АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело № А09-6381/2020

г. Калуга

05 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2022 года

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н.,

судей Андреева А.В., Гладышевой Е.В.,

при участи в судебном заседании: 

от АО «Гулф сигорта аноним ширкети» - представителя ФИО1 по доверенности от 15.06.21 № 25154;

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом; 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Гулф сигорта аноним ширкети» на решение Арбитражного суда Брянской области от 21.09.2021 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2021 по делу № А09-6381/2020, 

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Гулф сигорта аноним ширкети» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансХолдинг» (далее - ответчик) о взыскании 262 209,57 турецких лир (2 674 039, 42 руб. по курсу ЦБ на дату подачи иска) убытков в порядке суброгации.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО2, акционерное общество «Дикси Юг», компания ONPAK TARIM.URUN.ITH.IHR.SAN.VE TIC.LTD.STI, ORION SIGORTA EKSPERTIZ HIZM.LTD.STI (далее - компания).

Решением суда первой инстанции от 21.09.21, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.21, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, истец обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить в связи с нарушением и неправильным применением судами при его принятии норм материального и процессуального права, неполным выяснением судами обстоятельств дела и несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела, и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В отзыве на кассационную жалобу ответчик возражает против ее удовлетворения ввиду законности обжалуемых судебных актов.

Кассационная жалоба рассматривается Арбитражным судом Центрального округа в установленном гл. 35 АПК РФ порядке.

Участвующие в деле лица, за исключением истца, своих представителей в судебное заседание не направили, о его проведении извещены надлежаще, в связи с чем и на основании ч.3 ст. 284 АПК РФ судебное заседание проводится в их отсутствие.

Истец в судебном заседании настаивал на отмене обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в кассационной жалобе доводы.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, компания заказала транспортные услуги по маршруту Турция - Россия на основании договора на транспортно-экспедиторские услуги в международном сообщении № 11/18 от 01.01.2018, согласно фактуры от 10.06.19 № 39922019, в период с 11.06.19 по 13.06.19 на транспортном средстве МАН 1932 18.463FLS государственный регистрационный знак 

<

***> а также полуприцеп марки ШМИТЦ SK024463FLS государственный регистрационный знак 

<

***>. Стоимость перевозки составила 5200 долларов США.

Указанное транспортное средство осуществляло перевозку груза (свежая черешня) по маршруту Турция - Россия на общую сумму 52 997,50 долларов США, о чем в материалы дела представлена таможенная декларация серия: HJ 0545867 от 11.06.19. Грузоотправитель –компания, Турция. Получателем является - АО «Дикси Юг».

Согласно отчету о пожаре от 13.06.19 № 76142792 309 03//77 транспортное средство МАН 1932 18.463FLS, а также полуприцеп марки ШМИТЦ SK024463FLS, груженное перевозимым товаром, после принятия груза к перевозке по маршруту Турция - Россия полностью пострадало от пожара.

В связи с наступлением страхового случая, предусмотренного договором страхования (полис № 389200000001601), страхователь сообщил о событии, имеющем признаки страхового случая по договору, и заявил о выплате страхового возмещения.

С целью определения размера нанесенного ущерба истец обратился в экспертную организацию - ORION SIGORTA EKSPERTIZ HIZM.LTD.STI, по результатам исследования сумма убытков составила 50 497, 50 долларов США. Истец признал произошедший случай страховым и произвел выплату страхового возмещения компании в размере 257 434, 75 турецких лир, что подтверждается выпиской со счета от 05.11.2019 N 2019-11-05-09.26.56.341846.

Истец, выплатив страховое возмещение в пользу компании, занял место потерпевшего в отношениях, возникших вследствие причинения ущерба, что явилось основанием для обращения к ответчику в порядке суброгации о взыскании соответствующего ущерба (уведомление о переходе права от 27.09.19).

Истец, полагая, что ответственность за несохранность груза лежит на перевозчике, направил в адрес ответчика претензию от 13.06.20 с требованием погасить убытки страховой компании, которая оставлена ответчиком без ответа и без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с рассмотренным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ, пришли к выводу о недоказанности истцом обстоятельств оказания ответчиком услуг по перевозке, размера убытков и наличие у ответчика обязанности по возмещению убытков, возникших в связи с утратой груза.

Суд кассационной инстанции, с учетом предоставленных ему ч.1 ст. 286 АПК РФ полномочий, не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов, исходя из следующего.

В силу п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с положениями ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (ч. 2 ст. 965 ГК РФ).

Истец полагает, что поскольку он возместил ущерб страхователю, следовательно, к нему перешло право требования, которое компания (заказчик по договору на транспортно-экспедиторские услуги в международном сообщении от 01.01.2018 N 11/18) имела к исполнителю (перевозчику) ответчику, как к лицу, ответственному за утрату груза.

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (ст. 387 ГК РФ), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Поскольку страховщик, выплативший потерпевшему лицу страховое возмещение, замещает его в обязательстве в порядке суброгации, он реализует права потерпевшего в отношении лица, ответственного за убытки, на тех же условиях.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать наступление вреда, противоправность действий причинителя вреда, причинно-следственную связь между виновными (противоправными) действиями причинителя вреда и фактом причинения вреда, а также размер вреда, подтвержденный документально. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех указанных элементов ответственности.

Исходя из разъяснений п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.15 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Согласно ч. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Исходя из разъяснений п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.16 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Как правильно указали на то суды, спорные правоотношения вытекают из договора на транспортно-экспедиторские услуги в международном сообщении от 01.01.18 № 11/18, заключенного между компанией (заказчик) и ответчиком (исполнитель).

По договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента-грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза. Договором транспортной экспедиции могут быть предусмотрены обязанности экспедитора организовать перевозку груза транспортом и по маршруту, избранными экспедитором или клиентом, обязанность экспедитора заключить от имени клиента или от своего имени договор (договоры) перевозки груза, обеспечить отправку и получение груза, а также другие обязанности, связанные с перевозкой (ч. 1 ст. 801 ГК РФ).

На основании ст. 805 ГК РФ экспедитор вправе привлечь к исполнению своих обязанностей других лиц, если иное не следует из договора транспортной экспедиции. Возложение исполнения обязательства на третье лицо не освобождает экспедитора от ответственности перед клиентом за исполнение договора.

В силу п. 1 ст. 7 Федерального закона от 30.06.2003 № 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности» (далее – закон № 87-ФЗ), экспедитор несет ответственность перед клиентом в виде возмещения реального ущерба за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза после принятия его экспедитором и до выдачи груза получателю, указанному в договоре транспортной экспедиции, либо уполномоченному им лицу, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза произошли вследствие обстоятельств, которые экспедитор не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

В случае утраты или недостачи груза или багажа ущерб возмещается перевозчиком в размере стоимости утраченного или недостающего груза или багажа.

Экспедитор несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза на основании п. 2 ст. 6 и ст. 7 закона № 87-ФЗ, если он: 1) фактически осуществлял перевозку своими собственными транспортными средствами, либо 2) выписал свой транспортный документ, например экспедиторскую расписку, или иным образом выразил намерение гарантировать сохранную доставку груза, в том числе принял на себя ручательство за исполнение договора перевозки (далее - договорный перевозчик).

Кроме того, как следует из п. 8 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.17, экспедитор несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза на основании ст. 7 закона № 87-ФЗ, если он фактически осуществлял перевозку своими собственными транспортными средствами (фактический перевозчик), выписал свой транспортный документ или иным образом выразил намерение взять на себя ответственность перевозчика (договорный перевозчик).

Спорные правоотношения также регулируются Конвенцией о договоре международной дорожной перевозки грузов, заключенной в г. Женеве 19.05.1956 (далее - конвенция).

На основании ст. 1 конвенции, она применяется ко всякому договору дорожной перевозки грузов за вознаграждение посредством транспортных средств, когда место погрузки груза и место доставки груза, указанные в контракте, находятся на территории двух различных стран, из которых, по крайней мере, одна является участницей конвенции; применение конвенции не зависит от местожительства и национальности заключающих договор сторон.

Согласно ст. 4 конвенции, договор перевозки устанавливается накладной. Отсутствие, неправильность или потеря накладной не отражаются ни на существовании, ни на действительности договора перевозки, к которому и в этом случае применяются постановления настоящей конвенции.

В соответствии со ст. 5 конвенции накладная составляется в трех оригиналах, подписанных отправителем и перевозчиком, причем эти подписи могут быть отпечатаны типографским способом или заменены штемпелями отправителя и перевозчика, если это допускается законодательством страны, в которой составлена накладная. Первый экземпляр накладной передается отправителю, второй сопровождает груз, а третий остается у перевозчика.

В п. 1 ст. 6 конвенции приводится перечень сведений, которые должны иметь накладные. Статьей 9 конвенции предусмотрено, что накладная, если не доказано иного, имеет силу договора относительно его условий и удовлетворения принятия груза перевозчиком.

На основании ст. 3 конвенции при ее применении перевозчик отвечает как за свои собственные действия и упущения, так и за действия и упущения своих агентов и всех других лиц, к услугам которых он прибегает для осуществления перевозки, когда эти агенты или лица действуют в рамках возложенных на них обязанностей.

Перевозчик несет ответственность за полную или частичную потерю груза или за его повреждение, происшедшее в промежуток времени между принятием груза к перевозке и его сдачей, а также за опоздание доставки (п. 1 ст. 17 конвенции).

Согласно ч. 5 ст. 34 Федерального закона от 08.11.07 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта» (далее - закон № 259-ФЗ) перевозчик несет ответственность за сохранность груза с момента принятия его для перевозки и до момента выдачи грузополучателю или управомоченному им лицу, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза произошли вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить или устранить по независящим от него причинам.

В силу п. 2 п. 7 ст. 34 закона N 259-ФЗ, перевозчик возмещает ущерб, причиненный при перевозке груза, багажа, в размере суммы, на которую понизилась стоимость груза, багажа, в случае повреждения (порчи) груза, багажа или стоимости груза, багажа в случае невозможности восстановления поврежденных (испорченных) груза, багажа.

Единственным основанием освобождения перевозчика от ответственности за утрату груза является наличие препятствий вне его разумного контроля - обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело, поскольку от него нельзя было разумно ожидать принятия этих препятствий в расчет при заключении договора, а равно их предотвращения и преодоления последствий (постановления Президиума ВАС РФ от 11.06.13 N 18359/12, от 20.03.12 N 14316/11 и от 20.10.10 N 3585/10).

Как следует из представленного истцом генерального полиса страхования перевозок Гулф Сигорта 389200000001341, а именно из абз. 2 и 3 раздела 1 «Предмет страхования»:

«Импортные, экспортные и транзитные перевозки в следующие страны и из этих стран любыми видами транспорта исключены из страхового покрытия: Ирак, Афганистан, Южный Судан, Зимбабае, Республики Кот-д’Ивуар, Ливия, Сомали, Крымский регион, Россия, Йемен, Катар.

Транзитные перевозки в страны / из стран, на которые резолюциями ООН или решениями Европейского Союза, Объединенного Королевства или США наложены торговые и экономические санкции, категорически исключены из страхового покрытия».

С учетом изложенного суды пришли к выводу о том, что импортные, экспортные и транзитные перевозки в Россию исключены из страхового покрытия, согласно условиям генерального полиса страхования перевозок Гулф Сигорта 389200000001341.

Довод истца о том, что на спорную перевозку распространяются условия генерального полиса страхования перевозок Гулф Сигорта 389200000001341, поскольку  страховой случай наступил на территории Турции, отклоняется судом округа, правомерно не принят судами в качестве основательного, поскольку по условиям генерального полиса из страхового покрытия исключены импортные, экспортные и транзитные перевозки в Россию. Страховой случай произошел после принятия груза к перевозке их Турции в Россию, в связи с чем он подпадает под предусмотренное генеральным полисом исключение на всем протяжении перевозки по пути следования из Турции в Россию.

Довод истца о том, что приложением № 2 от 21.05.19 к генеральному полису страхования перевозок правоотношения истца и ответчика приняты под гарантийное обеспечение России, отклоняются судом округа, поскольку в материалы дела не представлено приложение № 2 от 21.05.19 к генеральному полису страхования перевозок.

Доводы истца о том, что апелляционный суд неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных документов: заверенный перевод дополнительного соглашения № 2 к генеральному полису страхования перевозок № 389200000001341 с переводом на русский язык, отклоняются судом округа, поскольку как правильно указал на то апелляционный суд, согласно положениям ч. 2 ст. 268 АПК РФ, истец не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него. Приложение к иску готовилось самим истцом. Ходатайств об отложении судебного заседания для предоставления данного документа истцом суду первой инстанции не заявлялось. 

Указание в решении суда первой инстанции на непредставление в материалы дела  приложения № 2 от 21.05.19 к генеральному полису страхования при оценке судом  заключения экспертизы по определению повреждения груза от 07.08.19 (т. 1,л.д.116-123), вопреки доводам истца, не свидетельствует о наличии у суда апелляционной инстанции обязанности приобщить к материалам дела исследовать указанное приложение № 2. Данное доказательство является дополнительным для суда апелляционной инстанции, в связи с чем суд правомерно рассмотрел вопрос о его принятии с учетом требований ч.2 ст. 268 АПК РФ.

Основываясь на изложенном суды пришли к выводу об отсутствии у истца в рассматриваемом случае права на взыскание с ответчика убытков в порядке суброгации в связи с тем, что спорная перевозка, в ходе которой произошел страховой случай, не является предметом страхования со стороны истца, поскольку была исключена из страхового покрытия генерального полиса страхования перевозок Гулф Сигорта 389200000001341

Кроме того, суды пришли к выводу о недоказанности истцом обстоятельств оказания ответчиком услуг по перевозке, размера убытков и наличие у ответчика обязанности по возмещению убытков, возникших в связи с утратой груза, исходя из следующего.

В качестве документа, подтверждающего согласование оказания транспортных услуг, истец в апелляционной жалобе ссылается на представленную копию фактуры от 10.06.19 № 39922019 на сумму 5 200 долларов США. Между тем, как правильно указали на то суды, указанная фактура не может являться документом, подтверждающим согласование перевозки, поскольку в ней отсутствуют обязательные условия, подлежащие согласованию: место, дата, время подачи транспортного средства под загрузку, вид подвижного состава, условия перевозки, согласованный срок доставки, место доставки, порядок оплаты фрахта, ответственность заказчика и исполнителя за ненадлежащее исполнение обязательств.

Ссылка истца на показания водителя транспортного средства, который при опросе в Турецкой Республике показал, что выполнял спорную перевозку, являясь водителем ответчика, также правомерно отклонена судами, ввиду того, что установить или подтвердить личность указанного лица не представляется возможным, поскольку в протоколе показаний в персональных данных заявителя номер, тип, серия удостоверения личности указано - неизвестно, имя отца, матери не указаны, адрес проживания - неизвестно, адрес места работы, телефоны, иные контактные данные - не указаны, информация о перевозке взята лишь со слов указанного лица.

При этом, как следует из представленных налоговых декларации и отчетов по страховым взносам ответчика за 2019, водитель транспортного средства ФИО3 сотрудником ответчика не являлся.

Иных доказательств, подтверждающих утверждение о том, что ФИО3 являлся сотрудником ответчика и что ответчик уполномочил вышеуказанное лицо на осуществление спорной перевозки, принятие спорного груза, истцом в материалы дела не представлено.

Довод истца о том, что наличие правоотношений между ответчиком и заказчиком перевозки подтверждаются представленной им копией товарно-транспортной накладной (CMR) от 11.06.19 № 403562, также правомерно отклонен, поскольку, бланки СMR не являются бланками строгой отчетности и находятся в свободной продаже.

В копии представленной накладной наименование перевозчика выполнено машинописным способом, какие-либо печати и штампы ответчика в ней отсутствуют, равно как и печати и штампы контролирующих организаций.

Довод истца о том, копии товарно-сопроводительных документов, полученных от грузополучателя ООО «Дикси Юг», подтверждают наличие правоотношений между ответчиком и грузоотправителем, также правомерно отклонены судами, исходя из следующего. 

Согласно экспортной таможенной декларации серии HJ 0545867, инвойса от 11.06.19 № 103811, поставка товара осуществлялась на условиях DAP Москва. Условия поставки DAP, согласно Инкотермс 2020 («Delivered At Point», «Поставка в пункте») устанавливают обязанность продавца выполнить экспортное таможенное оформление и доставить товар до согласованного пункта назначения.

В обязанности покупателя входит разгрузка товара и импортное таможенное оформление. Риски переходят в пункте назначения. При таких обстоятельствах, АО «Дикси ЮГ», как покупатель, какого-либо отношения к организации транспортного процесса, согласованию его условий отношения не имеет. Представленные покупателем копии документов есть копии документов, направленных в его адрес продавцом для целей таможенного оформления, которые уже имеются в материалах дела и каким-то дополнительными доказательствами не являются.

Как следует из материалов дела, перевозка утраченного товара осуществлялась составом транспортных средств с государственными регистрационными знаками К 697 ТР 32 / 

<

***>.

Согласно регистрационных документов на указанные транспортные средства собственником указанных транспортных средств является гражданин ФИО2, что также подтверждается ответом на запрос суда от Управления ГИБДД У МВД России по Брянской области. Как правильно указали на то суды, то обстоятельство, что полуприцеп передан в собственность ФИО2 прежним собственником - ответчиком по договору купли-продажи от 14.12.18, юридического значения для настоящего дела не имеет.

Довод о том, что суды необоснованно и незаконно посчитали отсутствующим право требовать в порядке суброгации убытки по договору страхования, отклоняется ввиду следующего.

В подтверждение оплаты истец представил выписку со счета № 2019-11-05-09.26.56.341846 на сумму 257 434,75 турецких лир от 05.11.19. Между тем, в представленной выписке со счета от 05.11.19 отсутствует указание назначения платежа.

Кроме того, согласно заключению экспертизы сумма убытка за вычетом безусловной франшизы составляет 50 497,50 долларов США. В уведомлении о переходе права требования от 27.09.19 указано на то, что возмещена сумма 45 297,50 долларов США.

Согласно данных сайта banki.ru, кросс-курс турецкой лиры к доллару США по состоянию на 05.11.19 составлял 17,46 долларов США за 100 турецких лир. Таким образом, страховая сумма в размере 257 434,75 турецких ли на указанную дату равна 44 948,11 долларов США.

Как правильно указали на то суды, заявленная в порядке суброгации страховая сумма должна быть достоверно подтверждена первичными документами и не подлежит установлению с разумной степенью достоверности, поскольку является законодательно установленной и определенной.

Также истцом в подтверждение оплаты экспертизы, как составной части заявленного убытка, представлено платежное поручение № 2019-09-26-13.36.31.223205 на сумму 41 507,68 турецких лир, в которую включена стоимость расходов по оплате оценки в настоящем деле - 4 774,82 турецких лиры.

Исходя из разъяснений п. 19 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.03 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования», расходы страховщика по необходимой экспертизе размера причиненных убытков не подлежат взысканию с лица, ответственного за причиненный вред. Страховщик не имеет права требовать возмещения стоимости экспертизы, так как указанные расходы страховщика не являются страховым возмещением, а направлены на определение размера убытков. Эти расходы относятся к обычной хозяйственной деятельности страховщика и не подлежат взысканию с лица, ответственного за причиненный вред.

Для определения лица, которое несет расходы по оценке убытков, значение имеет не то, кем организована оценка, а цели, для которых она производится. Цель оценки - установление страховщиком суммы страхового возмещения, следовательно, расходы по оценке возлагаются на страховщика, заключившего с потерпевшим договор страхования, и относятся к его обычной деятельности.

В рассматриваемом случае оценка повреждений была произведена истцом для определения размера убытков, подлежащих возмещению посредством страховой выплаты. Отчет принят страховщиком и на его основании определен размер убытков и произведена страховая выплата.

Законодательством право страховщика на обращение в арбитражный суд с иском о взыскании с причинителя вреда убытков, возникших в результате наступления страхового случая, не поставлено в зависимость от проведения страховщиком оценки поврежденного имущества. При этом, проведение экспертизы необходимо для определения размера обязательств страховщика перед страхователем (выгодоприобретателем).

Расходы на проведение экспертизы в рассматриваемом случае страховщик несет вне зависимости от того, будет ли им впоследствии инициировано судебное разбирательство о взыскании с причинителя вреда в порядке суброгации выплаченных потерпевшим страховых выплат.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, оценив представленные в материалах дела доказательства по правилам ст. ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, правильно применив нормы материального и процессуального права, суды пришли к верному выводу о том, что истцом в материалы дела не представлено допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих обстоятельство оказания ответчиком услуг по перевозке, размер убытков и наличие у ответчика обязанности по возмещению убытков, возникших в связи с утратой груза, в связи с чем суды также пришли к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В силу положений ст. 286 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Между тем доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судом, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу положений ст. ст. 286, 287 АПК РФ. Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 21.09.2021 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2021 по делу № А09-6381/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                       Н.Н. Смотрова

Судьи                                                                                                                     А.В. Андреев

                                                                                                                               Е.В. Гладышева