АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8127/22 

Екатеринбург

13 февраля 2023 г.

 

Дело № А47-13583/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 февраля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Столяренко Г.М., Савицкой К.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк России», Банк) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по делу № А47-13583/2019 Арбитражного суда Оренбургской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) приняли участие представители: 

общества «Сбербанк России» – ФИО1 (доверенность от 23.08.2022 в порядке передоверия, доверенность от 28.04.2022 в порядке передоверия, доверенность от 01.04.2022),

ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 23.01.2022),

а также конкурный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Мясокомбинат Абдулинский» (далее – общество «Мясокомбинат Абдулинский», должник) ФИО4 лично (паспорт).

 

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 29.10.2019 общество «Мясокомбинат Абдулинский» признано банкротом как ликвидируемый должник, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий ФИО4 12.05.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 07.08.2019, заключенного между ФИО2 и должником, применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 366 805 руб. 35 коп. (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Общество «Сбербанк России» 23.06.2020 обратилось в арбитражный суд с заявлением, согласно которому просило признать договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.08.2019, заключенный между обществом «Мясокомбинат Абдулинский» и ФИО2 и договор купли-продажи недвижимого имущества от 12.12.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО5 взаимосвязанными недействительными сделками (единой сделкой), направленными на вывод имущества должника из конкурсной массы, применить последствия сделки в виде обязания возвратить в конкурсную массу должника имущество, расположенное  по адресу: 

<

...> (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 21.09.2020 вышеуказанные обособленные споры объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

К участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО6, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий имуществом ФИО6 – ФИО7 и ФИО5.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.04.2022 заявленные требования удовлетворены частично; признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.08.2019, заключенный между обществом «Мясокомбинат Абдулинский» и ФИО2, и договор купли-продажи недвижимого имущества от 12.12.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО5; применены последствия недействительности сделок в виде возложения на ФИО5 обязанности возвратить в конкурсную массу должника объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: 

<

...>: нежилое здание (цех полуфабрикатов), кадастровый № 56:36:0101001:58, площадь 44 кв. м; нежилое здание (офисное помещение), кадастровый № 56:36:0101001:59, площадь 23 кв. м; нежилое здание (ферма по откорму КРС на 40 мест с убойной площадкой), кадастровый № 56:36:0101001:43, площадь 466,7 кв. м; нежилое здание (склад), кадастровый № 56:36:0101001:57, площадь 52,6 кв. м; земельный участок, кадастровый № 56:36:0101001:13, площадь 4191 кв. м.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 определение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.04.2022 отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 30.08.2022 отменить, определение от 30.04.2022 оставить в силе, ссылаясь на неверное применение апелляционным судом норм права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что отчуждение имущества должника конечному собственнику по цепочке сделок изначально являлось целью всех участников оспариваемых договоров под контролем ФИО6 (не названного в формальных документах), в связи с чем сделки подлежат оспариванию как единая сделка с применением последствий в виде возврата имущества от конечного собственника в конкурсную массу должника.  По мнению кредитора, в план банкротства подконтрольных ФИО6 предприятий входил вывод ликвидных незалоговых активов на подконтрольных ему лиц и осуществление прежней деятельности на указанных активах в целях не допущения реализации данного имущества в пользу кредиторов в рамках банкротных процедур и сокрытия получения выручки от таковой деятельности. Заявитель отмечает, что спорное имущество выбыло из собственности должника после принятия решения о ликвидации, накануне возбуждения дела о банкротстве (за 1,5 месяца), при наличии неисполненных обязательств должника на сумму почти 30 млн. руб., по безвозмездной сделке (попытки придать реальность и произвести оплату по данному договору производились ответчиками уже в ходе процедуры банкротства), фактически в пользу заинтересованного лица (объекты остались под контролем конечного бенефициара – ФИО6), а юридическое оформление перехода права собственности на имя ФИО2 по сделке от 07.08.2019 и в последующем на имя ФИО5 по сделке от 16.12.2019 осуществлено с целью вывода имущества из конкурсной массы и желания придать видимость законности такого перехода. Помимо этого, кассатор утверждает, что все сделки в отношении спорного недвижимого имущества не имеют разумного экономического обоснования и совершены по цене в несколько раз ниже рыночной, при этом ФИО6 на спорных объектах недвижимости продолжает вести бизнес и получает прибыль; согласно предоставленным в материалы дела ветеринарным свидетельствам отгрузка переработанной мясной продукции с мясокомбината осуществляется практически каждый день, при этом в качестве получателя живого скота и отправителя говядины указан ФИО2, а не текущий собственник спорных объектов – ФИО5; в рамках настоящего обособленного спора проводилось две экспертизы и каждый раз доступ к объектам обеспечивал ФИО2, не являвшийся юридическим собственником объектов, в свою очередь ФИО5 не проявляла никакого интереса к судьбе спорных объектов. Кассатор отмечает, что дополнительным доказательством верности вывода Банка о ничтожности цепочки сделок, как единой сделки, направленной на вывод имущества должника из конкурсной массы, является факт того, что ни ФИО5 (текущий собственник объектов, которая должна быть заинтересована в сохранении приобретенного имущества), а ФИО2 (промежуточный собственник спорной недвижимости) предоставил в материалы дела платежное поручение об оплате 1 972 167 руб. с целью погашения ущерба кредиторам должника. 

Наряду с изложенным, заявитель приводит доводы о том, что судом апелляционной инстанции не учтено, что ответчиками не были возмещены убытки, поскольку ответчиками не выплачены проценты за пользование чужими денежными средствами в связи с нарушением сроков оплаты спорного имущества в сумме 366 805 руб. 35 коп., также не учтено, что вопрос о рыночной стоимости спорных объектов на текущую дату не выяснялся. Кредитор также отмечает, что в процедуре банкротства должника кроме настоящего спора никаких заявлений и споров ( кроме заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности) не рассматривается, в связи с чем полагает, что ежемесячное вознаграждение за период вынужденного судебного разбирательства подлежит отнесению на ответчика.

В отзыве конкурный управляющий ФИО4 указывает на правомерность вывода суда апелляционной инстанции о том, что с учетом факта поучения должником равноценного предоставления, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявления о признании сделки недействительной.

В своем отзыве ФИО2 по доводам жалобы возражает, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения; обращает внимание, что возврат имущества в конкурсную массу приведет к необходимости многократному проведению торгов, что вызовет затягивание процедуры банкротства и значительно увеличит расходы по процедуре, при этом Банк не представил в материалы дела обоснования возможности реализации имущества по цене выше той, которая перечислена в целях доплаты за имущество по оспариваемому договору, с учетом проведенной по делу экспертизы. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании участников процесса, проверив законность обжалуемого судебного акта с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью «Абдулинская Мясная Компания» (продавец) и обществом «Мясокомбинат Абдулинский» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 10.07.2013, согласно пункту 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателю следующее имущество в совокупности:- склад, назначение: нежилое, кадастровый номер 56-56-02/005/2011-094, адрес объекта: 

<

...>; - офисное помещение, назначение: нежилое, кадастровый номер 56-56- 02/005/2011-095, адрес объекта: 

<

...>; - цех полуфабрикатов, назначение: нежилое, кадастровый номер 56-56-02/005/2011-096, адрес объекта: 

<

...>; - одно - двухэтажное здание фермы по откорму КРС на 40 мест с убойной площадкой, назначение: нежилое, кадастровый номер 56-56-02/001/2007-123, адрес объекта: 

<

...>; - землепользование, категория земель: земли поселений, общая площадь 4191 кв. м, кадастровый номер 56:36:01 01 001:0013, адрес ориентира: 

<

...>.

Пунктом 4.1 договора предусмотрено, что цена передаваемого на основании настоящего договора имущества, которую покупатель обязуется уплатить продавцу в порядке, предусмотренном настоящей статьей договора, составляет 12 000 000 руб., в том числе: склад – 690 000 руб., офисное помещение – 210 000 руб., цех полуфабрикатов – 410 000 руб., здание фермы – 9 500 000 руб., земельный участок – 1 190 000 руб.

Переход права собственности на покупателя на указанное выше имущество зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Оренбургской области 23.07.2013. 

В последующем, между обществом «Мясокомбинат Абдулинский» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 07.08.2019, согласно пункту 5 которого имущество, приобретенное по вышеуказанному договору купли-продажи от 10.07.2013, продано покупателю за 1 000 000 руб., из которых: склад – 50 000 руб., офисное помещение – 50 000 руб., цех полуфабрикатов – 50 000 руб., здание фермы – 800 000 руб., земельный участок – 50 000 руб.

В этом же пункте договора указано, что денежные средства оплачены полностью покупателем до оформления сделки. 

В качестве доказательства оплаты по договору от 07.08.2019 ФИО2 представлена копия платежного поручения от 16.12.2019 № 902  на сумму 1 000 000 руб.

Далее, между ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 12.12.2019, согласно пункту 4 которого имущество, приобретенное по вышеуказанному договору купли-продажи от 07.08.2019, продано покупателю за 1 172 000 руб., из которых: склад – 52 000 руб., офисное помещение – 52 000 руб., цех полуфабрикатов – 52 000 руб., здание фермы – 850 000 руб., земельный участок – 55 000 руб., в том числе, продана котельная, склад, автогараж, земельный участок, расположенные по адресу: 

<

...>.

Полагая, что договор купли-продажи от 07.08.2019 заключен должником при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки и направлен на причинение материального ущерба должнику и его кредиторам, указывая, что в соответствии с отчетом об оценке от 17.04.2020 № 8-Н/2020 стоимость имущества на дату совершения оспариваемого договора составляла 2 995 000 руб., при этом претензия от 22.04.2020 с требованием оплатить обществу «Мясокомбинат Абдулинский» разницу в стоимости имущества в размере 1 995 000 руб. ФИО2 была проигнорирована, конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Кроме этого, конкурсный кредитор – общество «Сбербанк России» обратился с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества от 07.08.2019 и от 12.12.2019 как единой сделки, указывая, что отчуждение имущества должника конечному собственнику по цепочке сделок изначально являлось целью всех участников оспариваемых договоров под контролем ФИО6 (не названного в формальных документов, но являющегося конечным бенефициаром бизнеса, группы компаний, в которую входило общество «Мясокомбинат Абдулинский»), в связи с чем в качестве применения последствий недействительности сделки подлежит возврат имущества от конечного собственника в конкурсную массу должника. 

В обоснованием доводов о том, что обе оспариваемые сделки совершены под контролем ФИО6, Банк указывал, что ФИО6, являясь конечным бенефициаром общества «Мясокомбинат Абдулинский», СПППК «Мясной двор» и СПППК «Удача», в апреле 2019 года прекратил исполнение кредитных обязательств по всем взаимозависимым лица и принял решение о банкротстве всех подконтрольных компаний; 10.04.2019 ФИО6 принял решение о формальном выходе из состава участников общества «Мясокомбинат Абдулинский», участником и директором общества стал ФИО8; 01.08.2019 должник принял решение о своей ликвидации. Уже после принятия решения о ликвидации должником в лице формально независимого директора, несмотря на то, что в мае 2019 года обществом получено требование Банка о досрочном возврате суммы в размере около 30 млн. руб., совершается сделка по отчуждению единственного актива должника заинтересованному с ФИО6 лицу – ФИО2

В рамках обособленного спора судом первой инстанции назначена судебная экспертиза для определения рыночной стоимости переданных по сделке объектов, а также повторная судебная экспертиза, согласно результатам которой (заключение эксперта от 14.02.2022 № 092-09-00162) рыночная стоимость объектов экспертизы по состоянию на 07.08.2019 составляет  2 972 167 руб., в том числе: склад – 194 000 руб., офисное помещение – 86 000 руб., цех полуфабрикатов – 162 000 руб., здание фермы – 1 723 000 руб., земельный участок – 1 168 000 руб.

ФИО2 по платежному поручению от 13.04.2022 № 194 произведена доплата по оспариваемому договору на сумму 1 972 167 руб.

Конкурсный управляющий на требованиях настаивал по основаниям, изложенным в заявлении, с учетом уточнений в части применения последствий недействительности сделки, в связи с оплатой ФИО2 стоимости недвижимого имущества, с учетом заключение эксперта, указывая, что возврат в конкурсную массу недвижимого имущества, реализованного по оспариваемым договорам купли-продажи, и продажа имущества в рамках конкурсного производства повлечет затягивание процедуры банкротства в отношении должника.

В свою очередь, в качестве последствий признания сделки недействительной Банк настаивал на возврате спорного имущества в конкурсную массу должника с целью последующей реализации в рамках дела о банкротстве, при этом указывая, что рыночная стоимость недвижимого имущества определена экспертом на дату заключения оспариваемого договора от 07.08.2019, тогда как на торгах имущество будет реализовано по текущей рыночной стоимости за большую стоимость.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  постановление Пленума № 63) если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Принимая во внимание, что оспариваемая сделка совершена должником 07.08.2019, а производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) возбуждено 23.09.2019, суды правомерно заключили, что сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьей 61.2 Закона о банкротстве.

На дату заключения договора купли-продажи от 07.08.2019, должник обладал признаками неплатежеспособности, учитывая характер установленных в реестр требований и момент их возникновения, что не оспаривается участниками спора.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должник, осознавая возможность предъявления к нему претензий имущественного характера, вопреки разумному и добросовестному поведению, совершил сделку от 07.08.2019 по отчуждению недвижимого имущества в отсутствие встречного предоставления (денежные средства в сумме 1 000 000 руб. были перечислены после совершения сделки платежным поручением от 16.12.2019 № 902), по заниженной стоимости, в целях предотвращения возможного обращения взыскания на имущество для расчетов с обществом «Сбербанк России» и уклонения от исполнения должником принятых на себя обязательств по договорам поручительства, то есть должник преследовал противоправную цель, в связи с чем признал, что совершение оспариваемой сделки имело целью вывод активов должника во избежание обращения на него взыскания в предстоящем банкротстве, в отсутствие доказательств равноценного встречного предоставления.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, суд первой инстанции заключил, что фактически оспариваемые сделки представляют собой единую сделку, характеризующуюся общим умыслом ее участников на вывод активов должника в предбанкротный период последнего, при этом участники цепочки сделок были осведомлены о наличии общей противоправной цели –  вывода ликвидного имущества из владения должника в пользу конечного бенефициара – ФИО6, исходя из чего, рассматриваемая цепочка взаимосвязанных сделок является недействительной.

Факт перечисления денежных средств по платежному поручению от 13.04.2022 № 194 на сумму 1 972 167 руб. в целях доплаты за имущество по оспариваемому договору, с учетом проведенной в деле экспертизы, а равно факт перечисления денежных средств в сумме 1 000 000 руб. ФИО2 должнику 16.12.2019, как указал суд первой инстанции, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора, не опровергают обстоятельств совершения последовательных сделок, направленных на вывод имущества должника в пользу ФИО6

Признав, что реализация обществом «Мясокомбинат Абдулинский» недвижимого имущества ФИО2 и последующая его продажа ФИО5, по сути, представляет собой единую сделку, направленную на вывод ликвидных активов заинтересованному лицу –  ФИО6, установив, что на дату принятия судебного акта спорное недвижимое имущество зарегистрировано за ФИО5, суд применил последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО5 возвратить имущество в конкурсную массу должника.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев обособленный спор в порядке апелляционного производства, с выводами суда первой инстанций не согласился, судебный акт отменил, исходя из следующего.

Проанализировав представленные доказательства, исследовав экспертное  заключение от 14.02.2022 № 092-09-00162, согласно которому рыночная стоимость на 07.08.2019 составила 2 972 167 руб., при этом установив, что данная сумма оплачена в полном объеме и поступила в конкурсную массу, денежные средства ответчику не возвращены, заключив в связи с этим, что должником получено эквивалентное встречное предоставление по спорной сделке, а иное не доказано, апелляционный суд признал, что при таких обстоятельствах с учетом факта получения должником равноценного встречного предоставления и применительно к положениям статьи 61.7 Закона о банкротстве и разъяснениям, данным в пункте 29.2 постановления Пленума № 63, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения заявления о признании сделки должника недействительной, поскольку неблагоприятные последствия ввиду отсутствия равноценного встречного предоставления фактически компенсированы ответчиком.

Исходя из  отсутствия каких-либо доказательств того, что должник получил неравноценное встречное предоставление по сделке, учитывая, что в материалы не представлено допустимых и достаточных доказательств положительного эффекта от признания сделки недействительной и возврата в конкурсную массу спорного имущества с учетом расходов на оценку и проведение торгов, апелляционный суд отказал в удовлетворении заявленных требований ввиду недоказанности всей совокупности условий для признания сделки недействительной на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что договоры купли-продажи подписаны сторонами, зарегистрированы в установленном порядке, имущество последовательно передано покупателям, апелляционный суд заключил о недоказанности конкурсным управляющим и кредитором того, что воля всех сторон договоров при заключении договоров купли-продажи была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем не усмотрел оснований для вывода о недействительности сделки на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом также учтено отсутствие документального обоснования возможности реализации имущества по цене выше той, которая перечислена в целях доплаты за имущество по оспариваемому договору, с учетом проведенной в деле экспертизы, а также принято во внимание, что процедура проведения торгов требует значительных денежных затрат и времени, что неизбежно приведет к усеченному удовлетворению требований кредиторов, нежели принятие единовременной выплаты, которая произведена не на основе абстрактной информации, а на основании экспертизы. 

С учетом фактических обстоятельств конкретного дела апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы кассационной жалобы о том, что все сделки в отношении спорного недвижимого имущества совершены по цене в несколько раз ниже рыночной, опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе заключением эксперта от 14.02.2022 № 092-09-00162. 

Указание на то, что экспертиза рыночной стоимости спорного имущества на текущее время не проводилась, судом округа отклоняется, поскольку значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления по сделкам со стороны продавца, то есть о соответствии согласованной договором купли-продажи цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения. 

Доводы Банка о том, что ответчиком не выплачена сумма процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 366 805 руб. 35 коп. за нарушение сроков оплаты спорного имущества не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку отказ в признании сделки недействительной не препятствует обращению управляющего в арбитражный суд с самостоятельным требованием о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом представитель ФИО2 в суде округа неоднократно высказывал намерение погасить спорные проценты.

Ссылки кредитора на то, что в результате совершения оспариваемых сделок спорное имущество осталось под контролем конечного бенефициара – ФИО6, который в настоящее время скрыто извлекает прибыль от их использования, судом округа изучены и отклонены, поскольку не могут быть приняты в качестве оснований для отмены состоявшегося судебного акта апелляционного суда, которым установлена равноценность сделки на момент отчуждения спорного имущества. Вместе с тем, управляющий и кредиторы, полагающие, что имели место недобросовестные действия по переводу бизнеса на иное юридическое лицо, в результате чего должник лишился прибыли от текущей хозяйственной деятельности, что привело к невозможности полного погашения требований кредиторов, не лишены возможности заявлять указанные доводы при рассмотрении судом вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Отказ в признании сделки недействительной этому не препятствует, поскольку выводы суда апелляционной инстанции относительно отсутствия вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой сделаны исключительно применительно к обстоятельствам получения равноценного денежного эквивалента в конкурсную массу должника.  

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, выводов суда не опровергают, о нарушении судом норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. 

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного, обжалуемое постановление  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по делу № А47-13583/2019 Арбитражного суда Оренбургской области оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    Г.М. Столяренко 

 

                                                                                              К.А. Савицкая