ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-60731/2021

08 апреля 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе: председательствующего Слобожаниной В.Б.

судей Зайцевой Е.К., Кротова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 21.03.2022;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-2851/2022) общества с ограниченной ответственностью «АльтЭль» на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.12.2021 по делу № А56-60731/2021(судья  Чекунов Н.А.), принятое 

по иску общества с ограниченной ответственностью «АльтЭль»

к  ФИО4

о взыскании, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственности «АльтЭль» в лице ФИО3 (с учетом пункта 2 статьи 53, пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25) (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – суд) с исковым заявлением к ФИО4 (далее – ответчик) о взыскании 5 000 000 руб. долга.

Решением суда от 02.12.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись решением суда первой инстанции, Общество обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы истец указал, что суд не установил начальный момент течения срока исковой давности, в связи с чем неверно пришел к выводу о пропуске срока исковой давности. Суд первой инстанции не исследовал представленные Обществом доказательства, в частности постановление о возбуждении уголовного дела и о принятии его к производству. Кроме того, ответчик не представил в материалы дела доказательств того, что единственный участник Общества обладал сведениями о заключенных соглашениях.

Общество полагает, что объективных причин для расторжения договоров не имелось. Действия ответчика нельзя расценивать как добросовестные и совершенные в интересах ООО «АльтЭль» с учетом того обстоятельства, что ответчик распространял заведомо ложную информацию о распаде компании и как следствие, невозможности дальнейшего исполнения обязательств.

Истец в обоснование своих доводов ссылается на необоснованный отказ судом первой инстанции в привлечении к участию в деле третьих лиц, которые располагали дополнительными доказательствами, отсутствующими у истца. Общество обращает внимание, что уголовное дело с данными участникаит возобновлено.

27.01.2022 от ответчика поступили возражения на апелляционную жалобу, приобщенные к материалам дела, в которых ФИО4 просит отказать в удовлетворении  апелляционной жалобы.

06.04.2022 от истца поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства с невозможностью участия единственного представителя в процессе. Суд, руководствуясь статьями 158, 159 АПК РФ, ходатайство об отложении судебного заседания отклонил.

В судебном заседании представитель ответчика по доводам апелляционной жалобы возражал. Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, не явился, в связи с чем дело рассмотрено в его отсутствие в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование своих требований истец указывает, что после увольнения ответчика из ООО «АльтЭль», единственный участник Общества ФИО5 узнал, что в апреле 2018 года ФИО4 втайне организовал регистрацию ООО «Нума Технологии» с однопрофильным ООО «АльтЭль» видом деятельности, для чего привлек в качестве учредителей жену - ФИО6 и ФИО7. 

ФИО4, находясь в должности генерального директора ООО «АльтЭль», с целью заключения договоров между ООО «Нума Технологии» и заказчиками ООО «АльтЭль» в 2018 расторг договоры с одним из основных заказчиков истца – Санкт-Петербургским государственным унитарным предприятием «Санкт-Петербургский информационно-аналитический центр» (СПб ГУП «СПб ИАЦ»), а именно: договор оказания услуг № 46-855777-087 от 21.02.2018 (далее – договор от 21.02.2018) и договор оказания услуг № 46-223-037 от 22.02.2018 (далее – договор от 22.02.2018). Впоследствии ФИО4, имея в силу своего должностного положения доступ к актуальным программным кодам компьютерных программ, принадлежащих ООО «АльтЭль» и хранившихся в виде файловых систем в архивном сервере Общества, скопировал электронный носитель для дальнейшего незаконного использования в личных целях, после чего удалил. Данный факт подтверждается заключением специалиста АНО «Центр Технических Экспертиз». 

В период с ноября по декабрь 2018 года ответчик от имени ООО «Нума Технологии» зарегистрировал программы по защите информации для ЭВМ под авторством бывших инженеров-программистов ООО «АльтЭль». Истец считает, что своими действиями ответчик причинил Обществу убытки в размере неполученных доходов по указанным договорам за 2018 в размере 5 000 000 руб. 00 коп., в связи с чем обратился в суд с настоящим иском. 

ФИО4 в обоснование возражений заявил о пропуске общего срока исковой давности, установленного ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции, изучив доводы истца и ответчика, в удовлетворении исковых требований отказал.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Правилами статьи 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ указанное лицо обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Данное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон N 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Согласно правовой позиции, сформулированной в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление N 62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В пункте 6 Постановления N 62 разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

Суд первой инстанции верно указал, что истец, обращаясь в суд с заявлением о взыскании убытков в виде неполученных доходов в размере 5 000 000 руб. 00 коп., не представил доказательств наличия в действиях ответчика признаков недобросовестности и неразумности, а также вины в причинении вреда имущественным правам истца. В процессе реализации своих трудовых обязанностей ФИО4 от имени ООО «АльтЭль» на основании Устава общества, были заключены договор от 21.02.2018, договор от 22.02.2018. Договор от 21.02.2018, договор от 22.02.2018 были заключены между ООО «АльтЭль» и Санкт-Петербургским государственным унитарным предприятием «Санкт-Петербургский информационно-аналитический центр» (СПб ГУП «СПб ИАЦ»). «АльтЭль» в качестве соисполнителя должно было в установленный срок по заданию СПб ГУП «СПб ИАЦ» оказать услуги по сопровождению государственной информационной системы Санкт-Петербурга «Комплексная автоматизированная информационная система каталогизации ресурсов образования Санкт-Петербурга» в части технического обслуживания и сопровождения средств построения виртуальных частных сетей на основе криптографических средств защиты информации в 2018 году, за установленную плату. Приложениями к договору от 21.02.2018, договору от 22.02.2018 были установлены специальные требования к наличию лицензий ФСТЭК РФ и ФСБ РФ у соисполнителя. 

Ответчик пояснил, что расторжение договоров связано с невозможностью соблюсти указанные требования после увольнения ответчика. Таким образом, действия ответчика были направлены на недопущение привлечения общества к ответственности. Данная сделка заключена для предотвращения ущерба интересам юридического лица.

Доводы истца о том, что участник Общества ФИО5 узнал, что в апреле 2018 года ФИО4 втайне организовал регистрацию ООО «Нума Технологии», а также о том, что ФИО4, имея в силу своего должностного положения доступ к актуальным программным кодам компьютерных программ, принадлежащих ООО «АльтЭль» и хранившихся в виде файловых систем в архивном сервере Общества, скопировал электронный носитель для дальнейшего незаконного использования в личных целях, после чего удалил, материалами дела не подтверждается.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление N 43) разъяснено, что течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком. Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Из материалов дела следует, что основанием требований истца является расторжение ответчиком, исполняющим обязанности генерального директора ООО «АльтЭль», двух договоров оказания услуг: договора от 21.02.2018, договора от 22.02.2018. 

Суд первой инстанции верно указал, что при представлении ответчиком отзыва на исковое заявление, были приобщены два доказательства, получивших оценку судом первой инстанции, а именно: соглашение о расторжении договоров от 21.02.2018 и 22.02.2018. Указанные соглашения имели в своем тексте положения, в соответствии с которыми моментом вступления в силу указанных соглашений являлся момент подписания их сторонами. Данные соглашения были составлены и подписаны сторонами 30.06.2018. 

В отзыве на исковое заявление ответчик пояснил, что по состоянию на 30.06.2018 единственным участником ООО «АльтЭль» являлся ФИО3, что подтверждается материалами дела. Ответчиком неоднократно указывалось, что в связи с отсутствием действий ФИО5, направленных на назначение нового генерального директора ООО «АльтЭль, ФИО4 будет вынужден с целью недопущения привлечения ООО «АльтЭль» к гражданско-правовой и административно-правовой ответственности расторгнуть указанные договоры путем составления и подписания дополнительных соглашений. Однако доказательств того, что  ФИО5 ежедневно осуществлял контроль за деятельностью общества, в том числе посредством общения с ответчиком, в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что акт приемки-сдачи дел при смене генерального директора ФИО4 подписан 07.07.2018. Таким образом, нельзя согласиться с выводом суда первой инстанции, что с 30.06.2018 ФИО5- единственному участнику Общества стало известно о том, что ответчиком были расторгнуты договоры оказания услуг. Вместе с тем иск подан в суд 02.07.2021. Однако ошибочный вывод суда первой инстанции об истечении срока исковой давности не повлиял на правильность вынесенного решения. 

С учетом предмета и оснований заявленного требования, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные сторонами документы и дал им надлежащую оценку.

Утверждение подателя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не исследовал  представленные Обществом доказательства не принимается судом апелляционной инстанции в качестве основания для отмены обжалуемых судебных актов. Доводы жалобы, которые в данном случае заключаются лишь в иной оценке того, что судом первой инстанции было исследовано, не влекут ее удовлетворение.

Выводы суда являются верными. Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Вопреки доводам подателя жалобы, суд первой инстанции обоснованно отклонил ходатайство о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора,.могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быль привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

В обоснование своего ходатайства от 27.10.2021, заявленного в суде первой инстанции (л.д. 82), истец указал, что по его информации, ФИО8, находясь в должности генерального директора ООО «АльтЭль», в 2018 ‘расторг договоры на оказание услуг с одним из основных заказчиков ООО «АльтЭль» - СПб ГУП «СПб ИАЦ». Аналогичные договоры на оказание услуг заключены между ООО «Нума Технологии» и СПб ГУП «СПб ИАЦ», что может повлиять на права и обязанности одной из сторон. На основании изложенного ООО «Нума Технологии» и СПб ГУП «СПб ИАЦ» необходимо привлечь в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что требования истца были основаны исключительно на расторжении ответчиком от лица ООО «АльтЭль» договора от 21.02.2018 и договора от 22.02.2018. Кроме того, истец не доказал невозможность представления всех необходимых доказательств, которые, по мнению Общества, находились у ООО «Нума Технологии», в обоснование своих требований. В материалах дела имеется также ходатайство истца об истребовании у указанного Общества документов (л.д.84). 

 В соответствии с абзацем 3 пункта 33 постановления Пленума ВС РФ № 46 В силу части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика по своей инициативе либо могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда в случае, если судебный акт, принятый по данному делу, может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. О вступлении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в процесс либо о его привлечении в процесс или об отказе в этом арбитражный суд выносит определение.

Указание истцом в исковом заявлении на третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, наличие в распоряжении лица доказательств по делу сами по себе не являются основанием для привлечения лица к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. При разрешении вопроса о необходимости привлечения такого лица к участию в деле арбитражный суд устанавливает, каким образом судебный акт, который может быть принят по данному делу, повлияет на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон спора.

Установив, что судебный акт, который может быть принят по данному делу, не повлияет на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон спора, арбитражный суд на основании части 3 статьи 51 АПК РФ выносит определение об отказе в привлечении (вступлении) данного лица к участию в деле.

Таким образом, суд первой инстанции верно оставил ходатайство истца о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, без удовлетворения.

Процессуальных нарушений, установленных пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Государственная пошлина на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 02.12.2021 по делу №  А56-60731/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

В.Б. Слобожанина

Судьи

Е.К. Зайцева

 С.М. Кротов