ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело  № А63-17935/2012

05 марта 2018 года

г. Ессентуки

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2017 года

Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2017 года

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Макаровой Н.В.,

судей: Бейтуганова З.А., Сомова Е.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                   ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу                                        общества с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов» на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 10.11.2017 о признании недействительными договоров купли-продажи от 25.12.2012, заключенных между ООО «Меркурий плюс» и ООО «Георгиевский комбинат строительных материалов»,

принятое в рамках дела № А63-17935/2012 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Меркурий плюс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании: от общества с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов»: представителя                          ФИО2 по доверенности от 23.07.2015, директора ФИО3 

в отсутствие других, участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Кавминводский спиртзавод» (далее - ООО «Кавминводский спиртзавод»). Определением суда от 18.03.2013 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А63-17935/2012.

 Определением суда от 11.04.2013 в отношении ООО «Кавминводский спиртзавод» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5 

Определением суда от 23.10.2014 утверждено мировое соглашение между должником и конкурсными кредиторами, производство по делу № А63-17935/2012 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кавминводский спиртзавод» прекращено. 

Определением суда от 03.12.2015 в порядке части 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена наименования должника с ООО «Кавминводский спиртзавод» на общество с ограниченной ответственностью «Меркурий плюс» (далее – должник, ООО «Меркурий плюс»), расторгнуто мировое соглашение по делу о банкротстве, утвержденное определением суда от 23.10.2014, производство по делу возобновлено, в отношении ООО «Меркурий плюс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5 Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы арбитражным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в периодическом издании - газете «Коммерсантъ» № 240 от 26.12.2015. 

Решением суда от 16.06.2016 ООО «Меркурий плюс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден                             ФИО5 

Сведения о признании ООО «Меркурий плюс» банкротом и открытии процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 25.06.2016 № 112.

Конкурсный управляющий ООО «Меркурий плюс» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров купли- продажи недвижимого имущества от 25.12.2012, заключенных между ООО «Меркурий плюс» и обществом с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов» (далее – ответчик, ООО «ГКСМ»), и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ООО «ГКСМ» возвратить в конкурсную массу ООО «Меркурий плюс» здание заводоуправления, общей площадью 1785.6 кв.м, этажность: 3, литера «В», инвентарный номер 648, кадастровый номер 26:26:010012:76, адрес (местоположение): 

<

...>; гараж, общей площадью 653,6 кв.м, этаж: 1, литера «Ю», инвентарный номер 648, кадастровый номер 26:26:010102:61, адрес (местоположение): 

<

...>; земельный участок, общей площадью 32130 кв.м, кадастровым номер 26:26:010103:167, назначение: земли населенных пунктов, «земельный участок под промышленными объектами, для производственной деятельности», расположенный по адресу: 

<

...> (с учетом уточнений, принятых определением суда от 10.10.2017).

Требования конкурсного управляющего заявлены по основаниям, предусмотренным пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и мотивированы неравноценным встречным исполнением обязательств со стороны ответчика, совершением оспариваемых сделок в период неплатежеспособности должника, с заинтересованным лицом, с целью причинения вреда должнику и его кредиторам, а также пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 10.11.2017 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд первой инстанции пришел к выводу, о том, что конкурсный управляющий доказал, что сделки совершены в период неплатежеспособности должника, с заинтересованным лицом, с целью причинения вреда должнику и его кредиторам.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ГКСМ» подана апелляционная жалоба, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворения заявления в полном объеме, указывая, что спорные объекты недвижимости приобретены  ООО «ГКСМ» по рыночной стоимости, превышающей кадастровую стоимость, тем самым, по мнению апеллянта, данное обстоятельство подтверждает реальность сделки. Апеллянт также указывает, что на момент совершения сделок  отсутствовали ограничения и обременения.

Одновременно апеллянтом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока  на подачу апелляционной жалобы. Доводы ходатайства мотивированы поздним получением судебного акта.

Изучив заявленное ходатайство, апелляционный суд полагает подлежащим удовлетворению ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов» по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» № 36 от 28.05.2009 суд апелляционной инстанции восстанавливает срок на подачу апелляционной жалобы в силу части 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если признает причины пропуска уважительными.

Согласно части 1 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определения арбитражного суда первой инстанции обжалуются в арбитражный суд апелляционной инстанции в соответствии со статьей 188 названного Кодекса.

Частью 1 статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что определение арбитражного суда может быть обжаловано отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в случаях, если в соответствии с настоящим Кодексом предусмотрено обжалование этого определения, а также если это определение препятствует дальнейшему движению дела.

Определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения (часть 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 4 статьи 113 и части 3 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока; процессуальный срок, исчисляемый днями, истекает в последний день установленного срока.

В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни (часть 3 статьи 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что определение суда изготовлено в полном объеме 10.11.2017, размещено на официальном сайте в сети Интернет 12.12.2017, срок на подачу апелляционной жалобы истек 24.11.2017, апелляционная жалоба подана 30.12.2017, то есть с пропуском срока, установленного для апелляционного обжалования.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что суд первой инстанции допустил просрочку размещение полного текста определения суда в сети Интернет большей продолжительностью (12.12.2017), по сравнению с просрочкой апеллянта при направлении апелляционной жалобы, в связи с чем, доводы ходатайства свидетельствуют о наличии уважительной причины пропуска срока для обжалования.

Принимая во внимание изложенное, срок на апелляционное обжалование ООО «Георгиевский комбинат строительных материалов» подлежит восстановлению.

Согласно представленному отзыву, конкурсный управляющий ООО «Меркурий плюс» с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает апелляционную жалобу необоснованной, просит определение суд оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.

В судебном заседании представители ООО «ГКСМ» поддержали доводы апелляционной жалобы, просили определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лица, участвующего в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 10.11.2017  по делу № А63-17935/2012 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, 25.12.2012 между ООО «Меркурий плюс» (ранее ООО «Кавминводский спиртзавод») (продавец) и ООО «ГКСМ» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец передал покупателю принадлежащий ему на праве собственности объект недвижимого имущества – здание заводоуправления, общей площадью 1785,6 кв.м, этажность: 3, литера «В», инвентарный номер 648, кадастровый номер 26:26:010012:76, адрес (местоположение): 

<

...>, а покупатель принял у продавца указанный объект. Здание заводоуправления расположено на земельном участке площадью 32 130 кв.м, с кадастровым номером 26:26:010103:167 (пункты 1.1-1.3 договора). 

В пункте 2.1 договора стороны установили, что стоимость здания заводоуправления составляет 1 238 000 руб. 

Согласно пунктам 2.2, 2.3 договора цена установлена соглашением сторон договора, является окончательной и изменениям не подлежит. При этом стороны подтверждают, что расчет между ними произведен полностью до подписания договора. Указанная цена договорная и стороны берут на себя ответственность за правильность ее назначения. Оплата объекта недвижимости произведена покупателем до подписания договора и передачи продавцом объекта недвижимости. 

По акту приема-передачи от 25.12.2012 продавец передал, а покупатель принял здание заводоуправления.

 25.12.2012 между ООО «Меркурий плюс» (ранее ООО «Кавминводский спиртзавод») (продавец) и ООО «ГКСМ» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец передал покупателю принадлежащий ему на праве собственности объект недвижимого имущества – гараж, общей площадью 653,6 кв.м, этаж: 1, литера «Ю», инвентарный номер 648, кадастровый номер 26:26:010102:61, адрес (местоположение): 

<

...>, а покупатель принял у продавца указанный объект. Гараж расположен на земельном участке площадью 32 130 кв.м, с кадастровым номером 26:26:010103:167 (пункты 1.1 – 1.3 договора).

В пункте 2.1 договора стороны установили, что стоимость гаража составляет 3 400 000 руб. 

 Согласно пунктам 2.2, 2.3 договора цена установлена соглашением сторон договора, является окончательной и изменениям не подлежит. При этом стороны подтверждают, что расчет между ними произведен полностью до подписания договора. Указанная цена договорная и стороны берут на себя ответственность за правильность ее назначения. Оплата объекта недвижимости произведена покупателем до подписания договора и передачи продавцом объекта недвижимости. 

По акту приема-передачи от 25.12.2012 продавец передал, а покупатель принял гараж.

25.12.2012 между ООО «Меркурий плюс» (ранее ООО «Кавминводский спиртзавод») (продавец) и ООО «ГКСМ» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец передал покупателю принадлежащий ему на праве собственности объект недвижимого имущества – земельный участок, общей площадью 32130 кв.м, с кадастровым номером 26:26:010103:167, назначение: земли населенных пунктов, «земельный участок под промышленными объектами, для производственной деятельности», адрес (местоположение): 

<

...>, а покупатель принял у продавца указанный объект (пункт 1.1 договора). 

В пункте 2.1 договора стороны установили, что стоимость земельного участка составляет 362 000 руб. 

Согласно пунктам 2.2, 2.3 договора цена установлена соглашением сторон договора, является окончательной и изменениям не подлежит. При этом стороны подтверждают, что расчет между ними произведен полностью до подписания договора. Указанная цена договорная и стороны берут на себя ответственность за правильность ее назначения. Оплата объекта недвижимости произведена покупателем до подписания договора и передачи продавцом объекта недвижимости. 

По акту приема-передачи от 25.12.2012 продавец передал, а покупатель принял земельный участок. На основании указанных договоров 11.01.2013 зарегистрирован переход права собственности к ООО «ГКСМ» на вышеназванные объекты недвижимого имущества.

Решением суда от 16.06.2016 ООО «Меркурий плюс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Полагая, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленной в статье 61.2 Закона о банкротстве, в результате их совершения был причинен вред интересам кредиторов должника, а также что сделки совершены при неравноценном предоставлении со стороны покупателя, в отношении заинтересованного лица, в период неплатежеспособности должника, конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании их недействительными и применении последствий их недействительности.

Суд первой инстанции удовлетворяя заявленные требования конкурсного управляющего должника, обоснованно руководствовался следующим.

Положениями части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно абзацу 4 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, и совершать иные действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника. 

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статей  61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

   В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

   Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации изложенных в пункте 8 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63) следует, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

   Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить наличие совокупности условий: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

   Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 31.01.2013, а оспариваемые сделки совершены 25.12.2012, то есть в период подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно условиям договоров от 25.12.2012 стоимость реализуемого недвижимого имущества определена сторонами в следующем размере: 

- гараж стоимостью 3 400 000 руб., 

- здание заводоуправления стоимостью 1 238 000 руб.,

- земельный участок стоимостью 362 000 руб. (пункты 2.1 договоров). 

Из материалов дела следует, что ответчиком в подтверждение факта исполнения принятого на себя оспариваемыми договорами обязательств по оплате приобретаемого недвижимого имущества представлены, в том числе выписки по счету, платежные поручения от 23.02.2012 № 26 и № 27.

Суд первой инстанции, оценив копии платежных поручений от 23.03.2012           № 26 на сумму 3 681 444 руб. 25 коп. и № 27 на сумму 1 318 555 руб. 75 коп., установил, что в назначении платежа указан иной договор – «по договору купли-продажи недвижимости от 23.03.2012 б/н».

Кроме того, учитывая условия оспариваемых договоров (пункты 2.1), стоимость реализуемого недвижимого имущества определена сторонами в размере: гараж - 3 400 000 руб., здание заводоуправления – 1 238 000 руб., земельный участок – 362 000 руб., и содержание представленных в материалы дела копий платежных поручений от 23.03.2012, согласно которым по платежному поручению № 26 в  рамках договора купли-продажи недвижимости б/н от 23.03.2012 за объект недвижимости – здание заводоуправления перечислено 3 681 444 руб. 25 коп., а по платежному поручению № 27 за объект недвижимости – гараж перечислено                  1 318 555 руб. 75 коп., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии достоверных доказательств оплаты по спорным договорам.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что в обоснование доводов апелляционной жалобы апеллянт ссылается на то обстоятельство, что между ООО «ГКСМ» и ООО «Меркурий плюс» 23.03.2012 был заключен предварительный договор купли – продажи спорной недвижимости. Однако в материалах дела отсутствует договор купли-продажи недвижимости от 23.03.2012 б/н, а также предварительный договор купли-продажи недвижимости от 23.03.2012, на который ссылался в своих доводах апеллянт. Данные доказательства не были представлены ни в суд первой инстанции, ни в апелляционный суд.

Учитывая имеющиеся в материалах дела доказательства, подтверждающие разногласия между стоимостью реализуемого недвижимого имущества, определенной  сторонами в договорах, и содержания копий платежных поручений от 23.03.2012 № 26 в  рамках договора купли-продажи недвижимости б/н от 23.03.2012, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств изменения назначения платежа в платежных поручениях, апелляционная коллегия судей приходит к выводу о том, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии достоверных доказательств оплаты стоимости переданного недвижимого имущества.

Из пояснений ответчика, изложенных в отзыве, следует, что между сторонами (ООО «Меркурий плюс» и ООО «ГКСМ») в 2011, 2012 годах были заключены договоры купли-продажи в отношении и иных объектов недвижимого имущества, принадлежащих должнику. 

Тем самым, суд первой инстанции, установил, что представленные ответчиком копии платежных поручений не подтверждают факт оплаты объектов недвижимого имущества, приобретаемых в рамках оспариваемых договоров.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 18.10.2016 № 46-КГ16-20, применение кадастровой стоимости объекта недвижимости при определении его реальной стоимости допускается в судебной практике.

Из материалов дела следует, что цена реализуемого в рамках оспариваемого договора земельного участка с кадастровым номером 26:26:010103:167 определена сторонами в размере 362 000 руб., при этом согласно представленной в материалы дела справке о кадастровой стоимости объектов недвижимости, стоимость данного земельного участка составляла в указанный период 3 611 412 руб.

Стоимость реализованного земельного участка, указанная в оспариваемом договоре от 25.12.2012, занижена по сравнению с его рыночной ценой. 

Из анализа данных обстоятельств судом апелляционной инстанции установлено что, доказательства того, что кадастровая стоимость вышеназванного земельного участка не соответствует рыночной, в материалы дела не представлено. При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты приобретаемого по оспариваемому договору земельного участка.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заявление управляющего в данной части является обоснованным, поскольку заключенные договоры купли-продажи, при отсутствии доказательств получения встречного исполнения должнику денежных средств, свидетельствует о намерении сторон причинить вред имущественным интересам кредиторов должника. Представленные ответчиком копии платежных поручений являются ненадлежащими доказательствами оплаты приобретенного имущества, поскольку назначения платежа противоречит условиям заключенных между сторонами договоров. 

Таким образом, учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно признал оспариваемые сделки недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ № 63, в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Исходя из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7, 9.1 постановления Пленума ВАС РФ № 63, для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления №63). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

 При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 36,37 статьи 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, ООО «Меркурий плюс» признано несостоятельным (банкротом) 16.06.2016.

Спорные сделки совершены должником в течение трех лет (25.12.2012) до принятия заявления о признании должника банкротом к производству (определение суда от 31.01.2013), следовательно, сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Судом первой инстанции установлено, что переданное в рамках оспариваемых сделок имущество являлось активом должника, за счет которого было возможно удовлетворение требований кредиторов должника.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемых платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами: ООО «Соинвестор» в размере 229 675 821, 91руб., ООО «Минераловодский» в размере 99 499 045,69 руб. ООО «Энзим-Гео» в размере 71 502 521 руб. 68 коп., ООО «ЭкспоТрейд» в размере 207 757 226 руб. 49 коп., перед бюджетом и внебюджетными фондами в размере 183 500 860 руб. 70 коп. (в частности, НДС на товары, производимые на территории РФ, за 2009, 2010, 2011 годы в сумме 59 771 578 руб., налог на прибыли организаций за 2009, 2010 годы в сумме 7 656 253 руб. 66 коп.), в том числе подтвержденные судебными актами, требования которых в ходе настоящего дела о банкротстве были включены в реестр требований кредиторов должника (определениями от 23.10.2014, от 18.07.2013, от 18.07.2013, от 29.07.2013, от 28.04.2016 соответственно).

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, имеющихся в материалах дела, на дату открытия конкурсного производства имущества у должника не выявлено, в реестр требований кредиторов включены требования в размере                            774 763 035, 43 руб., из них текущие требования составили 75 914 200, 19 руб. Согласно бухгалтерской отчетности на начало 2011 года должник имел в собственности основные средства на сумму 141 085 руб., на конец 2011 года на сумму 79 221 руб., на конец 2012 года активы были представлены оборудованием на сумму 63 348 руб. По данным расчета по налогу на имущество организаций за     девять месяцев 2013 года остаточная стоимость основных средств составила                    63 348 руб., за девять месяцев 2014 года остаточная стоимость основных средств сократилась до 0 руб., данные обстоятельства указывают на полный вывод имущества.

Согласно абзацу тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Исходя из вышеуказанной нормы следует, что данные сделки, направленные на вывод активов, подлежащих включению в конкурсную массу, без предоставления равноценного встречного исполнения, что свидетельствует о причинении оспариваемыми сделками вреда имущественным правам кредиторов в виде уменьшения стоимости имущества должника, что соответствует понятию вреда, указанному в абзаце тридцать втором статьи 2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые сделки имеют признаки заинтересованности в понимании статьи 19 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: 

- лицо, которое в соответствии с Законом о защите конкуренции входит в одну группу лиц с должником; 

- лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

Согласно пункту 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Из решений ИНФС России по городу Георгиевску Ставропольского края от 18.12.2013 № 07-16/12 и от 09.10.2015 № 07-16/16, принятых по результатам материалов выездной налоговой проверки в отношении ООО «Меркурий плюс», следует, что с 10.12.2010 по 22.04.2012 участником (учредителем) ООО «Меркурий плюс» (ранее ООО «Кавминводский спиртзавод») со 100% долей участия в уставном капитале являлся ФИО6. 

23.04.2012 Маков Э.Ч. подарил 100% долей уставного капитала ООО «Меркурий плюс» своей дочери - ФИО7 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ГКСМ», ФИО8 (дочь  ФИО6 и родная сестра ФИО7) являлась участником (учредителем) ООО «ГКСМ» с 18.11.2011 (доля участия в уставном капитале 20%)

Суд первой интонации пришел к обоснованному выводу, что  в момент заключения оспариваемых сделок ФИО7 являлась участником ООО «Меркурий плюс» (ранее ООО «Кавминводский спиртзавод») со 100% долей участия в уставном капитале общества, а также состояла в родственных отношениях с ФИО8 (родная сестра), которая в момент заключения сделок владела в ООО «ГКСМ» долей размером 20 процентов уставного капитала.

Таким образом, факт аффилированности между сторонами подтверждается апеллянтом в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что договоры заключены с должником, а именно с лицом, которое в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве признаются заинтересованными лицами.  Таким образом, учитывая совершение сделки с заинтересованным лицом, ответчик должен был знать о признаках неплатежеспособности, недостаточности имущества должника для исполнения обязательств перед кредиторами.

Проанализировав вышеперечисленные нормы права в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, о доказанности заявителем совокупности всех оснований, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем признал договоры купли-продажи недвижимого имущества от 25.12.2012, заключенные между ООО «Меркурий плюс» и обществом с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов» недействительными сделками.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статья 61.6 Закона о банкротстве также предусматривает последствия признания сделки недействительной, в частности, пунктом 1 данной настоящей статьи установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Судом первой инстанции обоснованно применены последствия недействительности сделки в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в виде обязания ООО «ГКСМ» возвратить в конкурсную массу ООО «Меркурий плюс» (ранее ООО «Кавминводский спиртзавод») гараж, общей площадью 653,6 кв.м, этаж: 1, литера «Ю», инвентарный номер 648, кадастровый номер 26:26:010102:61, адрес (местоположение): 

<

...>; здание заводоуправления, общей площадью 1785,6 кв.м, этажность: 3, литера «В», инвентарный номер 648, кадастровый номер 26:26:010012:76, адрес (местоположение): 

<

...>; земельный участок, общей площадью 32130 кв.м, с кадастровым номером 26:26:010103:167, назначение: земли населенных пунктов, «земельный участок под промышленными объектами, для производственной деятельности», адрес (местоположение): 

<

...>.

Таким образом, арбитражный суд первой инстанции правильно привел стороны в положение, существовавшее до совершения спорной недействительной сделки.

Апелляционная жалоба содержит доводы, которые, не опровергая выводов суда первой инстанций, направлены на переоценку доказательств с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются доказательствами, приобщенными к материалам дела. 

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной коллегией не установлено. Таким образом, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Обществом при подаче апелляционной жалобы подлежала к уплате государственная пошлина в сумме 3 000 руб., а фактически им была уплачена в сумме 9 000 руб., то есть 6 000 руб. излишне уплаченной государственной пошлины подлежит возврату ему из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями  266-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

восстановить обществу с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов» пропущенный срок подачи апелляционной жалобы.

Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 10.11.2017 по делу                          № А63-17935/2012  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Георгиевский комбинат строительных материалов» 6 000 рублей излишне уплаченной государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы по платежному поручению от 29.12.2017 №72.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                     Н.В. Макарова

 

Судьи                                                                                     З.А. Бейтуганов

 

                                                                                                 Е.Г. Сомов