ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

16.10.2019

Дело № А40-24983/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 09.10.2019

Полный текст постановления изготовлен  16.10.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Коротковой Е.Н., Холодковой Ю.Л.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 06.11.2018

рассмотрев 09.10.2019 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего АО "ВИЗЕЛЬ" 

на определение от 04.04.2019

Арбитражного суда г. Москвы

вынесенное судьей Бубновой Н.Л.,

на постановление от 27.06.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Масловым А.С., Сафроновой М.С., Шведко О.И.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Визель»,

об отказе в признании недействительным договора от 11.06.2015 купли-продажи земельных участков, заключенного между АО «Визель» и ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2017 Акционерное общество «Визель» (далее - АО «Визель», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании договора от 11.06.2015 купли-продажи земельных участков, заключенного между АО «Визель» и ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик), недействительной сделкой.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.04.3019 в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2019 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий АО "ВИЗЕЛЬ" обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты. Заявитель в кассационной жалобе указывает на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, указывает на неправильное применение норм процессуального и материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 11.06.2015 АО «Визель» (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключили договор купли-продажи земельных участков, согласно положениям которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить земельные участки общей площадью 3 803 м2, расположенные по адресу: Московская обл., г. Красногорск, мкр-н №15 (Павшино), в частности:

- земельный участок с кад. номером: 50:11:0010416:3378, общей площадью 1 142 м ;

- земельный участок с кад. номером: 50:11:0010416:3379, общей площадью 1 439 м2;

- земельный участок с кад. номером: 50:11:0010416:3382, общей площадью 1 222 м . Переход права собственности на земельные участки зарегистрирован 30.07.2015.

Пунктом 3.1. договора стороны установили общую стоимость указанного имущества в сумме 1 501 621,90 руб.

Конкурсный управляющий должника, полагая, что указанный договор купли-продажи земельных участков отвечает признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктами1, 2 статьи 61 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), обратился в Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.

Суды, отказывая в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника, исходили из не представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 612 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 1 статьи 612 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Согласно пункту 2 статьи 61 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главыФедерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 612 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 612 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Принимая во внимание, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «Визель» возбуждено 16.02.2017, оспариваемая сделка совершена 30.07.2015, суды пришли к выводу, что данная сделка относится к периоду, установленному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника, заявляя о недействительности оспариваемой сделки, указывает, что на момент заключения договора купли-продажи АО «Визель» обладало признаком неплатежеспособности, а после его заключения возникла очевидная недостаточность имущества.

Вместе с тем, как правильно установлено судами, сведений о том, что должник прекратил исполнение денежных обязательств до совершения сделки или в результате ее совершения не имеется.

Напротив, в анализе финансового состояния АО «Визель» отмечено, что в 20142016гг. общество было платежеспособно, сведений о просроченной кредиторской задолженности нет, предприятие финансово устойчиво, причиной снижения платежеспособности стали платежи осуществленные должником в 2015-2016 году (после совершения сделки) в пользу ООО «Минора Лайф».

При этом данные платежи стали причиной снижения, а не утраты платежеспособности. Утрата платежеспособности в соответствии с анализом произошла после предъявления должнику требования по договору поручительства (требование предъявлено в суд 01 сентября 2016г., решение вступило в силу 17 февраля 2017 года, т.е. через 2 года после совершения оспариваемой сделки).

Само по себе наличие убытков и/или ухудшение коэффициентов, тем более если эти коэффициенты оставались в пределах допустимых значений, не может свидетельствовать о неплатежеспособности предприятия. Таким образом, на момент совершения сделки должник был платежеспособен.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

При этом согласно разъяснениям, изложенным, в том числе в абзаце 5 пункта 6 Постановления №63, само по себе даже наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим должника неплатежеспособности АО «Визель» в спорный период, что не позволяет установить факт совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Не представлено конкурсным управляющим должника и доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Так, материалами дела подтверждается, что договор купли-продажи является возмездным, оплата осуществлена в полном объеме, что подтверждается квитанцией к кассовому приходному ордеру № 1 от 01.10.2015.

При этом ФИО1 представил доказательства наличия у него финансовой возможностью произвести оплату по договору купли-продажи наличными денежными средствами. В частности, ответчиком представлена справка о доходах по форме 2-НДФЛ, согласно которой сумма дохода за 2015 год составила 6 506 544,46 руб. Кроме того, согласно справке, выданной ПАО Сбербанк, у ФИО1 на счете находилось не менее 70 000 Евро (по курсу на день сделки 5 164 600 руб.).

Кроме того, как установлено судами, спорные земельные участки ранее являлись одним общим участком, который принадлежал ООО «Региональная финансово-строительная корпорация», которая в 2008 году заключила с АО «СУ-155» инвестиционный контракт, в соответствии с которым последнее получило право застройки в соответствии с утвержденным проектом планировки и реализации построенных малоэтажных сооружений.

ФИО1 приобрел жилой дом, расположенный на спорных участках на основании договора подписанного в 27.03.2008. Общие затраты на строительство дома и приобретение участков составили более 100 миллионов рублей. В результате проведенного после строительства дома межевания общего земельного участка жилой дом расположен на двух из трех спорных участков, а третий необходим для эксплуатации жилого дома, так как по нему проходит подъездная дорожка.

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим должника не представлены достаточные, относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о неравноценном встречном исполнении обязательств, а равно о занижении цены договора, а также доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате заключения спорной сделки.

Довод об ошибочности вывода об исполнении ФИО1 своих обязательств по оплате приобретённых у АО «Визель» земельных участков отклонен, как противоречащий имеющимся в материалах дела доказательствам, в частности, квитанцией к кассовому приходному ордеру № 1 от 01.10.2015. При этом суды отметили недопустимость возложения на ответчика негативных последствий от допущенных должником нарушений при осуществлении учета кассовых операций.

Довод о том, что спорные земельные участки были реализованы АО «Визель» с получение прибыли в размере лишь 3 руб. отклонены, как не свидетельствующий о принятии неправильного по существу судебного акта.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений

Стороны согласно статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Учитывая не представление конкурсным управляющим должника доказательств того, что цена земельных участков этой сделки и (или) иные условия спорного договора на момент его заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки размер прибыли должника от спорной сделки не может свидетельствовать о неравноценности встречного исполнения. Не подтверждает неравноценности встречного исполнения и несоответствие стоимости земельных участков, отраженной в спорном договоре, кадастровой стоимости, поскольку кадастровая стоимость не отражает реальной рыночной стоимости объекта. При этом стороны, участвующие в споре, в том числе конкурсный управляющий должника, не заявляли ходатайств о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости отчужденного имущества.

Доводы об осведомленности ФИО1 о неплатежеспособности должника отклонены, как не подтверждаемые надлежащими доказательствами.

Конкурсный управляющий должника не представил доказательств того, что ФИО1 относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 3 статьи 61 3 Закона о банкротстве.

Тот факт, что он занимал должность заместителя генерального директора АО «СУ-155», контрагента должника, не подтверждает его осведомленности о финансовом положении АО «Визель».

При этом даже знание ФИО1 о неисполнении АО «Визель» своих обязательств перед АО «СУ-155» не означает его осведомленности о наличии иных кредиторов, но даже при осведомленности о наличии у должника иных кредиторов это не означает его осведомленности о неспособности должника расплатиться с этими кредиторами. В данном случае конкурсный управляющий должника путает неплатежеспособность с неисполнением должником обязательств перед конкретными кредиторами.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов нарушений норм процессуального права судами, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.04.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2019, по делу № А40-24983/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий-судьяВ.Я. Голобородько

 

Судьи:Е.Н. Короткова 

ФИО4