ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

29.07.2019                                                                              Дело № А40-60051/17

 

Резолютивная часть постановления оглашена 23 июля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 июля 2019 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

от публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО1 по доверенности от 19.04.2019;

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 28.01.2019,

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 03.10.2018,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.03.2019,

вынесенное судьей Пахомовым Е.А.,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2019,

принятое судьями Вигдорчиком Д.Г., Головачевой Ю.Л., Назаровой С.А.

об отказе в признании недействительным заключенного между ФИО4 и ФИО6 договора купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, 

в рамках рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 24.09.2018 ФИО4 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – кредитор, банк) о признании недействительным, заключенного между должником и ФИО2 договора купли-продажи жилого помещения (квартиры), общей площадью 51,2 кв.м., кадастровый номер 77:06:0005010:4586, расположенного по адресу: 

<

...>, применении последствий недействительной сделки в виде возврата в конкурсную массу должника указанного жилого помещения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.03.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2019, в удовлетворении указанного заявления банка отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, банк обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, направить  обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель банка доводы кассационной жалобы поддержал, а представители должника и ФИО2 просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив, в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Как усматривается из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, в обоснование заявленных требований банк ссылается на то, что спорная сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Между тем, отметили суды,  банком не приведено каких-либо доказательств того, что цена проданного недвижимого имущества существенно в худшую для должника сторону отличается от цены при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Так, указали суды, в подтверждение причинения вреда кредиторам банк указывает на то, что кредиторам причинен ущерб в размере 9 709 985,28 руб., что составляет кадастровую стоимость объекта с кадастровым номером 77:06:0005010:4586 по состоянию на 2016 год.

Между тем, судами установлено, что согласно условиям оспариваемой сделки, стоимость спорного недвижимого имущества составляла 10 200 000 руб., как следствие, отметили суды, сумма полученного встречного исполнения не меньше стоимости реализованного имущества, которую указывает банк в обосновании размера причиненных убытков.

Кроме того, согласно представленной информации, размещенной на сайте rosreestr.ru, раздел «Получение сведений из Фонда данных государственной кадастровой оценки, кадастровая стоимость спорной квартиры по состоянию на 2018 год составляет 7 304 537,09 руб.

Как следствие, суды пришли к выводу о том, что доказательств неравноценного встречного исполнения обязательств в материалы дела не представлено и правовые основания для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

Кроме того, отметили суды, в обоснование заявленных требований банк также ссылается на то, что оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом в период наличия у должника кредиторской задолженности, что, по мнению банка, привело к уменьшению конкурсной массы и причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, то есть свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом, пунктом 5 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона с банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов: б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Вместе с тем, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления от 23.12.2010 № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Между тем, судами отмечено что в отношении должника определением Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2017 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Требования заявителя по делу было основано на решении Симоновского районного суда города Москвы от 02.02.2017 по делу № 02-0772/17.

Указанным решением с должника как с одного из солидарных должников была взыскана сумма задолженности по договору займа.

Таким образом, на дату принятия искового заявления (18.11.2016) о взыскании с должника задолженности по договору займа, должник прекратил осуществлять расчеты с кредиторами, т.е., иными словами, отвечал признакам неплатежеспособности.

Кроме того, у должника имелись обязательства перед кредиторами, которые впоследствии не были исполнены, в частности перед следующими кредиторами: ПАО «Сбербанк России» по заключенному генеральному соглашению об открытии возобновляемой рамочной кредитной линии с дифференцированными процентными ставками от 22.05.2015 № 2806 между ПАО «Сбербанк России» и ООО «ПЛК», которое обеспечивалось поручительством должника, а также по договору № 2869 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 15.05.2014, заключенному между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Альтех», которое было обеспечено поручительством должника; ПАО «Промсвязьбанк» по договору уступки прав требований от 29.12.2016, заключенному между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «ПЛК», исполнение обязательств по которому обеспечивалось поручительством должника; АО «Альфа-Банк» по соглашению о кредитовании банковского счета от 01.12.2015 № 0035-ОЛ, заключенному между АО «Альфа-Банк» и ЗАО «АртЛэнд» и ООО «Мебельные решения», обеспеченному поручительством должника; ФИО8 по заключенным договорам займа от 19.03.2013 между ФИО8 и должником; Они В.Т. по заключенному договору займа от 10.11.2017 между ФИО9 и должником, а также договору займа от 10.01.2017 между ФИО9 и ФИО10., обеспеченных поручительством должника; Компанией Эфджиси Инвестментс Лимитед, по заключенным между компанией Эфджиси Инвестментс Лимитед и ООО «Альтех» договору займа от 18.08.2013 № 284 и от 25.03.2013 № 284/2, обеспеченных поручительством Должника; ФИО11 по договору займа от 03.05.2015.

Вместе с тем, отметили суды, представленный список кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, не является доказательством того, что именно на момент совершения спорной сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку по большей части обязательств должник являлся лишь поручителем, что подразумевает возникновения обязательств лишь при неисполнении их основными заемщиками.

Кроме того, большая часть договоров поручительства были также заключены после оспариваемой сделки (по поручительству перед ПАО «Промсвязьбанк» 29.12.2016, по поручительству перед ФИО9 10.01.2017 и 01.11.2016, по поручительству перед компанией Эфджиси Инвестмент Лимитед 23.12.2016).

Согласно постановлению Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (далее – постановление от 12.07.2012 № 42), поручитель не является содолжником в обеспеченном поручительстве обязательстве (абзац 1 статьи 361, пункт 1 статьи 365 ГК РФ).

Таким образом, должником не являлся должником по отношению к названным банком кредиторам, до даты предъявления требования об исполнении обязательств по договорам поручительства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 364 ГК РФ, поручитель вправе не исполнять свое обязательство, пока кредитор имеет возможность получить удовлетворение своего требования путем его зачета против требования должника.

Каких-либо уведомлений о наличие задолженности и требований о ее погашения в связи с неисполнением обязательств основным кредитором должник на момент заключения сделки не получал, доказательств обратного банком не представлено.

Кроме того, должник являлся учредителем компании ООО «КОРД», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

Согласно пояснениям должника, с 2016 года ООО «КОРД» начало испытывать финансовые трудности, в обществе не хватало денежных средств для осуществления нормальной экономической деятельности, выплаты заработной платы работникам, что привело в итоге к необходимости обратиться обществу в суд о признании его несостоятельным (банкротом) (дело № А41-86664/16).

Денежные средства, вырученные должником от продажи имущества общества были направлены им на нужды ООО «КОРД», в том числе, на выплату заработной платы работникам ООО «КОРД», что подтверждается платежными ведомостями.

Данные обстоятельства подтверждают, что целью совершения оспариваемой сделки являлось не причинение вреда кредиторам, а необходимость получения должником денежных средств с целью выплаты заработной платы работникам ООО «КОРД».

Кроме того, в реестр требований кредиторов должника включены требования банка на основании договора поручительства должника за ООО «ПЛК» по договору поручительства от 22.05.2015 № 2806.

В связи с необходимостью исполнять принятые на себя обязательства по возврату предоставленных банком для ООО «ПЛК» денежных средств, вырученные должником от продажи квартиры средства, были направлены им на погашение задолженности перед банком.

Возврат денежных средств банку, как указали суды, не может расцениваться как причинение вреда, поскольку в результате платежей произошло уменьшение обязательств должника перед банком на сумму внесенных денежных средств.

Частичное получение денежных средств после указанной сделки банком не оспаривается, документарно указанные доводы не опровергнуты.

Кроме того, отметили суды, банк указывает, что спорная сделка совершенна с заинтересованным лицом - тещей должника ФИО2

Согласно представленным в материалы дела доказательствам, в настоящее время брак между должником и ФИО6 расторгнут, соответственно ФИО2 более не является по отношению к должнику заинтересованным лицом.

Кроме того, совершение сделки в отношении заинтересованного лица при отсутствии доказательств ее безвозмездности либо неравноценного встречного предоставления само по себе не является основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что выводы судов об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве доводами кассационной жалобы не оспариваются.

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что наличие цели причинить вред имущественным правам кредиторов банком не доказано, а также не доказано наличие всей совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной, а именно, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Кроме того, судами проверены и отклонены доводы банка о том, что ФИО2 не доказано наличие финансовой возможности для приобретения спорного имущества, что свидетельствует о мнимости сделки.

Так, статьей 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным гражданским кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Такая сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статьи 167, 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц.

Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов.

Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий, исключает применение пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Между тем, судами отмечено, что 02.07.2001 между должником и ФИО12 был заключен договор купли-продажи квартиры и, в связи с отсутствием у супругов всей суммы, достаточной для покупки квартиры, часть суммы (70 000 долларов США) была выдана ФИО2 в заем должнику и ФИО6

Позднее, 05.03.2011 между ФИО6 и ФИО13 был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: Москва, ул. Керченская, д. 6, корп. 1, кв. 112.

В соответствии с условиями вышеуказанного договора, стоимость квартиры составляла 6 100 000 руб., что при курсе доллара США, составляющим 28,5, было эквивалентно денежной сумме, превышающей 200 000 долларов США.

ФИО14 денежных средств, вырученных от реализации вышеуказанной квартиры в сумме 100 000 долларов США, была направлена должником и ФИО6 на возврат займа ФИО2

Вышеуказанные денежные средства хранились у ФИО2 с 2011 до 2016 года.

С учетом вышеуказанной суммы, полученной ФИО2 от должника и ФИО6, от реализации квартиры, у ФИО2 хранилась сумма эквивалентная 7 300 000 - 8 300 000 руб.

В связи с тем, что денежных средств, находящихся на хранении у ФИО2 с 2011 года было недостаточно для оплаты полной стоимости спорной квартиры, ФИО2 пришлось обратиться к своим родственником с просьбой о предоставлении займов на покупку квартиры.

В период с 01.06.2016 по 20.06.2016 ФИО2 заняла у своих родственников сумму в размере 4 200 000 руб., что подтверждается выданными ФИО2 расписками: распиской ФИО15 от 01.06.2016, ФИО16 от 01.06.2016, распиской Куц Н.В. от 15.06.2016, распиской ФИО17 от 15.06.2016 и ФИО18 от 20.06.2016.

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что с учетом денежных средств, которые хранились у ФИО2 и денежных средств, полученных в заем от родственников, общей суммы было достаточно для приобретения у должника спорной квартиры и факт наличия у ответчика финансовой возможности для приобретения имущества доказан.

Кроме того, договор исполнен сторонами, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке.

Заявлений о фальсификации, представленных ответчиком расписок о получении денежных средств ответчиком, кредитором сделано не было.

Оценивая указанные обстоятельства, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в материалы дела не представлены доказательства наличия совокупности условий, предусмотренных статьей 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Пунктом 3 указанной статьи предусмотрено, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на день заключения оспариваемого договора), сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок должника по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 30.04.2009 № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных положений законодательства, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

Между тем, суды пришли к выводу о том, что в материалах дела не имеется каких-либо доказательств того, что стороны договора имели противоправную цель при их заключении, ФИО2 не является аффилированным лицом по отношению к должнику, а сама оспариваемая сделка осуществлена на рыночных условиях и по стоимости превышающей кадастровую стоимость объекта.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Банк не предоставил каких-либо доказательства опровергающих доводы ФИО2, каких-либо заявлений о фальсификации, предоставленных ответчиком расписок о получении денежных средств, ходатайств о привлечении третьих лиц - кредиторов ФИО2, ходатайств об изъятии недопустимых доказательств банком не заявлялось.

В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции обосновано сделал вывод о том, что в материалы дела не представлены доказательства наличия совокупности условий, предусмотренных статьей 170 ГК РФ.

Приведенный в кассационной жалобе довод о необоснованности выводов судов об отсутствии вреда кредиторам был предметом исследования судов и отклонен ими  по тем мотивам, что каких-либо доказательств соответствия должника на момент совершения оспариваемой сделки признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества банком не предоставлено.

Представленный банком список кредиторов, перед которыми должник несет обязательства и чьи требования были включены в реестр требований кредиторов должника, не является доказательством того, что именно на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Поскольку, часть договоров займа была заключена должником уже после совершения оспариваемой сделки, а по большей части обязательств должник являлся лишь поручителем, что подразумевает возникновения обязательств лишь при неисполнении их основными заемщиками.

Кроме того, большая часть договоров поручительства были также заключены после оспариваемой сделки.

Таким образом, каких-либо доказательств того, что на дату совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества банком не предоставлено.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что сделка заключена с бывшим родственником должника, в связи с чем покупатель квартиры должен была знать о противоправной цели совершения сделки, также был предметом судебного исследования и отклонен судами, поскольку совершение сделки в отношении заинтересованного лица при отсутствии доказательств ее безвозмездности либо неравноценного встречного предоставления само по себе не является основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 07.03.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2019 по делу № А40-60051/17 - оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов 

 

Судьи:                                                                                             Н.А. Кручинина

 

                                                                                                   Л.В. Михайлова