АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А17-37/2021

24 июня 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17.06.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 24.06.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Ионычевой С.В., Ногтевой В.А.

при участии представителей

от акционерного общества 

«Владимирский завод специального оборудования»:

ФИО1 по доверенности от 15.10.2021,

от QUBE MEDICAL PRODUCTS SND BHB:

ФИО2 по доверенности от 20.05.2021,

ФИО3 по доверенности от 20.05.2021,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

акционерного общества «Владимирский завод специального оборудования»

на  определение Арбитражного суда Ивановской области от 12.11.2021  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022

по делу № А17-37/2021 

по заявлению акционерного общества 

«Владимирский завод специального оборудования» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

о включении требований в реестр требований кредиторов

общества с ограниченной ответственностью «МедКэр» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МедКэр» (далее – Общество; должник) акционерное общество «Владимирский завод специального оборудования» (далее – Завод) обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о включении требований в размере 14 726 212 рублей 15 копеек в реестр требований кредиторов должника.

Арбитражный суд Ивановской области определением от 12.11.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022, признал требование Завода обоснованным и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Завод обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт о включении требований в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций пришли к неверному выводу о нахождении должника в момент получения займа в состоянии имущественного кризиса. Из бухгалтерского баланса должника следует, что в 2018 и 2019 годах у Общества отсутствовали признаки неплатежеспособности, в том числе его активы позволяли погасить задолженность перед QUBE MEDICAL PRODUCTS SND BHB (далее – Компания). С учетом изложенного, суды неверно квалифицировали полученные должником денежные средства как компенсационное финансирование. 

Податель жалобы полагает, что судами не принята во внимание экономическая целесообразность заключения договора займа, которая обусловлена сложившимися между сторонами предпринимательскими взаимоотношениями. 

По мнению Завода, суды пришли к неверному выводу об аффилированности должника и кредитора, поскольку обратное не подтверждено материалами дела. Ссылки судебных инстанций на то, что кредитор являлся поручителем должника, в отсутствие иных доказательств заинтересованности или наличия у Завода статуса контролирующего должника лица, являются несостоятельными.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании. 

Компания в отзыве и ее представитель в судебном заседании отклонили доводы заявителя, сославшись на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов  проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Завод (заемщик) и публичное акционерное общество «Московский областной банк» (кредитор) (далее – Банк) заключили кредитные договоры от 25.12.2018 № 00100193.122018КЛ и № 00100194.122018КЛ, по условиям которых заемщику предоставлены денежные средства на рефинансирование части ссудной задолженности Общества перед публичным акционерным обществом «АКБ Металлинвестбанк» (далее – общество «Металлинвестбанк») по кредитному договору от 27.02.2018 № 6207-К.

Завод (займодавец) и Общество (заемщик) заключили договор займа от 25.12.2018, по условиям которого займодавец предоставил заемщику 160 555 555 рублей 54 копейки под 12,5 процентов годовых на срок до 31.12.2019.

Согласно пункту 2.1 договора заимодавец передал указанную сумму заемщику путем погашения части остатка ссудной задолженности заемщика по кредитному договору от 27.02.2018 № 6207-К в соответствии с условиями кредитных договоров от 25.12.2018 № 00100193.122018КЛ, 00100194.122018КЛ, заключенных между Заводом и Банком.

Факт погашения задолженности Общества перед обществом «Металлинвестбанк» подтвержден платежным поручением от 26.12.2018 № 2248.

Завод (арендатор) и Общество (субарендатор) заключили договор субаренды нежилого помещения от 01.01.2019 № ВЗСО-001/01/19, по условиям которого арендатор передал, а субарендатор принял во временное возмездное пользование (субаренду) часть нежилого помещения № 24/2 площадью 22 квадратных метра, часть нежилого помещения № 24 площадью 5 квадратных метров, часть нежилого помещения № 22/2, площадью 20 квадратных метров, часть нежилого помещения № 22/1 площадью 39 квадратных метров, для использования в качестве офисных и часть площади вспомогательного помещения площадью 1,4 квадратного метра, расположенные на 1-м этаже нежилого здания (корпус 2) по адресу: 

<

...>.

В соответствии с пунктом 3.1 договора размер арендной платы составляет 77 610 рублей ежемесячно.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 113.01.2021 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, определением от 12.04.2021 ввел в отношении него процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО4.

Наличие задолженности по договорам аренды и займа послужило основанием для обращения Завода в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника. 

Суды двух инстанций, признав, что очередность удовлетворения требований Завода подлежит понижению, исходили из того, что кредитор и должник являются аффилированными лицами, предоставленные Обществу денежные средства носили характер компенсационного финансирования.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, отзыв на нее, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973).

Между тем, в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы по вопросу наличия или отсутствия оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В частности, понижению подлежит очередность удовлетворения требований, возникновение которых связано с попытками контролирующего должника лица вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, предоставления отсрочки платежа по договорам подряда, аренды,  других договорных конструкций. 

Лицо, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов. Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункты 3.1, 3.3 Обзора от 29.01.2020).

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций установили, что Общество и Завод являются аффилированными лицами, входящими в одну группу лиц. 

В частности, бывший участник и генеральный директор должника ФИО5 косвенно владеет Заводом, поскольку имеет долю в размере 23 процентов в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Рента» (далее – общество «Рента»), которое, в свою очередь, является единственным акционером кредитора.

При этом ФИО5, ФИО6 (генеральный директор Завода), ФИО7 и ФИО8 в различные промежутки времени являлись участниками и  выступали в качестве органов управления группы взаимосвязанных между собой компаний, среди которых общества с ограниченной ответственностью «Рента», «Рента Финанс», «ЗСО», «Владимир» (далее  общество «Владимир»), «Торгсервис» (далее – общество «Торгсервис»), «ИнтерТорг», «Пожинтехсервис» (далее – общество «Пожинтехсервис»), «Юридическое агентство «Рента-Консалтинг» (далее – общество «ЮА «Рента-Консалтинг»), «ЗСО-Медтехника», акционерные общества «Рента Инвест», «ТоргСервис». 

Указанные лица в период с 07.05.2015 по 21.08.2017 владели 100 процентами доли в уставном капитале общества «ЮА «Рента-Консалтинг». Генеральным директором указанной организации в этот период времени выступал ФИО9, который в рамках настоящего дела о банкротстве представлял интересы обществ  «Торгсервис» и «Пожинтехсервис», в то же время он является единственным участником и генеральным директором «Интерторг». 

В настоящее время генеральным директором общества «ЮА «Рента-Консалтинг» является ФИО10, который представляет в рамках настоящего дела интересы должника.

Суды также приняли во внимание, что Завод и общества «Владимир»,  «Торгсервис» имеют аналогичный юридический адрес. 

Кроме того, судебные инстанции проанализировали природу правоотношений между должником и кредитором и констатировали, что условия предоставления займов Обществу существенно отличаются от рыночных.

В частности, для выдачи Обществу займа, Завод заключил два целевых кредитных договора с Банком, которые предусматривали условия об обязанности кредитора оплатить Банку комиссии, об уплате неустойки в случае просрочки возврата кредита, о возможности увеличения процентной ставки в одностороннем порядке в случае невыполнения заемщиком ряда условий договора, о возможности кредитора отказаться от предоставления кредита или потребовать досрочного погашения, об обеспечении обязательств в виде поручительства и залога.

Между тем, договор займа, заключенный впоследствии Заводом и Обществом не содержит условий о порядке возврата денежных средств, размере ежемесячного платежа, порядке начисления процентов, об обеспечении исполнения должником обязательств.  В то же время, исполнение Заводом обязательств перед Банком обеспечено, помимо прочего, поручительством ФИО6, ФИО8, ФИО7, ФИО5, должника, обществ «Интерторг», «Рента» и иными юридическими лицами, а также залогом недвижимого имущества ФИО6, расположенного по адресу: 

<

...>. Указанный адрес является юридическим адресом обществ  «ЗСО» и «Торгсервис». 

Суды обоснованно обратили внимание на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 25.03.2021 № 310-ЭС20-18954, согласно которой в настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга.

При этом кредитные договоры Завода с Банком и договор займа кредитора с должником были заключены под один и тот же процент годовых.

На основании изложенного суды констатировали, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие экономическую целесообразность предоставления Заводом должнику денежных средств, которые, к тому же не являлись собственными активами кредитора, а были получены по кредитному договору с банком. 

Следовательно, условия договора займа для кредитора являлись невыгодными и убыточными, то есть Завод предоставил должнику денежные средства на условиях, не доступных иным участникам рынка. 

Доказательств, свидетельствующих о том, что Завод или Общество вступали в правоотношения аналогичного характера с иными, неаффилированными лицами, в материалы дела не представлено. 

Довод заявителя о том, что Общество и Завод не являются аффилированными лицами отклонен судом округа, как противоречащий материалам дела. 

При представлении доказательств аффилированности должника с лицом, заявившем о включении требований в реестр, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Завод, настаивающий на отсутствии аффилированности с должником, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательств, обосновывающих целесообразность вступления в подобного рода правоотношения с лицом, не входящим в одну группу лиц с кредитором, а также документов, подтверждающих отсутствие родственных связей между ФИО6 (директор Завода и участник его единственного акционера – общества «Рента»), ФИО8,  ФИО7 и ФИО5, также являющихся участниками единственного акционера Завода.  

Таким образом, кредитор не опроверг разумные сомнения независимых кредиторов должника относительно заинтересованности к должнику, не раскрыл существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения заемных сделок, основания выдачи займов.

При этом как следует из материалов дела, на дату получения Заводом кредитов в Банке и последующего направления денежных средств в счет погашения задолженности Общества перед обществом «Металлинвестбанк», у должника имелись неисполненные обязательства в существенном размере, в частности, задолженность перед Компанией по договорам поставки в сумме 60 508 410 рублей 18 копеек, включенная впоследствии в реестр требований кредиторов должника.

Аргумент Завода о том, что в период заключения договоров займа Общество являлось платежеспособным, отклонен судом округа, как несостоятельный.

В частности, как верно отметили суды, положительная структура баланса Общества сама по себе не свидетельствует о платежеспособности должника по обязательствам с учетом возбужденного дела о банкротстве. Доказательств наличия у должника достаточного размера средств для расчетов с кредиторами в спорный период, в материалы дела не представлено.

В то же время, из материалов дела № А17-8715/2019 о взыскании с Общества задолженности в пользу Компании следует, что в период с 12.05.2015 по 17.08.2016 на основании договоренностей сторон путем электронной переписки, по поступившим заказам Компания в адрес должника поставила товар на общую сумму 989 874,19 доллара США. При этом ни одна из поставок оплачена не была.

Указанное обстоятельство, с учетом того, что денежные средства, переданные Заводом Обществу, были направлены также на погашение обязательств перед кредитором должника, обоснованно расценены судами как подтверждающие наличие у последнего признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. 

При этом Завод, настаивающий на том, что финансовое состояние Общества в 2018 и 2019 годах позволяло ему погасить задолженность перед Компанией, не пояснил, по какой причине такое погашение не было произведено, с учетом того, что задолженность перед ней начала образовываться в 2015 году. Общество пояснений по указанному поводу также не представило.  

В отношении договора субаренды от 01.01.2019 № ВЗСО-001/01/19 суды пришли к аналогичным выводам, поскольку он заключен в период наличия у Общества признаков неплатежеспособности, существенной кредиторской задолженности перед Компанией и Заводом. При этом договор не предусматривал ответственность должника в случае ненадлежащего исполнения договора. 

Кроме того, до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, Завод не предпринимал попыток взыскать с Общества задолженность по внесению арендной платы. 

С учетом изложенного, судебные инстанции пришли к обоснованному и правомерному выводу о том, что передача денежных средств Заводом Обществу по договору займа, а также предоставление нежилых помещений без взыскания несвоевременно вносимой арендной платы, не имели целью получение экономической выгоды и не были направлены на возникновение между кредитором и должником возмездных отношений. 

Указанные действия осуществлены в целях недопущения прекращения основной деятельности должника, а также перераспределения денежных средств, полученных от ведения общего бизнеса, внутри группы сообразно текущим потребностям входящих в нее лиц в тех или иных суммах денежных средств или сообразно договоренностям обществ. Указанное свидетельствует о предоставлении кредитором должнику компенсационного финансирования, что, с учетом доказанности их вхождения в одну группу лиц, является основанием для понижения очередности удовлетворения требований Завода.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами характера правоотношений Компании и Общества. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, поскольку исключительные полномочия по оценке доказательств имеются только у судов первой и апелляционной инстанций.

Оснований для отмены обжалованного судебного акта с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы судом не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационных жалоб по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 12.11.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 04.03.2022 по делу № А17-37/2021  оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Владимирский завод специального оборудования» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий

 

В.П. Прыткова

 

Судьи

С.В. Ионычева

В.А. Ногтева