АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

26 сентября 2023 года

Дело №

А56-2131/2019

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего судьи Боровой А.А., судей Кравченко Т.В., Яковца А.В.,

рассмотрев 19.09.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 по делу № А56-2131/2019/сд.2, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.04.2019 заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением от 26.08.2019 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Решением от 10.03.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Финансовый управляющий ФИО3 обратилась в суд с заявлением, в котором просила:

- признать недействительным договор дарения земельного участка площадью 600 кв.м, с кадастровым номером 47:01:0416001:239, расположенный по адресу: Ленинградская обл. Выборгский р-н, МО «Приморское городское поселение», СНТ «Смородинка», уч. 236 (далее – земельный участок), заключенный 25.01.2016 супругой должника ФИО4 и ее матерью ФИО1 (далее – договор дарения); 

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата земельного участка в собственность ФИО4

Определением от 24.01.2022 договор дарения признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить земельный участок в собственность ФИО4

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2022 определение от 24.01.2022 отменено по основаниям, установленным пунктом 2 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). Этим же постановлением договор дарения признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить земельный участок в собственность ФИО4.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.10.2022 определение от 24.01.2022 и постановление от 30.05.2022 отменены и дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По результатам нового рассмотрения, определением от 13.03.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.07.2023, договор дарения признан недействительной сделкой и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить земельный участок в собственность ФИО4

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить принятые по делу судебные акты. 

Податель жалобы считает, что суды не исполнили указания суда кассационной инстанции, которые были даны при направлении спора на новое рассмотрение; неправомерно применили при квалификации обжалуемой сделки общие положения гражданского законодательства, а не специальные нормы Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон  о банкротстве); пришли к необоснованному выводу о наличии в действиях ответчика злоупотребления правом, не приняв во внимание пояснения подателя жалобы относительно мотивов приобретения земельного участка; не учли заявление ответчика о пропуске срока исковой давности для обращения в суд об оспаривании сделки. 

В судебное заседание лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного разбирательства, своих представителей  не направили.

Законность судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, по данным Единого государственного реестра прав на недвижимость (далее – ЕГРН) с 02.08.2005 правообладателем земельного участка являлся ФИО5, 07.10.2005 зарегистрирован переход права собственности на земельный участок к ФИО4 

Основанием для перехода права собственности в отношении земельного участка от ФИО5 к ФИО4 послужил договор купли-продажи земельного участка от 07.09.2005, при заключении которого в качестве представителя продавца ФИО5 действовала ФИО1

Кадастровая стоимость земельного участка составила 277 716 руб. 

ФИО4 является супругой должника, брак зарегистрирован 23.06.1988. 

ФИО4 25.01.2016 на основании договора дарения передала земельный участок своей матери, ФИО1 

Договор дарения оспорен финансовым управляющим как сделка, которая повлекла выбытие имущества, относящегося к общей собственности должника и его супруги. 

В обоснование заявления финансовый управляющий сослалась на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), указав, что на дату заключения договора в отношении ФИО2 были возбуждены уголовные дела по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество), в том числе по факту злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности в размере 29 443 438 руб.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обстоятельства возбужденных в отношении ФИО2 уголовных дел позволяют его квалифицировать как недобросовестного участника гражданского оборота и принял во внимание, что, имея непогашенные обязательства перед кредиторами, в том числе установленные в судебном порядке, ФИО2 дал согласие на отчуждение супругой земельного участка в пользу аффилированного лица по безвозмездной сделке, в то время как данное недвижимое имущество могло быть реализовано в составе конкурсной массы как общее имущество супругов. 

При первоначальном рассмотрении обособленного спора, суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявление по правилам суда первой инстанции в связи с установлением факта нарушения судом первой инстанции норм процессуального права, влекущего безусловную отмену судебного акта, установил, что отчуждение спорного имущества осуществлялось супругой должника в период наличия у него задолженности перед заявителем по делу о банкротстве и в этой связи суд пришел к выводу о наличии признаков злоупотребления правом как со стороны ФИО4, так и ее матери, ФИО1

Отменяя принятые по делу судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд кассационной инстанции указал на то, что суды не установили обстоятельств совершения сделки, которые выходили бы за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, не обосновали применения к спорным правоотношениям положений статей 10, 168 ГК РФ. 

При новом рассмотрении финансовым управляющим представлены дополнительные пояснения, в которых он обосновал наличие взаимосвязи между совершением оспариваемой сделки и нарушением прав кредиторов должника тем, что договор дарения имущества, являющегося совместной собственностью супругов, был заключен в период, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором ФИО6, установленные вступившим в законную силу судебным актом; настаивал  на том, что заключение договора дарения имело целью уменьшение имущественной базы должника, за счет которой могли бы быть произведены расчеты с кредитором. 

Признавая недействительным договор дарения по итогам нового рассмотрения дела, суд применил к ней положения статьи 10 ГК РФ, мотивируя это тем, что сделка совершена за пределами периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд указал на недобросовестность ФИО2, допустившего введение в заблуждение ФИО6, а также злостное уклонение от погашения задолженности перед указанным кредитором, установленной решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 22.11.2011 по делу № 2-567/11; отметил, что договор дарения совершен с одобрения должника и в отношении аффилированного по отношению к его супруге лица; в результате совершения спорной сделки у должника не осталось имущества, достаточного для погашения задолженности перед кредитором. 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. 

Исследовав материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.    

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспаривание сделок гражданина в деле о его банкротстве допускается по основаниям, установленным специальными положениями Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, квалифицирующими признаками недействительности подозрительной сделки является ее убыточность и причинение в результате совершения этой сделки вреда кредиторам.

По указанному основанию могут быть оспорены сделки должника или за счет имущества должника, совершенные в пределах трехлетнего периода до принятия заявления о признании его банкротом. 

Договор дарения совершен за пределами указанного периода подозрительности.

Положениями пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве действительно предусмотрена возможность оспаривания сделок должника или с его имуществом по общим основаниям гражданского законодательства. 

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные статьями  10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим, квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной  по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Соответствующая правовая позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014; от 29.12.2020 № 305-ЭС20-4668(4) по делу № А40-86229/2018.

Применение общих норм гражданского законодательства не может быть направлено на обход невозможности оспорить сделку по специальным основаниям, например по причине пропуска срока исковой давности или совершения такой сделки за пределами периода подозрительности. 

Оспаривая договор дарения, финансовый управляющий ссылался на безвозмездность сделки и намерение при ее совершении причинить вред кредиторам, с учетом совершения сделки в отношении аффилированного лица, что охватывается диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Делая вывод о недействительности оспариваемой сделки как совершенной при наличии признаков злоупотребления правом, суды не исследовали и не установили конкретных фактов такого злоупотребления, которые выходили бы за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Аффилированность участников договора дарения по отношению к должнику, сама по себе не позволяет распространить вывод о недобросовестности поведения должника по отношению к его кредитору также и на действия его супруги и матери супруги.

Указывая на наличие мотива действий сторон договора дарения – вывод имущества должника с целью уклонения от осуществления им расчетов с кредитором, суды не обосновали, каким образом могли быть погашены требования кредиторов за счет причитающейся должнику доли в праве собственности на земельный участок с учетом соотношения стоимости спорного имущества и размера кредиторской задолженности ФИО2

С учетом указанных выше обстоятельств, значительный период времени, имевший место с момента возникновения задолженности перед ФИО6 и заключением договора дарения, то обстоятельство, что спорное имущество приобреталось не должником, а его супругой, отсутствие в материалах дела сведений о владении земельным участком со стороны должника как собственным имуществом, опровергают возможность появления у должника мотива на отчуждение земельного участка для целей исключения осуществления за счет него расчетов с ФИО6 и необходимость вступления, для реализации этого мотива, в сговор с супругой или ее матерью.

Предоставление должником согласия на отчуждение земельного участка, которое требовалось в силу закона для совершения супругой должника договора дарения, при таких обстоятельствах, не может расцениваться как подтверждение намерения должника или сторон сделки причинить вред кредитору должника.

Фактических обстоятельств, которые могли бы послужить основанием для применения к спорным правоотношения статей 10, 168 ГК РФ, суды не установили.

Поскольку договор дарения реально исполнен, что не оспаривалось финансовым управляющим, оснований для применения пункта 1 статьи 170 ГК РФ  в данном случае также не имелось.

Учитывая изложенное, заявление финансового управляющего не подлежало удовлетворению.

Принятые по делу судебные акты следует отменить.

Поскольку все обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами, но при их квалификации неправильно применены нормы материального права, суд кассационной инстанции, отменяя принятые по делу судебные акты, считает возможным принять новый судебный акт по существу спора об отказе в удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.03.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 по делу № А56-2131/2019 отменить.

В удовлетворении заявления ФИО3 - финансового управляющего ФИО2 - отказать.

Председательствующий

 

А.А. Боровая

 

Судьи

 

Т.В. Кравченко

 

А.В. Яковец