ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-120748/2017

10 июня 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 10 июня 2019 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Савиной О.Н.,  

судей  Михайловой Л.В., Зверевой Е.А.

при участии в заседании:

от ООО «БЕРГЕН» – представитель ФИО1 (доверенность от 27.05.2019), 

от ООО «Стройгазконсалтинг» - представитель ФИО2 (доверенность от 22.08.2018),

рассмотрев 03.06.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «БЕРГЕН» 

на определение от 23.01.2019

Арбитражного суда города Москвы

принятое судьей Сафроновой А.А.,

на постановление от 02.04.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Вигдорчиком Д.Г., Назаровой С.А., Комаровым А.А.,

по заявлению о включении в реестр требований кредиторов требования ООО «Стройгазконсалтинг» в сумме 2 511 784 681 руб. 35 коп – основной долг,                299 285 688 руб. 79 коп. – штрафные санкции,

в рамках дела о признании ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» несостоятельным (банкротом) 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2017 возбуждено производство по заявлению ООО «Торговый дом «Русмет-Урал» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» (далее – должник; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), поступившее в Арбитражный суд города Москвы 03.07.2017 (согласно штампа канцелярии), возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2018 г. (дата объявления резолютивной части) в отношении должника ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3 (ИНН 

<

***>; адрес для направления корреспонденции: 121352, 

<

...>), являющаяся членом ААУ «ГАРАНТИЯ» (

<

...>), о чем в газете «Коммерсантъ» от 23.06.2018 № 108 опубликовано сообщение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2019 включены требования ООО «Стройгазконсалтинг» в размере 2 511 784 681 руб. 35 коп. основного долга в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «СГК-Трубопроводстрой-4», в размере 299 285 688 руб. 79 коп. штрафные санкции - в третью очередь отдельно с удовлетворением после погашения основной задолженности и причитающихся процентов.

 Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2019 определение Арбитражного суда Московской области от 23.01.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «БЕРГЕН» - без удовлетворения. 

Не согласившись с названными судебными актами, ООО «БЕРГЕН»  обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просило отменить принятые по делу судебные акты, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывал, что судами не в полном объёме дана оценка обстоятельствам дела, в частности, не были истребованы доказательства реальности поставки товаров, оказания услуг, факта арендных отношений, реальности прав требования по действительным договорам, не дана оценка доводам об аффилированности, а также доводам о порядке проведения процедуры банкротства, путём влияния на ход данной процедуры посредством аффилированных кредиторов.

В отзыве на кассационную жалобу временный управляющий ООО «Стройгазконсалтинг» просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы, оставить судебные акты без изменения.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ООО «Берген» поддержал доводы кассационной жалобы. Представитель ООО «Стройгазконсалтинг» возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке ст. 284 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежаще.

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу, что определение суда и постановление суда подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в обоснование заявление ООО «Стройгазконсалтинг» указало, что задолженность ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» перед ООО «Стройгазконсалтинг» в заявленном размере возникла в результате неисполнения должником обязательств из: договора поставки от 16.10.2012 № СГК-12-1173, договора от 25.06.2015 № СГК-15-175/02, договора от 26.06.2015 № СГК15/176/02, договора от 25.06.2015 № СГК-15-175/03, договора от 01.02.2012 № СГК12-174/28, договора от 25.06.2015 № СГК-15-175/01, договора от 20.04.2012 № СГК12-525, договора от 01.11.2011 № СГК-11-1274/10, договора подряда от 01.01.2012 № СГК-12-002/98, договора от 30.04.2012 № СГК-12-577/7-1, договора оказания услуг от 11.01.2017 № СГК-17-11/04, договора уступки права требования от 21.07.2017 № СГк-17-178/09, соглашения об уступки прав (требований) от 11.12.2017, договора цессии № 1 от 22.03.2018 № 1-18-Ц-СГКМ/18, договора № СГК-18-90/05 уступки права требования от 20.04.2018 г., договора от 01.01.2013 № СГК-13-01/234 субаренды основных средств.

В подтверждение наличия задолженности в сумме 2 511 784 681 руб. 35 коп. – основной долг, 299 285 688 руб. 79 коп. – штрафные санкции  в материалы дела были представлены: договоры, на основании которых у ООО «Стройгазконсалтинг» возникло право требования к ООО «СГК-Трубопроводстрой-4», а именно: договор от 01.11.2011 СГК-11-1274/10, договор  от 01.02.2012 № СГК-12-174/28, договор от 20.04.2012 № СГК-12-525, договор поставки № СГК-12-1173 от 16.10.2012, договор № СГК-13-01/234 от 01.01.2013 субаренды основных средств договор № СГК-15-175/02 от 25.06.2015, договор от 26.06.2015 № СГК-15/176/02, договор № СГК-15-175/03 от 25.06.2015, договор от 25.06.2015 № СГК-15-175/01, договор подряда от 01.01.2012 № СГК-12-002/98, договор № СГК-12-577/7-1 от 30.04.2012, договор оказания услуг № СГК-17-11/04 от 11.01.2017, договор уступки права требования № СГК-17-178/09 от 21.07.2017, соглашение об уступке прав (требований) от 11.12.2017, договор цессии № Ы8Ц-СГКМ/18 от 22.03.2018, акт приема-передачи прав требования № 9/УПТ/СГК-ТПС-4 в соответствии агентским договором № СГК-17-143/03 от 08.06.2017, договор              № СГК-18-90/05 уступки права требования от 20.04.2018.

Ко указанным договорам были приложены документы первичного бухгалтерского учета, в т.ч.: платежные поручения, подтверждающие перечисление денежных средств на расчетный счет должника, акты по форме КС-2, справки по форме КС-3, подтверждающие выполнение работ по договорам подряда, акты оказания услуг, товарные накладные и иные документы первичного бухгалтерского учета, подтверждающие права требования к должнику в заявленном размере.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались ст. 65 АПК РФ, ст.ст. 309-310 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 6 ст. 16, ст. 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также исходили из того, что представленные в материалы дела документы подтверждают, что взаимоотношения сторон носят длящийся характер: с 2011 года между должником и ООО «Стройгазконсалтинг» были заключены гражданско-правовые договоры (поставки, подряда, аренды).

Суд округа находит указанные выводы суда, сделанными без установления и исследования в совокупности всех собранных по делу доказательств по следующим основаниям.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, суда следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношение которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющие обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, раскрыть доказательства перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Согласно п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Так, судами отклонены возражения кредитора ООО «БЕРГЕН», требования которого включены в реестр, о наличии аффилированности кредитора и должника, и ряда иных кредиторов, заявивших требования о включении в реестр, и необходимости применения повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве.

Между тем, как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих Определениях, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому, в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Указанным объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, т.е. установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

В рассматриваемом случае наличие долга подтверждалось договорами, товарными накладными, платежными поручениями, справками КС-2, КС-3 и т.д. С точки зрения обычного общеискового процесса, названных документов было вполне достаточно для взыскания долга. Однако, возражая против требования ООО «Стройгазконсалтинг», заявитель жалобы отмечал, что предъявленный к включению долг не отвечает свойству реальности, при этом должник, кредитор и иные кредиторы, в тот же период заявившие свои требования к должнику (ООО «Стройгазконсалтинг-Север», ООО «Ямалмеханизация», ООО «Заполярпромгражданстрой») являются аффилированными по составу участников, конечным бенефициарам; должник и кредитор в определенные периоды также имели совпадение по составу участников.

В данном случае судами не учтено, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991  № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По смыслу п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В пункте 13 Обзора судебной практики № 4(2017) Верховный Суд Российской Федерации указал, что не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Так, заявитель жалобы указывает, что им были в суд заявлены ходатайства об истребовании из ФНС по месту нахождения лиц сведений о составе участников должника, кредитора и иных кредиторов за период деятельности (как изменялся состав, в т.ч. на даты совершения сделок и в преддверии банкротства). Данные сведения были истребованы судом, но еще до получения ответов, суд рассмотрел требование по существу. Между тем заявитель самостоятельно лишен возможности запросить такие сведения, в то время, как кредитор - ООО «Стройгазконсалтинг» и должник добровольно такие сведения не представляют.

Доказательств в опровержение доводов независимого кредитора об отсутствии аффилированности участников рассматриваемых взаимоотношений, кредитором не представлено.

Так, в Определении ВС РФ от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629 отмечено, что в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы по поводу того, что именно указанным ими образом выстраивались отношения внутри группы, контролируемой одним и тем же лицом, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального набора документов (текста договора и платежных поручений) в подтверждение реальности отношений. Он должен с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения самой заемной сделки, но и оснований дальнейшего внутригруппового перенаправления денежных потоков, подтвердить, что движение средств соотносится с реальными хозяйственными отношениями, операции обусловленные разумными экономическими или иными причинами. Нежелание аффилированного кредитора представить дополнительные доказательства, находящиеся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, в силу статьей 9 и 65 АПК РФ должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты, а действия, связанные с временным зачислением таким аффилированным лицом средств на счета должника, подлежат квалификации по правилам ст. 170 ГК РФ.

Как указал заявитель жалобы, в данном случае, по его ходатайству судом первой инстанции также сбыли истребованы выписки банка по счетам должника, с целью проверки реального наличия неоплаченной задолженности, между тем, судом также рассмотрено требований по существу, до получения соответствующих сведений.

В рассматриваемом случае наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Как обращал внимание Верховный Суд Российской Федерации, если утверждение возражающего кредитора (ООО «БЕРГЕН») об аффилированности соответствует действительности, к требованию общества (ООО «Стройгазконсалтинг») должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в т.ч. повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 ст. 10 ГК РФ, абзац четвертый п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами не был надлежащим образом исследован вопрос о наличии/отсутствии признаков аффилированности между кредитором и должником, надлежащая оценка доводам кредитора не была дана.

С учётом повышенного стандарта доказывания, предъявляемого к требованиям о включении в реестр требований кредиторов должника, в случаях, когда имеет место сомнение в отсутствии факта аффилированности кредитора и должника, такой довод подлежит проверке судом на предмет его обоснованности. Однако, представленные заявителем настоящей кассационной жалобы возражения не получили надлежащей оценки судов.

Кроме того, судами не была дана надлежащая оценка доводам о том, что заключенные между кредитором и должником сделки, не имели фактической цели их исполнения в соответствии с определенными в договоре хозяйственными целями заключенных соглашений.

Так, судами не был исследован и истребован необходимый объём доказательств, позволяющий устранить сомнения в формальности заявленных требований, а также отсутствия признаков корпоративной сделки, или цели контроля над последующей процедурой банкротства. 

Так, кредитором не были представлены в материалы дела исчерпывающие доказательства, подтверждающие фактическое совершение заключенных сделок, в частности, товарно-транспортные накладные, а также иные доказательства.

В частности, в отношении договора суды поставки, отметили, что представленными доказательствами подтверждается реальность факта поставки товара на заявленную сумму.

Между тем, как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, факт поставки, особенно, в случае наличия возражений независимых кредиторов, не может быть подтвержден только представлением договора и счетов-фактур и товарных накладных, также необходимо выяснять, каким образом производилась поставка, возможность поставки товара в определенном объеме, наличие товара у продавца, его происхождение, оприходование.

Как пояснил представитель ООО «Стройгазконсалтинг» в суде кассационной инстанции товарно-транспортные документы в полном объеме не представлялись.

В отношении договора подряда, ООО «Стройгазконсалтинг» пояснило, то задолженность возникла, в связи с тем, что должником не были в полном объеме выполнены строительные работы, в связи с чем возникла необходимость привлечения сторонних организаций для завершения работ, между тем доказательств привлечения иных подрядчиков и несения дополнительных затрат также не представлено.

В части договоров аренды не устанавливалась реальность предоставления должнику помещений и их фактическое использование; не проверялась действительность прав требования, уступленных кредитору, в т.ч. после возбуждения дела о банкротстве заявителем по делу.

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства и представленные в их обосновании доказательства не были предметом оценки судов.

Учитывая, что судебные акты приняты при неполном выяснении обстоятельств аффилированности кредитора и должника, а также фактическое исполнение кредитором обязательств, предусмотренных заключенными договорами, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции, определение суда первой инстанции от 23.01.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 02.04.2019 подлежат отмене, с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть приведенные выше обстоятельства, а также правовую позицию, изложенную в определениях Верховного Суда Российской Федерации, с учётом установленных обстоятельств дать оценку заявленным доводам ООО «БЕРГЕН».

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ООО «БЕРГЕН» и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2019 по делу  № А40-120748/2017 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судьяО.Н. Савина  

Судьи:Е.А. Зверева

Л.В. Михайлова