АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-23769/2022

Дело № А12-28044/2020

г. Казань

25 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Коноплёвой М.В., Третьякова Н.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Домостроитель» ФИО1

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023

по делу № А12-28044/2020

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Домостроитель» ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Домостроитель» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.01.2021 ООО «Домостроитель» признано несостоятельным (банкротом) с применением положения параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

23.06.2021 и 29.07.2021 от конкурсного управляющего ФИО1 поступили заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Домостроитель». Заявления судом объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 20.09.2022 заявление конкурсного управляющего ООО «Домостроитель» удовлетворено частично, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Домостроитель» за неподачу заявления о банкротстве должника в размере 23 128 583,01 руб., а также за непередачу документов, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами ООО «Домостроитель» приостановлено, в остальной части заявления конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 7.02.2023 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 20 сентября 2022 года по делу № А12-28044/2020 отменено. Принят новый судебный акт.

ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Домостроитель» за неподачу заявления о банкротстве должника в размере 417 193 рубля 80 копеек.

С ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Домостроитель» взысканы убытки в размере 1 179 000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Домостроитель» - ФИО1 отказано.

Не согласившись с постановление апелляционного суда, конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В судебное заседание заявитель кассационной жалобы, иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, законность принятых судебных актов в обжалуемой части, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении «Домостроитель» ФИО3 исполняла обязанности единоличного исполнительного органа должника с 10.12.2009 по 11.12.2016 и была учредителем в период с 04.07.2008 по 27.12.2016.

ФИО2 исполнял обязанности единоличного исполнительного органа должника в период с 12.12.2016 по 14.04.2021 и является учредителем с 20.12.2016 по текущую дату.

ФИО4 являлся учредителем и участником ООО «Домостроитель» в период с 11.04.2006 по 11.12.2016.

Конкурсный управляющий указывает, что в нарушение требований законодательства ФИО3 не исполнила обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Домостроитель» в срок до 01.03.2014, а учредители ООО «Домостроитель» не проконтролировали действия руководителя.

Конкурсный управляющий считает, что признаки неплатежеспособности ООО «Домостроитель» возникли 31.10.2013, следовательно, с заявлением необходимо было обратиться до 01.03.2014.

Суд первой инстанции, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4, исходил из того, что задолженность по обязательным платежам и санкциям, а также заработной плате в период руководства обществом ФИО3 отсутствовала; заявителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие у должника неплатежеспособного состояния на указанный в заявлении период, в частности, по состоянию на 01.03.2014 признаки неплатежеспособности предприятия отсутствовали, оснований для подачи заявления о признании должника банкротов по результатам работы общества за 2016 год не имелось.

Кроме того, суд первой инстанции не установил оснований для привлечения ФИО4 за неподачу заявления о банкротстве должника в арбитражный суд, указав, что конкурсным управляющим не доказано, что на момент нахождения в составе учредителей должника и выхода из состава в обществе имелись признаки неплатежеспособности предприятия и необходимость обращения с заявлением о несостоятельности общества в суд.

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления по правовым основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве в арбитражный суд в сумме 23 128 583,01 руб., суд первой инстанции исходил из того, что должник объективно стал обладать признаками неплатежеспособности с 10.08.2017, а, следовательно, ФИО2 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом 10.07.2017.

В качестве основания для указанного вывода суд первой инстанции указал, что решением Арбитражного суда Волгоградской области от 10.04.2017 по делу № А12-71140/2016 с ООО «Домостроитель» взыскана в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области задолженность по арендной плате в размере 383 410,10 руб. и пени в размере 7 000 руб., а всего 390 410,10 руб. по договору № 8072 от 24.06.2008 аренды земельного участка, вместе с тем, данное решение в трехмесячный срок не исполнено, следовательно, с 10.07.2017 у ФИО2 возникла обязанность для обращения с заявлением о банкротстве должника в арбитражный суд.

Проверив законность и обоснованность судебного акта в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, отменяя судебный акт первой инстанции апелляционный суд отметил следующее.

Суд апелляционной инстанции указал, что в обоснование требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьей 61.10, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), конкурсный управляющий ООО «Домостроитель» указал на неисполнение ими обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, а также непередачу конкурсному управляющему документации должника.

Установив, что обстоятельства, с которыми заявлено требование о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», суд апелляционной инстанции отметил, что настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьями 9, 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает обязанность руководителя обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве определяет признаки банкротства юридического лица, согласно которым оно считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 и пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве для целей введения в отношении должника процедуры банкротства по заявлению кредитора определено минимальное пороговое значение по основному долгу в размере 300000 рублей.

Оценив представленные доказательства, апелляционный суд указал, что при рассмотрении заявления конкурсного управляющего ООО «Домостроитель» ФИО1 суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о том, что признаки неплатежеспособности у ООО «Домостроитель» возникли 10.08.2017, то есть по истечении 3 месяцев с даты вступления в законную силу Решения Арбитражного суда Волгоградской области от 10.04.2017 по делу № А 12-71140/2016 о взыскании с ООО «Домостроитель» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области задолженности по договору № 8072 от 24.06.2008 аренды земельного участка в размере 390 410,10 руб.

При этом, суд апелляционной инстанции счел, что судом первой инстанции ошибочно был определен размер обязательств ООО «Домостроитель» возникших после 10.06.2017 г.

Так, в состав обязательств, по которым ФИО2 был привлечен к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве ООО «Домостроитель», суд включил требования на общую сумму 23 128 583,01 руб., в том числе: КУГИ Волгоградской области за период с 01.06.2017 по 16.01.2018 в сумме 400 193,80 руб. на основании решения Арбитражного суда Волгоградской области от 27.04.2018 по делу № А12-5909/2018; КУГИ Волгоградской области в сумме 461419,21 руб. за период с 01.11.2016 по 31.05.2017 на основании решения Арбитражного суда Волгоградской области от 07.11.2017 по делу № А12-32448/2017; МИ ФНС России № 2 по Волгоградской области определения Арбитражного суда Волгоградской области 17.07.2021 по делу № А12-28044/2020; граждане (участники долевого строительства) за 3 квартал 2018 года.

При этом, в реестр участников строительства были включены требования граждан, возникшие после внесения платы по договорам участия в долевом строительстве, в период с 17.09.2013 по 20.04.2017.

Такой вывод был сделан судом с отсылкой на проектную декларацию объекта строительства, в соответствии с которой строительство объекта по адресу: Волгоградская область, город Волгоград, район Советский, улица Базисная, дом 18, должно было быть завершено на позднее 4 квартала 2018 года.

Указанный в проектной декларации срок завершения строительства объекта является предельным сроком исполнения обязательств перед участниками строительства, в том время как моментом возникновения обязательств сторон по договору участия в долевом строительстве является дата его заключения.

Все договоры участия в долевом строительстве объекта по адресу: Волгоградская область, город Волгоград, район Советский, улица Базисная, дом 18 заключались ООО «Домостроитель» в период с августа 2012 года по июль 2015 года, таким образом, обязательства застройщика перед участниками долевого строительства возникли до даты определенной в качестве момента возникновения признаков неплатежеспособности ООО «Домостроитель» (10.06.2017) и не подлежат включению в состав обязательств должника, по которым ФИО2 мог бы быть привлечен к субсидиарной ответственности на указанную сумму.

Рассматривая вопрос о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом, суд первой инстанции ошибочно отождествил срок возникновения обязательства со сроком его исполнения.

Учитывая положения статьи 61.12 Закона о банкротстве, апелляционной инстанции указал, что ФИО2 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим до 10.06.2017, в том числе, вытекающим из договора, заключенного и оплаченного 20.04.2017 с ФИО5, и по всем остальным договорам участия в долевом строительстве, заключенным ООО «Домостроитель» с участниками долевого строительства в период с августа 2012 года по июль 2015 года, оплаты по которым производились в период с августа 2012 года по август 2016 года.

Апелляционным судом установлено, что в период с 10.06.2017 и до даты принятия заявления о признании ООО «Домостроитель» несостоятельным (банкротом), у должника образовались обязательства в размере 417193,80 руб., из которых:

- 400193,80 руб. - требования Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области за период с 01.06.2017 по 16.01.2018, подтвержденные решением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.04.2018 по делу № А12-5909/2018 и установленные Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.05.2021 по делу № А12-28044/2020;

- 17000,00 руб. - требования уполномоченного органа за декабрь 2017 года, январь - декабрь 2018 года, январь - апрель 2019 года, установленные определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.07.2021 по делу № А12-28044/2020.

Таким образом, указанная сумма подлежит взысканию с ФИО2 в качестве субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с доказанностью бездействия ФИО2 по своевременной подаче заявления о несостоятельности (банкротстве) ООО «Домостроитель», в остальной части заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по указанному основанию подлежит оставлению без удовлетворения.

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу, что он не передал документы бухгалтерского учета (или) отчетности, в частности, руководитель ФИО2 не представил балансы за 2018-2020 годы, первичные документы, обосновывающие дебиторскую задолженность и материальные ценности.

При этом суд первой инстанции исходил из обстоятельств, изложенных в отзыве ФИО3, в частности, 05.12.2016 передана часть документов в адрес ФИО2, в его офис в Ворошиловском районе: две папки с учредительными документами и печать; 14.12.2016, переданы остальные документы непосредственно в помещении на ул. Краснополянская 55а, акты подписаны лично ФИО2

Отмечено, что акт приема передачи документации от 29.07.2021, находящийся в материалах дела, содержит только часть документов. Документы по договорам долевого участия переданы по акту и были упакованы в соответствии с требованиями закона о сохранности персональных данных, к ним был приложен реестр (п. 11 акта передачи документов от 29.07.2021).

В акте передачи документов от 29.07.2021 договоры долевого участия указаны произвольно (п. 1 - 22 акта передачи документов от 29.07.21,находящегося в суде), в их числе отсутствует договор долевого участия № 09/2013-15.

Папка № 124 (стр. 13(8) содержала все проектные декларации по объекту. ООО «Домостроитель» как предприятие застройщик, подлежало ежегодной обязательной аудиторской проверке.

Документы по проверке финансовой деятельности общества, инициатором которой был ФИО2, в акте приема передачи ФИО2 конкурсному управляющему, находящемся в судебном деле, полностью отсутствуют.

В акте приема-передачи от 29.07.2021 отсутствуют аудиторские заключения за период работы до 2017 года, отсутствуют решения и приказы за период деятельности ФИО3 и связанные с переходом прав ФИО2 на ООО «Домостроитель», отсутствует дорожная карта по передаче дел ФИО2, согласованная с Облстройнадзором, на основании которой и производилась передача общества.

Вместе с документами ФИО3 передана флешка с информацией - проект в электронном виде, переписка, копии основных документов, в том числе бухгалтерскими базами за весь период деятельности ООО «Домостроитель».

Кроме того, ФИО3 представлены доказательства того, что на момент передачи общества ФИО2 на строительной площадке имелись материалы,

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что именно данные указанные обстоятельства не позволили арбитражному управляющему надлежащим образом сформировать конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7, статей 9, 10, 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта; к документам бухгалтерского учета и (или) отчетности относятся: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация. Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции. Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности. Бухгалтерская отчетность представляет собой единую систему данных об имущественном, финансовом положении организации и о результатах ее хозяйственной деятельности, составляемую на основе данных бухгалтерского учета по установленным формам.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по предоставлению арбитражному управляющему документации должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Данное требование обусловлено в том числе тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Оценивая доводы ФИО2 о передаче документации должника бывшему конкурсному управляющему должника ФИО1, суд учел следующее.

20.12.2022 ФИО2 по акту-приема-передачи был передан флэш-накопитель, содержащий бухгалтерскую отчетность должника за 12 месяцев 2017 года и первый квартал 2018 года, указанные сведения были получены от ООО «АКБ «Аудит-Бюро», производившего аудит бухгалтерской отчетности ООО «Домостроитель», и передана 20.01.2023 конкурсному управляющему, что последним не отрицается.

Неподачу отчетности в налоговой орган ФИО2 объясняет тем, что с 2018 года бухгалтера у ООО «Домостроитель» не было, срок договора с компанией, производившей аудит истек, сам ФИО2 не обладает специальными познаниями в области бухгалтерского и налогового учета, в связи с этим, и учитывая, что в 2018 г. движение денежных средств по расчетному счету не происходило, какие-либо новые договоры с контрагентами не заключались, ФИО2 считал, что представление отчетности в налоговой орган не является обязательным, в связи с чем в уполномоченном органе отсутствует бухгалтерская отчетность ООО «Домостроитель» за 2018 г.

При этом, бухгалтерская отчетность и отчетность застройщика в 2018 году предоставлялась директором ООО «Домостроитель» ФИО2 только в Инспекцию Облстройнадзора Волгоградской области - орган государственной власти, осуществляющий контроль за деятельностью застройщиков.

23.01.2023 в целях проверки полученных сведений, конкурсным управляющим ФИО1 был направлен запрос в Инспекцию госстройнадзора по Волгоградской области о предоставлении надлежащим образом заверенных копий документов с приложением сопроводительных писем к ним от ООО «Домостроитель», подтверждающих доводы ФИО2 о сдаче соответствующей отчетности в Инспекцию в период исполнения полномочий руководителя ООО «Домостроитель». Бухгалтерский баланс за 2018 году в налоговую инспекцию не сдавался Обществом.

24.01.2023 адрес конкурсного управляющего ФИО1 поступил ответ Инспекции госстройнадзора по Волгоградской области с заверенными копиями перечисленных выше документов.

Проанализировав представленные документы, конкурсный управляющий ФИО1, установил, что по состоянию на 31.12.2018 средства и какие-либо ликвидные активы у ООО «Домостроитель» отсутствовали, при этом у должника имелась дебиторская задолженность в размере 17 556 тыс. руб. (строка 1230 бухбаланса) и финансовые вложения в размере 64 788 тыс. руб. (строка 1170 бухбаланса).

В бухгалтерском балансе на 31.12.2018 имеется расшифровка указанных строк баланса, в частности, в данном документе указано, что финансовые вложения в размере 64 788 тыс. руб. состоят из активов, подлежащих передаче инвесторам, поскольку ООО «Домостроитель» осуществлял деятельность застройщика, то таким активом могли выступать объект незавершенного строительства и право аренды земельного участка для строительства соответствующего жилого дома.

Также в бухгалтерском балансе на 31.12.2018 указано, что дебиторская задолженность в размере 17 556 тыс. руб. состоит из следующего:

- расчеты с покупателями и заказчиками - 186 тыс. руб.;

- расчеты по налогам и сборам - 76 тыс. руб.;

- расчеты с подотчетными лицами - 917 тыс. руб.;

- расчеты по договорам долевого участия - 16 376 тыс. руб.

Из перечисленных составляющих строки 1230 бухгалтерского баланса сумма в размере 16 376 000 руб., возникшая по не исполненным обязательствам участников строительства по договорам долевого участия, подтверждена первичными документами.

По остальной дебиторской задолженности (расчеты с покупателями и заказчиками, расчеты по налогам и сборам, расчеты с подотчетными лицами) в общей сумме 1 179 000 руб. у конкурсного управляющего отсутствует первичная документация по причине ее не передачи бывшим руководителем.

При этом конкурсный управляющий отмечал, что даже в случае передачи первичных документов, трехгодичный срок исковой давности по взысканию указанной дебиторской задолженности пропущен, в связи с чем просит учесть, что непередача ФИО2 в адрес конкурсного управляющего ООО «Домостроитель» всех необходимых первичных документов по дебиторской задолженности согласно бухгалтерского баланса на 31.12.2018 привели к невозможности взыскания переплат в пользу покупателей и заказчиков, в пользу бюджета и подотчетных лиц.

Суд апелляционной инстанции учел, что поскольку строительство многоквартирного дома не было завершено и застройщиком не исполнены обязательства перед участниками долевого строительства по договорам участия в долевом строительстве, у конкурсного управляющего ООО «Домостроитель» отсутствовали основания для взыскания с участников долевого строительства числящейся по балансу дебиторской задолженности, следовательно, пополнение конкурсной массы за счет такого взыскания не представлялось возможным.

Между тем, поскольку ФИО2 не представил конкурсному управляющему первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность в сумме 1 179 000 руб., также отраженной в строке бухгалтерского баланса 1230, состоящей из расчетов с покупателями и заказчиками в размере 186 000 руб.; расчетов по налогам и сборам в размере 76 000 руб., расчетов с подотчетными лицами в размере 917 000 руб., учитывая, что трехгодичный срок исковой давности по взысканию указанной дебиторской задолженности пропущен, с ФИО2 подлежат взысканию убытки в размере 1 179 000 руб.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что апелляционный суд, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, а также когда документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

Само по себе абстрактное указание на лишение конкурсного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей документации не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

С учетом разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума № 53, в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 ГК РФ, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него убытков.

Суд кассационной инстанции считает, что, разрешая спор, суд апелляционной инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований, а также не допустил неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку являлись предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судом, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки суда, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ.

Поскольку неправильного применения судом апелляционной инстанции норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.02.2023 по делу № А12-28044/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                      А.Р. Кашапов

 

Судьи                                                                                    М.В. Коноплёва

 

                                                                                              Н.А. Третьяков