Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А59-4301/2017

г. Владивосток

13 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 августа 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 13 августа 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Т.В. Рева, судей К.П. Засорина, К.А. Сухецкой, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную  

жалобу финансового управляющего ФИО1, апелляционное производство № 05АП-3357/2025  

на определение от 27.05.2025 судьи Н.Н. Поповой 

по делу № А59-4301/2017 Арбитражного суда Сахалинской области по заявлению финансового управляющего ФИО1  

о взыскании с ФИО2 стоимости совместно нажитого имущества,  

в рамках дела по заявлению акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом),  

лица, участвующие в деле, не явились, 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Сахалинской области от 14.09.2017 принято к производству заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - Банк) о признании ФИО3 (далее – должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве должника.  

Определением суда от 18.07.2018 (резолютивная часть от 11.07.2018) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО4.  

Решением суда от 03.12.2018 (резолютивная часть от 26.11.2018) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4  

Определением суда от 29.03.2021 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.  

Определением суда от 19.05.2021 (резолютивная часть) финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий, заявитель, апеллянт).  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 18.11.2024 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО2 (далее - бывшая супруга должника) стоимости совместно нажитого имущества, приходящегося на долю бывшей супруги должника, а именно:  

1. 140 925 руб. - 50% кадастровой стоимости земельного участка с кадастровым номером 65:03:0000019:12 расположенного по адресу: 

<

...> (далее – земельный участок);  

2. 682 500 руб. – 50% стоимости автомобиля MITSUBISHI FUSO, 1994 года выпуска, государственный номер 

<

***>, изготовитель ТС MITSUBISHI (Япония) (далее – транспортное средство, автомобиль).  

Определением суда от 27.05.2025 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить полностью и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме. Обосновывая апелляционную жалобу, финансовый управляющий указал, что отчуждение земельного участка состоялось непосредственно в преддверии банкротства должника (сделка дарения 01.09.2017, заявление о банкротстве направлено в суд 07.09.2017). Обратил внимание суда на то, что первоначальная и все последующие сделки по отчуждению спорного земельного участка заключались между аффилированными лицами: брачный договор между супругами (01.09.2017), договор дарения земельного участка между бывшей супругой должника и ее отцом (01.09.2017), договор купли-продажи земельного участка между отцом и сыном (09.08.2022). Указанное, по мнению апеллянта, свидетельствует о выводе ликвидного, семейного актива из конкурсной массы должника. Ссылаясь на брачный договор, заключенный супругами 01.07.2017, финансовый управляющий указал, что спорное имущество не перестало являться общей собственностью супругов (бывших супругов), что не исключает применение положений пункта 7 статьи 213.26 Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закон о банкротстве) о реализации находящего в общей собственности имущества супругов в деле о банкротстве. Также указал на то, что изменение режима общей собственности супругов не влечет исключение из конкурсной массы должника долей в праве общей долевой собственности, приходящихся на него. Отметил, что солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью, следовательно, срок исковой давности по требованию, относящемуся к земельному участку, не пропущен. Отметил, что стоимость земельного участка определена на основании кадастровой стоимости, которая стремится к рыночной стоимости в связи с тем, что от данной стоимости рассчитываются налоги и иные обязательные отчисления.  

В отношении транспортного средства апеллянт указал, что автомобиль реализован на основании договора купли-продажи от 01.10.2021 ФИО5 по цене 10 000 руб., при этом согласно расписке за автомобиль покупатель оплатил 1 365 000 руб., следовательно, 50% от покупной стоимости подлежит взысканию с бывшей супруги в пользу должника. Поскольку финансовый управляющий узнал о реализации совместно нажитого имущества 07.12.2022 из ответа ГИБДД, который поступил в суд 15.12.2022, что срок исковой давности по данному требованию не пропущен.  

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 06.08.2025.  

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и  

процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения, исходя из следующего.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, должник и ФИО2 в период с 27.09.2003 до 31.01.2020 состояли в браке.  

В период брака супругами приобретено указанное выше имущество: земельный участок и автомобиль, зарегистрированные на имя ФИО2 25.06.2010 и 25.07.2014 соответственно, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости и сведениями федеральной информационной системы ГИБДД МВД России.  

В дальнейшем между супругами ФИО3 и ФИО2 01.09.2017 заключен брачный договор серия 65АА № 0690213 (далее – брачный договор), нотариально удостоверенный, согласно которому супругами в период брака было нажито имущество, в том числе земельный участок и автомобиль, зарегистрированные на имя ФИО2 (пункт 1). По условиям пункта 2 брачного договора супруги договорились, что имущество, приобретенное в период брака, перестает быть их общим совместным имуществом; имущество, принадлежащее каждому из супругов до момента заключения данного договора, а также имущество, приобретенное одним из супругов после заключения настоящего договора любым способом (в том числе квартиры и другая недвижимость, автомобили, иные ценные вещи), будут являться личной собственностью того супруга, на кого это имущество оформлено, даже в случае, если за счет имущества и труда другого супруга были произведены вложения, значительно увеличившие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и др.).  

По договору дарения от 01.09.2017 ФИО2 подарила земельный участок ФИО6 (далее – договор дарения), который по договору купли-продажи недвижимости от 09.08.2022 продал земельный участок ФИО7 за 200 000 руб. (далее – договор купли-продажи от 09.08.2022).  

По договору купли-продажи от 01.10.2021 ФИО2 продала автомобиль ФИО5 (далее – договор купли-продажи от 01.10.2021). По условиям данного договора стоимость транспортного средства составила 10 000 руб., при этом, как указал финансовый управляющий со ссылкой на представленную в дело расписку от 08.10.2021, покупатель уплатил по договору также 1 355 000 руб.  

Полагая, что бывшая супруга должника обязана передать в конкурсную массу должника половину стоимости земельного участка и автомобиля, что составляет соответственно 140 925 руб. (исходя из кадастровой стоимости земельного участка по состоянию на 24.10.2022 в размере 281 850 руб.) и 682 500 руб. (исходя из уплаченной по договору купли-продажи от 09.08.2022 и расписке суммы в размере 1 365 000 руб.), финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. В обоснование требования заявитель сослался на злоупотребление правом при заключении брачного договора, на разъяснения, изложенные в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», далее – Постановление № 48), исходя из которых кредиторы, обязательства перед которыми возникли до заключения брачного договора, изменением режимов имущества супругов не связаны.  

Возражая по требованию финансового управляющего, ФИО2 в суде первой инстанции, в том числе заявила о пропуске заявителем срока исковой давности.  

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве, который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона о банкротстве, часть 1 статьи 223 АПК РФ).  

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 данной статьи.  

Исходя из пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 Постановления № 48).  

По правилам пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (пункт 2 статьи 34 СК РФ). Законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности, который может быть изменен брачным договором (пункт 1 статьи 33 СК РФ).  

С учетом приведенных норм права, конкурсную массу должника составляет имущество гражданина, в том числе, находящееся в совместной собственности с супругом (бывшим супругом), имеющееся на дату принятия решения суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина. Данное имущество подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества.  

Статьей 46 СК РФ предусмотрены специальные гарантии прав кредиторов супругов, согласно которой соглашение о разделе имущества, являясь двусторонней сделкой, связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 Постановления № 48, на которые ссылается заявитель, если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества. Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.  

По смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. При уклонении супруга от передачи полученного финансовый управляющий вправе требовать отобрания этого имущества у супруга применительно к правилам пункта 3 статьи 308.3 ГК РФ. Соответствующее требование рассматривается в деле о банкротстве должника. В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника).  

Разъяснения, приведенные в настоящем пункте, подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.  

Исходя из указанной финансовым управляющим в заявлении и в апелляционной жалобе позиции, его требование о взыскании с бывшей супруги должника половины стоимости земельного участка основано на том, что отчуждение данного имущества состоялось в преддверии банкротства должника (брачный договор от 01.09.2017,  

заявление о банкротстве направлено в суд 07.09.2017), при этом названная и все последующие сделки по отчуждению земельного участка заключены между аффилированными лицами: брачный договор между супругами, договор дарения от 01.09.2017 между бывшей супругой должника и ее отцом, договор купли-продажи от 09.08.2022 между отцом и сыном, что свидетельствует о выводе ликвидного семейного актива из конкурсной массы должника. Кроме того, в заявлении приведены доводы о злоупотреблении правом при заключении брачного договора (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Как усматривается из настоящего дела о банкротстве должника финансовым управляющим 15.03.2022 подано в суд заявление об оспаривании брачного договора на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Определением суда от 15.12.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.04.2024, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано по мотиву пропуска срока исковой давности. При этом в постановлении апелляционного суда отмечено, что условия брачного договора не распространяются на Банк (мажоритарный кредитор должника), поскольку его требования вытекают из договора об открытии кредитной линии от 03.11.2011 № 112900/0026, заключенного до совершения бывшими супругами ФИО3 и ФИО2 брачного договора.  

Сведений об оспаривании последующих сделок по отчуждению земельного участка (договора дарения, договора купли-продажи от 09.08.2022) и/или о предъявлении требований о применении последствий недействительности сделок, в том числе как ничтожных, материалы дела не содержат.  

В отсутствие в деле доказательств признания названных сделок недействительными/ничтожными и/или применения последствий их недействительности, позиция заявителя о том, что земельный участок подлежал реализации в деле о банкротстве должника как имущество, находящееся в общей собственности бывших супругов ФИО3 и ФИО2, в связи с чем последняя обязана возвратить 50% стоимости этого имущества (с учетом его дальнейшего отчуждения), не может быть признана правомерной.  

В рассматриваемом случае, учитывая совершенные в отношении земельного участка сделки, указанные выше, уже на дату возбуждения настоящего дела о банкротстве должника (14.09.2017) и далее на даты введения процедур банкротства, в том числе реализации имущества должника (26.11.2018) земельный участок не находился в собственности бывших супругов ФИО3 и ФИО2, в том числе в их совместной собственности, поскольку был подарен по договору дарения от 01.09.2017 ФИО6  

При таких обстоятельствах, как верно отмечено судом первой инстанции, на дату признания должника банкротом (03.12.2018) спорный земельный участок, не находившийся в собственности должника и его бывшей супруги, в том числе совместной, и реализованный до введения процедуры банкротства, не составлял и не мог составить конкурсную массу должника, следовательно, он не подлежал передаче бывшей супругой должника финансовому управляющему для его реализации в деле о банкротстве должника, что исключают для финансового управляющего основания требовать от бывшей супруги должника половину стоимости этого имущества.  

Доводы апеллянта о том, что земельный участок не перестал являться общей собственностью супругов (бывших супругов), а изменение режима общей собственности супругов не влечет исключение из конкурсной массы должника долей в праве общей долевой собственности приходящихся на него, отклоняются коллегией, поскольку основаны на неверном понимании норм материального права.  

Ссылка апеллянта на то, что им не пропущен срок исковой давности по требованию, относящемуся к земельному участку в связи с тем, что солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью, подлежит отклонению как не имеющая правового значения для разрешения рассматриваемого требования заявителя. Как указано выше, земельный участок к моменту возбуждения дела о банкротстве должника уже не являлся собственностью должника и его бывшей супруги.  

Все иные приведенные в апелляционной жалобе, относящиеся к рассматриваемой части требований в частности об обстоятельствах заключения брачного договора и последующих сделок по отчуждению имущества, о порядке определения заявителем стоимости земельного участка, также не принимаются коллегией во внимание как не влияющие на указанные выше выводы суда об отсутствии оснований для удовлетворения данного требования заявителя.  

 В отношении требования финансового управляющего о взыскании с ФИО2 половины стоимости транспортного средства коллегия пришла к следующим выводам.  

Исходя из приведенных выше норм права (статьи 46 СК РФ, пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве), разъяснений пункта 9 Постановления № 48 и установленных судом при рассмотрении заявления об оспаривании брачного договора обстоятельств, свидетельствующих о том, что условия брачного договора не распространяются на мажоритарного кредитора должника (Банк), суд первой инстанции правильно указал, что заключение брачного договора не освобождало ФИО2 от обязанности передать в конкурсную массу должника автомобиль, который на момент открытия процедуры реализации (26.11.2018) не был отчужден в собственность иных лиц, то есть на него не распространялось изменение режима имущества супругов ФИО3 и ФИО2, установленное условиями брачного договора. Как следствие, поскольку автомобиль в период процедуры банкротства должника продан бывшей супругой должника (по договору купли-продажи от 01.10.2021), последняя обязана была передать в конкурсную массу половину денежных средств от цены продажи транспортного средства.  

Вместе с тем, возражая по существу заявленных финансовым управляющим требований и осуществляя защиту своих прав, бывшая супруга должника заявила о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на обращение в суд рассматриваемым требованием.  

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (пункт 1 статьи 196 ГК РФ). Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (статья 200 ГК РФ).  

По правилам статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.  

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.  

Согласно пункту 6 статьи 213.25 Закона финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином.  

При этом, по смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве обязанность супруги (бывшей супруги) передать имущество в конкурсную массу возникает с даты введения процедуры реализации имущества.  

Таким образом, с даты признания ФИО3 банкротом (26.11.2018) начал течь трехлетний срок исковой давности для предъявления финансовым управляющим к бывшей супруге должника требования о передаче автомобиля управляющему для его реализации в деле о банкротстве, а после продажи данного автомобиля – требования о передаче в конкурсную массу половины его стоимости.  

При этом коллегия учитывает, что финансовым управляющим ФИО4 еще в процедуре реструктуризации долгов гражданина подготовлен анализ финансового состояния должника, размещенный 15.11.2018 в Едином федеральном реестре сведений о  

банкротстве (сообщение от 15.11.2018 № 3215061, далее - ЕФРСБ), в котором содержится информация о том, что должник состоит в браке с ФИО2  

Таким образом, действуя разумно и добросовестно, финансовые управляющие с момента введения в отношении должника процедуры реализации имущества должника (26.11.2018) могли и должны были в течение трехлетнего срока исковой давности (до 26.11.2021) осуществить меры по сбору информации об имуществе должника, в том числе принадлежащего должнику на праве общей совместной собственности с супругой с целью его включения в конкурсную массу и реализации (статьи 213.25, 213.26 Закона о банкротстве).  

Кроме того, в рассматриваемом заявлении финансовый управляющий ссылается на сообщения Агентства записи актов гражданского состояния Сахалинской области (далее – ЗАГС) от 10.09.2020 № 42-О, адресованные финансовому управляющему ФИО4, которые также содержат сведения о том, что в период с 27.09.2003 по 25.07.2020 между должником и ФИО2 был заключен брак. Следовательно, как максимум с даты указанных ответов финансовый управляющий также должен был и мог принять меры по истребованию сведений о зарегистрированном за бывшей супругой должника имуществе, приобретенном в период нахождения в браке с должником.  

Доказательств наличия объективных причин, препятствовавших своевременному осуществлению финансовыми управляющими мер по дополнительному истребованию доказательств, проверки имущественного состояния супруги должника на предмет регистрации за ней общего имущества, в дело не представлено.  

Как установлено судами при рассмотрении вышеназванного обособленного спора по заявлению финансового управляющего об оспаривании брачного договора, фактически работа с имуществом, зарегистрированным за бывшей супругой должника, началась лишь в 2021 году, то есть спустя два года после введения второй процедуры банкротства в отношении должника. Так, 22.03.2021 финансовым управляющим ФИО4 подано в суд заявление о принятии обеспечительных мер в отношении транспортных средств, зарегистрированных за ФИО2, при рассмотрении которых последней и представлен в суд брачный договор.  

Надлежащих доводов со ссылкой на их документальное подтверждение о перерыве течения срока исковой давности по заявленному требованию заявителем не приведено.  

С учетом поступления настоящего заявления в суд 18.11.2024 суд первой инстанции, исчислив срок исковой давности с даты признания должника банкротом (26.11.2018), пришел к верному выводу о пропуске срока исковой давности для обращения с рассматриваемым заявлением. Более того, трехлетний срок исковой давности к моменту подачи настоящего заявления истек и с указанной выше апелляционным судом даты сообщений ЗАГС (сентябрь 2020 года), и с даты продажи автомобиля ФИО5 (01.10.2021).  

Довод апеллянта о том, что срок исковой давности им не пропущен, поскольку он узнал о реализации совместно нажитого имущества 07.12.2022 из ответа ГИБДД, который поступил в суд 15.12.2022, коллегией отклоняется. Предлагаемый апеллянтом порядок исчисления срока исковой давности только по отношению к подавшему рассматриваемое заявление финансовому управляющему и его осведомленности об основаниях для предъявления такого требования игнорирует процессуальное правопреемство финансовых управляющих друг от друга (пункт 6 статьи 20.3).  

Как установлено судом выше, сведения о том, что должник состоит в браке с ФИО2 были известны финансовому управляющему ФИО4 еще в процедуре реструктуризации долгов должника; более того данные сведения были размещены в ЕФРСБ 15.11.2018, то есть с указанной даты являлись общедоступными. Таким образом, у финансовых управляющих было более чем достаточно времени для получения сведений о принадлежащем должнику на праве общей совместной собственности с ФИО2 имуществе, зарегистрированном за последней, и предъявления к ней соответствующих требований.  

Как верно отметил суд первой инстанции, с даты введения процедуры реализации имущества должника (26.11.2018) автомобиль, зарегистрированный за ФИО2 в  

период с 25.07.2014 по 08.10.2021, не был включен в конкурную массу должника. При этом, с учетом указанного выше, финансовый управляющий мог установить факт продажи спорного автомобиля в октябре 2021 года, оперативно запросив из органов ГИБДД необходимую информацию об имуществе ФИО2  

Следовательно, при исчислении трехлетнего срока исковой давности с момента продажи спорного автомобиля данный срок истек 08.10.2024 и, соответственно, на дату обращения финансового управляющего в суд (18.11.2024) он является пропущенным.  

При изложенном выше, рассмотрев ходатайство финансового управляющего о восстановлении пропущенного срока исковой давности, суд первой инстанции правильно не усмотрел оснований для его удовлетворения, поскольку применительно к статье 205 ГК РФ уважительных причин, создающих препятствия к своевременному обращению финансового управляющего в суд с настоящим заявлением, заявителем не приведено, а из материалов дела не усматривается.  

При этом ссылка финансового управляющего, содержащаяся в ходатайстве о восстановлении пропущенного срока на статью 204 ГК РФ, коллегией отклоняется, поскольку оспаривание договора дарения в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) не является препятствием для подачи рассматриваемого заявления и не может служить уважительной причиной для восстановления пропущенного срока исковой давности.  

По правилам абзаца 2 статьи 119 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

При таких обстоятельствах в связи с пропуском финансовым управляющим срока исковой давности суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки обстоятельств дела обжалуемого судебного акта, полагает, что выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы коллегией отклоняются по основаниям, изложенным выше в настоящем постановлении.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта не имеется.  

Основания для взыскания с должника государственной пошлины в данном случае отсутствуют в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 27.05.2025 по делу  

 № А59-4301/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного  

округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца. 

Председательствующий Т.В. Рева 

Судьи К.П. Засорин  

К.А. Сухецкая