Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-7112/2019

г. Владивосток

23 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2020 года.

 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего К.П. Засорина,

судей Е.В. Зимина, А.В. Ветошкевич,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Первого Дальневосточного Кредитного Потребительского Кооператива ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-4485/2020  

на определение от 06.07.2020 

судьи Д.Н. Кучинского 

по делу № А51-7112/2019 Арбитражного суда Приморского края 

по рассмотрению возражений конкурсного управляющего Первого Дальневосточного Кредитного Потребительского Кооператива  ФИО2 против включения требований ФИО3 в реестр требований кредиторов Первого Дальневосточного Кредитного Потребительского Кооператива требований в размере 3860000 рублей (сумма основного долга),

по делу по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Армада Трейд» к Первому Дальневосточному кредитному потребительскому кооперативу о признании несостоятельным (банкротом),

при участии:

кредитор:                                       ФИО3, паспорт (лично)

иные лица:                                     не явились, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Армада-Трейд» (далее – ООО «Армада-Трейд, кредитор) 04.04.2019 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании Первого Дальневосточного кредитного потребительского кооператива (далее - КПК Первый Дальневосточный, должник, кооператив) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 13.05.2019 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по обоснованности его рассмотрения.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 09.08.2019 кредитный кооператив, являющийся ликвидируемым должником, признан несостоятельным (банкротом),  в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2). Сообщение об открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 17.08.2019 № 147.

Арбитражный управляющий 26.03.2020 обратился в суд с возражениями на поступившее заявление ФИО3 (далее – ФИО3) о включении в реестр требований  кредиторов. 

Определением суда от 02.04.2020 возражения конкурсного управляющего приняты к производству,  назначено судебное заседание.

Определением суда от 06.07.2020 реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО3  в размере 3 860 000 рублей. Очередность требований обжалуемым определением не установлена.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий КПК Первый Дальневосточный ФИО2 обжаловал его в апелляционном порядке. В обоснование доводов жалобы указал на пропуск  ФИО3  срока на предъявление заявленных им требований. В обоснование доводов жалобы указал, что договор передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 №36-И является мнимой сделкой в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

В случае признания заявленных требований обоснованными, считал возможным включить их в третью очередь реестра требований кредиторов кооператива.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2020 апелляционная жалоба  конкурсного управляющего принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 01.09.2020. 

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2020, от 29.09.2020, от 27.10.2020, от 24.11.2020 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы конкурсного управляющего КПК Первый Дальневосточный ФИО2 отложено на 29.09.2020, на 27.10.2020, на 24.11.2020, на 22.12.2020.

В судебном заседании апелляционной инстанции ФИО4 ходатайствовал о приобщении к материалам дела копии постановления о возбуждении уголовного о дела и принятии его к производству.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), определила удовлетворить ходатайство ФИО4, приобщить к материалам дела копию постановления 21.04.2020 о возбуждении уголовного о дела и принятии его к производству, поскольку указанное доказательство имеет значение для рассмотрения дела. 

ФИО3 на доводы апелляционной жалобы возражал,  обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Пояснил суду, что заявление о включении своего требования в реестр заявленных требований кредиторов направил конкурсному управляющему с пропуском срока, поскольку о своем нарушенном праве узнал только в марте 2020 года после признания судом общей юрисдикции договора цессии, которым была произведена новация обязательства должника перед, недействительным, полагает, что пропустил срок по уважительной причине.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 АПК РФ пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции признает, что обжалуемый судебный акт подлежит изменению в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-

ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Подпунктом 8 пункта 2 статьи 180 Закона о банкротстве установлено, что для целей данного Закона кредитные потребительские кооперативы относятся к финансовым организациям. Особенности банкротства финансовых организаций установлены параграфом 4 главы IX Закона о банкротстве. 

Статья 189.1 Закона о банкротстве, определяя особенности банкротства кредитных потребительских кооперативов, предусматривает, что установленные статьями 183.1 - 183.26 данного Закона особенности банкротства финансовых организаций распространяются на кредитные потребительские кооперативы с учетом положений статей 189.1 - 189.6 Закона о банкротстве. 

Особенности установления требований кредиторов в деле о банкротстве финансовой организации предусмотрены статьей 183.26 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 183.26 названного Закона в целях участия в деле о банкротстве финансовой организации кредиторы вправе заявить свои требования к финансовой организации в ходе конкурсного производства в течение двух месяцев с даты опубликования сведений о признании финансовой организации банкротом. 

Требования кредиторов направляются в арбитражный суд, финансовую организацию и арбитражному управляющему с приложением документов, подтверждающих обоснованность этих требований. 

Исходя из содержания пунктов 3 и 6 статьи 183.26 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий включает поступившие требования в реестр заявленных требований кредиторов, который ведется в порядке, установленном статьей 16 Закона о банкротстве, с учетом особенностей, предусмотренных в настоящей статье. 

Возражения относительно требований кредиторов, включенных в реестр заявленных требований кредиторов, могут быть предъявлены в арбитражный суд финансовой организацией, временным управляющим или конкурсным управляющим, представителем учредителей (участников) финансовой организации, саморегулируемой организацией финансовых организаций, членом которой является финансовая организация, а также кредиторами, предъявившими требования к финансовой организации. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты закрытия реестра заявленных требований кредиторов (пункт 5 статьи 183.26 Закона о банкротстве).

При наличии возражений относительно требований кредиторов, указанных в пункте 1 настоящей статьи, арбитражный суд проверяет обоснованность указанных требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 6 статьи 183.26 Закона о банкротстве).

Между тем, требования кредиторов, которые указаны в пункте 1 настоящей статьи и относительно которых не поступили возражения в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом, признаются установленными в составе, размере и очередности, которые заявлены кредитором, в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона и подлежат включению арбитражным управляющим в реестр требований кредиторов после закрытия реестра заявленных требований кредиторов (пункт 7 статьи 183.26 Закона о банкротстве).

Сообщение об открытии в отношении КПК Первый Дальневосточный конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» 17.08.2019 №147/(6627), следовательно, реестр требований кредиторов должника закрыт 17.10.2019.

Рассматривая возражения конкурсного управляющего, коллегией из информации, размещенной в свободном доступе на официальном сайте «Почта России» (https://www.pochta.ru) установлено, что ФИО3 18.03.2020 направил в адрес ФИО2 почтовое отправление с кодом почтового идентификатора № 69006845000581, содержащее настоящие требования. Безусловно, требования кредитора направлены с пропуском срока, для предъявления требований, регламентированные пунктом 1 статьей 142 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не принимает ссылку конкурсного управляющего кооператива на пункт 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 26 июля 2005 г. № 93 «О некоторых вопросах, связанных с исчислением отдельных сроков по делам о банкротстве», по которому 2-х месячный срок является сокращенным сроком исковой давности, поскольку по смыслу пункта 4 статьи 61.6 и пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве,  пункта 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», статьи 205 ГК РФ предусмотрена возможность восстановления срока для предъявления требования гражданина. 

В виду вышеизложенных норм права и разъяснений, суд первой инстанции обоснованно восстановил срок для подачи настоящего требования, поскольку заявитель требований не является профессиональным участником предпринимательской деятельности,  поиск объявления о банкротстве кооператива  в сети «Интернет» на официальном сайте газеты «Коммерсант»  сопряжен со значительными трудностями для ФИО3  ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не обладающего   специальными познаниями.

С учетом пояснений кредитора, из которых следует, что он узнал о своих нарушенных правах в марте 2020 года, срок для предъявления требований рассматриваемых требований начал течь с указанной даты.

В свою очередь, конкурсный управляющий в предусмотренный пунктом 5 статьи 183.26 Закона о банкротстве срок заявил возражения относительно требования кредитора.

Из содержания заявления ФИО2 следует, что конкурсный управляющий возражал относительно требования ФИО3  о включении в реестр требований кредиторов КПК Первый Дальневосточный.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве, установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В рамках настоящего апелляционного производства проверяются обоснованность возражений конкурсного управляющего и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника задолженности, возникшей перед кредитором ФИО3 из договора передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И.

При этом коллегия отмечает, что судом первой инстанции возражения конкурсного управляющего не рассматривались, мнимость договора передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И не исследовалась.

В обоснование  заявленных требований ФИО3  ссылался  на договор передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И, заключенный между ФИО3   и должником, по условиям которого заявитель внес в КПК Первый Дальневосточный денежные средства в размере 3 860 000 рублей.

Из условий указанного договора личных сбережений следует, что  пайщик передает, а кооператив принимает в личные сбережения в сумме 3 860 000 рублей.

В соответствии с условиями подпункта б) пункта 2.4 договора передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И кооператив обязан ежемесячно начислять проценты за использование личных сбережений по назначаемой ЦБ РФ ставке, но не более 24,96% годовых, 2,08% в месяц.

Поскольку до настоящего времени кооператив не вернул пайщику ни сумму основного долга, ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, просил включить в реестр требований кредиторов КПК Первый Дальневосточный требования в общем размере 3 860 000 рублей основного долга.

В силу подпункта 21 пункта 3 статьи 1 Федерального закона от 18.07.2009 № 190-ФЗ «О кредитной кооперации» привлеченные средства - денежные средства, полученные кредитным кооперативом от членов кредитного кооператива (пайщиков) на основании договоров займа, иных договоров, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также денежные средства, полученные кредитным кооперативом от юридических лиц, не являющихся членами кредитного кооператива (пайщиками), на основании договора займа и (или) договора кредита.

Из статьи 4 указанного Федерального закона следует, что кредитный кооператив привлекает денежные средства своих членов на основании: 

1) договоров займа, заключаемых с юридическими лицами; 

2) договоров передачи личных сбережений, заключаемых с физическими лицами в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом, а именно статьей 30 Федерального закона.

По правилам статьи 30 Федерального закона от 18.07.2009 № 190-ФЗ «О кредитной кооперации» для осуществления предусмотренной частью 1 статьи 3 настоящего Федерального закона деятельности кредитные кооперативы, членами которых являются физические лица, вправе привлекать денежные средства указанных лиц на основании договоров передачи личных сбережений.

По договору передачи личных сбережений физическое лицо, являющееся членом кредитного кооператива (пайщиком), передает кредитному кооперативу денежные средства на условиях возвратности, платности, срочности.

Договор передачи личных сбережений независимо от его суммы заключается в письменной форме. Несоблюдение письменной формы договора влечет его недействительность. Такой договор является ничтожным. Договор передачи личных сбережений должен содержать условия о сумме передаваемых денежных средств, о размере и порядке платы за их использование, о сроке и порядке их возврата.

В подтверждение факта внесения ФИО3  в кассу должника денежных средств представлены договор передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И,  копия оборотно-сальдовой ведомости КПК Первый Дальневосточный,  копии квитанций к приходным кассовым ордерам от 20.01.2017 б/н на сумму 440 000 рублей, от 16.01.2017 №18 на сумму 220 000 рублей, от 28.06.2016 №267 на сумму 200 000 рублей, от 31.10.2016 №720 на сумму 200 000 рублей, от 08.11.2016 №754 на сумму 400 000 рублей, от 06.06.2016 №223 на сумму 500 000 рублей, от 18.09.2017 б/н на сумму 1 400 000 рублей, от 17.03.2017 б/н на сумму 200 000 рублей.

Возражая против включения в реестр требований кредиторов КПК Первый Дальневосточный требований ФИО3, конкурсный управляющий как в возражениях, так и в апелляционной жалобе привел доводы о мнимости договора передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И.

Между тем, при проверке указанного довода апеллянта суд апелляционной инстанции руководствуется следующим. 

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Правовая позиция, которая касается как мнимой, так и притворной сделки, изложена в Определении ВС РФ от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, согласно которой фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон.

Между тем, материалы дела опровергают довод конкурсного управляющего о мнимости договора передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И, поскольку ФИО3 имел возможность предоставить указанные денежные средства.

Изложенное подтверждается архивными выписками от 02.11.2020 №08/680 и №08/681, из которых усматривается получение кредитором в период с 1996 по 2002 годы значительного дохода от осуществления трудовой деятельности в Спасском управлении механизации Арендного предприятия «Строймеханизация», которое в последующем неоднократно изменяло организационно-правовую форму собственности. 

Более того, в материалы дела предоставлена копия постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21.04.2020, из которого усматривается, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уполномоченный осуществлять руководство текущей финансово-хозяйственной деятельностью КПК Первый Дальневосточный, с использованием своего служебного положения, путем злоупотребления доверием ФИО3, похитил принадлежащие последнему денежные средства в размере 3 860 000 рублей, причинив последнему ущерб в особо крупном размере на указанную сумму. В последующем, 16.07.2020 вынесено постановление от 16.07.2020 о признании ФИО3 потерпевшим.

Отклоняя довод конкурсного управляющего о мнимости договора передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И, коллегия отмечает, что в рассматриваемом случае действия ФИО3 не могут квалифицироваться как недобросовестные и совершенные с осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу по смыслу статьи 10 ГК РФ. Более того, с учетом наличия финансовой возможности ФИО3 предоставить указанные денежные средства  у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания  полагать, что договор передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И является мнимой сделкой. Напротив, поведение ФИО3 квалифицируется как добросовестное, его действия были направлены на приумножение собственных денежных средств, путем предоставления кооперативу под проценты, наиболее выгодные чем в кредитных организациях.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В условиях повышенного стандарта доказывания, коллегия , основываясь на внутреннем убеждении, ,констатирует, что в соответствии с положениями статей 9, 65 АПК РФ ФИО3 представил суду достаточные и убедительные  доказательства своей финансовой состоятельности и передачи денежных средств во вклад по договору передачи личных сбережений с ежемесячным начислением процентов от 18.09.2017 № 36-И.

Учитывая изложенные обстоятельства, вывод суда первой инстанции со ссылкой на пункт 1 статьи 189.5 Закона о банкротстве об обоснованности требований ФИО3, а также об их удовлетворении в размере 700 000 рублей в составе первой очереди и в размере 3 160 000 рублей в составе третьей очереди является правомерным.

В соответствии со статьей 189.1 Закона о банкротстве особенности банкротства финансовых организаций, установленные статьями 183.1 – 183.26 настоящего Федерального закона, распространяются на кредитные кооперативы с учетом положений настоящей статьи и статей 189.2 – 189.6 настоящего Федерального закона. 

Статья 189 ФЗ Закона о банкротстве предусматривает особенности удовлетворения требований кредиторов кредитного кооператива и членов кредитного кооператива. 

Согласно пункту 2 статьи 189.5 Закона о банкротстве в первую очередь после удовлетворения требований граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, подлежат удовлетворению требования членов кредитного кооператива (пайщиков) - физических лиц, являющихся кредиторами кредитного кооператива на основании заключенных с ними договоров передачи личных сбережений, в сумме, не превышающей семисот тысяч рублей, но не более чем основная сумма долга в отношении каждого члена кредитного кооператива (пайщика).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 189.5 Закона о банкротстве, в первую очередь - предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи и оставшиеся неудовлетворенными требования членов кредитного кооператива (пайщиков) - физических лиц, являющихся кредиторами кредитного кооператива на основании заключенных с ними договоров передачи личных сбережений, в том числе по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, а также по уплате сумм финансовых санкций.

Поскольку суд первой инстанции при изготовлении определения суда от 06.07.2020 не указал порядок удовлетворения требований ФИО3 по смыслу подпункта 1 пункта 3 статьи 189.5 Закона о банкротстве,   при изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт подлежит  изменению.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на судебные акты, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 06.07.2020 по делу № А51-7112/2019 изменить.

Включить требования ФИО3 в размере 700 000 рублей задолженности в первую очередь реестра требований кредиторов Первого Дальневосточного Кредитного Потребительского Кооператива (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), подлежащей удовлетворению после удовлетворения требований граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью.

Включить требования ФИО3 в размере 3 160 000 рублей в третью очередь реестра требований кредиторов Первого Дальневосточного Кредитного Потребительского Кооператива (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

 

Председательствующий

К. П. Засорин

 

Судьи

Е. В. Зимин

 

А. В. Ветошкевич