СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10233/2021(4)-АК

Дело № А60-49064/2020

27 апреля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 апреля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В.,

судей          Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции:

финансового управляющего ФИО2 (паспорт);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 17 февраля 2022 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника ФИО2 о признании сделок (договор дарения от 10.02.2017 года заключенный между должником и ФИО3; договор купли-продажи от 26.06.2019 года между ФИО3 и ФИО4, ФИО4) недействительными и применении последствий недействительности сделок, 

вынесенное в рамках дела № А60-49064/2020         

о банкротстве ФИО5 (ИНН 

<

***>),

третьи лица: Управление Росреестра по Свердловской области, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2020 к производству суда принято (поступившее в суд 30.09.2020) заявление акционерного общества «Альфа-Банк» о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2020 (резолютивная часть от 22.12.2020) заявление АО «Альфа-Банк» признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».   

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.05.2021 (резолютивная часть от 12.05.2021) ФИО5 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 12.11.2021. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «саморегулируемая организация «Дело».

В Арбитражный суд Свердловской области 22.07.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО2, в котором последний просил признать недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ:

- договор дарения от 10.02.2017, заключенный между ФИО5 и ФИО3 в отношении жилого дома по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:106, а также земельного участок под ним по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:83;

- договор купли-продажи от 26.06.2019, заключенный между ФИО3 и ФИО4, ФИО4 в отношении жилого дома по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:106, а также земельного участок под ним по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:83.

Финансовый управляющий просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника жилого дома по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:106, а также земельного участок под ним по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:83.

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ПАО «Сбербанк».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.02.2022 отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок. 

Финансовый управляющий ФИО2, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить требования финансового управляющего.

В апелляционной жалобе указывает, что судом первой инстанции были проанализированы банкротные основания, а также общегражданские основания, предусмотренные статьями 10.168 ГК РФ заявленных требований, однако не применена норма подлежащая применению – пункт 1 статьи 170 ГК РФ. Ссылаясь на то, что стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия – должник сохранил контроль на имуществом, продолжил им пользоваться, настаивает на том, что суд первой инстанции не применил закон, подлежащий применению; сделки подлежали признанию недействительными на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. Указав на то, что финансовым управляющим предоставлены доказательства, подтверждающие сохранение контроля над имуществом; ответчиками не доказана их добросовестность – не представлены платежные поручения, кассовые чеки и другие доказательства, которые подтверждают оплату по договору, не доказана финансовая возможность приобретения квартир, оспаривает выводы суда о недоказанности безвозмездности сделок, сохранения контроля над имуществом. Настаивает на том, что должник произвел отчуждение своего недвижимого имущества в пользу своей матери и продолжил пользоваться этим имуществом, в целях сокрытия активов от кредиторов; финансовым управляющим доказана направленность недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

Просит определение суда отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования, оспариваемые договоры признать недействительными и применить последствия недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, в случае невозможности возврата взыскания денежных средств в общей сумме 16 500 000 руб. 00 коп.

До начала судебного заседания от ФИО4 и ФИО4 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых ответчики просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего – без удовлетворения. 

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО2 поддержал доводы своей апелляционный жалобы, просил определение суда отменить и принять новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским Кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, наличие то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве в отношении должника возбуждено 05.10.2020 (определение суда о принятии заявления о признании должника банкротом).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО5 06.12.2016 приобрел у ФИО6 жилой дом по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:106, а также земельный участок под ним по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:83.

Между должником (даритель) и его матерью ФИО3 (одаряемая) 10.02.2017 заключен договор дарения в отношении жилого дома по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:106, а также земельный участок под ним по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:83.

В дальнейшем, между ФИО3 (продавец) и ФИО4, ФИО4 (покупатели) 26.06.2019 заключен договор купли-продажи жилого дома по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:106, а также земельный участок под ним по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 66:41:0306094:83. Стоимость объекта недвижимости составила 16 500 000 руб. (пункт 2.1 договора).

Ссылаясь на то, что указанные сделки совершены между аффилированными лицами (должник и его мать); после отчуждения имущества матери должник сохранил над ним контроль, продолжал им пользоваться; указанные договоры являются сделкой за счет имущества должника и составляют цепочку сделок направленных на вывод имущества из конкурсной массы, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 стать 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацем 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора, исходя из заявленных оснований оспаривания, имели обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над объектами недвижимости конечному покупателю, для чего необходимо определить намерения сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021).

Вместе с тем, финансовым управляющим не приводятся доказательства того, что описанными выше сделками по дарению и продаже объектов недвижимого имущества прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу связанного с ним лица.

В частности, не приведены доказательства аффилированности должника и ФИО4, ФИО4

Как верно отмечено судом первой инстанции, единственным аффилированным с должником лицом в указанных сделках является мать должника – ФИО3

Кроме того, как следует из материалов дела, ФИО4 и ФИО4 возражая против удовлетворения заявленных требований, указали, что для оказания помощи в поиске и покупке земельного участка и жилого дома обратились к риелтору. 

Объявление о продажи недвижимого имущества было размещено на сайте ООО «Центр недвижимости от Сбербанка»- Домклик, объект недвижимости находился в непосредственной близости от места работы ФИО4

Стоимость земельного участка и жилого дома составляла 16 500 000 руб., 5 500 000 руб. были выплачены продавцу за счет личных денежных средств, что подтверждается соответствующей распиской, 11 000 000 руб. кредитные денежные средства, были получены продавцом путем безналичного перечисления от ПАО «Сбербанк».

Кредитный договор с ПАО «Сбербанк» был подписан 26.06.2019, сумма кредита составила 11 000 000 руб., срок кредита 276 месяцев под 10,4% годовых. Кредит носил целевой характер. Обеспечением кредита стал залог (ипотека) приобретаемых объектов, заключение договора страхования.

Договор купли-продажи земельного участка и жилого дома по адресу 

<

...> был подписан 26.06.2019; договор купли-продажи зарегистрирован в Росреестре. 

ФИО3 передала документы на счетчик воды, установленный в доме, договор холодного водоснабжения и водоотведения, заключенный с МУП «Водоканал», ключи от входных дверей.

ФИО4 04.07.2019 заключил с АО «Екатеринбурггаз» договор о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования в домовладении, на поставку газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан; 11.12.2019 был установлен прибор учета газа; 26.03.2020 произведено техническое обслуживание газового оборудования в доме.

Кроме того, ФИО4 03.07.2019 обратился в МУП «Водоканал» с просьбой о заключении договора на отпуск (получение) питьевой воды и прием (сброс) сточных вод по адресу 

<

...>; 05.02.2020 был подписан договор холодного водоснабжения и водоотведения; 

Также ФИО4 03.07.2019 был заключен договор энергоснабжения с АО «Екатеринбургэнергосбыт»; в августе 2021 года была произведена реконструкция узла учета электроэнергии.

Доказательства того, что на дату заключения договора дарения (10.02.2017) существовали признаки потенциальной несостоятельности ФИО5 финансовым управляющим не представлены.

При этом, финансовым управляющим не приводятся доказательства того, что описанными выше сделками по дарению и продаже объектов недвижимого имущества могла прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица.

Таким образом, имеющиеся в материалах спора доказательства дают основание полагать, что указанные выше сделки являются самостоятельными сделками с разным субъектным составом и самостоятельным волеизъявлением собственников имущества относительно его дальнейшей судьбы, указанное также подтверждается тем, что государственная регистрация прав собственности на имущество совершена после дат заключения сделок.

Финансовый управляющий ссылается на мнимость совершенной сделки (п. 1 ст. 170 ГК РФ), безвозмездность сделки, и на совершение сделки со злоупотреблением правом (ст. ст. 10, 168 ГК РФ).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абз. 4 п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Исходя из оснований признания сделки недействительной, на финансовом управляющем лежало бремя доказывания обстоятельств, на которых он основывал свои требования. Установленные Законом о банкротстве презумпции при распределении бремени доказывания обстоятельств недействительности сделки в данном споре не подлежат применению.

В обоснование своих требований финансовый управляющий не приводит каких-либо доказательств безвозмездности совершенной сделки, сохранения контроля должником над выбывшим из его собственности имуществом. Ссылки на нормы права и судебную практику, приводимые финансовым управляющим в настоящем заявлении, сами по себе доказательствами не являются.

Для признания сделок недействительными на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 ГК РФ).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» также содержатся разъяснения о том, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных положений законодательства и разъяснений, квалификация сделки как совершенной со злоупотреблением правом возможна в случае представления лицом, заявившим соответствующие требования, доказательств направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу.

Как верно отмечено судом первой инстанции, довод финансового управляющего о притворности сделки не имеет правового значения, поскольку действующее гражданское законодательство, в том числе положения статьи 575 ГК РФ, не содержит запрета на совершение дарения между физическими лицами.

В реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов:

- публичного акционерного общества «Росбанк» из кредитного договора от 07.12.2016 № 9538Е201CCSQWY218431 на сумму 1 000 000 руб. на срок до 30.12.2019 и исполнительного листа ФС № 030105466 от 27.11.2020, выданному Ленинским районный судом г. Екатеринбурга по делу № 2-4687/2020 в размере 1 145 148,51 руб.; из кредитного договора от 29.09.2018 № 9538Е201CCSFVSVG3035 на сумму 1000000 руб. на срок до 30.12.2019 и исполнительной надписи нотариуса г. Липецка № 48/153-н/48-2020-1-3059 от 23.07.2020 в размере 1023889,85 руб. (определение суда от 19.03.2021);

- акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в размере 679865,53 руб. из кредитного договора от 24.12.2018, решения Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 14.09.2020 (определение суда от 19.03.2021);

- уполномоченного органа в размере 13 875,29 руб. из задолженности по налогу на имущество физических лиц, взимаемый по ставкам, применяемым к объектам налогообложения, расположенным в границах городских округов в общем размере 1 761.82 руб. на основании первичного расчета (декларации) за 2018 по сроку уплаты 02.12.2019; по транспортному налогу с физических лиц в общем размере 15 113,47 руб., за 2019 по сроку уплаты 01.12.2020, пени 28.58 руб. по сроку уплаты 02.02.2021. 

- акционерного общества «Альфа-Банк» из соглашения о кредитовании от 28.12.2017 № F0GDRP20S17122805274 в размере 838 397,02 руб.; из соглашения о кредитовании от 01.09.2018 № F0PDR520S18083102596 в размере 1 018 121,05 руб.

- публичного акционерного общества «Банк ВТБ» из кредитного соглашения № 625/0002-0532153 от 24.09.2018 о предоставлении заемщику кредита в размере 565 421 руб., по ставке 10,9% годовых (определение суда от 02.07.2021);

- ФИО7 в размере 575374,79 руб. из договора займа № 1 от 25.11.2019 (определение суда от 18.11.2021).

Как верно отмечено судом первой инстанции, на момент отчуждения должником своей матери ФИО3 имущества у должника не имелось обязательств по указанным выше кредитным договорам и договору займа.

На момент отчуждения ФИО3 указанного имущества у должника имелось только одно обязательство – перед ПАО «Росбанк» из кредитного договора от 07.12.2016 № 9538Е201CCSQWY218431. 

Финансовым управляющим не представлено доказательств просрочки исполнения обязательства должником по данному договору.

В материалах настоящего дела о банкротстве должника имеется заявление ПАО «Росбанк» о включении требования в реестр требований кредиторов должника и прилагающиеся к нему документы.

По условиям кредитного договора от 07.12.2016 № 9538Е201CCSQWY218431 должнику предоставлен потребительский кредит с лимитом кредитования (кредитная карта). Размер кредитного лимита – 1000 000 руб. 

Согласно расчету задолженности по данному кредиту, должник снимал и вносил на счет денежные средства с 07.12.2016 по 01.07.2019. Начало просрочки исполнения обязательств по основному долгу и процентам относится к 01.07.2019, иные обязательства, которые включены реестр требований кредиторов должника возникли после совершения оспариваемой сделки.

Таким образом, на момент оспариваемых сделок у должника отсутствовала задолженность по требованиям, включенным в реестр, принятые на себя обязательства он исполнял.

В материалы дела не представлено доказательств того, что на момент совершения должником оспариваемых сделок у него имелись неисполненные обязательства, что может, например, свидетельствовать о его намерении вывести имущество из-под взыскания со стороны кредиторов.

Вопреки доводам апеллянта, финансовым управляющим доказательства направленности недобросовестных действий участников гражданских правоотношений с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, причинить вред другому лицу приведены не были.

С учетом изложенного, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку всей совокупности установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 17 февраля 2022 года по делу № А60-49064/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

 

Л.М. Зарифуллина