АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Дело № А27-5871/2023

 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

 

14 августа 2023 г.                                                                                                     г.Кемерово

 Резолютивная часть решения объявлена 7 августа 2023г.                                                                  

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Камышовой Ю.С.               при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании при участии представителя

ответчика – ФИО2, доверенность от 04.08.2022

дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Инженерно-технический офис» (ИНН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Кузбассразрезуголь-Взрывпром» (ИНН 

<

***>)

о взыскании 7 404 153 руб. 34 коп.

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «АМТ» (ИНН 

<

***>), 

 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Инженерно-технический офис» (далее - истец, ООО «ИНТЕО»)  обратилось  в Арбитражный суд Кемеровской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Кузбассразрезуголь-Взрывпром» (далее - ответчик, ООО «Кузбассразрезуголь-Взрывпром») о взыскании 7 326 720 руб. неосновательного обогащения в виде удержанной неустойки по договору на поставку продукции №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022, 77 433,34 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 04.04.2023 и далее с 05.04.2023 по день фактического исполнения.

Исковые требования мотивированы незаконным удержанием ответчиком из суммы, подлежащей уплате истцу за поставленный товар по договору поставки продукции №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022, неустойки в размере 7 326 720 руб. В качестве доводов указывает на отсутствие нарушений со стороны истца сроков поставки товара, поскольку поставка первоначально согласованных комплектующих (шасси) не могла быть произведена из-за международных санкций, в связи чем была вызвана необходимость их замены на аналог другого производителя, что и было сделано сторонами 22.11.2022 путем подписания новой редакции Технических характеристик СЗМ (Приложение №1 к Спецификации №1). Указывает, что сроки готовности машин были поставлены сторонами в зависимость от сроков поставки шасси, следовательно, срок поставки подлежал автоматическому продлению пропорционально увеличению актуального срока поставки шасси. Кроме того, полагает, что срок поставки товара подлежит увеличению на период согласования по замене шасси с 13.10.2022 по 22.11.2022 (40 дней), то есть с 31.12.2022 по 09.02.2023. Также указывает на несоразмерность удержанной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства и на исключительность обстоятельств (обстоятельства непреодолимой силы), которые не позволили поставщику исполнить договор поставки на первоначальных условиях. 

В настоящее заседание истец, 3–е лицо, надлежащим образом в порядке ст.ст. 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку представителей не обеспечили. 

От третьего лица поступил письменный отзыв, заявленные истцом требования считает обоснованными, указывает, что в целях исполнения  обязательств по договору поставки №2022/781 от 07.02.2022, заключенному с истцом, 11.02.2022 между ООО «АМТ» и заводом – изготовителем шасси ООО «Ивеко-АМТ» подписана спецификация к рамочному договору №0131-5834 от 18.01.2021 на поставку шасси IVECO Trakker 6х6 в количестве 3 шт., однако, в связи с введением международных санкций с 25.02.2022 выполнение данных обязательств оказалось невозможным.

От истца поступило заявление о рассмотрении дела в отсутствие его представителя, дополнительные пояснения к исковому заявлению.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц (статья 156 АПК РФ). 

Представитель ответчика просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме, поддерживает доводы, изложенные в письменном отзыве и дополнениях к отзыву.

Заслушав пояснения представителя ответчика, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Между ООО «ИНТЕО» (поставщик) и ООО «Кузбассразрезуголь-Взрывпром» (покупатель) заключен договор поставки №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022, в соответствии с условиями которого поставщик обязуется в обусловленные сроки (срок) передать в собственность покупателю продукцию (товар), установленного качества (товар должен быть новый, не использован в употреблении), а покупатель обязуется принять данный товар и уплатить за него обусловленную договором цену на условиях и в сроки, предусмотренные настоящим договором (п. 1.1.). Наименование, количество, ассортимент производитель и цена товара, сроки (периоды) поставки, порядок и сроки (периоды) поставки, порядок и сроки оплаты товара, конкретные условия и порядок поставки товара указываются в Спецификациях (иных приложениях или дополнениях к договору), согласовываемых сторонами дополнительно и являющихся неотъемлемой частью договора (п.1.2 договора).

Согласно п. 5.1. договора покупатель оплачивает поставленные поставщиком товары по ценам, согласованным сторонами и зафиксированным в Спецификации или ином приложении/дополнении к договору (п.1.2 договора). Если иное не установлено в Спецификации (ином приложении или дополнении к договору), цена товара включает в себя суммы железнодорожного тарифа, транспортных услуг и иных платежей, уплачиваемых поставщиком организации транспорта в связи с доставкой товара покупателю (получателю). Изменение цен в течение срока действия настоящего договора допускается только по двустороннему соглашению сторон.

За просрочку поставки продукции, не поставку либо недопоставку, за нарушение срока устранения неисправностей в некачественном товаре либо срока замены товара поставщик уплачивает по требованию покупателя неустойку в размере 0,2% от стоимости просроченной к поставке продукции, не поставленной, некачественной либо не поставленной продукции за каждый день просрочки, недопоставки (п.6.3 договора).

Согласно п.6.7 договора, в случае нарушения поставщиком обязательств по договору покупатель вправе удержать начисленную за данное нарушение неустойку (штраф) из суммы, подлежащей уплате за товар. Покупатель имеет право начислять неустойку с первого дня просрочки исполнения обязательств до момента полного исполнения вне зависимости от срока действия договора (п.6.8договора).

В соответствии со спецификацией (приложение №1) к договору на поставку продукции №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022 истец обязался поставить ответчику  товар – СЭМ ЭМА-14 грузоподъемностью 14 тонн по компонентам ВВ на базе шасси IVECO Trakker 6х6 (в комплекте с насосами SOLTEC (согласно приложению №1 к спецификации №1) в количестве 3 шт. стоимостью 103 680 000 руб. Срок поставки: дата готовности – ноябрь – декабрь 2022 года (зависима от актуальных сроков поставки шасси) досрочная поставка разрешена. Поставка продукции за пределами согласованных сроков  производится только на основании письменного согласования с покупателем. Покупатель вправе отказаться от просроченной либо недопоставленной к поставке продукции без возмещения понесенных поставщиком расходов. Продолжение поставки просроченной либо недопоставленной продукции возможно лишь после получения письменного согласования от покупателя (п.1 спецификации).

Согласно технических характеристик  СЗМ ЭМА-14 (в редакции  от 21.02.2023) (Приложение №1 к спецификации) шасси IVECO Trakker 6х6, на базе которой изготавливались смесительно-зарядные машины, должно было комплектоваться: кабиной AD (производитель Италия), двигателем IVECO F3B (производитель Италия), коробкой передач ZF16S2220TO (производитель Германия), иными узлами и агрегатами шасси, подлежащими изготовлению в Италии. 

Поставщиком (изготовителем) шасси IVECO Trakker 6х6 являлось ООО «АМТ», которое должно было осуществить промышленную сборку и его передачу истцу в соответствии с договором №2022/781 от 07.02.2022.

В соответствии с п.п.1.1.,4.1 договора №2022/781 от 07.02.2022, заключенного истцом с ООО «АМТ», срок поставки шасси установлен до 30.08.2022.

Однако, как указывает истец, поставка и импорт комплектующих, изготавливаемых в Италии и Германии, для сборки в России шасси IVECO Trakker 6х6 стала невозможной в связи с принятием 25.02.2022 Советом Европейского Союза Регламента №2022/328 «О внесении изменений в Регламент (ЕС) №833/2014 об ограничительных мерах в связи с действиями  России по дестабилизации ситуации в Украине». В Приложении VII Регламента №2022/328 от 25.02.2022 поименованы дизельные двигатели и специально разработанные для них компоненты, в том числе для грузовых автомобилей, имеющих общую выходную мощность 298 кВт и более, внедорожные колесные тягачи грузоподъемностью 9 т и более и основные компоненты и аксессуары.

05.08.2022 ООО «АМТ» письмом №131-а-910 уведомило истца об изменении срока поставки автотехники по договору № 2022/781 от 07.02.2022 на 30.10.2022, так как иностранные партнеры ООО «АМТ» не могут осуществить поставку импортных комплектующих из-за международных санкций. О данных обстоятельствах истец сообщил ответчику письмом от 09.08.2022 за №08-22.

12.10.2022 между ООО «АМТ» и истцом было заключено дополнительное соглашение №2 к договору №2022/781 от 07.02.2022, согласно условиям которого ООО «АМТ» обязалось поставить вместо шасси IVECO Trakker 6х6 (производитель Италия) его аналог – ФИО3 (6х6), срок поставки продлен до 07.11.2022.

13.10.2022 истец предложил ответчику заменить шасси производства Италии на шасси, изготавливаемое ООО «АМТ» на той же производственной площадке, где ранее изготавливались IVECO Trakker 6х6 либо шасси КАМАЗ 6522 (письмо №10-22 от 13.10.2022, от 21.11.2022). 

22.11.2022 истцом и ответчиком согласована и подписана новая редакция  Технических характеристик (Приложение №1 к Спецификации №1 к договору поставки), согласно которой шасси IVECO Trakker 6х6 заменены на шасси ФИО3 632910 6х6.

Согласно актам приема-передачи от 23.11.2022, от 06.12.2022, от 07.12.2022  ООО «АМТ» передал истцу шасси ФИО3 632900 в количестве 3 шт. 

Письмом от 20.12.2022 истец уведомил ответчика о планируемых сроках готовности к отгрузке товара по договору №0055/22-1 от 21.02.2022 – 30.12.2022 одна единица товара; 20.01.2023 – две единицы товара, в данном письме также указано, что по факту готовности документов в адрес ответчика дополнительно  будут направлены выписки ЭПТС и техническая документация.

Далее, письмом от 28.12.2022 истец уведомил ответчика о планируемых сроках готовности к отгрузке товара по договору №0055/22-1 от 21.02.2022: 24.01.2023 - одна единица товара; 31.01.2023 – вторая товара; 07.02.2023 – третья единица товара, в данном письме также указано, что по факту готовности документов в адрес ответчика   будут направлены выписки ЭПТС и техническая документация.

Письмом от 23.01.2023 истец уведомил ответчика о сроках готовности к отгрузке товара по договору №0055/22-1 от 21.02.2022: 24.01.2023 – СЗМ VIN 

<

***>; 31.01.2023 – СЗМ VIN 

<

***>; 07.02.2023 – СЗМ VIN 

<

***>, в данном письме также указано, что выписки ЭПТС приложены, а также содержится информация о направлении 25.01.2023 письма в случае возможности уменьшения сроков готовности СЗМ VIN **2 и VIN **3.

Письмом от 25.01.2023 истец уведомил ответчика об ожидаемых датах прибытия водителей для отгрузки товара: 02.02.2023 - VIN 

<

***>, СЗМ VIN 

<

***>; 09.02.2023 - VIN 

<

***>.

Смесительно-зарядные машины на шасси ФИО3 в количестве 3 штук на общую сумму 103 680 000 руб. переданы поставщиком по универсальным передаточным актам №7 от 03.02.2023, №8 от 03.02.2023, №9 от 10.02.2023. 

02.03.2023 сторонами подписаны акты проведения пуско-наладочных работ смесительно-зарядных машин.

Платежными поручениями №771 от 28.02.2022, №5735 от 21.11.2022, №392 от 01.02.2023, №527 от 09.02.2023, №950 от 03.03.2023 ответчиком произведена оплата поставленного товара в сумме 96 353 280 руб.

Претензиями от 02.02.2023, 02.03.2023 ответчик уведомил истца о начислении неустойки за нарушение сроков поставки товара и об удержании суммы неустойки 7 326 720 руб.

Полагая, что отсутствуют законные основания для удержания неустойки, истец обратился в суд с настоящим иском.   

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы, представленные сторонами, суд пришел к следующим выводам.

В силу положений, предусмотренных статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Статьей 506 ГК РФ предусмотрено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса (часть 1 статьи 457 ГК РФ.

Из статей 329, 330 ГК РФ следует, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Как следует из пункта 79 Постановления N 7, в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

В соответствии статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Правила о неосновательном обогащении подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (часть 3 статьи 1103 ГК РФ).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

В соответствии со спецификацией (приложение №1) к договору на поставку продукции №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022 истец обязался поставить ответчику  товар в следующие сроки: ноябрь – декабрь 2022 года (зависима от актуальных сроков поставки шасси) досрочная поставка разрешена.

Толкование условий договора осуществляется судом по правилам статьи 431 ГК РФ, пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление № 49), при этом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. 

Из содержания  указанного выше пункта спецификации следует, что сторонами был установлен период срока поставки товара: ноябрь – декабрь 2022 года с возможностью досрочной поставки. Таким образом, срок исполнения обязательства по поставке товара ограничен конкретным периодом, то есть сторонами согласован срок поставки товара с 01.11.2022 по 31.12.2022, поставка товара должна быть выполнена в любой момент в пределах определенного договором периода.

Истец при исчислении срока поставки товара ссылается на положения ст. 327.1 ГК РФ, где установлено, что исполнение обязанностей может быть обусловлено наступлением обстоятельств, предусмотренных договором. В качестве обстоятельства, с которым поставщик связывает наступление обязательства по поставке товара, указан актуальный срок поставки шасси (пункт 1 Спецификации № 1). 

Однако, договором не определено в течение какого срока с момента поставки шасси обязательство по передаче СЗМ должно быть исполнено поставщиком. Установлен только период, в течение которого обязательство по поставке товара должно быть исполнено.

Из материалов дела следует, что обстоятельство, предусмотренное договором (поставка шасси в адрес поставщика) наступило 23.11.2022г., 06.12.2022г., 07.12.202022г., т.е. в пределах периода поставки, соответственно, обязательство по поставке товара подлежало исполнению в любой момент в пределах установленного договором периода.

Истец указывает, что определенная спецификацией зависимость срока готовности смесительно-зарядных машин от сроков поставки шасси была связана с неопределенностью фактических сроков передачи истцу таких шасси.

Между тем, договор с ООО «АМТ» был заключен 07.02.2022, т.е. ранее, чем договор с ответчиком. В этом договоре был установлен конкретный срок поставки шасси в адрес истца – 30.08.2022. В связи с чем, данный довод несостоятелен.

Кроме того, нормы статьи 327.1 ГК РФ об обусловленном исполнении обязательства в рассматриваемом случае не применимы, поскольку, как следует из ее буквального толкования, исполнение обязанностей по договору под условием совершения или несовершения одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, должно быть согласовано сторонами в договоре.

Статья 327.1 ГК РФ императивно определяет, во-первых, круг лиц, в отношении которых осуществляется правовое регулирование данной нормой - только стороны основного обязательства; и во-вторых, обязательным критерием наступления иных обстоятельств, предусмотренных договором, является зависимость этих обстоятельств от воли одной из сторон, а не от третьих лиц, не являющихся стороной спорного правоотношения.

Из буквального толкования содержащегося в договоре условия о сроке исполнения обязательств и переписки сторон следует, что сторонами был согласован конкретный срок поставки до 31.12.2022, что исключает применение к спорным отношениям положений статьи 327.1 ГК РФ. Так, из содержания письма №10-22 от 13.10.2022, исходящего от истца в адрес ответчика, усматривается, что отгрузка товара планируется в срок до 31.12.2022, также предложено рассмотреть вопрос замены базовых шасси на КАМАЗ 6522. В ответ на данное письмо (№3276 от 13.10.2022) ответчик акцентировал внимание на уже согласованных сроках поставки до 31.12.2022 и на отказ от замены шасси IVECO на аналог.

При указанных обстоятельствах, доводы истца в данной части не обоснованы.

Истец в качестве оснований заявленных требований указывает, что причиной просрочки поставки товара, в том числе послужило позднее согласование покупателем замены базового шасси на аналог, что в силу статьи 328 ГК РФ является основанием для отсрочки (приостановления) исполнения обязательства должником, в связи с этим срок поставки подлежит увеличению.

В качестве доказательств согласования с покупателем замены характеристик поставляемого товара истец ссылается на письмо № 10-22 от 13.10.2022, которым поставщик информировал покупателя о текущей ситуации по поставке базовых шасси и предложил произвести замену базового шасси на аналог. 

Однако, ответным письмом № 3276 от 13.10.2022 покупатель отказал в замене шасси и настоял на поставке СЗМ на басе шасси IVECO. 

Согласно условиям договора поставки №ИНВ-0055/22-1 поставщик обязался  произвести поставку товара, определенного Спецификацией, в установленный срок, а покупатель – принять товар, определенный Спецификацией, и уплатить за него обусловленную цену. 

Характеристики поставляемого товара изначально определены сторонами в Спецификации, являющейся неотъемлемой частью договора, изменения внесены  22.11.2022. Договором не предусматривалась обязанность покупателя пересмотреть характеристики товара в случае изменения рыночной ситуации в стране. В связи с чем, у покупателя не существовало встречных обязательств по отношению к обязательству поставщика поставить товар, кроме как принять товар и уплатить за него установленную цену. 

Истец ссылается на то обстоятельство, что приостановление  исполнения обязательства поставщика по поставке товара вызвана невозможностью поставки шасси третьим лицом – ООО «АМТ», которое не являлось стороной по спорному договору поставки. Между истцом и ООО «АМТ» был заключен самостоятельный договор поставки № 2022/781, представленный в материалах дела, обязательства по которому в силу пункта 3 статьи  308 ГК РФ не могли создавать обязанности для ответчика.

Кроме того, изменив Технические характеристики поставляемого товара (Приложение № 1 к Спецификации), стороны не поменяли срок поставки товара, определенный Спецификацией от 21.02.2022г. Более того, письмом № 4181 от 20.12.2022 истец  подтвердил готовность поставки одной единицы товара 30.12.2022, то есть в установленный договором срок.

Из материалов дела следует, что при изменении технических характеристик товара истец не выступил с инициативой изменить срок поставки, в связи с чем, обязательство по исполнению договора предполагалось на прежних условиях. Поставщик самостоятельно на свой страх и риск, будучи осведомленным о размере ответственности за просрочку поставки товара, продолжил исполнять обязательство к установленному договором сроку. 

Доводы истца об обратном голословны, поскольку сторонами не был согласован иной срок поставки, кроме указанного в Спецификации (Приложение №1) к договору, какое-либо дополнительное соглашение по изменению (увеличению) сроков поставки сторонами не заключалось и не подписывалось, доказательств того, что стороны пришли к согласию о продлении сроков поставки и определили и согласовали новый срок поставки товара не истцом не представлено, а судом с учетом представленных сторонами доказательств не установлено.

В соответствии с условиями Спецификации № 1 к договору Стороны определили поставку товара на условиях самовывоза (пункт 3). 

Пунктом 5.3 договора предусмотрено, что под датой поставки товара на условиях самовывоза понимается дата фактической передачи товара Покупателю. К отношениям Сторон, связанным с поставкой товара на условиях самовывоза, применяются нормы Гражданского кодекса РФ (пункт 3.7 договора).  

Поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя (пункт 1 статьи 509 ГК  РФ).

Согласно пункту 2 статьи 458 ГК РФ товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче. 

Уведомление № 12-83 о готовности товара к отгрузке направлено Ответчику 20.12.2022г., планируемыми сроками готовности товара к отгрузке были 30.12.2022г. и 20.01.2023г., в ответ на которое покупатель письмом №4205 от 20.12.2022 сообщил, что готовы принять автомобиль в период с 02.01.2023 по 04.01.2023. 

22.12.2022 письмом исх. № 12-91 истец уведомил ответчика об отсрочке отгрузки товара до 09.01.2023 в связи с невозможностью получения выписки из электронного паспорта транспортного средства. 

23.01.2023 после получения выписок ЭПТС истец в письменном виде уведомил покупателя о готовности трех единиц СЗМ к отгрузке (письмо  № 01-28) со следующими датами: 24.01.2023г., 31.01.2023г., 07.02.2023г. Уведомление содержало уточнение: «В среду 25 января 2023 года направим письмо в случае возможности уменьшения сроков готовности СЗМ VIN***2 и VIN***3». 

И только 25.01.2023 истец в письменном виде (письмо исх. № 01-37) подтвердил готовность товара к отгрузке со следующими датами: 02.02.2023 - VIN 

<

***>, СЗМ VIN 

<

***>; 09.02.2023 - VIN 

<

***>.

Таким образом, окончательное уведомление покупателя о готовности товара к передаче на условиях самовывоза было направлено поставщиком 25.01.2023, фактическая передача товара состоялась в доведенные до покупателя даты готовности товара к отгрузке - 02.02.2023 – 2 единицы, 09.02.2023 – 1 единица, что подтверждается универсальными передаточными актами №7 от 03.02.2023, №8 от 03.02.2023, №9 от 10.02.2023, и  не оспаривается истцом. 

С учетом положений статьи 458 ГК РФ суд приходит к выводу, что обязательство по передаче товара исполнено 02.02.2023 и 09.02.2023, т.е. когда товар действительно был готов к передаче.

В связи с нарушением истцом сроков поставки товара ответчиком в соответствии с условиями договора (пункты 6.3, 6.7)  произведен расчет неустойки, исходя из 0,2% от стоимости не поставленного товара за каждый день просрочки за период с 01.01.2023 по 02.02.2023 (2 ед.) и за период с 01.01.2023 по 09.02.2023 (1ед.).

Период начисления неустойки ответчиком определен верно. 

Возражений относительно арифметического расчета истцом не заявлено. При этом истцом заявлено о несоразмерности удержанной неустойки.

В качестве оснований освобождения от ответственности за просрочку товара истец ссылается на введенные Европейским союзом ограничительные меры санкционного характера, которые следует рассматривать в качестве обстоятельства непреодолимой силы, в обоснование указанных доводов истцом представлено также заключение №71 от 19.07.2023 Союза «Южно-Уральская торгово-промышленная палата», в подтверждение доводов ссылается и на судебную практику.

Договором поставки продукции № ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022 стороны предусмотрели порядок действий в случае наступления обстоятельств непреодолимой силы. Согласно п.6.4 договора сторона, для которой создалась невозможность исполнения обстоятельств, должна в незамедлительной форме, но не позднее 72 часов с момента наступления указанных обстоятельств, известить другую сторону о характере соответствующих обстоятельств. Несоблюдение данного условия лишает сторону права ссылаться в будущем на соответствующие обстоятельства. Факт наличия обстоятельств непреодолимой силы должен быть документально подтвержден Торгово-промышленной палатой соответствующего субъекта РФ.

В уведомлении ООО «ИНТЕО» № 08-22 от 09.08.2022 в качестве причины переноса срока поставки товара указана текущая рыночная ситуация. 

Если рассматривать введенный Европейским союзом запрет на экспорт транспортных средств в качестве форс-мажора, то стоит учитывать, что данное обстоятельство начало действовать 25.02.2022. Тогда применительно к пункту 6.4 договора истец  должен был уведомить ответчика о наступлении такого обстоятельства не позднее 72 часов с начала его действия. Являясь профессиональным участником рынка, ответчик не мог не знать о введенном Европейским Союзом запрете на экспорт соответствующих комплектующих. Последствием несоблюдения условия о сроке уведомления начала действия обстоятельства непреодолимой силы является лишение права в последующем ссылаться на него.

Поставщиком товара выступало ООО «ИНТЕО», не являющееся официальным дилером техники IVECO. Договором на поставку продукции № ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022, Спецификацией к договору (Приложение № 1) и Техническими характеристиками СЗМ ЭМА-14 (Приложение № 1 к Спецификации) не предусматривалась приобретение комплектующих для изготовления смесительно-зарядной машины через третьих лиц. Таким образом, выбор контрагента поставщика товара договором не определен и зависел исключительно от воли ответчика.

Истец, как самостоятельный субъект предпринимательской деятельности на свой страх и предпринимательский риск принял на себя обязательство изготовить товар с привлечением третьего лица, что в силу статьи 403 ГК РФ возлагает на истца ответственность за действия привлеченного третьего лица, как за свои собственные. Принимая на себя обязательство по продаже товара, которым фактически на момент заключения договора не располагал и комплектующие к которому должны были приобретаться через лицо, приобретающее товар у зарубежного производителя, истец не мог не понимать всех рисков, связанных с такой цепочкой договоров.

Суд соглашается с доводами ответчика в части того, что нарушение срока поставки товара вызвано неисполнением обязанностей со стороны ООО «АМТ» (контрагента истца) и отсутствием на рынке нужных для изготовления СЗМ комплектующих. Пунктом 3 статьи  401 ГК РФ такие обстоятельства, как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника и отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, к обстоятельствам непреодолимой силы не отнесены. Соответственно, для лица, непосредственно попавшего под действие односторонних недружественных мер данное событие может являться форс-мажором. Однако, для лица, которое само не является объектом воздействия недружественных мер, чья сделка совершается исключительно в пределах юрисдикции российского права и с российским контрагентом, обусловленные санкциями сложности с исполнением обязательства не могут считаться возникшими в результате действия форс-мажорных обстоятельств. 

Невозможность исполнения обязанности по поставке товара по причине неисполнения обязанности контрагентом должника, являющимся российским юридическим лицом, не является  форс-мажором, так как ситуация прямо охватывается содержанием пункта 3 статьи 401 ГК РФ как нарушение обязательств со стороны контрагентов должника.

13.10.2022 письмом №10-22 истец проинформировал ответчика о возможности поставки шасси изготовителя АМТ или КАМАЗ. Информация о невозможности исполнить договор на прежних условиях (поставка СЗМ на базе шасси IVECO) письмо не содержит, как и не содержит предложение расторгнуть договор в связи с невозможностью его исполнения в силу сложившейся рыночной ситуации. Если поставщик знал о невозможности исполнить договор на первоначальных условиях в силу общеизвестного факта, то в порядке статьи 416 ГК РФ имел право, как добросовестная сторона сделки отказаться от исполнения договора, тем самым исключив риск привлечения к ответственности за просрочку поставки в силу пункта 1 части 401 ГК РФ.

Заключение №714 от 19.07.2023 Союза «Южно-Уральская торгово-промышленная палата» не имеет преюдициального значения для суда и подлежит оценке в совокупности с установленными по делу обстоятельствами и представленными сторонами доказательствами, то ест наличие обстоятельств непреодолимой силы устанавливается судом, так же как и судебная практика, приведенная истцом в обоснование своей позиции, не может быть применена к рассматриваемым правоотношениям, поскольку касается иных обстоятельств спора, в частности в данном случае согласована замена комплектующих, товар поставлен. В рамках дел, указанных истцом, товар не поставлен.

Истец, заявляя о наличии обстоятельств непреодолимой силы, также не принимает во внимание, что неустойка начислена за несвоевременно поставленный товар, комплектация (замена) которого была согласована сторонами в рамках установленного в договоре срока поставки – 22.11.2023. Таким образом, нарушение сроков поставки в данном случае не связано с ограничением ввоза определенных товаров, поскольку изменив номенклатуру товара, стороны не изменили срок поставки. В связи с чем, ссылки на форс-мажорные обстоятельства в данном конкретном случае не обоснованы.

Ссылка истца на акты сверок, подписанные истцом, как на доказательство признание ответчиком задолженности по спорному договору поставки несостоятельна, поскольку, во-первых, акт сверки не является надлежащим доказательством подтверждения задолженности, его подписание не означает, что сторона, его подписавшая, не может заявить возражения по обстоятельствам дела со ссылкой на иные документы, во-вторых, ответчиком была произведена оплата за поставленный товар с учетом удержания исчисленной неустойки за нарушение истцом срока исполнения обязательств по поставке в соответствии с п.6.7 договора.

 Пунктом 1 статьи 407 ГК РФ установлено, что обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Стороны в договоре на поставку продукции №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022 установили такое основание прекращения обязательства поставщика по уплате неустойки, как ее удержание покупателем из суммы, подлежащей уплате за товар. При этом прекращается обязательство покупателя по оплате соответствующей суммы за поставленный товар. 

Вместе с тем, рассмотрев доводы истца  о снижении размера неустойки, суд с учетом обстоятельств дела признал их подлежащими удовлетворению, в связи с чем отмечает следующее.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 69, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке по заявлению должника (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 постановления Пленума ВС РФ № 7).

С учетом изложенного и по смыслу статьи 333 ГК РФ уменьшение размера неустойки является правом, а не обязанностью суда. Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 постановления Пленума ВС РФ № 7).

Рассматривая доводы истца о несоразмерности исчисленной и удержанной ответчиком неустойки, суд отмечает, что истец, добровольно приняв на себя соответствующие обязательства, несет риск их неисполнения в соответствии с условиями договора, а, следовательно, и ответственность за ненадлежащее исполнение договорных обязательств.

В пункте 4 статьи 421 ГК РФ закреплено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предусмотрено законом или иными правовыми актами. То есть согласно нормам гражданского права стороны вправе самостоятельно определить в договоре размер неустойки, обеспечивающей исполнение обязательства.

Порядок исполнения обязательства и ответственность за ненадлежащее исполнение были согласованы сторонами в договоре поставки №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022. Заключая договор на указанных условиях, истец должен был предполагать возможность возникновения для него в случае нарушения им условий договора неблагоприятных правовых последствий в виде уплаты неустойки. 

Вместе с тем, в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года № 263-О указано, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Исходя из указанных положений, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другие.

Согласно пункту 73 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7  несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

В связи с указанными разъяснениями суд исходит из того, что неустойка является мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный, а не карательный характер, должна быть направлена на восстановление нарушенного имущественного права кредитора. Таким образом, соразмерной последствиям нарушения обязательства является сумма неустойки, предполагающая выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с его нарушенным интересом.  

Доказательства, свидетельствующие о причинении ответчику значительных убытков или наступлении иных неблагоприятных последствий вследствие просрочки поставки товара, и повлекших для ответчика потери в объеме, соразмерном сумме неустойки, которую он требует взыскать, в материалы дела в порядке статьи 65 АПК РФ не представлены.

На основании изложенного, суд, оценив представленные в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, находит возможным в рассматриваемом случае, применив положения статьи 333 ГК РФ, снизить размер неустойки в два раза,  рассчитанной исходя из 0,2% от стоимости неоплаченного товара, рассчитав ее размер исходя из 0,1 % от стоимости неоплаченного товара за каждый день просрочки, что соответствует размеру неустойки обычно принятому в деловом обороте, принципам необходимости соблюдения баланса между применяемой к должнику мерой ответственности и оценкой отрицательных последствий, наступивших в результате нарушения обязательств. 

С учетом изложенного размер пени  составит 3 663 360 руб. (7 326 720 руб. : 2).

Такое снижение штрафных санкций, по мнению суда, не изменяет обеспечительную природу неустойки, соответствует принципам необходимости соблюдения баланса между применяемой к должнику мерой ответственности и оценкой отрицательных последствий, наступивших в результате нарушения обязательств, способствует недопущению извлечения какой-либо финансовой выгоды одной из сторон за счет другой в связи с начислением штрафных санкций. 

При таких обстоятельствах требование о взыскании неосновательного обогащения в виде удержанной ответчиком неустойки по договору  поставки №ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022 подлежит частичному удовлетворению в размере 3 663 360 руб., в остальной части отклоняется как необоснованное.

Истцом со ссылкой на положения статей 1107, 395 ГК РФ также заявлены требования о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ за период с 02.02.2023 по 04.04.2023 в размере 77 433,34 руб. и далее по день фактического исполнения обязательств.

В соответствии с частью 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно пункту 2 статьи 1107 Гражданского кодекса РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

По смыслу положений ст. 395, 1107 ГК РФ возможность начисления процентов на денежное обязательство, вытекающее из неосновательного обогащения, связана с фактом неправомерного пользования денежными средствами, то есть пользования в отсутствие законных оснований.

Из разъяснений, изложенных в информационном письме Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 N 141 (абз. 2, 3 п. 4), следует, что поскольку возврат заявленных по иску денежных средств как неосновательно приобретенных связан с правовой оценкой судами сделки и оснований применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, проценты за пользование чужими денежными средствами на основании п. 2 ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат начислению с момента вступления в законную силу решения суда.

Указанное говорит о том, что до принятия соответствующего судебного акта денежные средства перечислялись ответчиком в соответствии с условиями договора (то есть при наличии правового основания), а после вынесения судебного акта (вступления его в законную силу) на стороне ответчика возникает обязанность по возврату неосновательно полученных денежных средств и, соответственно, право истца начислить на эту сумму проценты.

Следовательно, проценты на сумму неосновательного обогащения в виде неустойки, которая признана несоразмерной, могут быть начислены только после вступления решения суда в законную силу.

В остальной части, поскольку судом удержание ответчиком неустойки по договору поставки№ИНВ-0055/22-1 от 21.02.2022 признано обоснованным и правомерным,  требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ в указанном размере удовлетворению не подлежат, неосновательное обогащение на стороне ответчика отсутствует.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

удовлетворить исковые требования частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кузбассразрезуголь-Взрывпром» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инженерно-технический офис» (ИНН 

<

***>) 3 663 360 руб. удержанной неустойки.

В остальной части иска отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия. 

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

 

Судья                                                                                                   Ю.С. Камышова