АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 августа 2022 года

Дело №

А21-6259/2021

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Журавлевой О.Р., судей Корабухиной Л.И.,       Лущаева С.В., 

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Балтийский Зодчий» ФИО1 (доверенность от 22.08.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Карьер Куйбышевский» конкурсного управляющего ФИО2, 

рассмотрев 24.08.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Калининградской области на решение Арбитражного суда Калининградской области от 28.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2022 по делу № А21-6259/2021,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Балтийский Зодчий», адрес: 236006, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Балтийский Зодчий»), обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Карьер Куйбышевский», адрес: 238214, Калининградская область, район Гвардейский 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Карьер Куйбышевский»), о взыскании 24 124 613 руб. задолженности по договору генерального подряда от 11.01.2016 № РЕК/01/2016 и 34 112 202 руб. 78 коп. неустойки за нарушение сроков оплаты выполненных работ.  

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 12.04.2017 по делу №А21-5863/2016 ООО «Карьер Куйбышевский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением суда первой инстанции от 08.09.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен конкурсный управляющий ООО «Карьер Куйбышевский» ФИО2. 

Протокольным определением суда первой инстанции от 27.09.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Калининградской области, адрес: 236017, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее – УФНС).

Решением суда первой инстанции от 28.09.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 17.05.2022, исковый требования удовлетворены частично: с ООО «Карьер Куйбышевский» в пользу ООО «Балтийский Зодчий» взыскано 24 124 613 руб. долга и 12 248 625 руб. 28 коп. неустойки. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

В кассационной жалобе УФНС, ссылаясь на неправильное применение судами обеих инстанций норм материального и процессуального права и несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить и отказать в удовлетворении исковых требований. 

По мнению подателя жалобы, при рассмотрении данного спора в суде первой инстанции неправильно распределено бремя доказывания, к сторонам сделки, положенной в основание иска, кроме того, в рассматриваемом случае должен был быть применен повышенный стандарт доказывания для целей защиты интересов независимых кредиторов, в частности, указанный повышенный стандарт доказывания подлежит применению к подтверждению реальности спорных взаимоотношений; также суд первой инстанции необоснованно отклонил заявление УФНС о пропуске срока исковой давности, посчитав, что такое заявление не может быть сделано третьим лицом по делу, кроме того, суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, в связи с чем УФНС не имело объективной возможности представить мотивированные возражения по существу спора.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «Карьер Куйбышевский» поддержал доводы жалобы, а представитель ООО «Балтийский Зодчий» возражали против ее удовлетворения. 

УФНС и третьи лица извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения жалобы, однако их представители в судебное заседание не явились, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, между ООО «Карьер Куйбышевский» (заказчик) и ООО «Балтийский Зодчий» (генеральный подрядчик) заключен договор генерального подряда от 11.01.2016 № РЕК/01/2016 (далее – договор) на выполнение работ, определенных в Дополнительных соглашениях на Объекте: «Куйбышевское песчано-гравийное месторождение Гвардейского района Калининградской области». 

По условиям пункта 1.2 договора генерального подряда, конкретные этапы работ, объемы, сроки и стоимость выполнения этапов работ определяются сторонами локальными сметами, являющимися неотъемлемой частью договора. 

Согласно пункту 2.1 договора стоимость договора складывается из стоимости локальных смет и составляет 24 124 613 руб. 

В соответствии с пунктом 3.2 договора промежуточная приемка выполненных работ оформляется актом сдачи-приемки выполненных работ по унифицированной форме КС-2 с приложением справки о стоимости выполненных работ по унифицированной форме КС-3. 

Дополнительным соглашением от 11.01.2016 к договору предусмотрено выполнение комплекса работ по рекультивации карьерной выработки в объемах, предусмотренных локальными сметами и техническим заданием: планировка откосов водоема для обеспечения угла заложения подводной части не более 35 градусов и их крепление посевом многолетних трав по слою растительного грунта 10-25 см. Работы проводятся на «Северном участке» вдоль береговой линии 150 п.м., работы по планировке откоса выполняются двумя уступами: обводненная часть 4-6 м. и сухая толща 4-5 кв.м; планировка участка под промплощадку; планировка участка под временный отвал вскрышных пород; ликвидация землевозных дорог под залужение многолетними травами по слою растительного грунта, завозимого из отвала растительного грунта, образованного при производстве вскрышных работ. 

Пунктом 1 дополнительного соглашения от 11.01.2016 предусмотрено, что с учетом фактора сезонности работы предприятия заказчика, дата начала работ предусмотрена не ранее сентября.

В силу пункта 4.2 договора окончательный срок всех работ по настоящему договору - 1 квартал 2017 года. 

Выполнение работ генеральным подрядчиком подтверждаются представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ  по форме КС-2 от 31.10.2016 № 1, от 30.12.2016 № 2, от 31.01.2017 № 3, от 30.03.2017 № 4, а также актом сдачи-приемки работ от 03.04.2017 №1, подписанными заказчиком. Общая сумма выполненных работ составила 24 124 631 руб. 

В связи с неоплатой выполненных работ генеральный подрядчик обратился в адрес заказчика с требованием от 06.04.2020 №6 об оплате задолженности по договору, а также уплате неустойки в размере 32 375 230 руб. 65 коп. 

Суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), удовлетворил заявленные требования частично, применив положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Апелляционный суд поддержал позицию суда первой инстанции.

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» (далее - Информационное письмо № 51) разъяснено, что основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив доводы сторон и представленные ими доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, пришли к выводу о фактическом выполнении спорных работ по договору и наличии задолженности по их оплате в сумме 24 124 613 руб., а также обязанности уплатить неустойку на основании пункта 10.4 договора. 

При этом суды пришли к выводу о том, что заявленные требования не подлежат рассмотрению в деле о банкротстве ответчика, так как носят текущий характер, размер денежного обязательства по оплате выполненных работ подтвержден актами по форме КС-2 и справками формы КС-3, а также письмом конкурсного управляющего ответчика ФИО4 от 24.04.2020. 

Суд первой инстанции отклонил заявление УФНС о пропуске срока исковой давности, посчитав, что такое заявление не может быть сделано третьим лицом по делу.

Суд кассационной инстанции признает обоснованным выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии пропуска срока исковой давности, поскольку наличие задолженности признано конкурсным управляющим ответчика ФИО4 в письме от 24.04.2020. 

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями (статья 182 ГК РФ). 

Как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, лицом, уполномоченным действовать от имени ответчика – конкурсным управляющим, письменно признано наличие спорной задолженности в 2020 году, следовательно, с указанной даты течение срока исковой давности по заявленному иску прервалось, и на момент обращения в суд этот срок не был пропущен.

Вместе с тем судами не учтено следующее. 

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию.

Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором.

Наряду с этим к доказыванию кредитором обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования, исходя из необходимости провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, необходимости предоставления истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих разумные возражения участников спора, необходимости исследования не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценки на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора, и недостаточности минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника.

При наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом; суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке; нежелание кредитора представить дополнительные доказательства должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, а соответствующие действия подлежат квалификации по правилам статьи 170 ГК РФ. 

Соответствующая правовая позиция сформирована высшей судебной инстанцией, в том числе в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, а также в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения от 11.07.2017 № 305-ЭС17-2110, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740).

С учетом приведенных правовых позиций высшей судебной инстанции судам при рассмотрении настоящего спора необходимо было провести более тщательную проверку обоснованности исковых требований ООО «Балтийский Зодчий» по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, расширив круг обстоятельств, подлежащих исследованию.

При этом суд кассационной инстанции не может согласиться с толкованием судом апелляционной инстанции пункта 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, поскольку исходя из буквального  толкования указанного пункта следует, что кредитору должника достаточно заявить доводы, которые с разумной степенью достоверности бы позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных истцом и должником в обоснование задолженности.  

Кроме того, следует указать, что согласно разъяснениям, приведенным в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017), предъявление повышенных требований к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, также применяется для требований по текущим обязательствам.

Между тем формальное составление документов об исполнении сделки не исключают мнимость сделки (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

УФНС, указывая на мнимость заключения договора на выполнение работ, привела доводы и указала на доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволяют суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и истцом в обоснование наличия задолженности.

Так, при рассмотрении настоящего спора в судах первой и апелляционной инстанций налоговый орган последовательно указывал, что истцом не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих фактическое (реальное) выполнение работ на объекте, поскольку ООО «Карьер Куйбышевский» в день заключения договора генерального подряда от 11.01.2016 и дополнительного соглашения к нему от 11.01.2016 реализовало все земельные участки, на которых якобы предполагалось выполнение работ, перечисленных в дополнительном соглашении. При этом иное недвижимое имущество, в отношении которого могли бы выполняться спорные работ, у ответчика отсутствовало. Вместе с тем определениями Арбитражного суда Калининградской области от 26.11.2019 по делу №А21-5863/2016 признаны недействительными договор купли-продажи 9 земельных участков от 11.01.2016 и договор дарения 12 земельных участков от 11.01.2016.

Данные обстоятельства позволяют усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных истцом в обоснование наличия задолженности, однако, судами исследованы не были. 

Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о реальном выполнении работ на объекте, судами не исследован вопрос идентификации земельного участка, на котором предполагалось выполнение работ и земельных участков, выбывших из владения ответчика по договорам купли-продажи и дарения от 11.01.2016. 

Суд первой инстанции в целях проверки заявленных УФНС доводов необоснованно ограничился минимальным набором доказательств, представленным истцом в суд первой инстанции, и не провел более тщательную проверку обоснованности исковых требований, при этом неправильно распределив бремя доказывания и не оказав содействие лицам, участвующим в деле, в получении доказательств по делу.

Апелляционный суд данное нарушение не устранил, вопреки правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, не возложил на истца бремя опровержения доводов УФНС, а также бремя доказывания задолженности должника-банкрота перед истцом в соответствии с повышенными стандартами, в нарушение пункта 3 статьи 9 АПК РФ не создал условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств настоящего спора в том объеме, в котором этого требует наличие возбужденного в отношении ответчика дела о банкротстве.

С учетом изложенного кассационная инстанция считает, что решение суда первой инстанции от 28.09.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 17.05.2022 подлежат отмене как принятые при неправильном применении норм материального права и при неполном исследовании имеющихся в деле доказательств и установлении имеющих значение для дела обстоятельств.

Поскольку для правильного разрешения спора требуется дополнительное исследование и оценка доказательств и установление юридически значимых для дела обстоятельств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции, а является компетенцией суда первой инстанции, то обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду необходимо учесть изложенное, дать надлежащую оценку доводам УФНС об отсутствии достоверных и достаточных доказательств реальности выполнения работ, правильно распределив бремя доказывания с учетом установленного повышенного стандарта доказывания задолженности должника-банкрота для истца при наличии обоснованных сомнений в реальности задолженности по договору, после чего принять законное и обоснованное решение. 

Руководствуясь статьей 286, пунктом 3 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Калининградской области от 28.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2022 по делу № А21-6259/2021 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калининградской области. 

 

Председательствующий

О.Р. Журавлева

 

Судьи

 

Л.И. Корабухина

С.В. Лущаев