АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

04 марта 2024 года

Дело №

А56-49958/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Казарян К.Г., ФИО1,

при участии ФИО2 (паспорт) и его представителя ФИО3 (доверенность от 07.09.2023), от ФИО4 представителя ФИО3 (доверенность от 23.07.2023),

рассмотрев 28.02.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 и ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по делу № А56-49958/2021/сд.1, 

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.07.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2.

Решением суда первой инстанции от 20.08.2021 (резолютивная часть объявлена 18.08.2021) ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

В поступившем 21.02.2023 в суд первой инстанции заявлении               ФИО6 просил признать недействительным договор дарения земельного садового участка с домом, заключенный 31.08.2017 ФИО2 и Безверхой (ФИО7) Яной Валерьевной (далее – Договор), применить последствия недействительности Договора в виде возврата в конкурсную массу должника земельного участка площадью 599 кв. м с кадастровым номером 47:23:2035001:0013 (далее – Земельный участок) и садового дома площадью 104,8 кв. м с кадастровым номером 47-78-17/036/2005-436 (далее – Дом) по адресу: Ленинградская обл., Гатчинский р-н, массив «Кобрино», садовое товарищество «Энергетик», уч. 13.

Определением суда первой инстанции от 13.10.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО2 и ФИО5, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, просят отменить определение от 13.10.2023 и постановление от 25.12.2023, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления.

Податели жалобы указали, что на дату заключения Договора должник не обладал признаками неплатежеспособности, не был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Строительно-торговая компания», адрес: 190020, Санкт-Петербург,                            ул. Бумажная, д. 3, лит. А, пом. 1Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество); суды неправомерно применили статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку обстоятельства заключения Договора соответствуют диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); Договор заключен за пределами периодов подозрительности, предусмотренных Законом о банкротстве; суды неверно определили срок исковой давности по заявлению ФИО6, в связи с чем необоснованно отказали в его применении.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО6 и конкурсный кредитор ФИО8 просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании должник и представитель ответчика поддержали доводы кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов обособленного спора, по Договору должник подарил своей дочери – ФИО9 Земельный участок и расположенный на нем Дом.

В рассматриваемом заявлении ФИО6 указал на недействительность Договора со ссылкой на статьи 10, 168, 170 ГК РФ, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции должник и ответчик возражали против его удовлетворения, ФИО4 заявила о пропуске ФИО6 срока исковой давности.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, отклонил возражения должника и ответчика, признал заявление ФИО6 обоснованным.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Западного округа установил наличие оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Договор заключен за пределами периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, не мог быть признан недействительным по данному основанию.

По мнению судов первой и апелляционной инстанций, Договор заключен при злоупотреблении правом со стороны должника и ответчика, которые преследовали цели вывода активов должника и недопущения обращения взыскания на отчужденное имущество.

Сделав приведенные выводы, суды признали Договор недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки, заключенные с причинением вреда кредиторам, по основаниям, предусмотренным ГК РФ, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ             по тем же основаниям, что и указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, периода подозрительности и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правило о возможности заявления возражений против недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1)).

Применение статей 10 и 168 ГК РФ должно носить резервный и субсидиарный характер. Этот состав недействительности должен применяться только в тех случаях, когда у суда не обнаруживается того или иного специального механизма для защиты от злоупотреблений гражданскими правами.

Иной подход приводит к тому, что норма, закрепленная в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, теряет смысл, так как полностью поглощается нормой о злоупотреблении правом.

Суд кассационной инстанции полагает, что в рассматриваемом случае не имелось оснований для применения статей 10, 168 ГК РФ, их необоснованное применение судами первой и апелляционной инстанций привело к принятию незаконных судебных актов. 

В рамках дела № А56-64961/2016 о банкротстве Общества у ФИО2 истребована документация Общества (определение суда первой инстанции от 21.10.2017); ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам в размере 33 530 091,30 руб. (определение суда первой инстанции от 19.12.2018).

Суды первой и апелляционной инстанций указали, что умышленные действия ФИО2 привели к непередаче конкурсному управляющему документов Общества, невозможности формирования его конкурсной массы, в связи с чем ФИО2, являвшийся руководителем Общества с 01.07.2017, не мог не предвидеть его привлечение к субсидиарной ответственности на дату заключения Договора. 

Суд кассационной инстанции считает этот вывод ошибочным.

В ходе рассмотрения обособленного спора о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества было установлено, что он передал часть документации конкурсному управляющему и пояснил, что остальные документы не были ему переданы прежним руководителем Общества – умершим ФИО10.

При таких обстоятельствах не имеется оснований полагать, что привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества было неотвратимо на дату заключения Договора.

В пункте 2 Договора указано, что Земельный участок и Дом принадлежали ФИО2 на основании свидетельств о государственной регистрации от 29.11.2006 года.

Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что спорные объекты недвижимости не были приобретены ФИО2 за счет кредиторов Общества. Доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено.

Наличие (отсутствие) у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения Договора не имеет решающего значения для правильного рассмотрения спора, так как Договор заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности. 

Приняв во внимание отсутствие злоупотребления правом со стороны должника и ответчика при заключении Договора, отсутствие оснований для применения статей 10, 168 ГК РФ, суд кассационной инстанции пришел к выводу об ошибочном применении судом первой инстанции трехлетнего срока исковой давности.

Так, по заявлениям о признании сделок недействительными на основании указанных статей предусмотрен общий срок исковой давности, составляющий три года, а на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве – один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 32 Постановления № 63). 

При этом срок исковой давности по заявлениям о признании сделок недействительными исчисляется  с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

ФИО6 утвержден 18.08.2021, с рассматриваемым заявлением обратился 21.02.2023, то есть спустя один год и шесть месяцев после утверждения.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, что при введении процедуры банкротства арбитражный управляющий должен оперативно запрашивать всю необходимую ему для осуществления полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО6 стало известно о заключении Договора ранее 29.08.2022, когда он получил от кредитора письмо, содержащее соответствующие сведения.

Оснований полагать, что финансовый управляющий незаконно бездействовал, что привело к неполучению им сведений о Договоре, не имеется.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что данная сделка не может быть оспорена по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как не попадает в трехлетний период подозрительности.

При этом, квалифицировав сделку как ничтожную, суд не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. На подобные обстоятельства финансовый управляющий не ссылался и, как следствие, они не были установлены судом.

Доводы финансового управляющего о необходимости применения к подозрительной сделке, не имеющей других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, направлены на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.            

Таким образом, в настоящем обособленном споре обстоятельства совершения сделки не выходят за рамки диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве (как совершенной во вред кредиторам по специальным банкротным основаниям), соответственно, оснований для квалификации сделки как ничтожной по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, не имеется, такие основания в обжалуемых судебных актах не приведены.

С учетом изложенного суд округа считает, что договор признан недействительным неправомерно, выводы судов основаны на неправильном применении норм материального права, в связи с чем обжалуемые                  судебные акты следует отменить и принять по делу новый судебный                              акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.10.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по делу № А56-49958/2021/сд.1 отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО6 о признании недействительным договора дарения земельного участка и садового дома от 31.08.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО5, применении последствий его недействительности отказать.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

 

К.Г. Казарян

ФИО1