АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Герцена, д. 1 «а», Вологда, 160000

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А13-3979/2022

город Вологда

29 апреля 2022 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 29 апреля 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 29 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Вологодской области в составе судьи Плахиной М.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества «Станкотех» к открытому акционерному обществу «Северсталь-метиз» о взыскании 1 966 366 руб. 25 коп.,

при участии от истца ФИО2 по доверенности от 26.12.2021, от ответчика ФИО3 по доверенности от 30.10.2020,

у с т а н о в и л  :

акционерное общество «Станкотех» (далее – АО «Станкотех») обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Северсталь-метиз» (далее - ОАО «Северсталь-метиз») о взыскании 1 966 366 руб. 25 коп. 

В обоснование предъявленных требований истец в заявлении и его представитель в судебном заседании сослались на то, что АО «Станкотех» товар по договору от 06.06.2019 № 9000094462 поставлен в адрес ответчика с нарушением срока. Указали, что в связи с просрочкой поставки истцу начислена неустойка в размере 2 215 000 руб., которая уведомлением от 29.10.2020 зачтена ОАО «Северсталь-метиз» в счет оплаты по договору от 06.06.2019 № 9000094462. Истец, не согласившись с суммой начисленной неустойки, представил свой контррасчет, согласно которому неустойка должна составлять 248 633 руб. 75 коп. за период с 01.06.2020 по 10.08.2020, в связи с наличием обстоятельств непреодолимой силы, введением нерабочих дней и режима самоизоляции, приостановлением работы АО «Станкотех» на основании приказов от 26.03.2020 № 40/к, от 03.04.2020 № 43/п и ее несоразмерностью. Ходатайствовали о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик в отзыве на исковое заявление и его представитель в судебном заседании просили в удовлетворении требований отказать, сославшись на нарушение истцом сроков поставки, в связи с чем ответчиком была начислена неустойка, сумма которой не превышает обычно принятый в деловом обороте размер. Поскольку зачет в судебном порядке истцом не оспорен, ответчик полагает свою обязанность по оплате исполненной. Относительно установления истцом нерабочих дней во исполнение актов государственных органов ответчик пояснил, что ОАО «Северсталь-метиз» является организацией с непрерывным циклом производства, о чем АО «Станкотех» было проинформировано, в связи с чем у истца была возможность ходатайствовать о разрешении выхода на работу ряда сотрудников для обеспечения выполнения работ для непрерывно действующего предприятия, вместе с тем истцом никаких мер к получению такого разрешения не предпринято.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Как следует из материалов дела, между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор от 06.06.2019 № 9000094462 с приложением и протоколом разногласий (далее - договор; л.д. 49-69), в соответствии с пунктом 1.1 которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить товар, именуемый в дальнейшем оборудование согласно спецификации и условиям, указанным в соответствующих приложениях к договору.

Согласно пункту 3.1 договора сроки поставки оборудования и технической документации, наименование грузополучателя указываются в приложениях к договору. Датой поставки оборудования и дополнительных частей к нему, если замена этих частей необходима согласно гарантиям поставщика, является дата приема последней из частей оборудования на складе покупателя, указанная в товарной накладной (пункт 3.3 договора).

В соответствии с приложением от 06.06.2019 № 4501709678 к договору общая стоимость оборудования составляет 22 150 000 руб., срок поставки оборудования на условиях DDP/Череповец/Россия, склад грузополучателя (Incoterms 2010) – не позднее 15.04.2020.

Во исполнение договора истцом по универсальному передаточному документу от 10.08.2020 № 107 в адрес ответчика 11.08.2020 поставлено оборудование на сумму 22 150 000 руб. 

В адрес истца ответчиком направлена претензия от 04.09.2020 с требованием об уплате неустойки в сумме 2 215 000 руб., в связи с просрочкой исполнения обязательств по поставке товара на 118 дней.

В ответ на претензию истец направил письмо от 14.09.2020, в котором выразил несогласие с начислением неустойки со ссылкой на пункт 10.1 договора, согласно которому стороны освобождаются от ответственности, если обязательства не могут быть исполнены вследствие действия непреодолимой силы, а также на Указы Президента Российской Федерации от  25.03.2020 № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» и Указ Мэра г. Москвы от 07.05.2020 № 55-УМ «О внесении изменений в указ Мэра Москвы от 5 марта 2020 года № 12-УМ».

Уведомлением от 29.10.2020 ОАО «Северсталь-метиз» заявило о зачете суммы неустойки в размере 2 215 000 руб. в счет оплаты стоимости поставленного по договору оборудования. 

Несогласие истца с расчетом неустойки и осуществленным зачетом послужило основанием для обращения АО «Станкотех» в суд с исковым заявлением.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункта 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 ГК РФ установлен запрет на односторонний отказ от исполнения обязательства.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами, что поставка оборудования осуществлена с нарушением установленного договором срока.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (статья 330 ГК РФ).

Пунктом 9.3 договора (в редакции протокола разногласий) предусмотрено, что в случае задержки сроков поставки оборудования, против сроков, предусмотренных в согласованных приложениях к договору, поставщик обязуется по первому требованию покупателя уплатить покупателю неустойку:

- при задержке поставки на срок до 30 календарных дней, в размере 0,5% от общей стоимости соответствующего приложения за каждую полную неделю просрочки, но не более 10% от общей стоимости соответствующего приложения;

- при задержке поставки на срок свыше 30 календарных дней, в размере 1% от общей стоимости соответствующего приложения за каждую полную неделю просрочки, начиная с первой недели просрочки, но не более 10% от общей стоимости соответствующего приложения.

Учитывая факт просрочки исполнения обязательства, ответчик имел право начислить истцу неустойку за просрочку исполнения обязательств по поставке.

Сумма начисленной неустойки соответствует условиям договора.

В силу пункта 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно статье 410 ГК РФ для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее - активное требование), наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете.

В силу статьи 411 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом или договором, зачет требований не допускается.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и пунктом 1 статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Норма статьи 411 ГК РФ сформулирована таким образом, что законом или договором должен быть прямо предусмотрен запрет на проведение зачета.

Договор от 06.06.2019 № 9000094462 такого запрета не содержит.

Встречные требования об уплате неустойки и об оплате стоимости оборудования являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам статьи 410 ГК РФ.

На момент проведения зачета срок исполнения обоих обязательств наступил, истец о состоявшемся зачете уведомлен.

В соответствии с пунктом 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2001 года № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» для прекращения обязательства зачетом заявление о зачете должно быть получено соответствующей стороной.

Из этого следует, что датой прекращения обязательства является дата получения контрагентом заявления о зачете.

В силу пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» зачет как односторонняя сделка (пункт 2 статьи 154 ГК РФ) может быть признан судом недействительным, в частности, по основаниям, предусмотренным главой 9 ГК РФ.

Произведенный ответчиком односторонний зачет как сделка в установленном порядке не оспорен.

Таким образом, обязательство ответчика по оплате поставленного оборудования прекратилось в дату получения истцом соответствующего уведомления.

В соответствии со статьей 521 ГК РФ установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товаров взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки, если иной порядок уплаты неустойки не установлен законом или договором. 

Согласно пункту 65 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) день фактического исполнения нарушенного обязательства включается в период расчета неустойки.

Таким образом, день поставки (11.08.2020) вопреки расчету истца должен учитываться при расчете неустойки.

Истец ходатайствовал о применении статьи 333 ГК РФ со ссылкой на необоснованность суммы неустойки, а также на то, что за период до 01.06.2020 неустойка не может быть начислена, ввиду наличия обстоятельств непреодолимой силы со ссылкой на Указы Президента Российской Федерации от  25.03.2020 № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», Указ Мэра г. Москвы от 07.05.2020 № 55-УМ «О внесении изменений в указ Мэра Москвы от 5 марта 2020 года № 12-УМ» и приказы от 26.03.2020 № 40/к, от 03.04.2020 № 43/п о приостановлении работы АО «Станкотех».

Ответчик возражал относительно снижения неустойки ввиду того, что сумма неустойки является ниже 0,1% от суммы, не поставленной в срок продукции, а также на то, что размер неустойки согласован сторонами в редакции поставщика. Указал, что истцом не предприняты меры к получению разрешения для вывода на работу ряда сотрудников для обеспечения работ для непрерывно действующего предприятия.

Пунктом 10.1 договора предусмотрено, что стороны освобождаются от ответственности за полное или частичное неисполнение любой из своих обязанностей, если неисполнение будет являться следствием таких обстоятельств как наводнение, пожар, землетрясение, война, военные действия, блокада, забастовка, акты или действия государственных органов, ограничивающие в стране экспортно-импортные операции, возникшие после заключения договора. При этом срок исполнения обязательства по договору и/или соответствующему приложению к нему соразмерно отодвигается на время действия таких обстоятельств. 

Доводы истца относительно наличия обстоятельств непреодолимой силы судом не принимаются по следующим основаниям.

Как разъяснено в ответе на вопрос № 5 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (далее - Обзор № 1), нерабочие дни, объявленные таковыми Указами Президента Российской Федерации от 25.03.2020 № 206 и от 02.04.2020 № 239, относятся к числу мер, установленных в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию ГК РФ, под которым понимаются выходные и нерабочие праздничные дни, предусмотренные статьями 111, 112 Трудового кодекса Российской Федерации.

Иное означало бы приостановление исполнения всех без исключения гражданских обязательств в течение длительного периода и существенное ограничение гражданского оборота в целом, что не соответствует целям названных Указов Президента Российской Федерации.

Кроме того, установление нерабочих дней в данном случае являлось не всеобщим, а зависело от различных условий (таких как направление деятельности хозяйствующего субъекта, его местоположение и введенные в конкретном субъекте Российской Федерации ограничительные меры в связи с объявлением режима повышенной готовности). Помимо этого, дополнительные ограничительные меры по передвижению по территории, определению круга хозяйствующих субъектов, деятельность которых приостанавливается, могут вводиться на уровне субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239).

С учетом изложенного при отсутствии иных оснований для освобождения от ответственности за неисполнение обязательства (статья 401 ГК РФ) установление нерабочих дней основанием для переноса срока исполнения обязательства исходя из положений статьи 193 ГК РФ не является.

Как следует из ответа на вопрос № 7 Обзора № 1, признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

Вместе с тем в данном случае истец не представил в материалы дела допустимых и достаточных доказательств невозможности поставки товара в предусмотренный договором срок по объективным, не зависящим от него, причинам; наличие причинной связи между периодом неисполненного обязательства и фактом введения органами государственной власти мер по ограничению распространения новой коронавирусной инфекции ответчиком не подтверждено.

Ответчик не представил доказательств, подтверждающих принятия им исчерпывающих мер для надлежащего исполнения обязательств по договору. Вместе с тем являясь коммерческой организаций, при заключении договора ответчик принял на себя риски невыполнения соответствующих обязательств.

Кроме того, отрасль экономики, являющаяся основным видом деятельности истца (ОКВЭД 33.12) не входит в перечень отраслей экономики, наиболее пострадавших в условиях распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434. Объективных доказательств невозможности осуществления деятельности в спорный период не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Согласно пункту 71 Постановления № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ) (пункт 75 Постановления № 7).

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Поскольку ответчиком не представлено доказательств того, что нарушение истцом таких обязательств как просрочка поставки повлекло для него существенные негативные последствия, а также то, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения, с учетом заявленных истцом доводов, суд считает возможным снизить размер начисленной неустойки в два раза.

 Доказательств, свидетельствующих о необходимости уменьшения неустойки ниже указанного размера, истцом не представлено.

Таким образом, начисленная ответчиком неустойка подлежит снижению до 1 107 500 руб. 

Пунктом 79 Постановления № 7 разъяснено, что в случае зачета кредитором суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ). Следовательно, должник (поставщик) имел право поставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ о снижении неустойки и возврате излишне уплаченного по правилам статьи 1102 ГК РФ.

Таким образом, требование о взыскании 1 107 500 руб. (2215000-1107500) подлежит удовлетворению на основании статьи 1102 ГК РФ. В удовлетворении остальной части исковых требований следует отказать.

При обращении в суд с исковым заявлением АО «Станкотех» по платежному поручению от 23.03.2022 № 333 уплачена государственная пошлина в сумме 38 664 руб. 

 В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), исходя из суммы исковых требований по делу подлежала уплате государственная пошлина в сумме 32 664 руб., следовательно, государственная пошлина в сумме 6000 руб. является излишне уплаченной и в силу статьи 104 АПК РФ и подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

С учетом того, что неустойка снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ расходы по оплате государственной пошлины в сумме 32 664 руб. относятся на истца.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Вологодской области

р е ш и л:

взыскать с открытого акционерного общества «Северсталь-метиз» в пользу акционерного общества «Станкотех» 1 107 500 руб.

В удовлетворении остальной части требований акционерного общества «Станкотех» отказать.

Возвратить акционерному обществу «Станкотех» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6000 руб., уплаченную по платежному поручению от 23.03.2022 № 333.

Решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                                     М.В. Плахина