ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-104946/2021

18 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     12 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Пивцаева Е.И.,

судей  Семиглазова В.А., Слобожаниной В.Б.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:  

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 01.02.2022;

от ответчиков: 1) представитель ФИО3 по доверенности от 13.12.2022; 2) представитель ФИО3 по доверенности от 29.12.2022;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36284/2022) общества с ограниченной ответственностью "Лендар" на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.10.2022 по делу № А56-104946/2021(судья  Горбатовская О.В.), принятое 

 

по иску общества с ограниченной ответственностью "Лендар"

к  1) ФИО4; 

2) ФИО5 

о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании убытков, 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью  "Лендар" (ИНН 

<

***>, далее – истец, ООО "Лендар") обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО4 (далее – ответчик№1), ФИО5 (далее – ответчик №2) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Прямые поставки» (ОГРН 

<

***>; далее – ООО «Прямые поставки», Общество), взыскании 2 007 506 руб. 54 коп. убытков.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.10.2022 по делу № А56-104946/2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, ООО "Лендар" подало апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

 В обоснование доводов жалобы её податель полагает, что непредставление Обществом налоговой и бухгалтерской отчетности в налоговый орган свидетельствует о недобросовестном поведении контролирующих Общество лиц.

 По мнению подателя жалобы, доведение ответчиками Общества до состояния когда оно не отвечает признакам действующего юридического лица, может свидетельствовать о намеренном прекращении деятельности Общества в обход установленной законодательством процедуры ликвидации.

Ссылаясь на Постановление Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО6", истец полагает, что поскольку ответчиками не было дано пояснений относительно не исполнения Обществом своих договорных обязательств, бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается на ответчиков.

Кроме того, в обоснование своей правовой позиции, ООО "Лендар" также указывает на то, что имеется вступивший в законную силу приговор суда, который устанавливает недобросовестное поведение ФИО4

По мнению заявителя, действия (бездействие) ответчиков по номинальной продаже Общества, повлекшей исключение Общества из ЕГРЮЛ в административном порядке, а также действия по распоряжению денежными средствами, поступившими от истца по своему усмотрению, без принятия мер по исполнению обязательств перед истцом, являются недобросовестными, что является основанием для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности в силу положений п. 3.1. ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы на апелляционную жалобу, в соответствии с которыми ответчики просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. ФИО4 и ФИО5 отмечают, что в случае установления судом апелляционной инстанции в действиях ответчиков недобросовестного поведения, просят применить срок исковой давности, который считают пропущенным.

В судебном заседании 12.01.2023 представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ответчиков против удовлетворения жалобы возражал, считает решение суда законным и обоснованным и не подлежащим отмене.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением единственного учредителя ФИО4 от 04.04.2017 № 1 создано ООО «Прямые поставки»; на должность генерального директора назначена ФИО5.

На основании заявления от 21.12.2017 о принятии в ООО «Прямые поставки» путем внесения дополнительного вклада Компания «Квида Групп Лтд.» принята в состав участников ООО «Прямые поставки». Решением единственного учредителя ФИО4 от 24.12.2017 № 2 увеличен уставный капитал                    ООО «Прямые поставки» за счет принятия вклада третьего лица.

11.02.2018 ФИО4 заявил о выходе из состава участников ООО «Прямые поставки», о чем составлено заявление от 11.02.2018, удостоверенное ФИО7, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО8

Решением от 19.02.2018 № 3 единственного участника  ООО «Прямые поставки» Компании «Квида Групп Лтд.» прекращены полномочия генерального директора ФИО5; на должность генерального директора назначен ФИО9.

Вступившим в законную силу постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2021 по делу № А56-34269/2020 с ООО «Прямые поставки» в пользу ООО "Лендар" взыскано 1 989 506 руб. 54 коп. основного долга, 15 000 руб. расходов на оплату государственной пошлины за подачу иска и 3000 руб. расходов на оплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы. При рассмотрении дела № А56-34269/2020 установлено, что между ООО «Прямые поставки» (поставщиком) и ООО «Лендар» (покупателем) 01.06.2017 заключен договор поставки № ППЛД01, согласно которому поставщик обязался передать покупателю товар. Спецификацию (артикул, наименование и количество) товара стороны согласовали в приложении №2 к договору; ООО «Лендар» оплатило товар на сумму 6.666.671 руб. 49 коп., при этом ООО «Прямые поставки» поставило товар на сумму 4.677.164 руб. 95 коп; задолженность ООО «Прямые поставки» составила 1 989 506 руб. 54 коп.

16.08.2021 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о прекращении деятельности юридического лица (ООО «Прямые поставки») в связи с исключением из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее –  Закон № 129-ФЗ).

ООО «Лендар», ссылаясь на наличие у ООО «Прямые поставки» перед ним непогашенной задолженности, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, отказал в удовлетворении исковых требований.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчиков, проверив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае, если лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда), по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу пункта 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ (пункт 2 статьи 64.2 ГК РФ).

Как установлено пунктом 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом N 129-ФЗ для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, из изложенного следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и(или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Указанная правовая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285.

По мнению истца, в результате недобросовестных или неразумных действий (бездействия) ответчиков обязательства перед истцом не были исполнены, поэтому ответчики должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 58 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Вопреки доводам апелляционной жалобы, бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в рассматриваемом случае на истца.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления № 62 истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и тому подобное) и представить соответствующие доказательства.

Для вывода о возникновении у ответчиков обязательств по возмещению убытков по иску необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершения ответчиками виновных противоправных действий (бездействия), в том числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства Обществом, возникновение у истца убытков и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами. 

В то же время в рассматриваемом случае истцом вопреки своим доводам и части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено в материалы дела каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности действий ответчиков, повлекших неисполнение обязательств должника перед истцом.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - постановление Пленума N 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчиков в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Требуется, чтобы неразумные и(или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства. Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980 и др.

Физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными доказательствами, сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против контролирующего должника лица, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наличие у Общества непогашенной задолженности перед истцом само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков как контролирующих Общество лиц в неуплате указанного долга, а также свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

При этом, как указано ранее, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с приведенной нормой.

При этом неисполнение руководителем юридического лица обязанности представлять отчетность в налоговый орган само по себе не находится в причинно-следственной связи с неисполнением гражданско-правового обязательства юридического лица перед кредитором, а также не является достаточным основанием для квалификации поведения лица, имеющего возможность определять действия юридического лица, как неразумного или недобросовестного применительно к исполнению обязательств перед третьими лицами.

Решение МИФНС №15 о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ принято 26.04.2021.

Доказательств, свидетельствующих о совершении именно ответчиками действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации Общества либо влияния на процедуру исключения Общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа в материалы дела не представлено, какие-либо процедуры банкротства в отношении Общества не применялись, в то время как кредитору юридического лица статьей 53.1 ГК РФ не предоставлено право требовать с ответчиков возмещения убытков как с контролирующих должника лиц (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.05.2021 N 4-КГ21-15-К1).

Вместе с тем, судом первой инстанции верно установлено, что ФИО4 на момент исключения ООО «Прямые поставки» из ЕГРЮЛ (16.08.2021) не являлся участником указанного общества, в связи с выходом из общества, о чем составлено заявление от 11.02.2018, удостоверенное ФИО7, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО8

Полномочия ФИО5 как генерального директора                  ООО «Прямые поставки» также прекращены в феврале 2018 года.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы истца носят предположительный характер и не подтверждаются материалами дела. 

Ссылка подателя жалобы на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П не свидетельствует о нарушении судом норм права. Указанное постановление разъясняет конституционно-правовой смысл положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

Как следует из абзаца 2 пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации N 20-П, само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

Таким образом, выводы суда первой инстанции не противоречат указанному постановлению Конституционного Суда Российской Федерации.

Довод подателя жалобы о том, что имеется приговор суда вступивший в законную силу, в соответствии с которым поведение ФИО4 признано недобросовестным, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку приговор приведенный истцом в обоснование указанного довода преюдициального значения для рассматриваемого спора не имеет, так как вынесен судом относительно неуплаты ответчиком таможенных платежей и никак не связан с задолженность Общества перед истцом.

Доводы подателя жалобы относительно того, что внутри корпорации осуществляются противоправные действия, не свидетельствуют о стремлении ответчиков уклонить от исполнения обязанности перед истцом. Более того, внутрикорпоративные вопросы не касаются контрагента Общества и не могут быть каким-либо образом оспорены.

 При указанные выше обстоятельствах дела, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем, нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 10.10.2022  по делу №  А56-104946/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.И. Пивцаев

Судьи

 

В.А. Семиглазов

 В.Б. Слобожанина