СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки 24.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А45-5250/2024

город Томск

19 июля 2024 года

Судья Седьмого арбитражного апелляционного суда Павлюк Т.В., рассмотрев апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1 (№ 07АП-4040/2024), KMA Concepts Limited (№ 07АП-4040/2024(2)) на решение от 06.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-5250/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства (судья Богер А.А.), по исковому заявлению KMA Concepts Limited , рег. № 115789, Сейшелы, ФИО2, к индивидуальному предпринимателю ФИО1, (ИНН: 

<

***>), г. Новосибирск о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 100 000 рублей,

без участия сторон,

У С Т А Н О В И Л:

KMA Concepts Limited, рег. № 115789, Сейшелы, ФИО2, обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1, (ИНН: 

<

***>), г. Новосибирск, о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации - товарный знак № 1236493 в размере 50000 руб.; товарный знак № 1288199 в размере 50000 руб.; государственной пошлины за рассмотрение иска в размере 4000 руб.; судебных издержек – расходов по приобретению контрафактного товара в размере 399 руб.; судебных издержек – расходов по оплате почтовых услуг в размере 88,8 руб.

Настоящее дело в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Решением суда от 06.05.2024 с индивидуального предпринимателя ФИО1, (ИНН: 

<

***>) в пользу KMA Concepts Limited компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 1236493 в размере 25 000 рублей, взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 1288199 в размере 25 000 рублей, расходы по приобретению контрафактного товара в размере 199, 50 рублей, почтовые расходы в размере 44, 40 рублей, 2 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, ссылается на отсутствие оснований для снижения размера компенсации.

В тоже время ответчик обратившись с жалобой, полагает решение подлежащим изменению ввиду наличия оснований для снижения размера компенсации ниже низшего предела, установленного законом.

Истец в отзыве, представленном в суд в соответствии со статьей 262 АПК РФ отклонил доводы апелляционной жалобы ответчика.

Проверив материалы дела в порядке статьи 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыв, суд апелляционной инстанции считает решение не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в ходе закупки, произведенной 15.08.2023 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, магазин «Планета Одежда Обувь», расположенном на 2 этаже ТЦ «Новый», установлен факт продажи контрафактного товара (игрушка стикбот). В подтверждение продажи был выдан чек, содержащий наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 15.08.2023 № 043455. ИНН продавца: 

<

***>. На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 1 236 493. 

Исключительные имущественные права на вышеупомянутый результат интеллектуальной деятельности принадлежит истцу. 

Исключительное право на товарные знаки № 1236 493, №1288199 принадлежащее компании «KMA Concepts Limited» (КМА Концептс Лимитед), ответчику не передавалось. 

Далее указанный выше товар в торговой точке ответчика был реализован по договору розничной купли-продажи. Совокупность доказательств – приобретенного товара чек, видеозапись процесса заключения договора купли-продажи, вещественное доказательство-игрушка подтверждает факт продажи указанного товара от имени ответчика. Обстоятельства покупки товара у ответчика подтверждены видеозаписью покупки, произведенной в порядке статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в целях самозащиты гражданских прав, продажа товара, содержащие изображение, сходное до степени смещения с товарным знаком истца, ответчиком не оспорена. 

Исключительные права на данные произведения изобразительного искусства принадлежат компании KMA Concepts Limited / КМА Концептс Лимитед и ответчику не передавались. 

В виде компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, истец просит взыскать с ответчика 100 000 рублей, т.е. по 50000 рублей за каждый товарный знак. 

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав истцом в порядке досудебного урегулирования спора ответчику была направлена претензия. Претензия была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Неисполнение ответчиком претензионных требований истца послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности, при этом определил размер подлежащей взысканию компенсации в общем размере 50000 рублей.

Рассмотрев материалы дела повторно, суд апелляционной инстанции считает выводы суда обоснованными, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение. 

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в частности литературные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, относятся к объектам авторских прав. Производные произведения, представляющие переработку другого произведения, также в силу части 2 статьи 1259 ГК РФ относятся к объектам авторских прав. 

Применительно к положениям пункта 2 статьи 1270 ГК РФ незаконное использование произведения (его части) может выражаться, в частности, в безосновательном (т.е. без согласия правообладателя) воспроизведении произведения, его переработке, а также распространении произведения (его части) путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляра.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", а также положениями статьи 494 ГК РФ использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

С учетом вышеприведенных норм права, а также части 2 статьи 65 АПК РФ, по иску о защите исключительных прав на товарный знак подлежат установлению, в частности, обстоятельства использования ответчиком товарного знака истца или обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован принадлежащий истцу товарный знак.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. 

Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг. 

Словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам. 

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей. 

Как следует из материалов дела, согласно свидетельству о регистрации товарных знаков № 1236493; № 1288199 обладателем исключительного права на товарные знаки № 1236493; № 1288199 является Компания «КМА Концептс Лимитед» (KMA Concepts Limited), запись о чем внесена в Международный реестр товарных знаков и имеется в открытом доступе на сайте Всемирной организации интеллектуальной собственности в соответствии с протоколом к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков. 

В отношении исключительных прав истца на товарные знаки в Российской Федерации применяется национальное законодательство по охране интеллектуальной собственности (www3.wipo.int/madrid/monitor/en). 

Дата регистрации товарного знака №123493 – 21.01.2015, в России – 21.01.2015. 

Правовая охрана товарному знаку по свидетельству № 1236493 предоставлена в отношении товаров (услуг) 28 класса МКТУ (в том числе игрушечные фигурки). 

Дата регистрации товарного знака №1288199 – 10.12.2015, в России – 10.12.2015. 

Правовая охрана товарному знаку по свидетельству № 1236493 предоставлена в отношении товаров (услуг) 28 класса МКТУ (в том числе игрушечные фигурки). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1217.1 ГК РФ если иное не вытекает из закона, отношения между представляемым или представителем и третьим лицом определяются по праву страны, которое выбрано представляемым в доверенности, при условии, что третье лицо и представитель были извещены об этом выборе. Если представляемый не выбрал применимое право в доверенности либо выбранное право в соответствии с законом не подлежит применению, отношения между представляемым или представителем и третьим лицом определяются по праву страны, где находится место жительства или основное место деятельности представителя. Если третье лицо не знало и не должно было знать о месте жительства или об основном месте деятельности представителя, применяется право страны, где преимущественно действовал представитель в конкретном случае. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее – Постановление № 23), арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с правовой позицией, содержащейся в пункте 29 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 № 8 «О действии международных договоров применительно к вопросам арбитражного процесса», судам следует учитывать, что согласно международным договорам Российской Федерации юридический статус иностранных участников арбитражного процесса определяется по их личному закону - коллизионной норме, позволяющей определить объем правоспособности и дееспособности иностранного лица (юридический статус). 

Юридический статус иностранной организации определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом по иностранному праву, если иное не предусмотрено нормами федерального закона (статьи 1202, 1203 ГК РФ). 

Установление юридического статуса и наличия права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности участника процесса, а также полномочий его представителя обусловлено необходимостью установления правоспособности и дееспособности соответствующего субъекта на основании норм материального права. Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица. При установлении юридического статуса иностранного лица суд может также принимать во внимание открытую информацию в сети «Интернет», размещенную на официальных сайтах уполномоченных иностранных органов по регистрации юридических лиц и содержащую сведения о регистрации юридических лиц. 

В настоящем случае, юридический статус истца установлен судом надлежащим образом, поскольку подтверждается представленным в материалы дела документом копией свидетельства, выданного регистратором международных коммерческих компаний, перевод указанного документа удостоверен нотариально 21.03.2024, согласно свидетельству компания зарегистрирована 23.11.2012 и имеет надлежащий правовой статус.

Согласно пункту 2 статьи 1202 ГК РФ на основе личного закона юридического лица определяются, в частности: статус организации в качестве юридического лица; организационно-правовая форма юридического лица; требования к наименованию юридического лица; вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; содержание правоспособности юридического лица; порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; способность юридического лица отвечать по своим обязательствам; вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам. Следовательно, на основании личного закона суд устанавливает информацию о существовании конкретного юридического лица в соответствующей юрисдикции, его организационно-правовой форме, его правоспособности, в том числе вопрос о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей. 

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 ГК РФ применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, исходя из подпункта 1 пункта 5 статьи 1217.1 ГК РФ, определяется на основании статьи 62 АПК РФ. Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 ГК РФ). 

Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 АПК РФ. 

Согласно частям 4 и 6 статьи 61 АПК РФ полномочия представителей на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом. Доверенность от имени индивидуального предпринимателя должна быть им подписана и скреплена его печатью или может быть удостоверена в соответствии с частью 7 названной статьи. 

Согласно части 5 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 этого Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении. 

Судом установлено, что в материалы дела представлена доверенность на представителей истца, находящихся на территории Российской Федерации, удостоверяющая их полномочия на совершение процессуальных действий от имени представляемого иностранного юридического лица в арбитражных судах; исковое заявление от имени компании подписано ФИО3, в подтверждение полномочий которого к иску приложена копия доверенности от 13.05.2023 № 77 АД 953798 Право на подписание искового заявление предоставлено ФИО3 в порядке передоверия ФИО4 на основании нотариально заверенной доверенности от 11.04.2023, которая исполнена на английском и русском языках и подписана от имени компании –Питер Джей.Каммингс в присутствии и удостоверении действий нотариусом Китайской народной республики в специальном административном районе Гонког Сунг ФИО5 14.04.2023 с проставлением апостиля, доверенность прошла в установленном порядке процедуру консульской легализации и сопровождается переводом на русский язык. 

С учетом изложенного судом сделан верный вывод о том, что юридический статус истца, а также полномочия представителей компании подтверждены надлежащими доказательствами. 

Таким образом, доверенность, выданная истцом своему представителю, отвечает требования законодательства страны выдачи доверенности, заверена надлежащим образом. KMA Concepts Limited/КМА Концептс Лимитед является действующим юридическим лицом, которое было учреждено 23.11.2012 в соответствии с Законом «О международных коммерческих компаниях» от 1994 года и зарегистрировано на территории Республики Сейшельские острова в качестве международной коммерческой компании за номером 115789. 

Компания является правообладателем товарного знака № 1 236 493 (Stikbot), а также является правообладателем товарного знака №1288199. В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891, участником которого является Российская Федерация, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно. 

Следовательно, вышеуказанный товарный знак имеет международную охрану, в том числе и на территории Российской Федерации. 

Исходя из изложенного, исключительное право на указанные товарные знаки, в том числе право на защиту нарушенных прав принадлежит KMA Concepts Limited/КМА Концептс Лимитед.

В тоже время в ходе закупки, произведенной 15.08.2023 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, магазин «Планета Одежда Обувь», расположенном на 2 этаже ТЦ «Новый», истцом был установлен факт продажи контрафактного товара (игрушка стикбот).

При этом предоставление другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации производится правообладателем на основании соответствующего договора (лицензионный договор) (статья 1233 ГК РФ). 

Доказательств наличия у предпринимателя лицензии, договора или иного разрешения правообладателя на использование спорных изображений, валяющихся объектами авторского права, в материалы дела не представлено.

Реализация и предложение к продаже ответчиком товаров с использованием спорных товарных знаков, без получения согласия истца, свидетельствует о нарушении исключительного права истца на товарные знаки.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтвержден факт продажи контрафактного товара, в том числе видеозаписью процесса продажи, самим контрафактным товаром, чеком.

Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорных товаров (стикбот) в торговой точке ответчика. 

Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Относимость и достоверность представленных истцом доказательств (чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, контрдоказательства не представлены (статьи 65 АПК РФ).

Таким образом, осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя на товарные знаки, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему товарных знаков, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с товарными знаками истца.

В соответствии с положениями статей 12,14 ГК РФ допускается самозащита прав, единственным условием которой является соразмерность способов самозащиты нарушению и их достаточность для его пресечения, следовательно, действия истца носили пресекательный характер, дополнительно фиксируя факт реализации ответчиком контрафактного товара.

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем использования их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, которые ставили другую сторону в положение, когда она не могла реализовать принадлежащие ей права.

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 17388/12).

Следовательно, для квалификации действий истца, как совершенных со злоупотреблением правом, должны быть представлены доказательства того, что сторона имела умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Таким образом, действия истца по защите своих прав не могут являться злоупотреблением правом.

Согласно абз.3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

К лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. 

Соответственно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов об отсутствии нарушения исключительных прав; обратное свидетельствует о неразумности его поведения.

Конституционный суд РФ в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, - с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о товарных знаках. 

В соответствии с пунктами 1, 5 статьи 1233 ГК РФ доказательством лицензионной продукции может являться лицензионный договор между правообладателем и поставщиком. 

Таким образом, ответчик мог уже на этапе приобретения товара выяснить обстоятельства, при которых разрешал или не разрешал правообладатель осуществлять реализацию спорного объекта тем лицам, которые реализовали товар ответчику.

Кроме того, на лицензионном товаре содержатся сведения о правообладателе и лицензиате. На спорном товаре такие сведения отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Следовательно, лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, может быть привлечено к ответственности за нарушение интеллектуальных прав применительно к пункту 3 статьи 1250 ГК и при отсутствии его вины. Для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения вопрос о том, были ли проверены ответчиком сведения о принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки или нет.

Ответчик не был лишен возможности реализовывать лицензионную продукцию, однако предпринимателем был реализован именно контрафактный товар. 

Предприниматель, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется путем предъявления требований, указанных в настоящем пункте.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ одним из способов защиты исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности является предъявление требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним. 

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252, 1253 ГК РФ, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты, в том числе компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (статья 1301 ГК РФ). 

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу положений пунктов 60, 61 постановления № 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №1 236 493, №1288199 в размере 100 000 рублей, т.е. по 50000 рублей компенсации за каждый товарный знак. 

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая доводы истца при определении размера компенсации, однако учитывая то обстоятельство, что ответчик является субъектом малого предпринимательства, что следует из Единого реестра субъектов малого предпринимательства, находящегося в общедоступных сведениях на сайте Федеральной налоговой службы https://rmsp.nalog.ru/#pnlSearchResult, и в период с 10.01.2019 ответчик, в том числе на дату выявления нарушения, имел микропредприятие, учитывая материальное положение ответчика, а также реализацию ответчиком одной единицы товара, пришел к выводу, что заявленный истцом размер компенсации является значительным, а также исходя из требований разумности и справедливости, учитывая конкретные обстоятельства дела, арбитражный суд посчитал возможным снизить размер компенсации за нарушение исключительных имущественных прав и определить компенсацию в общей сумме до 50000 рублей, т.е за нарушение исключительных прав за каждый из двух товарных знаков в размере 25000 рублей, удовлетворив требования истца частично. 

При этом вопреки доводам ответчика, суд правомерно не усмотрел оснований для взыскания компенсации в минимальном размере за один факт нарушения, т.е. в размере 10000 рублей за каждый, а также суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для снижения размера компенсации ниже низшего предела, то есть 10000 рублей в общем размере (по 5 за каждый факт нарушений), с учетом тех обстоятельств, что допущенное нарушение носит грубый характер: в материалы дела не представлено надлежащих доказательств того, что ответчик предпринимал попытки проверки партии товара на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц, что также свидетельствует о грубом характере нарушения; ответчиком не доказано, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав, не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Статьей 9 АПК РФ определено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Таким образом, при установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П), и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика, подтвержденным соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформулирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-13233 от 21.04.2017, № 308-ЭС17-3085 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-2988 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-3088 от 12.07.2017, № 308-ЭС17-4299 от 12.07.2017, № 305-ЭС17-16920 от 18.01.2018 и № 305-ЭС18-14243 от 13.11.2018.

Ответчиком таких доказательств в материалы дела не представлено.

При этом представление доказательств факта превышения размера компенсации размера убытков является обязательным для применения положения Постановления КС РФ № 28-П в части снижения размера компенсации ниже установленного законом предела.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть на ответчике лежала обязанность предпринять все меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц при осуществлении им предпринимательской деятельности.

Соответственно, ответчик мог самостоятельно предпринять меры по проверке сведений о возможном нарушении исключительных прав истца на произведения изобразительного искусства, однако таких мер предпринято не было.

Ответчик на этапе приобретения товара имел возможность выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора.

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Кроме того, однократность совершения нарушения подразумевает, что противоправное деяние, в том числе в сфере нарушения интеллектуальных прав, было совершенно лицом впервые независимо от конкретных обстоятельств нарушения и лица, чье право было нарушено такими действиями. 

Однако, согласно общедоступным сведениям картотеки Арбитражных дел ответчик ранее неоднократно привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав иных правообладателей, что подтверждается решениями Арбитражного суда Новосибирской области о делам А45-36435/2019, А45-11636/2020, А45-25133/2020, А45-36584/2020, А45-8706/2021, А45-26775/2021, А45-3285/2022, и иными судебными актами, указанными истцом в иске, тем самым привлечение ответчика к ответственности за нарушения исключительных прав различных правообладателей указывает на систематичность нарушения исключительных прав, что также свидетельствует о грубом характере допущенного правонарушения и нецелесообразности снижения размера компенсации ниже размера, установленного к взысканию судом.

Данный факт свидетельствует, что финансовые санкции, которые ранее были применены к ответчику, не оказывают на него должного воздействия, не принимаются им во внимание и не направлены на достижение устранения нарушений прав правообладателей.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Истец, выражает свое несогласие с определенной судом суммой компенсации, с чем суд апелляционной инстанции также согласиться не может на основании следующего.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом. 

Таким образом, указанная имущественная ответственность наступает за гражданское правонарушение, состоящее в незаконном использовании товарного знака. 

При этом закон наделяет правообладателя правом выбора одного из двух вариантов определения размера взыскиваемой компенсации (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ): 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Истцом выбран способ определения компенсации из расчета от 10 000 до 5 000 000 рублей за каждый случай нарушения исключительного права. 

В зависимости от выбора правообладателем конкретного варианта определения размера компенсации различаются и правовые возможности обращения с соответствующим требованием. 

Так, если правообладатель избрал способ расчета компенсации в соответствии с подпунктом первым пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, то его право на взыскание компенсации считается реализованным (исчерпанным) в результате рассмотрения судом единичного случая нарушения исключительного права, поскольку указанная компенсация определяется судом в размере, определяемом исходя из объема допущенного нарушения в целом. Компенсация в твердой сумме взыскивается за каждый факт нарушения. 

Как разъяснено в пункте 43 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. 

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела. Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановление имущественного положения пострадавшей стороны, а не наказание ответчика.

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит выводу о том, что определенная судом сумма компенсации является обоснованной.

Взыскание такой суммы компенсации позволит не только возместить правообладателю возможные убытки в связи с неправомерным использованием произведения, но и удержать ответчика от нарушения исключительных прав истца и иных правообладателей в будущем. 

Требование о взыскании судебных расходов рассмотрено в соответствии со статьями 101, 106, 110, 112 АПК РФ.

Апелляционные жалобы доводов в указанной части не содержат.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины в апелляционной инстанции, согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 06.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-5250/2024 оставить без изменения, а апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1, KMA Concepts Limited – без удовлетворения. 

   Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

    Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

    Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса "Картотека арбитражных дел" http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

 

Судья                                                                                         Т.В. Павлюк