от 23.01.2020 по делу № А57-7692/2019, от 23.01.2020 по делу № А57-5604/2019, от 23.01.2020 по делу № А57-5716/2019, установлено, что ООО «Солнечные продукты» входит в состав холдинга «Солнечные продукты». Согласно сайту http://www.solpro.ru/ в состав холдинга «Солнечные продукты» входят: ООО «Волжский терминал», АО «Жировой комбинат», АО «Новосибирский жировой комбинат», АО «Аткарский МЭЗ», ОАО «МЖК "Армавирский"», АО «Элеваторхолдинг», АО «Агротранс», АО «Холдинг "Солнечные продукты», АО «Солнечные продукты – Масло», ООО «Торговый Дом "Солнечные Продукты"», ООО «Солнечные продукты». Все компании холдинга «Солнечные продукты» управляются через несколько лиц, а именно ООО «Ж.К.», ООО «М.Э.З.», ООО «Э.Х.». Участником ООО «Солнечные продукты» является ООО «М.Э.З.». Единственным участником ООО «Ж.К.» и ООО «М.Э.З.» является Частная компания с ограниченной ответственностью КВАРТЛИНК ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД (QUARTLINK HOLDING LIMITED). Таким образом, компания КВАРТЛИНК ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД является конечным участником должника и других компаний холдинга «Солнечные продукты». Согласно выписке из реестра Кипра в период с 31.07.2018 до 03.10.2019 единственным акционером QUARTLINK HOLDING LIMITED являлась компания SOLPRO INVESTMENTS LTD. Согласно выписке из реестра Кипра 03.10.2018 (в период объявления Группой «Русагро» о приобретении права на покупку контрольного пакета акций) акционером QUARTLINK HOLDING LIMITED стала компания WORTHWELL LIMITED, которая приобрела 1020 из 1200 акций, что составило 85% акций (1020/1200=0,85). Владельцем 180 акций (15%) осталась компания SOLPRO INVESTMENTS LTD. Группа «Русагро» 05.10.2018 на своем сайте (https://www.rusagrogroup.ru/) объявила о приобретении ROS AGRO PLC права на покупку контрольного пакета акций компании Quartlink Holding Limited, владеющей холдингом «Солнечные продукты». В холдинг входят следующие активы: три масложировых комбината (г. Москва, г. Саратов, г. Новосибирск), которые производят 500 тыс. тонн готовой продукции в год; три маслоэкстракционных завода (г. Аткарск, г. Армавир, г. Балаково) общей мощностью 4 700 тонн маслосемян в сутки. Компания РОС АГРО владеет контрольным пакетом акции АО «Группа Русагро» – единственного участника заявителя по делу, ООО «Группа компаний "Русагро"». На основании изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о наличии обстоятельств, очевидно подтверждающих фактическую аффилированность должника как участника ГК «Солнечные продукты» и ООО «ГК "Русагро"» как участника ГК «РУСАГРО», а также направленность их действий на осуществление контролируемого банкротства в интересах ООО «ГК "Русагро"» и в ущерб иным независимым кредиторам. Суд указал, что уступка банком ООО «ГК "Русагро"» в полном объеме права (требование) осуществлена в отношении задолженности группы компаний в составе холдинга «Солнечные продукты». Общая стоимость уступленного права составляет 34 710 446 063 рубля. 12.03.2019 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление ООО «ГК "Русагро"» как правопреемника первоначального кредитора – АО «Россельхозбанк» о признании ООО «Солнечные продукты» – основного заемщика по кредитному договору от 10.08.2017 № 175200/0232 несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника; включении в реестр требования в размере 608 052 тыс. рублей (600 млн рублей – основной долг и 8 052 тыс. рублей – проценты за пользование кредитом) за период с 01.10.2018 по 30.11.2018 (дело № А57-5604/2019). Решением Арбитражного суда Саратовской области от 30.07.2019 требования ООО «ГК "Русагро"» признаны обоснованными, должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурное производство. Определением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 решение суда первой инстанции отменено в части признания обоснованными и включении в реестр требований кредиторов должника требований, вытекающих вследствие неисполнения обязательств по кредитному договору от 10.08.2017 № 175200/0232. Апелляционный суд указал на фактическую аффилированностью участников сделки, наличие умысла по приобретению кредитных долгов, входящих в единую группу компаний перед банком в целях его трансформации во внутригрупповую задолженность. 

С заявлением о признании должника банкротом ООО «ГК "Русагро"» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края 10.04.2019, то есть менее чем спустя 6 месяцев с даты заключения между банком и заемщиком дополнительного соглашения от 31.10.2018 № 175200/0232DS9 об установлении даты оплаты 4 092 тыс. рублей процентов по кредиту и заключения договора цессии. В материалы дела представлены сведения о том, что в ЕГРЮЛ внесена запись о принятии единственным участником решения о добровольной ликвидации АО «МЖК "Армавирский"» и назначении ликвидатора Ковалева Андрея Андреевича. После заключения договора уступки права требования (29.11.2018) какие-либо выплаты как по отношению к заявителю, так и иным независимым кредиторам должника не производились. В условиях банкротства заемщика экономически необоснованное поручительство по обязательствам должника, предоставление такого финансирования от аффилированного лица посредством заемного механизма (погашения за него кредита), при отсутствии какой-либо экономической целесообразности, свидетельствующей о действительном характере заемных отношений, не может привести к возникновению денежных обязательств, так как указанные требования представляют собой корпоративные правоотношения, а предъявление таких требования является злоупотреблением правом. Мотивированные доводы, поясняющие целесообразность для заявителя сделки по приобретению долговых обязательств группы компаний на общую сумму более 34 млрд рублей в материалы дела не представлены. 

Между тем апелляционный суд не учел следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно правилу пункта 2.1 статьи 225 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов ликвидируемого должника в деле о банкротстве составляется в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

По правилам статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в процедуре конкурсного производства в порядке, предусмотренном в статье 100 названного закона. Кредиторы направляют свои требования в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов (пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве).

С учетом разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100  Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В рассмотренном случае между должником и кредитором возникли взаимные права и обязанности, вытекающие из правоотношений по договору цессии; договор цессии соответствует требованиям ГК РФ и содержит все существенные условия, предусмотренные для данного вида договоров; не оспорен и не признан недействительным судом. Реальность кредитного долга также не опровергнута.

Уступка права требования (цессия) представляет собой способ перехода прав кредитора к другому лицу (глава 24 ГК РФ). В пунктах 1 и 2 статьи 382 ГК РФ установлено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона; для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

В соответствии со статьей 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем. Согласно статье 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 51 постановления от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (далее –  постановление № 42), кредитор имеет право на установление его требований как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя (в том числе, если поручитель несет субсидиарную ответственность), а при наличии нескольких поручителей – и в деле о банкротстве каждого из них.

Суд первой инстанции принял решение об обоснованности требований ООО «ГК "Русагро"» в размере 608 052 тыс. рублей и включении их в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Суд исходил из факта реального предоставления банком денежных средств заемщику по договору об открытии кредитной линии, а также доказанностью размера непогашенной задолженности. В связи с неисполнением обязательств заемщиком у АО «Масложиркомбинат "Армавирский"» (поручителя) наступила обязанность погасить задолженность заемщика по указанному кредиту. Так, в соответствии с представленной в дело копией договора поручительства АО «Масложиркомбинат  "Армавирский"» (поручитель) обязуется отвечать в полном объеме перед кредитором (банком) за исполнение заемщиком (должником) своих обязательств по соответствующему договору об открытии кредитной линии. Поручительство обеспечивает исполнение должником обязательств по возврату кредита (основного долга), уплате процентов за пользование кредитом, уплате комиссий и неустоек (пеней и/или штрафов), возмещению расходов кредитора по взысканию задолженности должника. Поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно.

Установлено, что сумма задолженности по кредитному договору, обеспеченная поручительством АО «Масложиркомбинат "Армавирский"», составила 608 052 тыс. рублей, из них: основной долг – 600 млн рублей, проценты – 8 052 тыс. рублей. Реальность выдачи АО «Россельхозбанк» кредитных средств подтверждена.

Доказательств погашения должником, а также поручителем задолженности по вышеназванному кредитному договору в материалы дела не представлено.

Отказ во включении требований ООО «ГК "Русагро"» в реестр требований кредиторов, которое основано на реальных кредитных обязательствах должника, возникших 10.08.2017 в период до приобретения контроля ГК «"Русагро"» над группой (05.10.2018), в которую входит должник, приведет к безосновательному освобождению должника от обязательств по возврату реально полученных кредитных средств.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Ситуации отказа во включении в реестр или субординации требований (при фиктивности обязательства, при дофинансировании в условиях кризиса при предоставлении денег из имущественной сферы группы компаний (куда входят и должник, и кредитор) – направлены на недопущение включения в третью очередь реестра и удовлетворения наравне с внешними кредиторами требований лица, контролировавшего должника (его имущественную сферу) либо имевшего возможность оказывать влияние на должника (его имущественную сферу). При этом само по себе приобретение требования по договору цессии аффилированным по отношению к должнику лицом не свидетельствует о докапитализации в условиях, когда такой кредитор не является непосредственно лицом, входящим в органы управления должника, а какие либо иные доказательства использования выкупа задолженности вместо механизма увеличения уставного капитала не представлены.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования. Для констатации злоупотреблений при заключении договора уступки прав требования, влекущей отказ во включении требования в реестр, должны быть приведены достаточно веские аргументы о значительном отклонении поведения контролирующего должника лица от стандартов разумного и добросовестного осуществления своих гражданских прав, направленность их действий на явный ущерб кредиторам должника. К их числу, например, могут быть отнесены участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов должника; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали, и т.п. Отличием данных спорных правоотношений является то, что приобретение статуса контролирующего по отношению к должнику лица и статус мажоритарного кредитора состоялось практически одновременно: права требования к должнику у мажоритарного кредитора (АО «Россельхозбанк») выкуплены непосредственно после приобретения контроля ГК «Русагро» над группами компаний, в которую входят должники. Поскольку обязательства должника перед кредиторами, потенциально подлежащими включению в реестр и подлежащие удовлетворению в процедуре конкурсного производства, в том числе кредитные обязательства перед АО «Россельхозбанк», уступленные ООО «ГК "Русагро"», возникли в период до приобретения контроля ГК «Русагро» над группой, в которую входят должники, оснований для понижения очередности требований ООО «ГК "Русагро"» к должникам применительно к правовым позициям, нашедшим отражение в Обзоре, не имеется.

Ключевые характеристики и фактические обстоятельства, сложившиеся между ООО «ГК "Русагро"» и должником, которые позволяли бы квалифицировать покупку кредитором прав (требований) у АО «Россельхозбанк» компенсационным финансированием, отсутствуют.

ООО «ГК "Русагро"» не было известно о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса, которое требовало предоставления компенсационного финансирования. ООО «ГК "Русагро"» не может быть признано лицом, заинтересованным в предоставлении компенсационного финансирования, исходя из значения и целей этого (финансирования, определяемых в Обзоре) (со стороны ООО «ГК "Русагро"» какие-либо факты воздействия на должника, повлекшие и приведшие его к несостоятельности, не установлены (отсутствуют), а доказательств обратного не предоставлено.

ООО «ГК "Русагро"» не имело намерения компенсировать результаты длительного, неэффективного управления должником.

ООО ООО «ГК "Русагро"» предоставило доказательства существования собственных разумных экономических причин приобретения прав (требований) у АО «Россельхозбанк» к должнику. Как указывает ООО «ГК "Русагро"», целью приобретения права требования у банка к должнику было не участие в получении прибыли от финансово-хозяйственной деятельности должника и компаний-заемщиков, а получение процентов за пользование кредитными средствами в размере 11% годовых.

Взаимоотношения, сложившиеся между ООО «ГК "Русагро"» и АО «Россельхозбанк» по покупке прав (требований) нельзя квалифицировать как компенсационное финансирование, предоставляемое должнику, так как для последнего не наступили характерные для компенсационного финансирования последствия (освобождение от задолженности, снижение % ставок по кредитам, не востребование задолженности ООО «ГК "Русагро"» в соответствии с условиями обязательства). Напротив, как видно из материалов дела, ООО «ГК "Русагро"» приступило к истребованию задолженности при первом же нарушении должником сроков исполнения обязательств по уплате процентов (установлены в размере 11% годовых), то есть фактически не использовало такие формы компенсационного финансирования, рассматриваемые Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее – Обзор), как отказ                             от истребования займа в соответствии с условиями обязательства и продление срока возврата займа.

Ключевые характеристики и фактические обстоятельства, сложившиеся между ООО «ГК "Русагро"» и должником, которые позволяли бы квалифицировать покупку кредитором прав (требований) у АО «Россельхозбанк» компенсационным финансированием, отсутствуют. Как установил суд первой инстанции, ООО «ГК "Русагро"» не было известно о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса, которое требовало предоставления компенсационного финансирования.  

Доказательств того, что действия ООО «ГК "Русагро"» по истребованию просроченной задолженности являются несвойственными и не типичными для обычного участника гражданского оборота, защищающего свои права и законные интересы, а также того, что эти действия направлены на создание искусственной задолженности в целях контроля над процедурой банкротства, в материалы дела не представлено.

Таким образом, указанные выше обстоятельства доказывают отсутствие со стороны ООО «ГК "Русагро"» факта выдачи компенсационного финансирования должнику, что соотносится с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в Обзоре, и является самостоятельным основанием для включения требований в реестр требований кредиторов должника.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 ГК РФ»).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание, что положения Закона о банкротстве не содержат указания на наличие у мажоритарного кредитора, одновременно являющегося участником должника, обязанности воздержаться от заявления требования о введении в отношении должника процедуры банкротства при наличии к тому объективных оснований. Напротив, абзац 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязывает лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 настоящей статьи, а статья 61.12 Закона о банкротстве устанавливается субсидиарную ответственность за неисполнение этой обязанности.

Материалами дела подтверждается, что ООО «ГК "Русагро"» не входило в органы управления должника или состав акционеров должника. В материалах данного дела отсутствуют доказательства того, что с даты заключения договора цессии по дату принятия решения о начале процедуры ликвидации должника состав органов управления должника или состав акционеров должника изменялся.

По смыслу норм пункта 1 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Между тем обстоятельств, подтвержденных достаточными и убедительными доказательствами, наличия у ООО «ГК "Русагро"» умысла на недобросовестное осуществление прав с целью причинения вреда независимым кредиторам, не установлено.

Суд кассационной инстанции учел судебную практику по спорам с аналогичными обстоятельствами с участием тех же сторон (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 22.05.2020 по делу № А57-7692/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23.06.2020 по делу № А57-6120/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23.06.2020 по делу                                   № А57-10966/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.06.2020 по делу № А57-7692/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа                        от 07.07.2020 по делу № А57-5604/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 10.07.2020 по делу № А57-5716/2019 в отношении основных должников                          АО «Элеваторхолдинг», ООО «Торговый Дом "Солнечные продукты"», АО «Аткарский МЭЗ», ООО «Волжский терминал», ООО «Солнечные продукты»).

Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 по делу № А57-5604/2019, на которое сослался апелляционный суд в своем постановлении, отменено постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.07.2020. Суд кассационной инстанции оставил в силе решение Арбитражного суда Саратовской области от 19.08.2019, которым ООО «Солнечные продукты» признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемый должник; требования ООО «ГК "Русагро"» в размере 608 052 тыс. рублей признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что у суда апелляционной инстанции при таких обстоятельствах не имелось оснований для отмены решения суда первой инстанции в соответствующей части. 

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений. Судом первой инстанции при рассмотрении заявления правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованы представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, и сделаны обоснованные выводы, соответствующие фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основанные на правильном применении норм права. Необходимость установления новых обстоятельств по делу отсутствует, поэтому суд кассационной инстанции считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, постановление апелляционного суда от 07.03.2020 отменить, решение суда первой инстанции от 04.10.2019 оставить в силе.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2020 по делу № А32-16275/2019 отменить. Оставить в силе решение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2019 по данному делу.

	Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий						                 С.М. Илюшников

Судьи										     Е.В. Андреева   

	  И.М. Денека