АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2213/2023

05 июня 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 июня 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кушнаревой И.Ф.

судей Кучеренко С.О., Сецко А.Ю.

при участии:

от администрации Солнечного муниципального района Хабаровского края – ФИО1, по доверенности от 09.11.2022

от УФНС России по Хабаровскому краю – ФИО2, по доверенности                 от 31.10.2022 № 43-09/13622

ФИО3 (лично)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Теплоэнергия» ФИО4

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 17.01.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2023

по делу № А73-18800/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Теплоэнергия» ФИО4

к администрации Солнечного муниципального района Хабаровского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 682711, Хабаровский край, р-н. Солнечный, 

<

...>), ФИО3, ФИО5, ФИО6

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергия» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 682711, Хабаровский край, р-н. Солнечный, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.12.2020 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергия» (далее - ООО «Теплоэнергия», общество, должник) возбуждено производство по делу л признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 25.12.2020 в отношении общества введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 17.06.2021 ООО «Теплоэнергия» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее - конкурсный управляющий).

В рамках дела о банкротстве 23.10.2022 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, о привлечении Администрации Солнечного муниципального района Хабаровского края (далее – Администрация, ответчик) к ответственности в виде возмещения убытков и о взыскании с указанных лиц солидарно                   167 326 393,41 руб.

Определением от 06.12.2022 по ходатайству конкурсного управляющего в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ, Кодекс) к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО5 и ФИО6.

Впоследствии в прядке статьи 49 АПК РФ конкурсный управляющий  уточнил заявленные требования, просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Теплоэнергия» и солидарно взыскать с ФИО3, ФИО5, ФИО6                 167 326 393,41 руб. (за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом), с ФИО3, ФИО5, ФИО6 и Администрации 241 313 193,99 руб. (общий размер требований кредиторов, включенный в реестр и требования по текущим обязательствам за минусом требований Администрации).

Определением суда от 17.01.2023, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда и апелляционным постановлением, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование своей позиции заявитель кассационной жалобы ссылается на то, что ФИО3 должен был и имел возможность на протяжении всего периода деятельности ООО «Теплоэнергия» определить, когда общество перестало обладать формальными признаками неплатежеспособности и начало удовлетворять признакам объективного банкротства, при наличии которых у него возникла обязанность на обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом. Результаты финансово-хозяйственной деятельности очевидно свидетельствовали о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования            ООО «Теплоэнергия» без негативных последствий для должника и его кредиторов с первой половины 2018 года, и необходимости обращения с заявлением о банкротстве общества по итогами отопительного сезона 2018-2019 годов, то есть не позднее 01.06.2019. Размер дебиторской задолженности ООО «Теплоэнергия», являющейся его основным активом, ежегодно снижался, что в совокупности со сведениями о росте кредиторской задолженности свидетельствует о направлении средств, поступающих от взыскания дебиторской задолженности, не на погашение обязательств, а на иные цели, что указывает на финансовую неустойчивость должника. Отмечает, что помимо должника деятельность в сфере теплоснабжения осуществляли акционерное общество «Хабаровские энергетические системы» (далее – АО «ХЭС») и общество с ограниченной ответственностью «Солнечная теплоэнергетическая компания» (ООО «СТК»). Полагает, что оказание услуг по теплоснабжению не свидетельствует об обязательном ведении убыточной деятельности и невозможности получения прибыли субъектом естественной монополии. Примером ведения эффективной хозяйственной деятельности в сфере теплоснабжения в Солнечном муниципальной районе Хабаровского края является АО «ХЭС», которое на протяжении почти 10 лет оказывало услуги и не имело признаков несостоятельности, в то время как еще одна организация по руководством ФИО3 – общество с ограниченной ответственностью «Исток», до настоящего времени осуществляющая свою деятельность, на протяжении длительного времени обладает признаками банкротства. Приводит доводы о том, что оплата текущей заработной платы, которая образовывалась именно вследствие продолжения деятельности должником, не может являться причиной, по которой у ФИО3 отсутствовала необходимость в инициировании процедуры банкротства. Наличие отраженных по состоянию на 01.06.2019 материальных активов на сумму 11 629 054,52 руб. также не является основанием для не направления в суд заявления о банкротстве, учитывая, что только сумма страховых взносов, начисленных в 2019 году, составила 26 109 818,02 руб. Исполнение графика погашения задолженности подписанного при наличии признаков объективного банкротства было невозможно. Считает, что расторжение договоров аренды при осведомленности Администрации о финансовом состоянии                          ООО «Теплоэнергия», являлось бы препятствием для продолжения ведения убыточной деятельности должником ввиду того, что в отсутствие арендуемого имущества деятельность должника была бы невозможна. Не расторжение договоров аренды муниципального имущества с 01.06.2019 явилось причиной банкротства общества, лишения его платежеспособности, следовательно, основанием для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности. С 2013 года Администрацией поддерживается схема, при которой муниципальное имущество передается в аренду организациям, учредителя которых являются аффилированные с ней лица, руководителем неизменно является ФИО3, деятельность которого приводит к банкротству предприятия, в том числе ООО «Теплоэнергия». Администрация, формально исполняя свои обязательства по обеспечению прав граждан на доступ к социально значимым благам в сфере коммунального обслуживания, не имеет и не имела своей целью учитывать при этом права независимых кредиторов организаций, которым она предоставляет в аренду свое имущество. Построение Администрацией схемы деятельности должника путем отнесения на него расходов, возникающих при осуществлении производственной деятельности, опосредующей реализацию полномочий ответчика, с обеспечением иммунитета на обращение взыскания по требованию кредиторов на имущество, необходимое для осуществления данной деятельности. Имеет место последовательность действий до возбуждения дела о банкротстве по заблаговременной регистрации организации и ее подготовке к принятию в аренду имущества Администрации и осуществлению деятельности после ООО «Теплоэнергия» без проведения конкурсов на заключение договоров аренды.

ФИО3 и Администрация в представленных отзывах выразили несогласие с приведенными в кассационной жалобе доводами, указав на то, что ООО «Теплоэнергия» являлось субъектом естественной монополии в сфере производства тепловой энергии и считалось неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежных обязательства, если обязательства по выплате выходных пособий, об оплате труда и по уплате обязательных платежей не исполнены в течение шести месяцев, когда они должны быть исполнены, между тем задолженность по оплате труда на 01.06.2019 отсутствовала. ООО «Теплоэнергия» осуществляло хоть и убыточную, но стабильную и устойчивую финансово-хозяйственную деятельность. Правительством Хабаровского края и акционерным обществом «Газпром газораспределение Дальний Восток» (далее – АО «Газпром газораспределение Дальний Восток») был утвержден график платежей за потребленный природный газ в отопительный период 2019-2020 годов за счет средств краевого бюджета, согласно которому к 01.10.2020                                  ООО «Теплоэнергия» долг должно было оплатить полностью, однако, по неизвестной причине субвенции в виде материальной поддержки так и не поступили. Размер дебиторской задолженности общества без учета долга перед АО «Газпром газораспределение Дальний Восток» в 2018, 2019 и 2020 годы превышал размер кредиторской задолженности. Должником непрерывно велась работа по взысканию дебиторской задолженности со стороны сторонних организаций, с населения взыскание осуществляло общество с ограниченной ответственностью «Расчетно-кассовых центр» (далее - ООО «РКЦ»). На 01.06.2019 у ООО «Теплоэнергия» наблюдалась динамика движения материальных активов. Отмечает, что                           ООО «Теплоэнергия» являлось поставщиком коммунальных услуг в наиболее удаленные от административного центра сельские поселения, в которые АО «ХЭС» не участвовало в конкурсе для организации теплоснабжения и водоснабжение, в свою очередь ООО «СТК» создано только 05.12.2019, тарифы на тепловую энергию организации установлены 28.10.2020, в связи с чем она не могла осуществлять деятельность по оказанию услуг теплоснабжения с 01.06.2019. Выводы конкурсного управляющего о недобросовестной схеме дробления бизнеса являются домыслами и не могут быть приняты во внимание, поскольку указанные им организации не связаны с должником. Администрация с 2016 года до настоящего времени проводит конкурсы на заключение концессионных соглашений в отношении объектов теплоснабжения, которые признаются несостоявшимися в отсутствие заявок на участие; приводя в пример успешного ведения деятельности АО «ХЭС», конкурсный управляющий при этом не делает анализа каких-либо условий ее осуществления, а также игнорирует информацию Министерства жилищно-коммунального хозяйства Хабаровского края, в соответствии с которой многие теплоснабжающие организации находятся в финансово неустойчивом состоянии при наличии сверхнормативных потерь тепловой и электрической энергии, связанных с высокой степенью износа муниципального оборудования, а также недостаточного уровня сбора доходов организациями жилищно-коммунального хозяйства; в отношении АО «ХЭС» 19.01.2023 также возбуждено дело о банкротстве № А73-20540/2022.

В судебном заседании суда округа представитель Управления Федеральной налоговой службы по Хабаровскому краю поддержала доводы кассационной жалобы; ФИО3 и представитель Администрации привели возражения в соответствии с отзывами.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, явку представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб без их участия.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции по правилам статей 284 и 286 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела,                                 ООО «Теплоэнергия» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.06.2016, создано на основании протокола от 20.05.2016 № 1 общего собрания учредителей в целях осуществления полномочий по решению вопросов местного значения по организации в границах Солнечного муниципального района теплоснабжения, водоснабжения населения и водоотведения; производства и продажи коммунальных ресурсов физическим и юридически лицам.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц основным видом деятельности ООО «Теплоэнергия» является производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными.

В период с 24.11.2017 по 16.06.2021 ФИО3 являлся руководителем ООО «Теплоэнергия».

В период с 01.06.2016 по 22.12.2019 участниками общества являлись ФИО5 и ФИО6 с 50% доли в уставном капитале у каждого; в период с 23.12.2019 по 17.02.2020 единственным участником должника общества ФИО5; с 18.02.2020 по настоящее время участниками должника являются общество с ограниченной ответственностью «Рольф» с 49% долей в уставном капитале и ФИО5 с 51% доли в уставном капитале.

Администрация является взаимосвязанным (аффилированным) лицом с ООО «Теплоэнергия», что установлено при рассмотрении судами в рамках настоящего дела о банкротстве требований Администрации и Отдела жилищно-коммунального хозяйства Администрации.

Контролирующей роль Администрации по отношению к                           ООО «Теплоэнергия», по мнению конкурсного управляющего, подтверждается пояснениями ФИО3, ФИО5 и                 ФИО6 в рамках мероприятий налогового контроля (протоколы допроса от 10.01.2019); движением денежных средств по расчетным счетам общества (в 2016 году поступление денежных средств на счета должника представлено лишь в виде взноса в уставный капитал в размере 10 000 руб.; в период с 18.01.2017 по 19.09.2017 на расчетные счета должника поступили денежные средства в сумме 4 333 620 руб. (17 операций), в том числе:              1 935 000 руб. – займы, 2 398 620 руб. – оплата за оказание услуг двум бюджетным учреждениям; в период с 21.09.2017 по 31.12.2017 на расчетные счета должника поступили денежные средства в сумме 89 409 236 руб., в том числе субсидии (24 834 346 руб.), займы (6 500 000 руб.), оплата за коммунальные услуги. Займы перечислены должнику обществом с ограниченной ответственностью «Энергосервис», одним из учредителей которого при создании являлась Администрация); фактическое начало деятельности должника и реализацию цели, для которой создано                     ООО «Теплоэнергия», с третьего квартала 2017 года, что связано с заключением 14.08.2017 договора аренды муниципального имущества с Администрацией; представление Администрацией интересов                              ООО «Теплоэнергия» на основании доверенности от 13.02.2018 по вопросам организации поставок топлива для водогрейных котельных рп. Солнечный и п. Горный в рамках исполнения договора поручения, что включало в себя возможность подбора поставщиков топлива, заключения договоров, принятие счетов-фактур, перечисление денежных средств поставщикам, оформление актов сверки, проведение претензионной работы.

Сославшись на то, что ФИО3, ФИО5, ФИО6 и Администрация, являясь контролирующими ООО «Теплоэнергия» лицами и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В целях названного Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;              2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;               2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исходя их разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что                    ФИО3, ФИО5 и ФИО6 и Администрация по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве являются контролирующими ООО «Теплоэнергия» лицами в силу занимаемой должности, вхождения в органы управления общества, а также оказания определяющего влияния на должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе следующего обстоятельства – причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам статьи 61.11 указанного закона также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 указанной нормы срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 9 постановления Пленума № 53, обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Вступая в должность, руководитель должен приступить к анализу ситуации, развивающейся на предприятии. По результатам такого анализа не исключается возможность разработки и реализации экономически обоснованного плана, направленного на санацию должника, если его руководитель имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения результата.

В качестве основания для привлечения бывшего директора                     ООО «Теплоэнергия» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ФИО4 сослался на положения статьи 61.12 Закона о банкротстве (неподача заявления должника о банкротстве), поскольку, по его мнению, анализ показателей деятельности общества свидетельствует о том, что на протяжении всего периода деятельности она являлась убыточной, у должника имелись признаки неплатежеспособности.

Обосновывая свою позицию конкурсный управляющий указал, что в процедуре наблюдения в отношении ООО «Теплоэнергия» проведен анализ финансового состояния общества, по результатам которого установлено, что коэффициенты, характеризующие платежеспособность должника, его финансовую устойчивость, деловую активность, находятся за пределами нормативных значений. Выявлено, что должник ведет неэффективную работу с дебиторами, что лишает его наиболее ликвидных активов; организация финансово неустойчива, находится в кризисном состоянии, не платежеспособна, полностью зависит от своих кредиторов. На основании показателей финансовых коэффициентов, размера и роста кредиторской задолженности сделан вывод о том, что ООО «Теплоэнергия» обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества уже по результатам деятельности за 2017 год; с учетом данных анализа финансового состояния должника, анализа движения денежных средств, периодов  возникновения задолженности, периода прекращения погашения задолженности перед кредиторами, с учетом роста иных обязательств, сделан вывод о том, что общество стало обладать признаками объективного банкротства уже по состоянию на 01.06.2018; результаты финансово-хозяйственной деятельности очевидно свидетельствуют о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов с первой половины 2018 года.

Также конкурсным управляющим отмечен тот факт, что между                 ООО «Теплоэнергия» и обществом с ограниченной ответственностью «Топливный ресурс» (далее - ООО «Топливный ресурс») 25.07.2017 заключен договор поставки угля № ТР-05/17-18. При этом, из протокола допроса ФИО3 следует, что заключение договора с указанной организацией обосновано тем, что указанный поставщик предоставляет рассрочку по оплате поставляемого им товара.

Договор аренды муниципального имущества заключен обществом с Администрацией 14.08.2017.

Отдел жилищно-коммунального хозяйства Администрации,                     ООО «Теплоэнергия» и ООО «РКЦ» 21.09.2017 заключили трехсторонний договор № 6 о предоставлении ООО «Теплоэнергия» субвенций на возмещение убытков от применения регулируемых тарифов на тепловую энергию для населения (продлевался ежегодно). Спустя менее месяца (05.10.2017) после заключения договора от 21.09.2017 ООО «Теплоэнергия» обратилось в Администрацию с просьбой о предоставлении денежных средств в сумме 21 000 000 руб. в счет авансовых платежей для оплаты поставок топлива.

Несмотря на предоставления рассрочки оплаты со стороны                       ООО «Топливный ресурс» ООО «Теплоэнергия» инициировало получение финансирования от Администрации, что фактически способствовало началу деятельности общества исходя анализа движения денежных средств по счетам должника в 2017 году.

При этом включенная в реестр требований кредиторов задолженность начала формироваться с февраля 2018 года; кредиторская задолженность каждый год увеличивалась, в то время как дебиторская задолженность постоянно уменьшалась; со второй половины 2018 года                                        ООО «Теплоэнергия» прекратило активное осуществление расчетов с использованием собственного счета, открытого в банке, основные расчеты проводились с использованием счетов ООО «РКЦ»; с 31.10.2018 все поступающие на расчетный счет должника денежные средства направлялись на погашение задолженности по налогам и сборам в бюджет Российской Федерации в принудительном порядке, что и является объективной причиной снижения поступлений денежных средств на счет должника; поступающие на счет денежные средства использовались для оплаты первоочередных расходов, связанных с деятельностью должника: выплата заработной платы, оплата угля (в том числе, оплата услуг по его доставке, разгрузке), оплата государственной пошлины для взыскания дебиторской задолженности с населения, расходы, связанные с поддержанием работоспособности котельных.

По мнению конкурсного управляющего, по итогам 2018 года активов ООО «Теплоэнергия» (даже с учетом просроченной дебиторской задолженности) не хватало для оплаты задолженности перед АО «Газпром газораспределение Дальний Восток» в общем размере 93 512 996,34 руб. (основной долг). Задолженность перед указанным кредитором возникла с февраля 2018 года, одновременно увеличивалась задолженность перед бюджетом Российской Федерации с 01.07.2018, которая по итогам 2018 года составила 3 944 567,83 руб. (основной долг), а в последующие годы увеличилась до 108 070 428,04 руб. Соответственно, по итогам 2018 года директор ФИО3 мог прийти к выводу о невозможности дальнейшего функционирования ООО «Теплоэнергия» без ущерба для должника и кредиторов и, действуя разумно и добросовестно, должен был обратиться в суд с заявлением о признании общества банкротом по итогам отопительного сезона 2018-2019 годов, то есть не позднее 01.06.2019.

В свою очередь участники ООО «Теплоэнергия» ФИО5 и ФИО6, не исполнившие обязанность по принятию решения об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, при наличии обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, по мнению конкурсного управляющего, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО3

Судами из материалов дела установлено, что, исходя из специфики деятельности ООО «Теплоэнергия», работающего в сфере жилищно-коммунального хозяйства, которая в рассматриваемом случае на всем протяжении работы характеризовалась наличием, с одной стороны, кредиторской задолженности перед поставщиком ресурса, с другой стороны, дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, и в то же время направлена на обеспечение прав граждан на доступ к социально значимым благам в сфере коммунального обслуживания, при отсутствии иной теплоснабжающей организации на территории, приравненной к районам Крайнего Севера, безусловной обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества у ФИО3 не имелось.

При этом судами принято во внимание, что поскольку деятельность ООО «Теплоэнергия» по причине все той же ее специфики с самого начала имела убыточный характер, формально заявление о признании общества банкротом подлежало подаче в суд еще в первой половине 2018 года.

Между тем и после 01.06.2019 ООО «Теплоэнергия» (на счет в                  ООО «РКЦ») поступали денежные средства как от потребителей, так и в виде субвенций на оплату топлива, общество продолжало расчеты с кредиторами и со своими работниками, у должника имелись активы в виде сырья, материалов, топлива и запасных частей общей стоимостью 11 629 054,52 руб.

Кроме того, Правительством Хабаровского края и АО «Газпром газораспределение Дальний Восток» был согласован график погашения просроченной по состоянию на 01.12.2019 задолженности теплоснабжающих предприятий края, в том числе задолженности ООО «Теплоэнергия» в размере 109 413 000 руб., предусматривающий погашение долга до 01.10.2020.

При таких обстоятельствах суды не усмотрели наличие у директора ООО «Теплоэнергия» ФИО3 обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника в срок до 01.06.2019, а у участников общества ФИО5 и ФИО6 обязанности принять соответствующее решение.

Обосновывая требования о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ФИО4 указал на то, что с 2013 года муниципалитетом реализуется схема, при которой муниципальное имущество передается в аренду организациям, учредителями которых являются аффилированные с ним лица, а руководителем неизменно является ФИО3, деятельность которого приводит к банкротству предприятий, в том числе ООО «Теплоэнергия». По мнению конкурсного управляющего, именно вследствие действий Администрации по поддержанию такой модели ведения бизнеса ООО «Теплоэнергия» не смогло удовлетворить требования своих кредиторов в полном объеме. Конструкция, при которой Администрация формально не является учредителем                  ООО «Теплоэнергия», позволяет не нести ответственность по обязательствам должника в силу статьи 9 Закона о банкротстве, а на общество, которое фактически является центром убытков, возложена вся нагрузка, связанная с ведением деятельности.

Оценивая действия Администрации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что 14.08.2017 Администрация и                                          ООО «Теплоэнергия» заключили договор аренды муниципального имущества, по условиям которого объектом аренды является комплекс движимого и недвижимого имущества, относящегося к объектам теплоснабжения в соответствии с приложением № 1 к договору. Согласно пунктам 1.2 и 3.1 указанного договора срок аренды установлен с 14.08.2017 по 14.08.2022; арендная плата согласована в размере 59 165 руб. в месяц.

В дальнейшем дополнительными соглашениями в объект аренды дополнительно включалось и исключалось имущество, в связи с чем, сторонами изменялся размер арендной платы.

При рассмотрении дела о банкротстве ООО «Теплоэнергия» установлено, что общество осуществляло свою деятельность в сфере эксплуатации муниципальных объектов Солнечного района Хабаровского края, оказывало услуги по теплоснабжению потребителям Солнечного муниципального района; деятельность велась на муниципальном имущественном комплексе, под контролем и в интересах Солнечного муниципального района.

Конкурсным управляющим не представлено обоснование того, что именно действия Администрации по поддержанию вышеуказанной модели организации теплоснабжения потребителей Солнечного муниципального района лишило должника возможности удовлетворить требования его кредиторов в полном объеме.

Отсутствуют и прямая причинно-следственная связь между бездействием Администрации и причинением должнику убытков в виде наращивания кредиторской задолженности, на что ссылается конкурсный управляющий.

Позиция конкурсного управляющего сводятся к тому, что установив недостаточность имущества ООО «Теплоэнергия», Администрация должна была принять меры, направленные на недопущение продолжения убыточной деятельности общества, которая привела, в том числе, к невозможности удовлетворения требований самого муниципалитета; способствование Администрации дальнейшему продолжению деятельности общества не соответствует положениям статьи 10 ГК РФ.

Установленная статье 61.11 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность обусловлена тем, что в случае если бы контролирующие должника лица добросовестно действовали, и эффективно осуществляли управления предприятием, по общему правилу признаков объективного банкротства у последнего вообще не наступило бы.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В данном случае расторжение договора аренды по инициативе Администрации не привело бы к улучшению имущественного и финансового положения должника, которое изначально являлось нестабильным.

Само по себе обжалуемое бездействие Администрации не явилось причиной банкротства общества, лишения его платежеспособности, что исключает возможность привлечения ее к субсидиарной ответственности.

Таким образом, не установив оснований полагать, что Администрация действовала заведомо недобросовестно, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно действия (бездействия) Администрации привели к невозможности погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной банкротства                            ООО «Теплоэнергия» либо после наступления объективного банкротства должника его финансовое положение существенно ухудшилось именно и исключительно в результате действий (бездействия) Администрации, суд пришел к выводу о неподтвержденности материалами дела наличия причинно-следственной связи между поведением Администрации и банкротством должника, отказав в удовлетворении заявленных требований.

Доводы о том, что ФИО3 должен был и имел возможность на протяжении всего периода деятельности ООО «Теплоэнергия» определить, когда общество перестало обладать формальными признаками неплатежеспособности и начало удовлетворять признакам объективного банкротства, при наличии которых у него возникла обязанность на обращением в суд с заявлением о банкротом; результаты финансово-хозяйственной деятельности очевидно свидетельствуют о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования ООО «Теплоэнергия» без негативных последствий для должника и его кредиторов с первой половины 2018 года, и необходимости обращения с заявлением о банкротстве общества по итогами отопительного сезона 2018-2019 годов, то есть не позднее 01.06.2019, являлись предметом рассмотрения нижестоящих судов и правомерно отклонены с учетом специфики деятельности должника по оказанию услуг теплоснабжения в Солнечном муниципальном районе Хабаровского края, которая предполагала одновременное существование как кредиторской, так и дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, показатель ликвидности которой зависел от ряда внешних факторов (в частности платежеспособность населения) и не всегда является неизменной. Данная деятельность также характеризовалась получением финансирования из бюджетов разного уровня, что учитывалось руководителем при принятии решения о прекращении деятельности должника через процедуру банкротства.

Следует также отметить, что одним из обязательных условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 9 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, является установление недобросовестных действий руководителя, который, не обращаясь в суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Такие обстоятельства конкурсным управляющим не приведены.

В рассматриваемом случае кредиторы должника со всей очевидностью представляли состояние находящихся на обслуживании должника коммунальных сетей, общей инфраструктуры населенного пункта, имели полное представление о действительной платежной дисциплины конечных потребителей, в том числе жителей поселения. Приведенные обстоятельства исключают возможность оценки действий руководителя как злостного обмана контрагентов ООО «Теплоэнергия», сокрытия действительных фактов, которые преследовали цель причинения убытков кредиторам должника.

Специфика деятельности общества уже изначально не позволяла ему получать прибыль в объеме, на которую могут рассчитывать коммерческие предприятия, с учетом его связанности с соответствующими тарифами на оказание услуг и необходимостью выполнения социальной функции, что и привело к его банкротству.

В рассматриваемом случае фактически установлено, что                          ООО «Теплоэнергия» не могло прекратить исполнение обязательств по оказанию коммунальных услуг, конечными получателями которых являлись, в том числе жители наиболее удаленных от административного цента поселений Амгунь, Березовый, Джамку, Дуки, Хурмули, Кондон и Эворон, в которых иные теплоснабжающие организации свою деятельность не осуществляли, что конкурсным управляющим не опровергнуто.

Участие в проводимых органами местного самоуправления конкурсах является правом хозяйствующих субъектов, а не их обязанностью. Так,              АО «ХЭС» не принимало участия в проводимых Администрацией конкурсах для организации теплоснабжения и водоснабжения в сельских поселениях Солнечного муниципального района, за исключением рп. Солнечный (с ноября 2018 года) и п. Горный (с января 2019 года).

Ссылаясь на то, что осуществление деятельности в сфере теплоснабжения не свидетельствует об обязательном ведении убыточной деятельности и невозможности получения прибыли субъектом естественной монополии, и приводя в пример АО «ХЭС», конкурсный управляющий при этом не пояснил по каким критериям, помимо оказания коммунальных услуг, он сопоставил условия ведения деятельности данной организацией и должником в различных населенных пунктах, в частности платежеспособности населения, проживающих, затрат на обеспечение тепловой энергией, в том числе с учетом технического состояния оборудования коммунальной инфраструктуры.

Объективных сведений и доказательств о том, что деятельность руководства и учредителей должника находилась за пределами нормальной предпринимательской деятельности, вследствие которой должник утратил возможность в дальнейшем осуществлять уставную деятельность, суду не представлено.

При изложенной совокупности обстоятельств, учитывая безальтернативный и социально значимый характер деятельности должника, являвшейся изначально убыточный в силу своей специфики, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчиков и банкротством должника, и, как следствие, об отсутствии достаточных оснований для признания установленным факта виновного доведения должника кем-либо из ответчиков до банкротства.

В целом доводы кассационной жалобы повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций и связаны с переоценкой имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 17.01.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2023 по делу № А73-18800/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           И.Ф. Кушнарева

 

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

А.Ю. Сецко