АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2430/2022

28 июня 2022 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 июня 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.

судей Кушнаревой И.Ф., Сецко А.Ю.

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «ВостокЭнергоХолдинг» ФИО1: ФИО2 – представителя по доверенности от 04.04.2019 (веб-конференция),

от ФИО3 – ФИО4 – представителя по доверенности от 12.03.2021,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ВостокЭнергоХолдинг» ФИО1

на определение Арбитражного суда Приморского края от 04.02.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022

по делу №  А51-8226/2018

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ВостокЭнергоХолдинг» ФИО1

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности, о взыскании убытков

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «ВостокЭнергоХолдинг» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 692806, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)  

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Приморского края определением от 23.04.2018 возбудил производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ВостокЭнергоХолдинг» (далее – ООО «ВостокЭнергоХолдинг», общество, должник) по заявлению конкурсного кредитора - общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «Звезда».

Решением арбитражного суда от 22.05.2018 ООО «ВостокЭнергоХолдинг» признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемый должник, в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

Определением от 28.01.2020 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ВостокЭнергоХолдинг», новым конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1. 

Срок конкурсного производства и полномочия конкурсного управляющего неоднократно продлевались, определением от 19.04.2022 продлены на шесть месяцев, судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 20.10.2022.

В рамках настоящего дела о банкротстве конкурсный управляющий 19.04.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 (далее - ответчик) убытков в размере 26 762 926,61 руб., составляющих стоимость утраченного обществом движимого имущества.

Кроме того, конкурсный управляющий 22.05.2021 направил в арбитражный суд заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующего его лица – ФИО3 и взыскании с него в пользу ООО «ВостокЭнергоХолдинг» 7 538 648,40 руб. Это требование заявлено в связи неисполнением ответчиком обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, вопреки вынесенному по настоящему делу определению от 01.10.2020.

Обособленные споры, производство по которым возбуждено на основании перечисленных заявлений, определением от 22.12.2021 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 04.02.2022, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2021, в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ООО «ВостокЭнергоХолдинг» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и взыскании с него убытков отказано. 

Конкурсный управляющий в кассационной жалобе просит отменить принятые по спору определение и постановление, направить дело на новое рассмотрение. Информирует о размере неудовлетворенных реестровых и текущих требований должника – 7 538 648,4 руб. и 54 955,72 руб. соответственно. Недостаточность имущества должника для полного погашения требований кредиторов считает самостоятельным основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Утверждает, что стоимость имущества должника, не переданного конкурсному управляющему, составляет 26 762 926,61 руб. Вывод об утрате имущества должника основывает на данных инвентаризационных описей от 13.04.2018 № 5, от 25.06.2019 № 3 и условиях договоров от 01.10.2016, от 09.01.2017 о приобретении должником у третьего лица имущества (контейнеры). Причиной утраты движимого имущества считает недобросовестные действия ФИО3, который как руководитель являлся материально-ответственным лицом, при этом не представил документов в подтверждение выполнения обязанности по проведению в обществе инвентаризации. Не соответствующими действительности считает указания судов на то, что возбужденное в отношении ФИО3 исполнительное производство о передаче документов им исполнено; копию постановления судебного пристава об окончании исполнительного производства от 17.08.2021 не считает надлежащим доказательством (в копии не указан взыскатель, не представлен подлинник). Считает, что исполнение не состоялось. Одновременно выражает мнение о незаконности отказа суда в  удовлетворении ходатайства об истребовании исполнительного производства. 

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу просит отказать в ее удовлетворении, а обжалуемые судебные акты оставить в силе. Считает, что доводы кассатора сводятся в переоценке выводов судов, при этом данные выводы обоснованы, сделаны с учетом исследования всех обстоятельств дела, спор разрешен при правильном применении норм материального и процессуального права.

Судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы назначено на 14.06.2022, в этом заседании объявлялся перерыв в порядке статьи 163 АПК РФ до 21.06.2022.

17.06.2022 от конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов, в котором указано на совершенные управляющим после подачи апелляционной жалобы действия (подача жалобы, ознакомление с материалами исполнительного производства) и вынесение 09.03.2022 заместителем старшего судебного пристава постановления об отмене окончания исполнительного производства, оформленного постановлением от 17.08.2021 (копия которого представлена в деле). К ходатайству приложены документы согласно приведенному перечню.

В заседании суда округа, проведенном с использованием систем веб-конференции, представитель конкурсного управляющего ООО «ВостокЭнергоХолдинг» настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по приведенным в ней доводам. Представитель ФИО3 (присутствовал в заседании после объявленного в нем перерыва) высказался в поддержку обжалуемых судебных актов, просил оставить их без изменения.

В приобщении к делу дополнительно представленных документов, приложенных арбитражным управляющим к соответствующему ходатайству, отказано, учитывая пределы рассмотрения спора в кассационном суде, определенные статьей 286 АПК РФ. Поскольку документы представлены в электронном виде, их возврат на бумажном носителе не осуществляется. При этом суд округа отмечает, что постановление заместителя старшего судебного пристава об отмене постановления от 17.08.2021 об окончания исполнительного производства приобщено апелляционным судом к материалам дела.

Проверив законность определения от 04.02.2022 и постановления от 11.04.2022, с учетом доводов кассационной жалобы и выступлений участников процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

При разрешении настоящего обособленного спора суды правомерно руководствовались общими положениям глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53).

Как указывалось выше, заявитель обосновал заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности тем, что последний не передал ему документацию, обязанность по передаче и перечень которой установлены в вынесенном в рамках настоящего дела определении от 01.10.2020.

Определением от 01.10.2020 арбитражный суд удовлетворил требование конкурсного управляющего об истребовании у ликвидатора ФИО3, арбитражного управляющего ФИО5, учредителя ФИО6 документацию, включающему корпоративную и бухгалтерскую, согласно перечню.

Это определение, по утверждению конкурсного управляющего, ответчиком не исполнено.

Обязанность руководителя должника передать бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему после его утверждения закреплена в пункте 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена субсидиарная ответственность по обязательствам должника контролирующего должника лица за невозможность полного погашения требований кредиторов, если это стало следствием  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии обстоятельств, указанных, в том числе, в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве: при непередаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и отчетности; при сокрытии от конкурсного управляющего корпоративной документации либо ее искажении.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на указанных лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, то есть при доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия ответчиков, а также причинно-следственной связь между вменяемыми ответчикам нарушениями  и объективным банкротством организации-должника.

При разрешении настоящего спора суды, учитывая положения пунктов 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве и установив, что  ФИО3 с 01.06.2017 по дату открытия конкурсного производства являлся генеральным директором должника, сделали правильный вывод о наличии у ответчика статуса контролирующего должника лица. Этот вывод не оспаривается.

Наряду с этим не является спорным то, что имущества должника недостаточно для полного погашения требований кредиторов.

При этом суды пришли к единому выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности ввиду недоказанности вменяемого ответчику бездействия, признав, что последний не уклонялся от передачи требуемой документации.

 В этой связи суды приняли во внимание акт инвентаризации документации от 03.06.2018, составленный и подписанный комиссией, в составе которой значились конкурсный управляющий ФИО5 , а также ФИО3 в должности заместителя генерального директора должника. Актом зафиксирована сдача в бухгалтерию и оприходование учредительных, бухгалтерских документов и документов кадрового учета, входящих и исходящих документов, договоров с контрагентами.

Позиция заявителя, не отрицающего передачу документов по указанному акту, но указывающего на отсутствие в них данных об имеющемся имуществе должника, обоснованно отвергнута судами двух инстанций со ссылкой на отсутствие претензий к составу документов у принимающей стороны (первого конкурсного управляющего ФИО5) при том, что требование заявителя относительно необходимых ему для формирования конкурсной массы документов не конкретизировано.

Также суды, обосновывая вывод о недоказанности вменяемого ответчику нарушения, учли представленное ответчиком постановление  судебного пристава-исполнителя от 17.08.2021 об окончании исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного листа, выданного по определению от 01.10.2020 (об истребовании документации).

Наряду с выводом о неподтвержденности уклонения от выполнения обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему, суды признали недоказанной и причинно-следственную связь между предполагаемой непередачей документов и невозможностью пополнения конкурсной массы должника.

Суд округа, поддерживая итоговый вывод о недоказанности условий для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию, исходит из следующего.

Презумпции, предусмотренные подпунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, влекут субсидиарную ответственность, поскольку отсутствие и неполнота бухгалтерской документации должника препятствует формированию конкурсной массы (подпункт 2); отсутствие или ненадлежащее содержание корпоративной документации не позволяют достоверно установить контролирующих должника лиц (подпункт 4).

Конкурсный управляющий в рамках настоящего спора, как следует из его пояснений, настаивает на отсутствии документации относительно имущества должника. Вместе с тем не поясняет, какие именно сведения и документальные подтверждения ему необходимы для установления перечня, местонахождения имущества должника и выявления совершенных с этим имуществом сделок.

При этом следует согласиться с позицией судебных инстанций о том, что акт инвентаризации от 03.06.2018 № 1, составленный после открытия конкурсного производства в отношении общества и подписанный в том числе конкурсным управляющим ФИО5, подтверждает передачу руководителем бухгалтерской и иной документации.

То, что определением от 01.10.2020 от ФИО3 истребованы в порядке статьи 66 АПК РФ документы согласно перечню, само о себе не отменяет зафиксированный актом от 03.06.2018 факт сдачи документации в бухгалтерию должника в период открытого в его отношении конкурсного производства, поскольку названным определением документы истребованы от трех лиц, без конкретизации того, какие документы из перечня обязан передать каждый из ответчиков и у кого из них они находятся. 

При этом суд округа находит ошибочным утверждение подателя кассационной жалобы о том, что определением от 01.10.2020 ответчику вменена обязанность по передаче материальных ценностей (об этом указано в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности), поскольку в определении весь перечень истребуемого – всего 80 позиций – посвящен  исключительно документации.

Кроме того, обоснован вывод судов двух инстанций о недоказанности связи между отсутствием каких-либо документов в распоряжении конкурсного управляющего и невозможностью формирования конкурсной массы. Доводов и пояснений относительно возникновения препятствий в проведении процедуры из-за недостающих документов не приведено, доказательств этому вопреки статье 65 АПК РФ не представлено.

Между тем, в пунктах 16 и 17 постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как правильно указано в обжалуемых судебных актах, в пункте 24 постановления Пленума № 53 рекомендовано, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве), учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. 

В этом же пункте уточнено, что под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Учитывая приведенные разъяснения, при установленных выше обстоятельствах, итоги исполнительного производства, возбужденного на основании выданного по определению от 01.10.2020 исполнительного листа, не влияют на результат разрешения спора по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по заявленному основанию. 

В данном случае установлены достаточные для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности обстоятельства, а именно: вменяемое ответчику бездействие не доказано; заявитель не представил пояснений относительно негативного влияния недостающей документации на ведение процедуры банкротства; также заявитель не представил доказательств и не привел доводов о совершении каких либо еще действий (бездействия) со стороны бывшего руководителя должника, ставших необходимой причиной банкротства последнего и невозможности полного удовлетворения кредиторских требований.

В этой связи приведенные в кассационной жалобе ссылки на неисполненность судебного акта, а также доводы, касающиеся отклонения ходатайства об истребовании материалов исполнительного производства, не принимаются. 

В то же время выводы суда о том, что исполнение по определению от 01.10.2020 состоялось, в данном случае не базируется на исследовании необходимого объема доказательств, при этом в апелляционном суде представлен противоречащий этому выводу документ. Однако данные выводы не привели к неверному разрешению спора, учитывая достаточность установленных обстоятельств (без включения в их перечень обстоятельств, относящихся к исполнению определения от 01.10.2020) для отклонения требования, заявленного по статье 61.11 Закона о банкротстве.

При изложенном следует признать законными и оставить в силе определение и постановление в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по заявленному конкурсным управляющим основанию - за невозможность полного погашения должником требований кредиторов в связи с невыполнением руководителем должника обязанности по передаче документации.

Вместе с тем суд округа не может согласиться с выводами, сделанными по итогам рассмотрения требования о взыскании с ответчика как с бывшего руководителя должника убытков, поскольку эти выводы не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам.

В силу статьи 51.3 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой. Указанное требование, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим.

Заявляя о взыскании убытков, конкурсный управляющий сослался на утрату обществом движимого имущества – модулей и контейнеров. Такую утрату заявитель связал с недобросовестными действиями бывшего руководителя ФИО3 В подтверждение утраты представил две инвентаризационные описи основных средств: 

-от 13.04.2018 № 5, в которой указано общее количество единиц фактически - 518 модулей/контейнеров;  

-от 25.06.2018 б/н  - в этой описи зафиксировано общее количество единиц фактически - 237 модулей/контейнеров. 

Ссылаясь на обнаруженную разницу в количестве единиц, конкурсный управляющий произвел расчет убытков исходя из стоимости недостающего имущества.

Возражая по предъявленным требованиям, ответчик ссылался на приобретение модулей/контейнеров и сдачу их в аренду в период до занятия им должности руководителя должника.

Требования в указанной части не рассмотрены судом исходя их заявленных доводов и возражений. Описи основных средств не анализировались, вопрос о наличии и местонахождение спорного имущества не выяснялся, причины разницы в количестве единиц не устанавливались.

Представленный в деле  и исследованный судами акт инвентаризации от 03.09.2018 № 1 подтверждает передачу лишь документации, передача материальных ценностей (основных средств) по этому акту не осуществлялась.

То, что конкурсный управляющий ФИО5 обращался к руководству юридического лица, на территории которого находится имущество должника, для инвентаризации и вывода последнего (на это обстоятельство суды ссылались при разрешении спора), не является обстоятельством, достаточным для отказа в иске о взыскании убытков.

При этом обстоятельства, значимые для разрешения спора в указанной части, как уже отмечалось, не устанавливались и имеющие к данному требованию документы не оценивались судами двух инстанций.

Принимая во внимание изложенное, судебные акты в части, касающейся требования о взыскании с ФИО3 убытков, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ следует отменить и обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего ООО «ВостокЭнергоХолдинг» о взыскании с убытков направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края.

При новом рассмотрении следует проверить доводы и возражения сторон по спору о взыскании убытков, применив названные выше нормы права и имеющие к ним отношение разъяснения Верховного Суда Российской Федерации. Следует также отметить, что размер взыскиваемых в деле о банкротстве убытков не может превышать размер субсидиарной ответственности, что следует из содержания пункта 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 04.02.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022 по делу № А51-8226/2018 в части, касающейся требования о взыскании с ФИО3 убытков, отменить.

Обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего ООО «ВостокЭнергоХолдинг» о взыскании с ФИО3 убытков направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края.

В остальной части (по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности) вышеуказанные определение и постановление оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           Е.Н. Головнина                   

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева         

 

А.Ю. Сецко