﻿ 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-32413/2017

г. Красноярск

18 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена «11» февраля 2020 года. 

Полный текст постановления изготовлен          «18» февраля 2020 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бутиной И.Н.,

судей: Дамбарова С.Д., Споткай Л.Е.,  

секретаря судебного заседания Каверзиной Т.П., 

при участии:

от истца по первоначальному иску (ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Енисей» Федерального дорожного агентства»): Лазаревой Е.Б., представителя по доверенности от 23.12.2019 № 329/-Д-2019, паспорт,

от ответчика по первоначальному иску (общества с ограниченной ответственностью «Мостремстрой»): Катаева Д.А., представителя по доверенности от 01.08.2019, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мостремстрой»

на решение Арбитражного суда Красноярского края 

от «04» октября 2019 года по делу № А33-32413/2017,

 

                                                                        установил:

 

федеральное казенное учреждение «Федеральное управление автомобильных дорог «Енисей» Федерального дорожного агентства» (ОГРН 1022401792434, ИНН 2460028834, далее – учреждение, истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Мостремстрой» (ОГРН 1022402056445, ИНН 2462025490, далее – ООО «Мостремстрой», ответчик) о взыскании штрафа по государственному контракту от 10.05.2016 № 1/49-16 в сумме 1 505 716 рублей 50 копеек, об обязании устранить дефекты, отраженные в акте обследования от 30.08.2017 № ГП-102.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 13.07.2018 прекращено производство по настоящему делу в части требований истца об обязании ответчика устранить дефекты, отраженные в акте обследования № ГП-102 от 30.08.2017.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 13.07.2018, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 17.10.2018, требования истца удовлетворены частично: с общества в пользу учреждения взыскано 602 286 рублей 60 копеек штрафа.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 28.01.2019 решение Арбитражного суда Красноярского края от 13.07.2018 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 17.10.2018 по упомянутому делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела истец по первоначальному иску уменьшил размер  исковых требований до 558 848 рублей 40 копеек, уточнив правовые основания иска – взыскание пени за просрочку исполнения обязательства, в связи с чем спор рассматривался по уточненным требованиям. 

Определением от 21.03.2019 суд также принял к производству встречное исковое заявление ООО «Мостремстрой» к ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Байкал» Федерального дорожного агентства» о взыскании штрафа по государственному контракту от 10.05.2016 № 1/49-16 в сумме 602 286 рублей 60 копеек, о признании акта обследования от 30.08.2017 № ГК-102 сданного в эксплуатацию объекта дорожных работ, по отношению к которому действуют гарантийные обязательства, недействительным.

Решением суда от 04.10.2019 первоначальные исковые требования удовлетворены: с ООО «Мостремстрой» в пользу ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Енисей» Федерального дорожного агентства» взыскана неустойка в сумме 558 848 рублей 40 копеек, в удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ООО «Мостремстрой» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. 

В апелляционной жалобе заявитель указал, что суд в нарушение статей 4, 49, 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при несоблюдении учреждением претензионного порядка урегулирования спора необоснованно принял к рассмотрению новый иск учреждения по новому основанию с новым требованием о взыскании с общества пени.

Заявитель также считает, что суд неправильно определил основание ответственности подрядчика в виде пени за вменяемое обществу нарушение обязательств по контракту.

Кроме того, заказчик не подтвердил надлежащими доказательствами полномочия на обследование мостовых сооружений, равно как и не подтвердил полномочия своего представителя Прутовых И.А., подписавшего спорный акт обследования от 30.08.2017 №ГК-102.

 По мнению апеллянта, без назначения и проведения судебной экспертизы указанного акта заявление ответчика о фальсификации этого доказательства не получило надлежащей проверки судом в ходе рассмотрения дела.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 23.12.2019. Судебное заседание в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось до 11.02.2020. Определением от 11.02.2020 в связи с очередным отпуском судьи Парфентьевой О.Ю. произведена замена судьи Парфентьевой О.Ю. на судью Споткай Л.Е.

Учреждение представило в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу, в котором возразило против удовлетворения жалобы, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта. 

В судебном заседании представитель ответчика по первоначальному иску поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, заявив ходатайство о фальсификации акта от 30.08.2017 № ГК-102 и назначении судебно-технической экспертизы упомянутого акта. 

Представитель истца в свою очередь возразил против удовлетворения жалобы и заявленного ходатайства.

Рассмотрев указанные ходатайства, суд апелляционной инстанции в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказал в их удовлетворении на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд, в том числе проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

По смыслу арбитражно-процессуального законодательства, действия суда при принятии мер для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства должны корреспондировать принципу непосредственности исследования всех доказательств по делу, установленного в статье 10 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также положениям части 1 статьи 71 названного Кодекса, согласно которым суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

На основании изложенного, суд, проверяя достоверность заявления о фальсификации доказательства, должен предпринять все меры, способствующие всестороннему, полному, объективному исследованию, соблюдая при этом баланс процессуальных прав и гарантий участвующих в деле лиц и, в частности, правило о том, что бремя доказывания обстоятельств, на которые ссылается лицо, заявившее о фальсификации доказательства, лежит на данном лице.

Фальсификация доказательств предполагает сознательное искажение представляемых доказательств, производимое путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.

В данном случае заявление о фальсификации не основано на фактах подделки акта, акт содержит исправление явной описки, суд первой инстанции надлежащим образом проверил заявление о фальсификации в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и дал правильную оценку доказательству, в связи с чем оснований для иных выводов у судебной коллегии не имеется. 

По смыслу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза назначается в случаях, когда без ее проведения рассмотрение дела является невозможным или крайне затруднительным.

Исходя из представленных в материалы дела документов, предмета иска и обстоятельств  спора, в том числе, принимая во внимание отсутствие факта фальсификации доказательства, устранение дефектов выполненных работ  в настоящее время, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что рассмотрение настоящего дела возможно без проведения экспертиз по представленным в дело доказательствам.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства. 

Между учреждением (заказчиком) и обществом (подрядчиком) 10.05.2016 заключен государственный контракт на выполнение работ по ремонту искусственных сооружений на действующей сети автомобильных дорог общего пользования федерального значения № 1/49-16, по условиям пункта 1.1 которого подрядчик принял на себя обязательство по ремонту моста через реку Рыбная на км 965+048 автомобильной дороги Р-255 «Сибирь» Новосибирск - Кемерово - Красноярск - Иркутск в Красноярском крае, (далее – объект) в соответствии с проектом, утвержденным распоряжением ФКУ «Байкалуправтодор» от 08.02.2016 № 3-р, а заказчик принимает на себя обязательства принять работы и оплатить их в соответствии с условиями контракта (пункт 1.1 контракта). 

В силу пункта 3.1 контракта общая стоимость работ по контракту составляет 30 114 330 рублей, в том числе НДС 18% – 4 580 008 рублей. 

Пунктом 5.1 контракта предусмотрены следующие сроки выполнения работ: начало работ – с момента заключения государственного контракта, окончание работ – 31.10.2016. 

В соответствии с положениями раздела 8 контракта, предусматривающего обязанности подрядчика, установлено, что подрядчик, помимо прочего, обязан: – устранять все замечания заказчика, предъявленные в порядке, предусмотренном в пункте 2.4 и 7.11 контракта (пункт 8.34 контракта), – в соответствии с пунктом 10.3 контракта после получения письменного извещения заказчика о выявленных на гарантийном участке автомобильной дороги дефектах обязан направить в установленный в извещении заказчика срок уполномоченного представителя для составления акта, фиксирующего выявленные дефекты (пункт 8.35 контракта), – обеспечить своевременное устранение недостатков и дефектов, выявленных при приемке работ и в течение гарантийного срока эксплуатации объекта в соответствии с пунктом 10.2 контракта исправлять дефекты, допущенные при выполнении работ, за свой счет в согласованные с заказчиком сроки (пункт 8.36 контракта). 

           Пунктом 10.2 контракта предусмотрены конкретные гарантийные сроки устранения подрядчиком дефектов: мостовое полотно, деформационные швы - 5 лет, пролетные строения и опоры - 8 лет, регуляционные сооружения - 6 лет, обустройство подходов и моста (барьерное ограждение) - 5 лет, основание дорожной одежды - 8 лет, нижний слой покрытия - 5 лет, верхний слой покрытия - 4 года, дорожные знаки - 7 лет, разметка - 1 год

с момента (даты) подписания сторонами акта приемки объекта в эксплуатацию, с учетом положения пункта 9.7 контракта.

В соответствии с пунктом 10.3 контракта если в период гарантийной эксплуатации объекта обнаружатся дефекты, то подрядчик обязан их устранить за свой счет и в согласованные в установленном порядке сроки. Для участия в составлении акта, фиксирующего дефекты, согласования порядка и сроков их устранения, подрядчик обязан направить своего представителя в срок, указанный в извещении заказчика. В силу пункта 11.4.5 подрядчик за нарушение установленных заказчиком сроков для устранения подрядчиком дефектов, выявленных на объекте в период гарантийного срока, уплачивает штраф в размере 1 505 716 рублей 50 копеек.

Актом от 30.08.2017 № ГК-102 установлено, что заказчиком при участии представителя подрядчика 30.08.2017 произведено обследование введенного в эксплуатацию объекта дорожных работ, зафиксировано наличие следующих дефектов на объекте: шелушение краски фасадной части моста, нарушение целостности ДШ-1, ДШ-3, выщелачивание по монолитной консоли и по оси моста. Указанным актом подрядчику предложено устранить выявление дефекты в срок до 25.09.2017. 

Согласно акту проверки устранения замечаний  от 17.10.2017 № 2, составленному комиссией в составе представителей заказчика и подрядчика, замечания, отраженные в акте от 30.08.2017 № ГК-102, подрядчиком не устранены. 

На основании пункта 10.3 контракта заказчик начислил подрядчику штраф в размере 1 505 716 рублей 50 копеек.

Подрядчик в добровольном порядке штраф не оплатил.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФКУ «Федеральное управление автомобильных дорог «Енисей» Федерального дорожного агентства» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском (уточненным в соответствии с  положениями статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о взыскании с ООО «Мостремстрой» неустойки, начисленной за нарушение срока исполнения гарантийных обязательств по государственному контракту от 10.05.2016 № 1/49-16 в сумме 558 848 рублей 40 копеек.

ООО «Мостремстрой» в свою очередь, ссылаясь на нарушение условий контракта, предусматривающих проведение экспертизы выполненных подрядчиком работ, а также на фальсификацию акта от 30.08.2017 № ГК-102, обратился в арбитражный суд со встречным иском.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой инстанции исходил из установленного факта просрочки устранения подрядчиком замечаний заказчика, следовательно, наличия оснований для начисления неустойки. 

Отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции не установил оснований для признания спорного акта обследования недействительным, а также, установив обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении заказчиком пункта 9.1 контракта, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения заказчика к ответственности, предусмотренной пунктом 11.5 контракта.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего. 

Заключенный сторонами государственный контракт от 10.05.2016 № 1/49-16 по своей правовой природе является договором подряда, правоотношения по которому регулируются положениями главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации и положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ).

При новом рассмотрении настоящего дела после отмены решения Арбитражного суда Красноярского края от 13.07.2018 судом кассационной инстанции, истцом по первоначальному иску заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки, начисленной ответчику за нарушение срока устранения выявленных заказчиком в процессе эксплуатации объекта  дефектов.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации  неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Стороны в пункте 11.4.5 контракта установили, что подрядчик при нарушении контрактных обязательств уплачивает заказчику, в том числе за нарушение установленных заказчиком сроков для устранения подрядчиком дефектов, выявленных на объекте в период гарантийного срока, штраф в размере 1 505 716 рублей 50 копеек.

Между тем из части 8 статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе) следует, что штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения подрядчиком обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. За просрочку исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, подрядчик подвергается ответственности в виде пени, исчисляемой от объема неисполненных обязательств и периода просрочки (часть 7 статьи 34 Закона о контрактной системе). 

Учитывая положения указанной нормы, суд первой инстанции правильно указал, что поскольку обязательство по устранению дефектов, выявленных на объекте в период гарантийного срока, носило для подрядчика срочный характер, что следует из условий государственного контракта и акта обследования от 30.08.2017 № ГК-102, то в силу закона и условий контракта просрочка исполнения обязательства является видом нарушения, для которого установлен специальный вид ответственности - пени.

Названным актом подрядчику было предложено устранить выявление дефекты в срок до 25.09.2017.

В материалы дела истцом по первоначальному иску представлен акт от 17.10.2017 № 2, составленный комиссией в составе представителя заказчика Прутовых И.А. и представителя подрядчика Дуракова А.П., из содержания которого следует, что дефекты, отраженные в акте обследования от 30.08.2017 № ГК-102, подрядчиком не устранены.

 Ответчик, возражая против заявленных истцом требований, указал, что акт от 30.08.2017 № ГК-102, представленный истцом в материалы дела, не соответствует содержанию аналогичного акта, имеющегося у подрядчика в части даты устранения выявленных заказчиком дефектов, а именно: в акте подрядчика срок устранения дефектов установлен 25.08.2017, в то время как в представленном истцом акте указанная дата исправлена на 25.09.2017.

В целях выяснения обстоятельств подписания спорного акта судом первой инстанции по ходатайству ответчика заслушаны пояснения свидетеля Прутовых И.А. (ведущего эксперта отдела контроля качества ФКУ «Байкалуправтодор»), предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Согласно пояснениям Прутовых И.А., подписавшего спорный акт обследования, датой составления акта является 30.08.2017, указание в акте от 30.08.2017 № ГК-102 в качестве срока устранения подрядчиком дефектов даты 25.08.2017 является опиской, исправленной впоследствии Прутовых И.А. в присутствии представителя подрядчика 30.08.2017.

При этом довод апеллянта об отсутствии у Прутовых И.А. полномочий по обследованию введенного в эксплуатацию объекта дорожных работ на предмет выявления дефектов на объекте и составлению соответствующего акта не подтвержден документально, напротив, опровергается материалами дела (приказом Федерального казенного учреждения «Федеральное управление автомобильных дорог «Енисей» Федерального дорожного агентства» от 11.01.2010 № 141 о приме Прутовых И.А. на должность ведущего эксперта дорожного хозяйства в отдел контроля качества, должностной инструкцией).

В материалы дела истцом по первоначальному иску также представлено письмо от 26.09.2017 №274, адресованное руководителю заказчика, в соответствии с которым дефект «Нарушение целостности шва ДШ-1 т ДШ-2», отраженный в акте обследования  от 30.07.2017 № ГК-102, устранен подрядчиком. Иные дефекты, отраженные в указанном акте (шелушение краски фасадной части моста, выщелачивание монолитной консоли и по оси моста) не устранены по причине того, что в связи с неблагоприятными погодными условиями устранить данные дефекты качественно невозможно. Названным письмом подрядчик обратился к заказчику с просьбой продлить срок исправления оставшихся дефектов до 10.10.2017. Указанное письмо подписано главным инженером Дураковым А.П.

Кроме того, из содержания ответа на претензию исх. № 334 от 29.11.2017 следует, что ответчик не отрицает того факта, что по состоянию на 17.10.2017 замечания, отраженные сторонами в акте от 30.08.2017 № ГК-102, подрядчиком не устранены. При этом ответчик указал, что основной причиной задержки устранения выявленных заказчиком дефектов послужили неблагоприятные погодные условия, а также отметил, что 22.10.2017 подрядчиком устранены замечания заказчика, касающиеся шелушения краски фасадной части моста и выщелачивания по монолитной консоли и по оси моста.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что подрядчик знал, что по состоянию на 17.10.2017 им нарушены сроки устранения замечаний заказчика.

Согласно представленному в материалы дела письму ответчика по первоначальному иску № 112 от 15.06.2018, направленному в адрес истца, все дефекты на мосту исправлены в полном объеме.

Таким образом, коллегия судей соглашается с тем, что материалами дела подтвержден факт нарушения подрядчиком условий контракта, касающихся срока устранения дефектов.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о правомерности привлечения подрядчика к ответственности в виде начисления неустойки.

Как следует из представленного истцом по первоначальному иску уточненного расчета неустойки (представлен в материалы дела 27.09.2019 с учетом возражений ответчика), законная неустойка в сумме 558 848 рублей 40 копеек начислена подрядчику за период с 26.09.2017 по 15.06.2018 (263 дня) на задолженность в сумме 913 935 рублей (стоимость устранения дефектов), исходя из 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ, равной 7,75%.

Из материалов дела также следует, что стоимость устранения дефектов определена истцом (с учетом замечаний ответчика, озвученных в судебном заседании 25.09.2019) исходя из объема и стоимости работ, согласованных сторонами в ведомости объемов и стоимости работ, являющейся приложением № 1 к дополнительному соглашению № 2 к контракту. Указанная ведомость подписана как со стороны подрядчика, так и со стороны заказчика, следовательно, объемы и стоимость работ, отраженных в названной ведомости, согласованы сторонами.

При этом суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что определяя стоимость устранения дефектов, отражённых в акте № ГК-102 от 30.08.2017, истец по первоначальному иску представил в материалы дела сравнительную ведомость на устранение дефектов на мосту через реку Рыбная, в которой указал стоимость фактически

выполненных подрядчиком работ при устранении недостатков, которая составила 913 935

рублей, а также стоимость аналогичного вида работ, согласованных сторонами в приложением № 1 к дополнительному соглашению № 2 к контракту (ведомость объемов и стоимости работ), составившая 1 025 455 рублей.

Таким образом, как справедливо указано судом, стоимость устранения недостатков определена истцом в меньшем размере, нежели стоимость аналогичных видов и объемов работ, согласованных сторонами в приложением № 1 к дополнительному соглашению           № 2 к контракту, что не может нарушать прав подрядчика при рассмотрении предъявленного к нему иска о взыскании неустойки, начисленной на сумму указанных выше работ.

Ответчик, оспаривая правомерность произведенного истцом расчета стоимости устранения дефектов, конттрасчет с приложением доказательств, обосновывающих иную стоимость устранения дефектов, в материалы дела не представил. 

Также ответчиком по первоначальному иску в нарушение статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены доказательства, опровергающие произведенный истцом расчет суммы пени.

Проверив представленный истцом расчет неустойки, суд первой инстанции признал его неверным в связи неправильным применением ключевой ставки Банка России.

Как правильно указано судом, истцу при исчислении пени следовало применить значение  ключевой ставки Банка России, действующую на день вынесения решения и равную 7 %, что согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 38 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

Вместе с тем поскольку применение неверной ключевой ставки не привело к начислению неустойки в большей сумме, соответственно, не нарушило прав ответчика по первоначальному иску, судом принят расчет истца.

Учитывая установленные при рассмотрении настоящего дела обстоятельства, отсутствие в материалах дела доказательств, опровергающих объем и стоимость устранения дефектов, а также доказательств оплаты заявленной к взысканию неустойки, суд первой инстанции признал заявленное истцом по первоначальному иску требование обоснованным и правомерно удовлетворил в заявленном размере - 558 848 рублей 40 копеек.

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции надлежащим образом выполнил рекомендации суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 28.01.2019 по настоящему делу.

Встречные исковые требования ООО «Мостремстрой» заключаются в предъявлении требования о взыскании с ответчика по встречному иску штрафа за нарушение условий контракта, предусматривающих проведение экспертизы выполненных подрядчиком работ, а также в предъявлении требования о признании акта от 30.08.2017 № ГК-102 недействительным.

Требование о признании акта от 30.08.2017 № ГК-102 недействительным  истец по встречному иску мотивирует тем, что названный акт сфальсифицирован заказчиком; форма и содержание акта от 30.08.2017 № ГК-102 противоречит СНиП 3.06.07-86 и иным нормативным документам, указанным в приложении № 5 к контракту.

В обоснование заявленного требования  о признании акта от 30.08.2017 № ГК-102 недействительным истец по встречному иску указал, что фактически он просит суд признать не соответствующими условиям государственного контракта от 10.05.2016№ 1/49-16 действия ФКУ Упрдор «Енисей», связанные с обследованием моста через реку Рыбная на км 965+048 автомобильной дороги Р-255 «Сибирь» Новосибирск-Кемерово-Красноярск-Иркутск в Красноярском крае, проверкой исполнения результатов обследования (акт проверки исполнения устранения замечаний № 2 от 17.10.2017). 

Как ранее установлено судом, 30.08.2017 заказчиком при участии представителя подрядчика произведено обследование введенного в эксплуатацию объекта дорожных работ, по результатам которого составлен акт № ГК-102, в котором зафиксировано наличие дефектов на объекте, которые подрядчику предложено устранить в срок до 25.09.2017 (с учетом описки – 25.08.2017). 

Обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении заказчиком процедуры выявления и устранения дефектов, правильно оценены судом при рассмотрении первоначальных исковых требований, условия контракта, регламентирующие порядок выявления и устранения дефектов, заказчиком соблюдены, нарушений не установлено.

Из материалов дела следует, что акт от 30.08.2017 № ГК-102 о недействительности которого заявлено истцом по встречному иску, является документом, в котором сторонами зафиксированы выявленные заказчиком в период гарантийного срока дефекты.

При этом какие-либо требования к составлению названного акта в контракте не указаны, на законодательном уровне не закреплены.

Более того, как справедливо отмечено судом, недостатки, отраженные сторонами в акте от 30.08.2017 № ГК-102, устранены подрядчиком в полном объеме (15.06.2018), то есть до рассмотрения настоящего спора по существу. При этом у подрядчика в период устранения им недостатков не возникало замечаний, касающихся оформления и содержания акта, а также сомнений в том, что зафиксированные в акте недостатки являются гарантийными.

Учитывая изложенное, у суда первой инстанции отсутствовали основания для   удовлетворения встречных исковых требований в указанной части.

Обосновывая требование о взыскании с ответчика по встречному иску 602 286 рублей 60 копеек штрафа, истец по встречному иску указал, что заказчиком (ответчиком по встречному иску) нарушены условия контракта, предусматривающие порядок приемки выполненных подрядчиком работ, в частности, по мнению подрядчика, заказчиком нарушено условие пункта 9.8 контракта, предусматривающего проведение экспертизы выполненных подрядчиком работ.

Согласно пункту 9.8 контракта для проверки предоставленных подрядчиком результатов работ, предусмотренных контрактом, в части их соответствия условиям контракта, заказчик проводит экспертизу. Экспертиза результатов, предусмотренных контрактом, может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации на основании контрактов, заключенных в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Для проведения экспертизы экспертные организации имеют право запрашивать у заказчика, подрядчика дополнительные материалы.

Ответчик по встречному иску, возражая против встречных исковых требований, указал, что экспертиза, проведение которой предусмотрено пунктом 9.1 контракта, заказчиком проведена собственными силами без привлечения сторонних экспертных организаций.

Согласно пояснениям ответчика, проверка качества выполненных работ проводится заказчиком в соответствии с Положением об экспертизе ФКУ «Байкалуправтодор», утвержденным приказом от 29.04.2014 № 92-П «Об утверждении Положения об экспертизе ФКУ «Байкалуправтодор»«, приказом от 03.10.2016 № 171-П ведущим экспертом подотдела дорожных сооружений по спорному контракту назначен Курьянов В.П. (копии названных документов представлены ответчиком по встречному иску в материалы дела).

Как следует из пояснений представителя ответчика по встречному иску, экспертиза проведена заказчиком путем визуального осмотра с целью выявления при приемке работ явных дефектов.

В подтверждение факта проведения экспертизы при приемке работ по контракту заказчик представил в материалы дела заключение экспертизы результатов контракта от 27.06.2016, 26.07.2016, 26.08.2016, 26.09.2016, 25.10.2016, 21.11.2016, составленных Курьяновым В.П. по результатам исполнения обществом «Мостремстрой» контракта.

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, указанные обстоятельства свидетельствуют о соблюдении заказчиком пункта 9.1 контракта, следовательно, основания для привлечения заказчика к ответственности, предусмотренной пунктом 11.5 контракта, отсутствуют.

При указанных обстоятельствах в удовлетворении требований, заявленные истцом по встречному иску, судом первой инстанции правомерно отказано.

Довод жалобы о том, что истцом не соблюден претензионный порядок урегулирования спора, а судом, соответственно, уточненные исковые требования приняты и рассмотрены с нарушением требований статей 4, 49, 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отклоняется судом апелляционной инстанции как не имеющий правового значения в рассматриваемом случае.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что целью правового института досудебного порядка урегулирования спора является принятие сторонами спора мер по добровольному разрешению спора во вне судебном порядке, основанному на добросовестном поведении сторон и взаимных уступках без обращения за защитой в суд. При этом претензионный порядок не должен являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке, в связи с чем, исходя из указанных выше целей претензионного порядка, необходимо учитывать перспективы возможного досудебного урегулирования спора.

Таким образом, оставляя иск без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд должен исходить из реальной возможности погашения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на разрешение спора. При наличии доказательств, свидетельствующих о невозможности досудебного урегулирования спора, иск подлежит рассмотрению в суде.

Как следует из материалов дела, с момента подачи искового заявления до принятия судом первой инстанции решения и в период рассмотрения апелляционной жалобы из поведения ответчика не усматривается намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке.

Напротив, довод о несоблюдении истцом порядка досудебного урегулирования спора, направлен, по мнению апелляционного суда, на затягивание рассмотрения спора.

Иные доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Решение суда является законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы. 

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «04» октября 2019 года по делу № А33-32413/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

 

Председательствующий

И.Н. Бутина

Судьи:

С.Д. Дамбаров

 

Л.Е. Споткай