﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-28448/2018

г. Краснодар

06 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 апреля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 апреля 2021 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Гиданкиной А.В. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «ЕВРОДОН» (ИНН 6125021399, ОГРН 1036125001274) – Шмакова Александра Ивановича (паспорт), от ответчика – государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» (ИНН 7750004150, ОГРН 1077711000102) – Останиной О.В. (доверенность                 от 23.07.2019), в отсутствие иных участвующих в обособленном деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего должника Шмакова А.И. на определение Арбитражного суда Ростовской области от 01.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 по делу                                        № А53-28448/2018, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЕВРОДОН» (далее – должник) конкурсный управляющий должника Шмаков А.И. 13.07.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными пункта 6.1.31 кредитного соглашения от 15.08.2013 № 110100/1383 и сделки по перечислению по инкассовому ордеру от 25.04.2018 № 1473/1 в пользу государственной корпорации развития ВЭБ.РФ (далее – корпорация, кредитор, ответчик) 43 696 764 рублей 32 копеек, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания указанной суммы в конкурсную массу должника и восстановления задолженности. В обоснование требований со ссылкой на статью 61.3 Закона о банкротстве указано, что сделка по перечислению денежных средств совершена между заинтересованными лицами, в период неплатежеспособности должника и наличия неисполненных обязательств перед иными кредиторами, что повлекло предпочтительное удовлетворение требований корпорации. Пункт 6.1.31 кредитного соглашения содержит признаки злоупотребления правом                 (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – Гражданский кодекс).   

Определением от 01.12.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.01.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано, в том числе по основанию пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик. Апелляционный суд также установил, что должником денежные средства в качестве бюджетных субсидий получены в порядке меры государственной поддержки, оспариваемый платеж совершен в рамках обычной хозяйственной деятельности должника (аналогичное погашение по кредитному соглашению происходило в 2014 году), не является неординарной сделкой для должника и кредитора и не нарушает прав и законных интересов кредиторов должника.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Шмаков А.И. просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, выводы судов в части пропуска срока исковой давности являются ошибочными. Суды не учли, что в определении арбитражного суда                     от 26.03.2019 по данному делу не содержится информация о совершенной сделке, суд              не устанавливал обстоятельства оспариваемой сделки, поэтому конкурсный управляющий не мог знать о заключенном кредитном соглашении.

В судебном заседании конкурсный управляющий повторил доводы жалобы. Представитель корпорации высказался против удовлетворения жалобы.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 11.09.2018 в отношении должника возбуждено дело о банкротстве. Решением от 09.07.2019 общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден Мерешкин Ф.Н. Впоследствии определением суда от 05.06.2020 Мерешкин Ф.Н. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, новым конкурсным управляющим утвержден Шмаков Александр Иванович. 

При исполнении своих полномочий в ходе процедуры конкурсного производства Шмаков А.И. установил, что 15.08.2013 между должником (заемщик) и корпорацией  заключено кредитное соглашение № 110100/1383 в редакции дополнительного соглашения от 05.07.2017 № 5 (далее – кредитное соглашение № 1383). Согласно условий пункта 2.1 кредитного соглашения № 1383 банк обязался предоставить заемщику денежные средства в форме кредитной линии с лимитом выдачи в общей сумме                        9 201 146 803 рублей, а заемщик – в установленные соглашением сроки возвратить кредит, уплатить банку проценты за пользованием кредитом и исполнить другие обязательства по соглашению в соответствии с условиями, предусмотренными соглашением. В соответствии с пунктом 3.1 соглашения (в редакции дополнительного соглашения № 5 от 05.07.2017) кредитные денежные средства предоставляются траншами в установленном порядке. Во исполнение обязательств по соглашению кредитором предоставлены денежные средства в размере 8 555 414 500 рублей 89 копеек. Это подтверждается выпиской из лицевого счета. В пункте 4.1 кредитного соглашения № 1383 (в редакции дополнительного соглашения № 5 от 05.07.2017) стороны определили график погашения кредита. В силу пункта 5.1 кредитного соглашения № 1383 за пользование кредитом заемщик обязуется уплатить банку проценты в рублях, начисляемые на задолженность по кредиту за весь период с даты, следующей за датой предоставления первого транша, по дату фактического возврата кредита включительно.

В соответствии с пунктом 6.1.31 кредитного соглашения № 1383 заемщик обязан зачислять на свой расчетный счет в банке средства, полученные в качестве бюджетных субсидий, и направлять эти средства на финансирование расходов, связанных с реализацией проекта, или на досрочное погашение кредита. В день поступления бюджетных средств, получаемых в качестве субсидий, заемщик обязуется информировать банк о соответствующем поступлении средств и предполагаемом направлении использования денежных средств.

Суды установили, что во исполнение условий пункта 6.1.31 кредитного соглашения № 1383 должник 25.04.2018 произвел перечисление денежных средств в размере 43 696 764 рублей 32 копеек на основании инкассового ордера № 1473/1. Полагая, что сделка по перечислению денежных средств совершена с предпочтением, с заинтересованным лицом и при наличии задолженности перед иными кредиторами должника конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности. Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, пункт 6.1.31 кредитного соглашения № 1383 содержит признаки злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в дело доказательства и доводы сторон, суды отказали в удовлетворении требований, в том числе по основанию пропуска срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик. При рассмотрении спор а суды обоснованно руководствовались следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

До принятия судебного акта по существу спора ответчик в суде первой инстанции заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по заявленным требованиям и применении последствий пропуска указанного срока.

Заявление подано в суд в электронном виде 13.07.2020 в 16:30 (т. 1, л. д. 8).

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации исковая давность устанавливает временные границы для судебной защиты нарушенного права лица по его иску и по общему правилу составляет три года (статьи 195 и 196). В соответствии с частью 1 статьи 181 Гражданского кодекса срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Установлено, что конкурсный управляющий заявил требование о признании сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2, статья 61.3 Закона о банкротстве).

Исходя из положений статьи 61.9 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пунктах 4 и 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут их оспоримость.

В соответствии с частью 2 статьи 181 Гражданского кодекса срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Кодекса), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Также в абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума № 63 разъяснено, что если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права. Действуя добросовестно и разумно, арбитражный управляющий должен осуществлять действия по оспариванию сделки самостоятельно, без указаний кредиторов должника и суда. Данный подход нашел свое отражение в сложившейся судебной практике (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 309-ЭС15-1959).

В соответствии с пунктом 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, в том числе путем изучения и анализа сведений, содержащихся в картотеке арбитражных дел.

Суды установили, что заявление о признании указанных сделок недействительными Шмаковым А.И. подано в суд 13.07.2020, т. е. с пропуском годичного срока исковой давности, исчисляемого с 02.07.2019 (дата утверждения первого конкурсного управляющего должника), с учетом положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, предусматривающих обязанность руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Суды отклонили довод о том, что первоначально утвержденный судом 02.07.2019 конкурсный управляющий Мерешкин Ф.Н. был отстранен определением суда от 05.06.2020 по жалобе конкурсного кредитора должника НАО «Де Хёс» на действия (бездействие) управляющего, а Шмаков А.И., утвержденный конкурсным управляющим должника 05.06.2020, не мог знать об оспариваемых сделках ранее 13.07.2020. Суды отметили: поскольку первоначально утвержденный 02.07.2019 (дата объявления резолютивной части решения суда) конкурсный управляющий приступил к исполнению своих обязанностей именно с указанной даты, соответственно, срок исковой давности должен исчисляться не позднее, чем с 06.07.2019 (с учетом положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Кроме того, суды установили, что определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.03.2019 по делу № А53-28448/2018 удовлетворены требования государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» о включении задолженности в реестр требований должника, которые в свою очередь основаны на неисполнении должником обязательств по кредитному соглашению № 110100/1383 от 15.08.2013. Таким образом, как правильно отметили суды, каких-либо объективных препятствий в получении конкурсным управляющим сведений об оспариваемых сделках не имелось.

Смена конкурсного управляющего должника в данном случае правового значения не имеет, поскольку новый арбитражный управляющий является процессуальным правопреемником отстраненного управляющего (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве). Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о том, что срок исковой давности приостанавливался в период исполнения Мерешкиным Ф.Н. полномочий конкурсного управляющего должника, из материалов дела также не усматривается.

При таких обстоятельствах надлежит признать верным вывод судов о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по заявленному требованию, что является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными оспариваемых сделок должника.

Поскольку пропуск срока сам по себе является основанием для отказа в удовлетворении заявления о признании сделок должника недействительными, доводы управляющего о заинтересованности корпорации и должника, наличия неисполненных обязательств перед иными кредиторами должника на момент совершения оспариваемых сделок правового значения не имеют.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о ничтожности пункта 6.1.31 кредитного соглашения от 15.08.2013 (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса), суды указали на отсутствие недобросовестного поведения сторон оспариваемой сделки. Так, в соответствии с пунктом 6.1.31 кредитного соглашения № 1383 заемщик обязан зачислять на свой расчетный счет в банке средства, полученные в качестве бюджетных субсидий, и направлять эти средства на финансирование расходов, связанных с реализацией проекта, или на досрочное погашение кредита. В день поступления бюджетных средств, получаемых в качестве субсидий, заемщик обязуется информировать банк о соответствующем поступлении средств и предполагаемом направлении использования денежных средств. Установлено, что 11.04.2018 должник получил субсидию на возмещение части процентов по инвестиционным кредитам в размере 61 879 702 рублей 23 копеек на счет, открытый во Внешэкономбанке, из которых 43 696 764 рублей                        32 копеек в соответствии с пунктом 6.1.31 кредитного соглашения № 1383 направлены на погашение процентов по соглашению. Тот факт, что участник должника является его заимодавцем, в данном случае не свидетельствует о злоупотреблении правом при предъявлении требования по возврату суммы займа.

Суды учли, что финансирование осуществлялось в соответствии с целями деятельности и функциями государственной корпорации, установленными в статье 3 Федерального закона от 17.05.2007 № 82-ФЗ «О государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» (в редакции от 25.06.2012, действовавшей на момент заключения соглашения). Кредитное соглашение заключено 15.08.2013, тогда как ВЭБ.РФ приобрел долю участия в размере 40% (номинальная стоимость 4 тыс. рублей) в уставном капитале                                ООО «ЕВРОДОН» 31.03.2016, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. При этом ВЭБ.РФ не являлся мажоритарным участником должника. ООО «ВЭБ Капитал» приобрел долю участия в размере 34% (номинальная стоимость 3 400 рублей) 10.07.2017, что также следует из сведений ЕГРЮЛ.

В ходе рассмотрения заявления банка об установлении требований кредитора определением суда от 26.03.2019 по данному делу, оставленным без изменения постановлениями апелляционного и кассационного судов от 19.05.2019 и от 13.08.2019 соответственно, установлено отсутствие оснований для признания сделки ничтожной.

Суды не установили согласованности действий банка с заемщиком и направленности этих действий на достижение противоправных целей.

Из материалов дела также не следует, что заключая кредитный договор, заемщик и должник, имели в виду иную сделку, не порождающую у сторон взаимные обязательства, в том числе, обязанность должника возвратить банку сумму займа и начисленные на нее проценты за пользование займом. Суды отметили: поскольку действующему законодательству подобное соглашение сторон не противоречит, доказательства заключения сторонами кредитного соглашения в части пункта 6.1.31 с целью причинить вред третьим лицам (кредиторам), либо иные доказательства, свидетельствующие о ничтожности сделки, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим в материалы данного обособленного спора не представлены, отсутствуют основания для признания сделки недействительной как противоречащей закону.

Оценивая довод конкурного управляющего о ничтожности сделки по перечислению ответчику денежных средств в размере 43 696 764 рублей 32 копеек в счет погашения процентов по кредитному соглашению и отказывая в удовлетворении требований в этой части, суды также исходили из обстоятельств данного дела и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении                       от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, согласно которой баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса,  пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Кодекса по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. В силу изложенного, как правильно отметил апелляционный суд, заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом кредитном соглашении пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                     от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016                                         № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Проверка материалов дела показала правильность вывода судов о том, что конкурсным управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава статьи 61.3 Закона о банкротстве, не доказано и причинение вреда интересам независимых кредиторов должника.

Как обоснованно отметил апелляционный суд, в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). По общему правилу, не могут быть отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

В данном случае, как установили суды, должником денежные средства, полученные в качестве меры поддержки с определенным видом использования полученных средств, направлены на погашение процентов по кредитному соглашению. Такая форма взаимодействия банка и заемщика предусмотрена договором и относится к обычной хозяйственной деятельности. В связи с этим суды обоснованно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной, в том числе, в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и апелляционной инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.  

Исходя из изложенного, основания для отмены или изменения определения и апелляционного постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 3 тыс. рублей по кассационной жалобе (платежное поручение от 01.03.2021 № 750919) надлежит отнести на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 01.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 по делу                                        № А53-28448/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                 С.М. Илюшников 

Судьи                                                                                                                А.В. Гиданкина 

М.Г. Калашникова