ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-89041/2023

Дело № А40-2509/23

г. Москва

11 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 11 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева,

судей О.В. Гажур, Р.Г. Нагаева, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

ФИО1 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 ноября 2023 г. по делу № А40-2509/23 об отказе во включении в реестр требований кредиторов ООО «ЭБИС» требований ФИО1

по делу о банкротстве ООО «Эбис»,

при участии в судебном заседании:

от ООО «КВС»: ФИО2 по дов. от 05.08.2023

от в/у ООО «Эбис»: ФИО3 по дов. от 28.08.2023

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 23.01.2024

от ФИО1: ФИО6 по дов. от 18.04.2023

иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.07.2023 года в отношении ООО «ЭБИС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО7 (ИНН 

<

***>, почтовый адрес: 107258, 

<

...>, а/я 40). 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.11.2023 во включении в реестр требований кредиторов ООО «ЭБИС» требований ФИО1 отказано. Требования ФИО1 в размере 9 500 000 руб. основного долга, 2 335 178,07 руб. проценты, 771 392,22 руб. неустойка учтены в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение, признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Эбис» требования ФИО1 в размере  9 500 000 руб. основного долга, 2 335 178,07 руб. проценты, 771 392,22 руб. 

Временный управляющий и ООО «Совком Факторинг» представили в материалы дела отзывы, в которых поддержали судебный акт первой инстанции. 

ФИО4 представил письменные объяснения в поддержку доводов апелляционной жалобы. 

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержали. Представители временного управляющего и ООО «КВС» возражали. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ.

Рассмотрев дело в порядке ст. 156, 266, 268 АПК РФ, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ. 

В силу положений ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и ст. 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном ст. 71 и ст. 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

29.09.2017 между ФИО1 (Займодавец) и ООО «Эбис» (Заемщик) был заключен Договор процентного займа № ПП/Э-02/0917, в соответствии с которым Займодавец в пользу Заемщика предоставлен заем в размере 4 500 000 руб. под 12 % годовых сроком возврата до 28.09.2018. 

28.09.2018 стороны обязательства по возврату суммы займа в размере 4 500 000 руб. новировали, подписав Соглашение о расторжении от 28.09.2018 к Договору займа № ПП/Э-02/0917 от 28.09.2017, указав в п. 2 Соглашения «зачесть сумму займа в размере 4 500 000 руб., подлежащую возврату Займодавцу в соответствии с Договором процентного займа № ПП/Э-02/0917 от 28.09.2017, в счет исполнения займодавцем обязательств по Договору процентного займа № ПП/Э-03/0918 от 28.09.2018». 

28.09.2019 стороны обязательства по возврату суммы займа в размере 4 500 000 руб. новировали, подписав Соглашение о расторжении от 28.09.2019 к Договору займа № ПП/Э-03/0918 от 28.09.2018, указав в п. 2 Соглашения «зачесть сумму займа в размере 4 500 000 руб., подлежащую возврату Займодавцу в соответствии с Договором процентного займа № ПП/Э-03/0918 от 28.09.2018, в счет исполнения займодавцем обязательств по Договору процентного займа № ПП/Э-04/0919 от 28.09.2019». 

28.09.2020 стороны обязательства по возврату суммы займа в размере 4 500 000 руб. новировали, подписав Соглашение о расторжении от 28.09.2020 к Договору займа № ПП/Э-04/0919 от 28.09.2019, указав в п. 2 Соглашения «зачесть сумму займа в размере 4 500 000 руб., подлежащую возврату Займодавцу в соответствии с Договором процентного займа № ПП/Э-04/0919 от 28.09.2019, в счет исполнения займодавцем обязательств по Договору процентного займа № ПП/Э-05/0920 от 28.09.2020». 

28.09.2021 стороны обязательства по возврату суммы займа в размере 4 500 000 руб. новировали, подписав Соглашение о расторжении от 28.09.2021 к Договору займа № ПП/Э-05/0920 от 28.09.2020, указав в п. 2 Соглашения «зачесть сумму займа в размере 4 500 000 руб., подлежащую возврату Займодавцу в соответствии с Договором процентного займа № ПП/Э-05/0920 от 28.09.2020, в счет исполнения займодавцем обязательств по Договору процентного займа № ПП/0-06/0921 от 21.09.2021». 

Сумма займа предоставляется в срок на один год с даты заключения настоящего договора до 28.09.2022 (п. 1.3. Договора). 

28.09.2021 между ФИО1 (Займодавец) и ФИО8 (Поручитель) заключен Договор поручительства в качестве обеспечения исполнения обязательств по Договору процентного займа № ПП/Э-06/0921 от 28.09.2021, в котором ФИО8 обязался солидарно и в полном объеме отвечать перед Займодавцем по обязательствам ООО «Эбис».

Обеспечением первоначального Договора процентного займа № ПП/9-02/0917 от 28.09.2017 также являлось поручительство ФИО8 В последующих договорах займа по цепочке новаций поручителем также выступал ФИО8 

Решением Гагаринского районного суда г. Москвы по делу №2-0025/2023 от 10.02.2023 с ООО «ЭБИС» и ФИО8 солидарно в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору займа в размере 4 500 000 руб., 331 397,25 руб. проценты за пользование займом, 441 770,30 руб. неустойка, 34 566,76 руб. госпошлина.

Согласно расчету заявителя размер задолженности по процентам за период после установленного судом общей юрисдикции до введения наблюдения в отношении должника составляет 1 259 671,23 руб. 

В силу ч. 3 ст. 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. Приведенные выше положения процессуального закона обязывают все государственные органы и организации, в том числе судебные органы, исходить из обязательности вступивших в законную силу решений суда. Данное положение также направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта. Соответственно, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда по гражданскому делу обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику.

Таким образом, были признаны обоснованными требования в размере 9 500 000 руб. основного долга, 2 335 178,07 руб. проценты, 771 392,22 руб. неустойка, так как наличие задолженности в указанном размере подтверждено вступившим в законную силу судебным актом.

Из содержания определений Верховного Суда РФ, в частности, определения от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС 16-2411, от 11.09.2017 № 301-ЭС17- 4784, постановления Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 1446/14 по делу № А41- 36402/2012, не следует вывод о наличии возможности иной оценки доказательств, установленных вступившим в законную силу судебным актом, минуя, предусмотренный п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", правовой механизм. Соответственно, у суда отсутствуют основания для иной оценки требований кредитора, подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом.

При этом судом первой инстанции субординированы требования ФИО1 в связи с наличием аффилированности с должника, длительным не обращением за взысканием задолженности.

Однако суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанным выводом ввиду следующего. 

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор по субординации), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

Согласно п. 3.1 Обзора по субординации контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

При этом для целей применения правил субординации под контролирующим лицом понимается субъект, обладающий совокупностью двух элементов: общие экономические интересы с должником и фактическая возможность давать ему обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

(Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 15.11.2022 N Ф09-7001/22 по делу N А07-26918/2019; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.10.2023 N Ф04-5254/2018 по делу N А45-28987/2017). 

Согласно ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» законодатель определяет аффилированных лиц как физических и юридических лиц, способных оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. 

Согласно сформированной правовой позиции, изложенной, в частности, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308- ЭС16-1475 и иных, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Суд первой инстанции указал на фактическую заинтересованность сторон, поскольку неоднократное продление возврата займа и выкуп прав требования к должнику по номиналу после объявления дефолта не соответствуют поведению независимых участников хозяйственного оборота, что указывает на заинтересованность ООО «Эбис» и ФИО1 

Из акта налоговой проверки № 21/6223 от 28.11.2022, полученного в результате обращения ИФНС России № 30 по городу Москве в дело о банкротстве ООО «Эбис» с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов, установлено, что ООО «Эбис» и ФИО8 (поручитель) являются аффилированными лицами.

При этом ФНС не выявлено, что среди заинтересованных по отношению к ООО «Эбис» лиц имеется ФИО1, через которого бенефициары ООО «Эбис» выводили денежные средства группы компаний ООО «Эбис» посредством заключения договоров займа.

Суд учитывает, что в соответствии с п. 4 Обзора по субординации очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. То есть лицо должно быть не только аффилированным по отношению к должнику, но и совместно с ним иметь конечного бенефициара, контролирующего как должника, так и контрагента, либо действовать совместно с иными аффилированными лицами, в совокупности имеющими возможность оказывать влияние на должника. 

Более того, аффилированными для целей применения правил о понижении в очередности признаются лица, которые находятся и действуют под непосредственным влиянием единого контролирующего лица, следовательно, требования кредитора, не имеющего права получения неограниченного дохода от бизнеса (бенефициарного интереса) и права влияния на принимаемые ключевые деловые решения, не должны понижаться в очередности при банкротстве. (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 15.11.2022 N Ф09-7001/22 по делу N А07-26918/2019). 

Между тем, из представленных в материалы дела документов не следует вывод об аффилированности между ООО «Эбис» и ФИО1, так и о нахождении должника и ответчика под влиянием одного контролирующего лица: не представлено доказательства наличия корпоративных связей между ООО «Эбис» и ФИО1, личных связей между ФИО1 и лицами, контролирующими должника. 

Само по себе наличие договора поручительства между ФИО1 и ФИО8 не может выступать доказательством аффилированности должника и ответчика, а также свидетельствовать о мнимости договора займа, поскольку действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. Наличие договора поручительства свидетельствует об обычной практике финансирования независимыми инвесторами проектов по привлечению дополнительных средств для предпринимательской деятельности. 

При этом, учитывая отсутствие достаточных доказательств для вывода о наличии аффилированности, суд полагает, что вопрос дальнейшего распределения ООО «Эбис» денежных средств, полученных от ФИО1, не может быть вменен в вину ответчику и свидетельствовать о его знании о действиях ООО «Эбис» по использованию денежных средств, представленных в рамках нецелевого займа. 

В соответствии с п. 3 Обзора по субординации, если контролирующее лицо стремится вернуть компанию-должника к нормальной хозяйственной деятельности посредством предоставления компенсационного финансирования, т.е. финансирования в условиях имущественного кризиса, избрав тем самым модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве (ст. 9 Закона о банкротстве), то оно принимает на себя все негативные последствия таких действий. 

Смысл правовой позиции Верховного Суда, изложенной в Обзоре по субординации, заключатся в обеспечении недопущения противопоставления требованиям независимых кредиторов тех требований контролирующих должника лиц, в отношении которых установлено, что такие лица имели намерение скрыть неблагополучное финансовое положение должника, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что в свою очередь исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 16.08.2021 N Ф10-1268/2021 по делу N А48-7604/2019). 

Следовательно, при решении вопроса о необходимости применения института субординации важным аспектом видится установления цели контролирующего лица вывести общество из состояния неплатежеспособности за счет сокрытия его действительного финансового положения от независимых кредиторов, вследствие чего риск потери предоставленных денежных средств при банкротства общества не может быть возложен на независимых кредиторов.  

На момент выдачи займа и последующей новации обязательства должник не находился в ситуации имущественного кризиса. 

Согласно финансовой отчетности, исходя из публикаций Интерфакс, в 2021 г. и первом полугодии 2022 г. должник находился в устойчивом финансовом положении компании. В частности, в первом полугодии 2022 г. чистая прибыль за 6 месяцев составила 66 221 000 руб., размер чистых активов - 773,5 млн. руб. 

Следовательно, при взаимодействии с должником ФИО1 руководствовался указанными данными. 

Таким образом, должник обладал финансовой возможностью выплачивать проценты по займу и вернуть его, то есть со стороны должника была явная возможность заключения и исполнения подобных сделок. Значит, действия должника не могли быть направлены на сокрытие реального финансового состояния должника ввиду отсутствия такой необходимости. 

Согласно разъяснениям п. 3.2 Обзора по субординации не востребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Следовательно, суд полагает, что новирование договора займа нельзя рассматривать как компенсационное финансирование, поскольку такое финансирование должника осуществилось не в условиях имущественного кризиса.  

Как было пояснено суду ФИО4 и временным управляющим, технический дефолт ООО «Эбис» наступил в августе 2022 года. Соответствующее сообщение было опубликовано на официальном сайте «Интерфакс». При этом должником было указано, что причина дефолта «технические проблемы у эмитента, связанные с временной невозможностью осуществить перевод денежных средств в размере 4 861 500 руб. в депозитарий – НКО АО «НРД». 

При этом суд первой инстанции, делая вывод о компенсационном финансировании и фактической аффилированности, не принял во внимание следующие обстоятельства. 

28.09.2021 между ФИО1 и ООО «Эбис» было подписано Соглашение о расторжении от 28.09.2021 к Договору займа № ПП/Э-05/0920 от 28.09.2020, согласно которому сумма займа в размере 4 500 000 руб., была зачтена в счет исполнения займодавцем обязательств по Договору процентного займа № ПП/0-06/0921 от 21.09.2021. 

При этом заем предоставлялся на один год с даты заключения настоящего договора до 28.09.2022 (п. 1.3. Договора). 

Следовательно, на момент объявления о дефолте у кредитора с учетом публично представленной финансовой отчетности не было оснований для обращения к должнику с требованием о досрочном возврате всей суммы займа. 

Более того, уже 05.10.2022 в адрес должника и ФИО8 (поручитель) были направлены претензии.

08.11.2022 поданы исковые заявления в Гагаринский районный суд города Москвы. 

13.12.2022 на сайте ЕФРСДЮЛ было опубликовано сообщение № 14133320 от ИП ФИО9 о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом. 

06.02.2023 возбуждено дело о банкротстве ООО «Эбис» на основании определения Арбитражного суда г. Москвы от 06.02.2023 по делу № А40-2509/23.

При этом временный управляющий в отзыве указывает на наличие иных судебных споров о взыскании задолженности с ООО «Эбис», исковые заявления по которым поданы кредиторами в сопоставимый с ФИО1 период (сентябрь – октябрь 2022 года). Более того, кредитные организации обратились с исковыми требованиями значительно позже (январь 2023).

Таким образом, кредитор предпринял необходимые действия в разумный срок по истребование займа. 

Более того, в настоящем случае суд полагает необходимым отметить, что публичное объявление о дефолте ООО «Эбис», по сути, является аналогом публичного раскрытия признаков имущественного кризиса у компании относительно неограниченного круга лиц, схожим с принятием заявления о признании компании несостоятельной и возбуждении дела о банкротстве при наличии формальных признаков (ст. 3 и 7 Закона о банкротстве). 

Такой вывод возможен в данном конкретном случае, поскольку после публичного объявления самим должником о дефолте и наличии ограничений по расчетам, якобы наложенным ФНС, даже временное освобождение от исполнение обязательств по возврату займов не могло прикрыть или утаить временную неплатежеспособность должника от независимых кредиторов. 

Вместе с тем, по данным бухгалтерской отчетности у должника отсутствовал имущественный кризис даже по состоянию на 31.12.2022, несмотря на уменьшение чистых активов с 718 млн. руб. до 436 млн. руб.

Относительно доводов о приобретении ФИО1 права требования суд приходит к следующим выводам. 

03.03.2022 между ФИО10 (Займодавец) и ООО «Эбис» (Заемщик) заключен договор процентного займа № ВА/Э/0322, в соответствии с которым Займодавцем в пользу Заемщика предоставлен займ в размере 5 000 000 руб. под 28 % годовых сроком возврата на один год.

03.03.2022 между ФИО10 (Займодавец) и ФИО8 (Поручитель) заключен договор поручительства в качестве обеспечения исполнения обязательства ООО «Эбис» по договору процентного займа № ВА/Э/0322.

30.09.2022 между ФИО10 (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) заключен договор уступки права требования № 01/10 от 30.09.2022, в соответствии с которым все права кредитора по договору процентного займа № ВА/Э/0322 от 03.03.2022 были переданы ФИО1 

В качестве платы за приобретение уступаемого права требования Цедента к Должнику, Цессионарий обязуется выплатить Цеденту денежные средства в размере 5 400 000 руб. в течение 48 месяцев с даты заключения договора (п. 5 договора уступки права требования № 01/10 от 30.09.2022).

Решением Гагаринского районного суда г. Москвы по делу №2-892/2023 от 13.01.2023 с ООО «ЭБИС» и ФИО8 солидарно в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору займа в размере 5 000 000 руб., 744 109,59 руб. проценты за пользование займом, 329 621,92 руб. неустойка, 38 568,66 руб. госпошлина.

Доказательств аффилированности ФИО10 и наличия имущественного кризиса в момент выдачи им займа должнику в материалы дела не представлено. Не установлено, воля какой из сторон сделки не была свободна по причине "фактической аффилированности", кто из участников сделки оказал влияние на волю контрагента и каким образом.

При этом в соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2023 N 305-ЭС22-20515 по делу N А40-118601/2020 уступка требования по его номинальной стоимости не является ни признаком аффилированности, ни тем более обстоятельством, как-либо порочащим волю по оспариваемым сделкам. Выводы об обратном не основаны на законе. 

С учетом публичного раскрытия должником наличия у него имущественных трудностей также нет оснований полагать, что уступка прав требования позволила бы скрыть имущественное состояние должника от иных кредиторов. 

Таким образом, в деле нет доказательств того, что ФИО1 осуществлял компенсационное финансирование как контролирующее должника лицо или как аффилированное лицо, находящееся под влиянием контролирующего. 

При этом отсутствие возможности влиять на деятельность друг друга исключает признание лиц контролирующими (в том числе и фактически контролирующими). Наличие опосредованных деловых связей, наличие договорных отношений не означает вхождение лиц в одну группу и (или) подконтрольность одного из них другому по корпоративным (внутригрупповым основаниям). (Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 06.12.2023 N Ф10-2110/2022 по делу N А68-10801/2021). 

Вместе с тем, суд также не усматривает оснований полагать, что выдач займа и новирование обязательств при наличии платежеспособного должника, а также приобретение права требования в условиях публичного объявления о дефолте являлись компенсационным финансированием. 

Таким образом, надлежит признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Эбис» требования ФИО1 в размере  9 500 000 руб. основного долга, 2 335 178,07 руб. проценты, 771 392,22 руб. 

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт подлежит изменению на основании п. 1 ч. 1 ст. 270 АПК РФ.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения в соответствии с ч. 4 ст. 270 АПК РФ, не нарушены.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 ноября 2023 г. по делу № А40-2509/23 изменить. 

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Эбис» требования ФИО1 в размере  9 500 000 руб. основного долга, 2 335 178,07 руб. проценты, 771 392,22 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  А.Н. Григорьев 

Судьи:  О.В. Гажур 

 Р.Г. Нагаев