АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-41227/2018

г. Краснодар

26 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2023 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 26 сентября 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Калашниковой М.Г. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «СпецМонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (ИНН 

<

***>, паспорт), в отсутствие  ответчика – ФИО2 (ИНН 

<

***>), уполномоченного органа в лице  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Ростовской области (ОГРН 

<

***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «СпецМонтаж» – ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2023 по делу № А53-41227/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СпецМонтаж» (далее – должник, общество) конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей, совершенных должником в пользу ФИО2 (далее – ответчик) в период с 14.01.2016 по 24.05.2018, применении последствий недействительности сделок. В обоснование требований указано на то, что платежи совершены между аффилированными лицами, в отсутствие встречного предоставления и в период наличия у должника иных просроченных платежей, что привело к изменению очередности удовлетворения требований кредиторов должника. 

 Определением от 14.04.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.07.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебные акты мотивированы тем, что конкурсный управляющий не раскрыл основания, по которым он оспаривает сделки, и не представил суду доказательства недействительности сделок. Кроме того, суды сочли, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности, о применении которой заявил ответчик.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить судебные акты как вынесенные без исследования всех обстоятельств, имеющих существенное значения для правильного разрешения спора. Заявитель указывает на наличие оснований об исключении срока исковой давности в связи с дисквалификацией первоначального конкурсного управляющего и перерыве срока исковой давности в связи с назначением нового конкурсного управляющего через 9 месяцев. У конкурсного управляющего отсутствовала возможность подать заявление об оспаривании сделки до окончания срока исковой давности. Договоры заключены с существенными пороками, по обоюдному согласию сторон, в отсутствие коммерческой конкуренции и экономической целесообразности для должника. Договоры заключены с контролирующим должника лицом. Стоимость аренды существенно завышена. В результате заключения и исполнения спорных сделок произошло уменьшение стоимости и размера имущества должника.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит отменить, обособленный спор – направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как видно из материалов дела, определением от 17.12.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением от 06.10.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Сведения о признании должника банкротом и введении конкурсного производства опубликованы в газете "КоммерсантЪ" № 191(6912) от 17.10.2020. Определением от 19.07.2021 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением от 20.04.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

 По итогам анализа финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсным управляющим установлено, что в период с 2016 по 2018 гг. платежными поручениями на расчетный счет ответчика перечислены денежные средства от должника за аренду автотранспорта по договорам № 22 от 02.06.2014, № 23 от 01.01.2016, № 24 от 01.01.2017; за аренду помещения по договору № 2 от 01.03.2015; а также в подотчет, что подтверждается банковскими выписками по расчетным счетам № 

<

***> в ПАО «Сбербанк России» и № 40702810502700000753 ОАО КБ «Центр-Инвест». 

21 июля 2022 года конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей за период с 14.01.2016 по 24.05.2018 в общей сумме 135 740 686 рублей 45 копеек в пользу ФИО2 и применении последствий недействительности сделок. Конкурсный управляющий полагает, что указанные перечисления являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), положений статей 10, 167 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Дело о банкротстве должника возбуждено 26.12.2018, оспариваемые платежи совершены в период с 14.01.2016 по 25.05.2018.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2). Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В абзаце тридцать пятом статьи 2 Закона о банкротстве дано определение вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно пункту 6 постановления № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления № 63).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды указали, что в подтверждение действительности арендных правоотношений ответчиком представлены договоры аренды и дополнительные соглашения к ним, акты приема-передачи, акты выполненных работ, путевые листы, свидетельства о праве собственности на имущество. Увеличение стоимости арендной платы само по себе не свидетельствует о несоответствии размера уплаченной должником арендной платы рыночным ценам на аналогичные услуги. Относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о завышении должником и арендодателем размера арендной платы, в материалах дела отсутствуют. Отчет об оценки в материалы дела не представлен, ходатайств о проведении по делу судебной оценочной экспертизы не заявлено. Конкурсный управляющий не доказал отсутствие встречного предоставления при совершении оспариваемых сделок. Признаки неплатежеспособности у должника появились только в 2018 году. Ответчик являлся участником должника с 19.05.2014 с номинальной стоимостью доли 8 тыс. рублей, что составляет 40% участия в уставном капитале общества. Заключение сделок между аффилированными лицами, в отсутствие относимых и допустимых доказательств противоправного поведения сторон, не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении и не является безусловным основанием для признания сделок недействительными.

Между тем, как показала проверка материалов дела, суды не учли следующее.

Конкурсный управляющий указывал на то, что в предоставленных ответчиком документах отсутствуют доказательства, подтверждающие встречное исполнения по договору аренды автотранспорта № 22 от 02.06.2014 (59 платежей) на сумму 35 577 тыс. рублей, совершенных в 2016 году с января по ноябрь, и на сумму 800 тыс. рублей, совершенных в мае 2017 года. Кроме того, не представлены документы по встречному исполнению (авансовым отчетам) на сумму полученных в подотчет денежных средств в размере 2 410 тыс. рублей в период подозрительности (с января по август 2016 года) и договору аренды помещения № 2 от 01.03.2015 (12 платежей) с документами, подтверждающими исполнение обязательств на сумму 2 355 тыс. рублей. В бухгалтерском учете документы, подтверждавшие встречное исполнение по данным договорам и подотчетным суммам, отсутствуют. Таким образом, по мнению управляющего, оспариваемые сделки совершены при неравноценном встречном исполнении. 

Кроме того, договоры заключены между аффилированными лицами, с существенными пороками, по обоюдному согласию сторон, в отсутствии коммерческой конкуренции и экономической целесообразности для должника и направлены на ухудшение финансового состояния, что является причинно-следственной связью введения процедуры конкурсного производства (банкротства). По обоюдному согласию сторон стоимость арены существенно увеличена более чем на 1 711% (более чем в 17 раз). Доказательством недобросовестности при формировании стоимости аренды по спорному договору являются ранее заключенные договоры на аренду аналогичного автотранспорта. Объяснения от ответчика о необходимости многократного повышения стоимости аренды в материалы дела не представлены. Согласно имеющимся  путевым листам часть спецтехники не использовалась постоянно и простаивала. Однако по условиям договора за простаивающую технику должником производились арендные платежи. В предмет договоров аренды вписана специальная техника, реальное использование которой должником не подтверждается финансовыми документами: отсутствуют путевые листы, наряды, маршрутные листы, первичные документы, которые указывали бы на необходимость в аренде данной техники и использование ее в работе. Сделка для должника является крупной сделкой с заинтересованностью, а стороны сделки являются аффилированными лицами (арендодатель ИП ФИО2 являлся учредителем должника с долей участия 40%); в финансовых документах отсутствует анализ стоимости на аренду аналогичной специальной техники, а также предложения других владельцев аналогичной специальной техники на аналогичные услуги по аренде или выполнения работ.

Указанные доводы конкурсного управляющего надлежаще не были оценены судом. 

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2022                             № 305-ЭС22-14706(1,2) по делу № А41-59326/2019, по общему правилу бремя доказывания совершения подозрительных сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов лежит на оспорившем их заявителе. 

Однако приведение конкурсным управляющим доводов о наличии аффилированности сторон и пороках совершенных сделок достаточно для того, чтобы в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного перешло на ответчика, которому не должно составить труда дать пояснения по поводу аффилированности с должником, раскрыть разумные экономические мотивы совершения оспариваемых платежей, документально обосновать основания получения от должника денежных средств, а также реальность сложившихся с ним правоотношений. В рассматриваемом случае судами не исследовалась экономическая целесообразность сделок, первичные документы и документы бухгалтерского учета.

Суды также не учли, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене (безвозмездно) и аффилированность стороны сделки –                  в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки.

Суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано заключение договоров аренды на условиях неравноценного встречного предоставления, поскольку отчет об оценке либо заключение независимого оценщика о реальной рыночной стоимости права аренды спорного имущества на дату заключения договора не представлены, ходатайство о проведении судебной экспертизы в целях определения действительной стоимости права аренды конкурсным управляющим не заявлено. 

В соответствии с частью 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела арбитражный суд должен создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов. 

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе. 

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено: в силу части 1            статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы. 

В данном случае, как видно из содержания поданного в суд заявления и дополнения к нему, конкурсный управляющий ссылался на несоответствие арендной платы ее реальной рыночной стоимости, установление которой возможно, в том числе, путем проведения судебной экспертизы. Вместе с тем, суд не выносил на обсуждение сторон вопрос о назначении судебной экспертизы в целях установления реальной рыночной стоимости арендной платы, определение которой является ключевым моментом для правильного разрешения настоящего спора. Суд также отклонил ходатайство управляющего об истребовании у ответчика подлинных документов, свидетельствующих о реальности сделок (в частности, путевых листов за 2017 – 2018 годы, выписанных на даты производства работ с указанием времени выполнения работ, их видов и места). 

В данном случае обстоятельства, на которые ссылался управляющий, в своей совокупности могли указывать на целенаправленные действия по выводу ликвидных активов в значительном размере (более 130 млн рублей в виде арендных платежей) из имущественной сферы должника, то есть на наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Вместе с тем суды должной оценки названным доводам не дали и, как следствие, обособленный спор с названной позиции не рассматривали. 

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не представил доказательства, объективно способные преодолеть доказательственную силу обстоятельств, на которые сослался конкурсный управляющий.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35                      «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации   от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения возлагается на аффилированные стороны сделки. 

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий привел убедительные доводы, которые с разумной степенью достоверности указывают на наличие аффилированности ответчика (арендодателя) с должником (арендатор). Поэтому с учетом представленных в дело доказательств судам следовало возложить на арендодателя обязанность по представлению доказательств того, что условия договоров в части арендной платы за спецтехнику (в том числе ее увеличения в 17 раз) соответствуют рыночным и не направлены на создание искусственной задолженности. 

Суды не применяли повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения конкурсного управляющего, представляющего интересы всех конкурсных кредиторов, возлагается на заинтересованного ответчика.

Суды указали на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности.

Разъяснения относительно определения момента, с которого начинает течь годичный срок исковой давности при оспаривании арбитражным управляющим подозрительных сделок, даны в абзаце втором пункта 32 постановления № 63. 

Срок исковой давности исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. 

Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статью 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).

Решением от 06.10.2020 общество признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвержден ФИО3 Определением от 19.07.2021 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Впоследствии (24.06.2021) арбитражный управляющий ФИО3 в рамках дела № А53-25412/2020 привлечен к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде дисквалификации сроком на 6 месяцев. Определением от 20.04.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 Электронный банковский ключ, предоставляющий доступ к банковским выпискам в электронном виде, 28.04.2022 передан ФИО1 С настоящим заявлением об оспаривании сделок должника конкурсный управляющий обратился 21.07.2022. 

Таким образом, как видно из материалов данного дела, в период с 24.06.2021 по 20.04.2022 отсутствовал утвержденный судом конкурсный управляющий должника.   

Апелляционный суд установил, что на момент отстранения ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника срок исковой давности на оспаривание сделок не был пропущен. Управляющий пояснил суду, что у него отсутствовала возможность до окончания срока исковой давности подать заявление об оспаривание сделки, поскольку новый арбитражный управляющий отсутствовал более девяти месяцев. Срок исковой давности для оспаривания сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника за этот период истек (06.10.2021). Документы, необходимые для утверждения судом нового арбитражного управляющего, своевременно представлены в материалы дела, тем не менее судебное заседание по вопросу утверждения нового конкурсного управляющего было значительно отсрочено. 

В рассматриваемом случае суды не учли, что прошел большой период времени между отстранением и утверждением арбитражного управляющего в данной процедуре, офис и складские помещения должника за это время реализованы, бухгалтер, отвечавший за хранение документов, уволился и покинул территорию Ростовской области. Управляющий указывал суду на то, что после его утверждения пришлось заново собирать документы, проводить оцифровку, одновременно передавать личные документы бывших сотрудников в архив Ростовской области. При таком значительном пропуске в процедуре ее фактически необходимо было начинать самого начала и восстанавливать ранее полученную информацию, проводить повторный анализ и подготавливать документы по оспариванию сделок должника. Конкурсным управляющим в разумный срок проведен анализ всех полученных сведений и банковских выписок, транспортных документов, путевых листов, права собственности на движимое и недвижимое имущество, специальную технику, предоставленную должнику по договорам аренды.

Обоснованность указанных доводов управляющего суды не проверили. Между тем в любом случае исковая давность не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации.

Таким образом, судебные акты приняты без исследования всех существенных обстоятельств, на которые ссылалась сторона обособленного спора, что нарушает принципы законности, равноправия и состязательности (статьи 6, 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Производство в арбитражном суде кассационной инстанции направлено на устранение ошибок, допущенных арбитражными судами первой и апелляционной инстанций и выразившихся в нарушении или неправильном применении норм материального либо процессуального права, в том числе вследствие несоответствия выводов судов первой, апелляционной инстанций о применении нормы права фактическим обстоятельствам (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»; далее – постановление № 13).

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное в настоящем постановлении, установить вышеперечисленные обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения спора, правильно распределив бремя доказывания по спору, для чего дать надлежащую оценку доводам управляющего и имеющимся в деле доказательствам, обсудить вопрос о назначении по делу экспертизы в целях определения соответствия арендной платы ее реальной рыночной стоимости, причинения вреда интересам кредиторов в результате совершения подозрительных сделок. По результатам исследования фактических обстоятельств и оценки доказательств надлежит принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения. 

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2023 по делу № А53-41227/2018 отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                              С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                             М.Г. Калашникова

Е.Г. Соловьев