ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

20.03.2023                                                                                 Дело № А41-51295/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.03.2023

Полный текст постановления изготовлен 20.03.2023

 

            Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Тарасова Н.Н., Уддиной В.З.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего должника – ФИО1, доверенность от 09.01.2023,

от ООО «Источник» – ФИО2, доверенность от 19.02.2019,

от ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО3, доверенность от 31.10.2022,

от финансового управляющего должника – ФИО4, доверенность от 26.12.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

финансового управляющего ФИО5 и конкурсного управляющего ООО «Внешпромбанк»

на определение Арбитражного суда Московской области от 12.09.2022,

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2022

по заявлению ООО «Стекольная компания «Развитие» о привлечении ФИО6, ФИО7, Маркус Л.И., ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Буньковский экспериментальный завод», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 28.09.2017 АО «Буньковский экспериментальный завод» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвержден ФИО10

            Определением Арбитражного суда Московской области от 12.09.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2022, суд привлек ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство в части размера ответственности ФИО8 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий ФИО8 и конкурсный управляющий ООО «Внешпромбанк» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить в части привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления в обжалуемой части.

            В кассационных жалобах заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

            Судебные акты судов нижестоящих инстанций подлежат проверке судом округа только в обжалуемой части.

            В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.

            В порядке статьи 279 АПК РФ в материалы дела приобщен отзыв ФИО9 на кассационную жалобу финансового управляющего ФИО5. 

            В судебном заседании суда округа представители конкурсного управляющего должника, ООО «Источник», конкурсного управляющего ООО «Внешпромбанк» в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов» и финансового управляющего ФИО5 выступили по доводам кассационных жалоб.

            Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

            Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационные жалобы рассматриваются в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК РФ.

            Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

            Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

            Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

            При этом, по смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

            Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

            При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

            Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

            Согласно абзацу тридцать четвёртому статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, действовавшей в спорный период), под контролирующим должника лицом понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

            Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

            Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

            Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

            При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», абзац 1 пункта 1, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

            Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

            Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца тертьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

            Пунктом 16 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

            Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

            В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

            Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

            При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

            - наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

            - реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (при этом не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

            - ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

            Также согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

            Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанции, ФИО8 являлся мажоритарным акционером должника, обладая 87,78% акций.

            24.06.2010 должником был заключен договор поручительства №41/81/7970/07.

            Поручительство было дано должником по денежным требованиям ПАО «Сбербанк России» к ЗАО «Рузаевский стекольный завод» по договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии от 20.08.2007 № 81/7970/07 и  от 17.08.2007 № 210 на общую сумму 3,1 млрд. руб.

            Согласно постановлению Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2021 по делу № А40-179010/16 аналогичный договор поручительства с ПАО «Сбербанк России» в этот же день был заключен и ООО «Торговый дом «Стеклостандарт».

            При этом размер принятого должником на себя поручительства за исполнение ЗАО «Рузаевский стекольный завод» своих обязательств по кредитным договорам превышал размер собственных активов должника.

            Таким образом, как указано судами, взятое обязательство являлось для должника заведомо неисполнимым.

            Прекращение исполнения ЗАО «Рузаевский стекольный завод» обязательств по кредитным договорам привело к тому, что правопреемник ПАО «Сбербанк России» - Компания «Крета ФИО11.» 08.08.2016 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании АО «Буньковский экспериментальный завод» (поручителя, не способного исполнить свои обязательства) несостоятельным (банкротом).

            Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2021 по делу № А40-179010/16 установлено, что инициированное ФИО8 поручительство за обязательства ЗАО «Рузаевский стекольный завод» другим, подконтрольным ему лицом - ООО «ТД «Стеклостандарт», также являлось заведомо неисполнимым.

            Таким образом, суды пришли к выводу о том, что фактической причиной несостоятельности АО «Буньковский экспериментальный завод» является заключение договора поручительства от 24.06.2010 № 41/81/7970/07.

            Из определения Арбитражного суда Московской области от 16.06.2021 по настоящему делу следует, что ФИО8 занимался вопросами кредитования подконтрольных ему организаций, входящих в одну группу ООО ТД «Стеклостандарт», ЗАО «Рузаевский стекольный завод», АО «Буньковский экспериментальный завод», в том числе, вопросами поручительства.

            Исходя из вышеизложенного, как указано судами первой и апелляционной инстанций, инициируя заключение договора поручительства от 24.06.2010№ 41/81/7970/07  и давая должнику обязательное для исполнение указание по его подписанию, ФИО8, являвшемуся основным акционером общества, было известно, что ни один из поручителей не в состоянии будет исполнить обязательства перед ПАО «Сбербанк России» в случае истребования с указанных лиц задолженности по кредитным договорам.

            При указанных обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку непосредственной причиной последующего банкротства должника послужили его действия, выразившиеся в инициировании предоставления должником заведомо неисполнимого им поручительства по договору от 24.06.2010 № 41/81/7970/07.

            Между тем, суд округа не может согласиться с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходя из следующего.

            В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611 отражено, что вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. По соответствующей проблематике, начиная с декабря 2015 года, выработана достаточно обширная судебная практика, определившая критерии квалификации соответствующих сделок на предмет их действительности (например, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652, от 24.12.2018 N 305-ЭС18-15086(3) и т.д.).

            Так, в частности, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.                                            

            Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

            В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу могут быть отнесены, в том числе следующие:

- участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов;

- получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

- реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

            Согласно правовой позиции, указанной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 08.04.2019 № 305-ЭС18-22264, сама по себе выдача должником поручительства за аффилированное лицо не может быть вменена контролирующему лицу в качестве основания для привлечения его к субсидиарной ответственности даже при условии, что размер обязательства, исполнение которого обеспечено поручительством, превышает размер активов должника. Это объясняется тем, что при кредитовании одного из участников группы лиц, как правило, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

            В то же время ссылка на поручительство как причину банкротства не может использоваться контролирующим лицом как условие, освобождающее его от ответственности, если такое контролирующее лицо осуществляло действия, например, по выводу активов поручителя, что в свою очередь снизило эффективность обеспечения.

            Исходя из названных правовых позиций, суд округа полагает, что само по себе поручительство должника, выданное по обязательствам ЗАО «Рузаевский стекольный завод» перед ПАО «Сбербанк России», без установления судами обстоятельств совершения ответчиком действий по снижению эффективности обеспечения  не может быть основанием для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности.

            При таких обстоятельствах суд округа полагает, что в соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8 как сделанные при неполно установленных фактических обстоятельствах обособленного спора.

            Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

            Статьей 170 АПК РФ предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

            Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 АПК РФ.

            В соответствии со статьей 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

            Суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в названной части, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

            При новом рассмотрении обособленного спора в отмененной части суду первой инстанции следует установить, осуществлялись ли ФИО8 действия по выводу активов должника или иные действия, повлекшие за собой снижение эффективности обеспечения, после чего решить вопрос о наличии (отсутствии) оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора.

            Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12.09.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2022 по делу № А41-51295/2016 в обжалуемой части отменить.

            В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий-судья                                 В.Л. Перунова

 

Судьи:                                                                         Н.Н. Тарасов

 

                                                                                            В.З. Уддина