ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-11583/2018

г. Киров

09 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 ноября 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейКормщиковой Н.А., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании по веб-связи:

представителя ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 02.02.2022;

представителя ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 29.04.2022;

представителя ФИО7 – ФИО8, по доверенности от 15.02.2022;

представителя ФИО9 – ФИО8, по доверенности от 07.02.2022;

представителя ФИО10 – ФИО11, по доверенности от 05.02.2022;

представителя ФИО12 – ФИО13, по доверенности от 10.07.2022;

представителя ФИО14 – ФИО15, по доверенности от 17.02.2022;

представителя ФИО16 – ФИО15, по доверенности от 17.02.2022;

ФИО17, лично, по паспорту;

представителя ФИО17 – ФИО18, по доверенности от 15.02.2022;

представителя конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов»  – ФИО19, по  доверенности от 03.03.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Объединенный Кредитный Банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.08.2022 по делу № А82-11583/2018, принятое

по заявлению публичного акционерного общества «Объединенный Кредитный Банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

о взыскании в пользу должника убытков с ФИО3 в сумме 4 149 427 340 руб. 44 коп., 

солидарно с ФИО3, ФИО17, ФИО10, ФИО5, ФИО9, ФИО14, ФИО16, ФИО7, ФИО12 в сумме 592 031 387 руб. 02 коп.,

с ФИО5 в сумме 497 000 159 руб. 59 коп.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Объединенный Кредитный Банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

решением Арбитражного суда Ярославской области от 05.09.2018 (дата объявления резолютивной части 29.08.2018) по делу № А82-11583/2018 публичное акционерное общество «Объединенный Кредитный Банк» (далее – ПАО «О.К. Банк», должник, Банк) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего Банком возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий, Агентство, ГК «АСВ», заявитель).

В рамках дела о банкротстве ПАО «О.К. Банк» конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании в пользу должника убытков: с ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик-1) в сумме 4 149 427 340 руб. 44 коп., солидарно с ФИО3, ФИО17 (далее – ФИО17, ответчик-2), ФИО10 (далее – ФИО10, ответчик-3), ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик-4), ФИО9 (далее – ФИО9, ответчик-5), ФИО14 (далее – ФИО14, ответчик-6), ФИО16 (далее – ФИО16, ответчик-7), ФИО7 (далее – ФИО7, ответчик-8), ФИО12 (далее – ФИО12, ответчик-9) в сумме 592 031 387 руб. 02 коп., с ФИО5 в сумме 497 000 159 руб. 59 коп.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.08.2022 в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий ПАО «О.К. Банк» с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение, принять новый судебный акт.

Заявитель жалобы указывает, что в отношении ПАО «О.К. Банк» не применялись меры по предупреждению банкротства, предусмотренные статьей 189.49 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Соответственно, исключения, предусмотренные пунктом 5 статьи 189.23 Закона о банкротстве, не применяются в отношении ПАО «О.К. Банк», течение сроков исковой давности не могло начаться с даты назначения временной администрации, поскольку временная администрация не обладала полномочиями на подачу заявления о привлечении контролирующих кредитную организацию лиц к ответственности в форме возмещения убытков, такие полномочия возникли у конкурсного управляющего в соответствии с пунктом 7 статьи 189.23 Закона о банкротстве. Как отмечает апеллянт, наделение конкурсного управляющего полномочиями по финансовому анализу должника не означает автоматическое начало течение срока давности. Исполнение сделок, выразившиеся в выдаче заведомо невозвратной ссуды юридическому лицу; выдаче заведомо невозвратных ссуд 5 физическим лицам; приобретении технических облигаций 6 эмитентов; замещении ликвидных ценных бумаг техническими облигациями; реализации ликвидных ценных бумаг без надлежащего встречного предоставления Банку имеет отложенный период исполнения обязательств другой стороной, только после открытия конкурсного производства стали известны обстоятельства, подтвердившие «технический» характер сделок. Апеллянт указывает, что получил реальную возможность узнать об обстоятельствах, изложенных в заявлении, не ранее 29.03.2021 в отношении кредитных договоров с физическими лицами (дата поступления обращения Следственного Комитета Российской Федерации), и не ранее 13.09.2019 в отношении сделок с ценными бумагами и юридическими лицами (дата одновременного исключения эмитентов с торгов ПАО «Московская Биржа» по причине технического дефолта), следовательно, срок исковой давности не пропущен. В обоснование позиции апеллянт также ссылается на судебную практику.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 15.09.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 16.09.2022.

ФИО17 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что срок исковой давности не мог начать течь позже 30.08.2018. Три года от указанной даты для предъявления заявления о взыскании убытков (с учетом положений статей 191 и 193 Гражданского кодекса Российской Федерации) истекли 31.08.2021, а иск был подан только 29.12.2021, то есть с пропуском срока исковой давности. Кроме того, конкурсный управляющий не доказал возникновение убытков у Банка вследствие действий ФИО17 Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что возможность предъявления заявления о взыскании убытков с ответчиков по настоящему спору наступила после отзыва у ПАО «О.К. Банк» лицензии, назначения временной администрации по управлению Банком, с даты, в которую временная администрация могла узнать о наличии оснований для взыскания убытков и возможности определения круга ответчиков. В распоряжении временной администрации и конкурсного управляющего имелись договоры, перечисленные в тексте заявления, кредитные досье заемщиков, предписания ЦБ РФ с анализом, в том числе, спорных сделок, промежуточный акт проверки должника, составленный ЦБ РФ 19.04.2018, и акт проверки должника, составленный ЦБ РФ 29.05.2018. Таким образом, по мнению ФИО3, у конкурсного управляющего было достаточно информации для выводов о наличии (отсутствии) оснований для предъявления заявления о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, поскольку с даты назначения временной администрации в её распоряжении имелся полный доступ к информации и документации ПАО «О.К. Банк». Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

ФИО7, ФИО9 в отзыве на апелляционную жалобу указывают, что судом в определении правильно применены нормы материального права, верно определена начальная дата течения срока исковой давности. При наличии у временной администрации, а в последующем и у конкурсного управляющего, полного пакета первичной документации Банка, осведомленность о нарушенном праве должна была наступить после отзыва у ПАО «О.К. Банк» лицензии, назначения временной администрации по управлению Банком (25.05.2018), с даты, в которую временная администрация могла узнать о наличии оснований для взыскания убытков и возможности определения круга ответчиков, но не позже введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (29.08.2018) и что таким образом срок исковой давности не мог начать течь позже 30.08.2018. Арбитражный управляющий, имевший необходимый финансовый анализ и полный доступ к информации должника, реально мог, в течение трех месяцев (29.05.2018 –30.08.2018), действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие обстоятельств, необходимых для предъявления требований о взыскании убытков. Просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Позиция ФИО10 в отзыве на апелляционную жалобу сходна с позицией ФИО7, ФИО9 ФИО10 указывает, что вывод суда о крайней дате начала течения срока исковой давности 30.08.2018 является верным. Дополнительно отмечает, что началом срока давности по требованиям конкретно к ФИО10 могла быть, как максимум, дата его увольнения – 12.04.2016. Однако, при этом, даже срок начала течения исковой давности, установленный судом в определении (29.08.2018), также находится далеко за пределами трех лет. Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Позиция ФИО14, ФИО16 сходна с позицией ФИО7, ФИО9 Дополнительно в отзыве на апелляционную жалобу указывают, что членство ФИО14 и ФИО16 в Совете директоров Банка прекратилось с 29.06.2017, а их голосования за одобрение трех сделок имели место в 2015 – 2016 гг. Ухудшение же финансового положения указанных заемщиков наступило только с 2018 г. Началом течения срока исковой давности по требованиям к ФИО14 и ФИО16 могла быть дата начала исполнения по сделкам, либо дата прекращения их членства в Совете директоров. Однако даже дата начала течения срока исковой давности, установленная судом в определении (29.09.2018), гораздо позднее указанного выше, также находится явно за пределами трех лет. Просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что срок исковой давности не мог начать течь позже 30.08.2018. Три года от указанной даты для предъявления заявления о взыскании убытков (с учетом положений статей 191 и 193 Гражданского кодекса Российской Федерации) истекли 31.08.2021, однако заявление о взыскании убытков было подано конкурсным управляющим только 30.12.2021. Доводы заявителя о том, что сроки исковой давности подлежат исчислению с 29.03.2021, то есть с даты, когда конкурсному управляющему стало известно об обстоятельствах получения кредита ФИО20 и ФИО21, не могут быть приняты во внимание применительно к требованию о привлечении ФИО5 к ответственности, поскольку ФИО5 не подписывал кредитных договоров с данными лицами (договоры № 254-КФ от 02.07.2015; № 247-КФ от 17.04.2015; № 294-КФ от 22.03.2016) и в состав правления Банка на тот момент не входил. То же самое касается соглашения об отступном по договору залога ценных бумаг № 636/сом от 13.03.2018 – документация и информация об обстоятельствах данной сделки поступили в распоряжение ГК АСВ с даты ее назначения в качестве временной администрации по управлению ПАО «О.К. Банк», то есть с 27.05.2018, а значит к моменту введения конкурсного производства (29.08.2018) и в течение трех лет после его введения (30.08.2021) у конкурсного управляющего было достаточно времени для изучения обстоятельств данной сделки и подачи соответствующих заявлений. Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 158 АПК РФ судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы откладывалось до 07.11.2022.

В судебном заседании представителями заявителя жалобы и ответчиков поддержаны доводы жалобы и отзывов на нее.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, в результате виновных действий ФИО5, ФИО17, ФИО12, ФИО3, ФИО9, ФИО14, ФИО22, ФИО7, ФИО10, выразившихся в:

- выдаче заведомо невозвратной ссуды юридическому лицу;

 - выдаче заведомо невозвратных ссуд 5 физическим лицам;

- приобретении технических облигаций 6 эмитентов;

- замещении ликвидных ценных бумаг техническими облигациями;

- реализации ликвидных ценных бумаг без надлежащего встречного предоставления

Банку причинены убытки в размере 5 238 458 887 руб. 05 коп.

До вынесения окончательного судебного акта по существу настоящего спора ответчиками заявлено об истечении срока исковой давности для судебной защиты нарушенного права.

Арбитражный суд Ярославской области отказал в удовлетворении требования конкурсного управляющего ввиду пропуска заявителем срока исковой давности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав явившихся в судебное заседания лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность узнать о нарушении права (Определение Верховного суда РФ от 05.02.2016 № 304-ЭС14-5681(7) по делу № А46-1949/2013).

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

По смыслу статей 61 - 63 ГК РФ при предъявлении иска ликвидационной комиссией (ликвидатором) от имени ликвидируемого юридического лица к третьим лицам, имеющим задолженность перед организацией, в интересах которой предъявляется иск, срок исковой давности следует исчислять с того момента, когда о нарушенном праве стало известно обладателю этого права, а не ликвидационной комиссии (ликвидатору).

Определение начала течения срока исковой давности с даты, когда конкурсному управляющему стало известно о нарушении прав организации банкрота нарушает положения статьи 200 Гражданского кодекса, которая связывает его течение с нарушением прав самого лица, и указанное обстоятельство в силу закона не влияет на иное течение срока исковой давности по настоящему иску. При этом защита прав кредиторов организации банкрота исходя из основных начал гражданского законодательства, основывающегося на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, не может в данном случае иметь особый приоритет перед иными участниками гражданских правоотношений, а заявление о применении исковой давности являться злоупотреблением права (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2022 № 308-ЭС21-21093 по делу № А63-295/2020).

В абзаце 2 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Аналогичные позиция изложена в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу, что срок исковой давности по требованию о взыскании убытков с членов Совета директоров, членов кредитного комитета и руководства «О.К. Банк» подлежит исчислению с момента, когда юридическое лицо в лице нового руководителя, не аффилированного по отношению к ответчикам, получило реальную возможность узнать о нарушении с их стороны.

В настоящем случае конкурсным управляющим в качестве убытков заявлены: 

- выдача кредитов в период с 02.07.2015 по 27.12.2017 по соответствующим кредитным договорам с физическими и юридическими лицами,

- приобретение облигаций в период с 01.04.2015 по 25.05.2018,

- замещение ликвидных ценных бумаг техническими облигациями по соглашению, подписанному 28.03.2018,

- реализация ликвидных привилегированных акций без надлежащего встречного предоставления в октябре и ноябре 2016 года, январе 2017 года.

Приказом Банка России от 25.05.2018 № ОД-1328 у ПАО «О.К. Банк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций и в ту же дату Приказом Банка России № ОД-1329 с 25.05.2018 назначена временная администрация по управлению Банком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.27 временная администрация по управлению кредитной организацией назначается Банком России на срок не более шести месяцев.

Согласно положениям главы 17 Положение Банка России от 25.02.2019 № 676-П «О порядке назначения, осуществления и прекращения деятельности временной администрации по управлению кредитной организацией, назначаемой в связи с отзывом у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций» (зарегистрировано в Минюсте России 17.05.2019 № 54647) в обязанности временной администрации входит, в том числе, определение наличия признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства путем анализа операций и сделок кредитной организации, повлекших существенные изменения в структуре и стоимости имущества (активов) кредитной организации; выявление осуществленных кредитной организацией до отзыва лицензии операций, повлекших за собой ухудшение финансового состояния кредитной организации, в том числе связанных с реализацией высоколиквидных активов, возникновением и (или) изменением обременения имущества кредитной организации, являющегося обеспечением по обязательствам перед кредиторами всех уровней, реализацией схем трансформирования требований кредиторов по денежным обязательствам в очередность, подлежащую удовлетворению в приоритетном порядке по отношению к первоначальной очередности требования, а также с дроблением вкладов в целях снижения их величины до максимально допустимого размера страхового возмещения.

Исходя из положений подпункта 2 пункта 5 статьи 189.32 Закона о банкротстве, временная администрация по управлению кредитной организацией наряду с функциями, предусмотренными пунктами 1 и 4 настоящей статьи, вправе совершать действия по защите прав и законных интересов кредитной организации и ее кредиторов, предусмотренные федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Кредитная организация либо Банк России, Управляющая компания или Агентство от ее имени вправе обратиться в арбитражный суд с требованием о возмещении убытков, причиненных виновными действиями (бездействием) лиц, контролирующих кредитную организацию, в отношении которой осуществлены (осуществляются) меры по предупреждению банкротства с участием Банка России или Агентства, предусмотренные статьей 189.49 настоящего Федерального закона (пункт 5 статьи 189.23 Закона банкротстве).

В силу пункта 5 статьи 189.61 в случае выявления временной администрацией по управлению кредитной организацией, назначенной Банком России после отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций, признаков несостоятельности (банкротства) кредитной организации Банк России в течение пяти дней со дня получения ходатайства временной администрации по управлению кредитной организацией направляет в арбитражный суд заявление о признании кредитной организации банкротом.

Пунктом 7 статьи 189.23 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление о привлечении контролирующих кредитную организацию лиц к субсидиарной ответственности, к ответственности в форме возмещения убытков (за исключением случая, предусмотренного пунктом 5 настоящей статьи) подается конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также уполномоченным органом. Такое заявление может быть подано конкурсным кредитором в ходе конкурсного производства в случае неисполнения конкурсным управляющим решения собрания или комитета кредиторов о его подаче.

Таким образом, временная администрация по управлению кредитной организацией, исполняет функции руководителя кредитной организации и наделена правом обращаться от имени кредитной организации в арбитражный суд с требованием о привлечении к ответственности лиц, контролирующих кредитную организацию, если их виновными действиями (бездействием) кредитной организации были причинены убытки.

При данных обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что возможность предъявления заявления о взыскании убытков с ответчиков по настоящему спору наступила после отзыва у ПАО «О.К. Банк» лицензии, назначения временной администрации по управлению Банком, с даты, в которую временная администрация могла узнать о наличии оснований для взыскания убытков и возможности определения круга ответчиков, но не позже введения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Полномочия, которыми наделен управляющий Законом о банкротстве, требуют от него оперативного ознакомления с имеющейся информацией в отношении должника, необходимой для проведения мероприятий конкурсного производства, а при ее отсутствии или недостаточности ему предоставлено право без промедления ее запрашивать, в том числе требовать предоставления в его распоряжение в судебном порядке.

Суд первой инстанции принял во внимание, что в распоряжении временной администрации и конкурсного управляющего имелись договоры, перечисленные в тексте заявления, кредитные досье заемщиков, предписания ЦБ РФ с анализом, в том числе, спорных сделок, промежуточный акт проверки должника, составленный ЦБ РФ 19.04.2018, и акт проверки должника, составленный ЦБ РФ 29.05.2018.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что временной администрации и конкурсному управляющему не была передана необходимая документация о заявленных сделках должника, было предъявлено требование об обязании руководителя должника передать какие-либо бухгалтерские и иные документы о деятельности должника, относящиеся к рассматриваемым сделкам, направлены запросы о предоставлении сведений к иным лицам, но по независящим от временной администрации и конкурсного управляющего причинам эти документы получить не удалось.

Следовательно, вся документация о деятельности должника, относящаяся к спорным сделкам, имелась у временной администрации и конкурсного управляющего, доказательств обратного при рассмотрении заявления в судах первой и апелляционной инстанциях не представлено.

Таким образом, у конкурсного управляющего было достаточно информации для выводов о наличии (отсутствии) оснований для предъявления заявления о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, поскольку с даты назначения временной администрации в её распоряжении имелся полный доступ к информации и документации ПАО «О.К. Банк».

Конкурсный управляющий, изначально располагая информацией о совершенных сделках Банка с пороками, должен был незамедлительно с момента его утверждения предпринять соответствующие меры для обращения в суд с соответствующим заявлением.

Временная администрация по управлению ПАО «О.К. Банк» была назначена Банком России 25.05.2018, конкурсное производство в отношении должника введено 29.08.2018.

Таким образом, как правильно отметил суд первой инстанции, срок исковой давности не мог начать течь позже 30.08.2018.

Конкурсным управляющим также не представлено доказательств, что на протяжении четырех месяцев с даты его утверждения до подачи в суд заявления им предпринимались меры для дополнительного анализа сделок, исследованных временной администрацией, повлекшего иные выводы. 

Вопреки позиции Агентства суд первой инстанции дал оценку доводу о необходимости исчислять начало срока исковой давности после дополнительно проведенной конкурсным управляющим проверки по обращению Следственного комитета Российской Федерации. Суд первой инстанции верно указал, что ссылки апеллянта на показания ФИО20 и ФИО23 в ходе проведения следственных мероприятий в рамках уголовного дела не подтверждают невозможности установления обстоятельств, изложенных в рассматриваемом заявлении, до получения информации из Следственного комитета. Как следует из письма ГК «АСВ» № 1-1/16605 от 12.05.2021 на обращение Следственного Комитета Российской Федерации от 29.03.2021 № 11902007703000072, с учетом представленных сведений Агентство было намерено дополнительно проверить обстоятельства выдачи кредитов указанным физическим лицам. Следовательно, фактически, дополнительно проверить те документы и сведения, которые находились в распоряжении конкурсного управляющего с момента его утверждения и были ранее проанализированы временной администрацией, ЦБ РФ.

Кроме того, заявитель не представил в материалы дела доказательств, подтверждающих проведение дополнительной проверки.

Агентство считает, что судом первой инстанции не дана оценка его доводов относительно исключения в 2019 г. облигаций ООО «Спектр», ООО «Росинтруд», ООО «Трансбалтстрой», ООО «УАХМ-ФИНАНС», ПАО «Волга-Капитал» из раздела «Третий уровень» списка ценных бумаг, допущенных к торгам в ПАО «Московская биржа», в связи с допущенными ранее техническими дефолтами. Вместе с тем указанные обстоятельства произошли более чем через год после приобретения Банком данных ценных бумаг, на момент их приобретения у эмитентов не было признаков неплатежеспособности, обратного из материалов дела не следует. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что надлежащих доказательств, подтверждающих наличие каких-либо объективных препятствий для подачи настоящего заявления в пределах срока исковой давности, в материалы настоящего дела не представлено.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Таким образом, установив, что заявление конкурсного управляющего подано по истечении трехгодичного срока исковой давности, суд первой инстанции на законных основаниях отказал в удовлетворении заявления в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ.

Ссылка заявителя жалобы в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку названные заявителем судебные акты приняты по делам, обстоятельства которых не идентичны обстоятельствам, установленным в рамках настоящего спора.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с выводами суда и установленными обстоятельствами, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены принятого обжалуемого законного и обоснованного судебного акта.

Обжалуемый судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетов всех обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.08.2022 по делу № А82-11583/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Объединенный Кредитный Банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

Судьи

 

Е.Н. Хорошева

ФИО24

ФИО1