АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1967/19 

Екатеринбург

13 мая 2019 г.

 

Дело № А76-17290/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 07 мая 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 мая 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Поротниковой Е. А.,

судей Лукьянова В. А., Ященок Т. П.

рассмотрел в судебном заседании кассационную общества с ограниченной ответственностью «Респект» (далее – ООО «Респект», общество, заявитель) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2018 по делу № А76-17290/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие директор ООО «Респект» – Витергольд М.Ф. (паспорт; решение от 01.07.2015), а также представитель Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – Управление, антимонопольный орган) – Казанцева А.Ф. (доверенность от 0911.2018 № 81).

От государственного казенного учреждения Челябинской области «Центр закупок в сфере здравоохранения» в суд кассационной инстанции поступило ходатайство о рассмотрении спора в отсутствие его представителя. Ходатайство судом кассационной инстанции рассмотрено и удовлетворено в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

ООО «Респект» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – Управление, антимонопольный орган) от 22.05.2018 по делу № 315-ж/2018.

На основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены государственное казенное учреждение Челябинской области «Центр закупок в сфере здравоохранения», Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Медико-санитарная часть № 72 Федерального медико-биологического агентства» (далее – ФГБУЗ МСЧ № 72 ФМБА), закрытое акционерное общество «Сбербанк-АСТ», государственное автономное учреждение Челябинской области «Централизованная прачечная».

Решением суда от 12.11.2018 (судья Мрез И.В.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2019 (судьи Плаксина Н.Г., Костин В.Ю., Скобелкин А.П.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неверное толкование судами законодательства о лицензировании медицинской деятельности, игнорирующим сложившуюся судебную практику рассмотрения аналогичных споров, в том числе, правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, выраженную  при рассмотрении дела  № 303-АД15-15624. 

Оспариваемое решение Управления, которым действия организатора закупки по установлению к участникам закупки (поставщикам прачечных услуг по стирке, сушке, глажке, дезинфекции белья) требование о наличии лицензии на медицинскую деятельность – незаконно, противоречит положениям частей 1, 2 статьи 8, пункта 1 части 1 статьи 31, части 6 статьи 66 Федерального закона № 44-ФЗ, что судами не учтено.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что спорный объект закупки (оказание прачечных услуг, включая стирку, отбеливание, обеззараживание, дезинфекцию, глажку белья) к числу лицензируемых видов деятельности не относится, в перечень работ (услуг), подлежащих лицензированию и составляющих медицинскую деятельность, не включен.

Как отмечает заявитель жалобы, лицензия требуется лишь при оказании медицинских услуг по дезинфектологии, выраженных в медицинском вмешательстве и имеющих самостоятельное законченное значение для пациента, тогда как оказание услуг по стирке белья, включающих его дезинфекцию, лицензированию не подлежит.

Управление представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

При рассмотрении спора судами установлено, что общество, являясь участником электронного аукциона, обратилось в антимонопольный орган с жалобой, ссылаясь на необоснованное отклонение аукционной комиссией его заявки, несоответствие документации об электронном аукционе на право заключения контракта на оказание прачечных услуг (включая стирку, отбеливание, обеззараживание, дезинфекцию, глажку белья) для нужд ФГБУЗ МСЧ № 72 ФМБА Федеральному закону № 44-ФЗ.

В частности, общество указало, что, поскольку объектом закупки являлось оказание прачечных услуг (включая стирку, отбеливание, обеззараживание, дезинфекцию, глажку белья), которые к санитарно-противоэпидемическим мероприятиям не относятся, требование, содержащееся в конкурсной документации, о наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности в области дезинфектологии является незаконным.

По результатам рассмотрения жалобы общества антимонопольный орган вынес оспариваемое решение, согласно которому жалоба признана необоснованной. 

Не согласившись с названным решением, ООО «Респект» обратилось в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суды пришли к выводу о законности оспариваемого решения Управления, отсутствии нарушения прав и законных интересов общества. При этом суды, установив, что одним из видов услуг, который должен оказать исполнитель, является дезинфекция больничного белья, дезинфекционные же работы относятся к санитарно-эпидемиологическим мероприятиям, деятельности в области охраны здоровья граждан и включены в понятие «медицинская деятельность», указали на правомерность действий аукционной комиссии по отклонению заявки общества в связи с ее несоответствием требованиям аукционной документации ввиду не предоставления участником закупки в составе второй части заявки лицензии на осуществление медицинской деятельности в области дезинфектологии со ссылкой на пункт 1 части 6 статьи 69 Федерального закона № 44-ФЗ. 

Выводы судов являются правильными, соответствуют материалам дела и  сложившейся в настоящее время судебной практике Верховного Суда Российской Федерации по вопросу о необходимости лицензии на осуществление медицинской деятельности в области дезинфектологии при оказании третьим лицам таких самостоятельных услуг вне рамок лечебной медицинской деятельности (определение от 12.01.2018 № 310-КГ17-14344 по делу № А23-840/2016).

Согласно пунктам 1, 2 части 6 статьи 69 Федерального закона № 44-ФЗ заявка на участие в электронном аукционе признается не соответствующей требованиям, установленным документацией о таком аукционе, в случае: непредставления документов и информации, которые предусмотрены пунктами 1, 3 – 5, 7 и 8 части 2 статьи 62, частями 3 и 5 статьи 66 Федерального закона № 44-ФЗ, несоответствия указанных документов и информации требованиям, установленным документацией о таком аукционе, наличия в указанных документах недостоверной информации об участнике такого аукциона на дату и время окончания срока подачи заявок на участие в таком аукционе; несоответствия участника такого аукциона требованиям, установленным в соответствии с частью 1, частями 1.1, 2 и 2.1 (при наличии таких требований) статьи 31 Федерального закона № 44-ФЗ.

Исходя из принципов, закрепленных в статье 41 Конституции Российской Федерации и статье 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 323-ФЗ), гражданам гарантируются обеспечение их прав в сфере охраны здоровья, доступность и качество при оказании медицинской помощи.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона № 323-ФЗ под охраной здоровья граждан понимается система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера, осуществляемого в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Таким образом, проведение мероприятий санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера является составной частью комплекса мероприятий, обеспечивающих охрану здоровья граждан, и включает в себя организационные, административные, инженерно-технические, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на устранение или уменьшение вредного воздействия на человека факторов среды обитания, предотвращение возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) и их ликвидацию (статья 1 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее – Федеральный закон № 52-ФЗ).

Так, в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия (пункт 1 статьи 29 Федерального закона № 52-ФЗ).

Данные мероприятия выполняются как в рамках осуществления медицинской деятельности, так и в рамках иных мероприятий, не относящихся к медицинской деятельности, таких как санитарная охрана территорий, ограничительные мероприятия (карантин), производственный контроль, гигиеническое воспитание и обучение.

Согласно пункту 46 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Федеральный закон № 99-ФЗ) медицинская деятельность (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково») подлежит лицензированию.

В силу пункта 3 Положения «О лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково»)», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 291 (далее – Положение о лицензировании) медицинскую деятельность составляют работы (услуги) по перечню согласно приложению, которые выполняются, в том числе, при проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи. Требования к организации и выполнению указанных работ (услуг) в целях лицензирования устанавливаются Министерством здравоохранения Российской Федерации.

В частности, в Перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, включены работы (услуги) по дезинфектологии, состоящие, в том числе, из работ по дезинфекции, включающей в себя (в соответствии с общепринятой терминологией) работы по удалению или уничтожению возбудителей инфекционных (паразитарных) болезней в (на) объектах окружающей среды.

Следовательно, указанное понятие рассматривается как один из способов предотвращения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и составляет терминологическую основу Санитарно-эпидемиологических Правил СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности» СП 3.5.1378-03, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 09.06.2003 № 131 (далее – СП 3.5.1378-03) и отнесенных к группе 3.5 «Дезинфектология».

Дезинфекционная деятельность осуществляется специально обученным персоналом организации, осуществляющей дезинфекционную деятельность, в строгом соответствии с требованиями, установленными СП 3.5.1378-03 и предусматривающими соблюдение условий хранения, транспортировки, приготовления рабочих растворов, химических и биологических средств, допущенных к применению и не оказывающих неблагоприятного воздействия на человека.

В связи с тем, что дезинфекционные работы не выполняются по отношению к пациенту, они не являются медицинским вмешательством, и, соответственно, медицинской услугой и медицинской помощью, но являясь санитарно-противоэпидемическими (профилактическими) мероприятиями, включены в понятие «медицинская деятельность».

С учетом изложенного, деятельность по проведению дезинфекционных работ в соответствии с Федеральным законом № 323-ФЗ должна рассматриваться как деятельность в области охраны здоровья граждан и медицинская деятельность, а также как санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия в значении, данном в Федеральном законе № 52-ФЗ, и в соответствии с Федеральным законом № 99-ФЗ подлежит лицензированию.

Суды верно заключили, что при включении в описание объекта закупки оказания услуг по дезинфекции – получение лицензии на осуществление медицинской деятельности по работе (услуге) «дезинфектология» является обязательным (пункт 3 Положения о лицензировании).

В ходе проверки по существу законности оспариваемого решения Управления, применительно к вышеперечисленным нормам права, руководствуясь при оценке имеющихся в деле доказательств статьями 65, 67, 68, 71 АПК РФ, суды, пришли к выводу о правомерности включения аукционной комиссией в документацию об электронном аукционе требования к участникам закупки о наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности по дизенфектологии, соответствии такого требования пункту 56 части 5 статьи 63, пункту 1 части 1, части 5 статьи 31, пункту 2 части 1 статьи 64, пункту 2 части 5 статьи 66 Федерального закона № 44-ФЗ.

Таким образом, установив не предоставление обществом в составе второй части заявки лицензии на осуществление медицинской деятельности в области дезинфектологии, что, в свою очередь, прямо противоречит требованиям документации о закупке, действия аукционной комиссии по отклонению такой заявки суды признали правомерными, жалобы участника закупки – необоснованной.

С учетом изложенного, оснований для признания оспариваемого решения антимонопольного органа у судов не имелось, в связи с чем, в удовлетворении заявленных обществом требований судами отказано правомерно.

Доводы кассационной жалобы выводов судов не опровергают, основаны на неверном толковании норм материального права, аналогичны тем, что заявлялись в судах нижестоящих инстанций.

Ссылка заявителя на судебную практику Верховного Суда Российской Федерации по делу № 303-АД15-15624 отклоняется судом округа, как неприменимая к настоящему спору, поскольку медицинская организация в названном деле, осуществляя на основании лицензии медицинскую деятельность, проводила дезинфекционные мероприятия по дезинфекции принадлежащих ей же и используемых в своей работе изделий медицинского назначения, где отдельное получение лицензии на осуществление медицинской деятельности не требуется, так как медицинских услуг по дезинфектологии, выраженных в медицинском вмешательстве и имеющих самостоятельное законченное значение оказано не было. Эта организация не оказывала услуг по медицинской помощи в области дезинфектологии для третьих лиц.

Нормы процессуального и материального права применены судами правильно.

Нарушения норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 АПК РФ) в ходе кассационного рассмотрения не выявлено.

Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 12.11.2018 по делу № А76-17290/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Респект» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                         Е.А. Поротникова 

 

Судьи                                                                                      В.А. Лукьянов 

 

                                                                                                 Т.П. Ященок