АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, 

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А07-7398/2022

г. Уфа

16 ноября 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 15.11.2022

Полный текст решения изготовлен 16.11.2022

 

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Шагабутдиновой З. Ф., при ведении протокола судебного заседания   секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью  "ЗИНГЕР СПБ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю  ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании компенсации  в размере 50 000 руб.  

в отсутствие представителей сторон 

 

Общество  с ограниченной ответственностью  "ЗИНГЕР СПБ" обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к индивидуальному предпринимателю  ФИО2  о взыскании компенсации  в размере 50 000 руб.  

Определением суда от 17.03.2022  исковое заявление в порядке статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон.

Для дополнительного исследования доказательств, суд в соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перешел  к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, о чем вынес определение от 13.05.2022.

В ходе рассмотрения дела от истца поступило ходатайство о приобщении в качестве  вещественного  доказательства: маникюрного инструмента, диска с зафиксированным фактом реализации спорного товара, товарного чека.

Определением от 18.08.2022 суд определил: признать  в качестве вещественного доказательства, поступивший маникюрный инструмент  и приобщить к материалам дела.

Ответчик, извещенный надлежащим образом, по правилам ст.123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по адресу государственной регистрации, в том числе публично путем размещения информации на интернет-сайте Арбитражного суда Республики Башкортостан о времени и месте судебного разбирательства, письменных возражений на иск не представил, явку представителя в судебное заседание 15.11.2022 не обеспечил.

Представитель ответчика принимал участие в судебном заседании 18.08.2022, 25.10.2022, однако определения суда от 18.08.2022, 25.10.2022 о необходимости представления отзыва по существу, доказательства оплаты, ходатайства о снижении суммы компенсации не исполнил. 

В ч. 1 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Истец  в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  уточнил требования, просил взыскать компенсацию в размере в размере 375 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060.

Судом уточнение иска принято в порядке ст.49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили. 

При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных, о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие (часть 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам на основании частей 1 и 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, суд      

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, общество «ЗИНГЕР Спб» является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения «ZINGER» по свидетельству на товарный знак №266060, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030, правовая охрана предоставлена в отношении широкого перечня товаров, в том числе 8 класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Как указывает истец, 09.07.2021  в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> ТЦ "Бэхет" был установлен и задокументирован факт предложения к продаже индивидуальным предпринимателем ФИО2  товара, обладающего техническими признаками контрафактности – маникюрный инструмент.

На спорном товаре, по мнению истца, содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком №266060.

Поскольку обществом не передавались ответчику права на использование указанного товарного знака, претензией, направленной в адрес ответчика, истец предложил ответчику уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав истца.

Оставление  претензии истца  ответчиком без удовлетворения послужило основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском.

Оценив все представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации  на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации  гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ. 

Пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации  на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. 

Статьей 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

 В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации    лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса. 

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. 

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации  никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения. 

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

 Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительным правом на спорный товарный знак, в отношении которого было зафиксировано нарушение его исключительных прав ответчиком.

Как следует из материалов дела, 09.07.2021 в торговой точке, расположенной по адресу 

<

...> ТЦ "Бэхет" предлагался к продаже и был реализован товар, обладающий техническими признаками контрафактности – маникюрный инструмент с нанесенным на упаковку товара изображением, сходным до степени смешения с товарным знаком № 266060 (класс МКТУ 08). 

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил товарный  чек (л.д.29), в котором указана дата покупки -09.07.2021, цена товара – 40 руб. 

Также истцом в материалы дела представлен приобретенный товар – маникюрный инструмент (л.д.30), видеозапись приобретения товара на диске (л.д.28).

В соответствии со ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно ст. 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу ст. 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Кроме того, в соответствии с п. 55 Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (ст. 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Судом установлено, что видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу ст. 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством.

В соответствии со ст. 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

В силу ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Как следует из материалов дела, истцом представлен  товарный чек, который содержит дату приобретения товара, цену товара, отвечает требованиям ст. 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Решая вопрос о допустимости, относимости и достоверности доказательств, суд руководствуется положениями п. 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», утверждённого информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122. согласно которому, вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешён с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

В п. 37 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015) отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Согласно п. 5.2.1 «Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство», утверждённых приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197, (далее - Методические рекомендации) при определении сходства изобразительных и объёмных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счёт расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. 

Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений (п. 5.2.2 Методических рекомендаций № 197).

Судом произведен осмотр товара – маникюрного инструмента. Внешний вид товара позволяет сделать вывод о том, что в материалы дела истцом в качестве доказательства представлен именно тот товар, который был приобретен у ответчика. Судом сравнены проданный ответчиком товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства, видеосъемка и товарный знак истца.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. 

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. 

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. 

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. 

Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения. 

Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравниваемое обозначение на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца. 

На упаковке приобретенного товара имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 266060 в виде изобразительного обозначения товарного знака ZINGER. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьями 1229, 1484 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что факт нарушения ответчиком права истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств. Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из товарного чека, который подтверждает факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. Следовательно, сам купленный товар в совокупности с чеком и видеозаписью совершения покупки также подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорного объекта интеллектуальной собственности, в деле не имеется. 

Осуществляя его продажу без согласия истца, тем самым ответчик нарушил исключительное право истца на товарный знак.

 В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации   интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. 

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Судом установлено, что общество «Зингер СПБ» при обращении с уточненным иском избрало вид компенсации в однократном размере  стоимости использования товарного знака №266060 по договору неисключительной лицензии от 06.04.2021.. 

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. 

В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель. 

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации  является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе. 

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. 

Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в трех случаях: 

1) при ином определении судом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель. В этом случае частичное удовлетворение  требований является результатом «неснижения» размера компенсации, а взыскания компенсации, исходя из установленного размера стоимости права использования товарного знака; 

2) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ; 

3) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда». 

Исходя из требования об установлении обстоятельств дела с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, суд должен определить, на что конкретно направлены (если они имеются) доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного по формуле. 

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

 Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель. 

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика. 

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом. 

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021). 

Размер компенсации за нарушение прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца). 

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

 Соответственно, при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены. 

В качестве обоснования размера предъявленной ко взысканию компенсации истец ссылается на положения лицензионного договора от 26.02.2019 (л.д.52-53).

26.02.2019 между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ООО «Глобал» (лицензиат) заключен лицензионный договор от 26.02.2019 о предоставлении права использования товарного знака, по которому лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия договора за вознаграждение право использования товарного знака ZINGER, свидетельство № 266060, заявка № 2000716572, приоритет от 03.07.2000, дата регистрации 26.03.2004 (п. 1.1).

 В соответствии с пунктом 1.2 договора право использования товарного знака предоставляется лицензиату в отношении товаров 08 класса  международной классификации товаров и услуг (далее - «МКТУ») и услуг 35 классаМКТУ, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, а именно:

08 - бритвы; бритвы электрические; кусачки для ногтей [электрические или неэлектрические}; кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; кусачки; наборы маникюрных инструментов; наборы маникюрных инструментов электрических; наборы педикюрных инструментов; ножевые изделия; ножницы для ногтей [электрические или неэлектрические]; ножницы; ножницы механические для стрижки волос [ручные инструменты]; пилочки для ногтей; пилочки для ногтей электрические; пинцеты; полировальные приспособления для ногтей [электрические или неэлектрические]; приборы столовые [ножи, вилки и ложки]; режущие инструменты; щипцы для ногтей; щипцы для удаления заусенцев; щипцы. 

35 - агентства по импорту-экспорту; демонстрация товаров; реклама; сбыт товара через посредников. 

За предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб., включая НДС 20% (п. 2.1).

Исходя из сопоставления срока действия лицензионного договора (до 11.08.2026) и даты правонарушения (09.07.2021) следует, что нарушение допущено ответчиком в момент действия лицензионного договора истца о предоставлении права использования спорного товарного знака и данные обстоятельства ответчиком не оспаривались. 

По условиям анализируемого договора (п. 1.2) право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату в отношении товаров 08, и услуг 35 класса МКТУ для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован. 

По условиям анализируемого договора (п. 1.3) право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату одним способом: 

- размещение на товарах, в том числе этикетках, упаковках товаров, которые предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью.

Суд, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 61 Постановления № 10, проанализировав условия лицензионного договора от 26.02.2019, учитывает, что по этому договору ООО «Зингер СПБ» предоставило  индивидуальному предпринимателю ФИО3 право на использование спорного товарного знака одним  способом и в отношении товаров 08 класса Международной классификации товаров и услуг  и услуг 35 класса МКТУ(всего – 2), указанных в перечне регистрации спорного товарного знака, а в рамках настоящего спора ответчик фактически использовал товарный знак ООО «Зингер СПБ» одним способом - размещение на товарах, в том числе этикетках, упаковках товаров, которые предлагаются к продаже, и в отношении товара, относящегося только к одному к 8-му классу МКТУ. 

Истец заявил о взыскании компенсации в однократном размере  стоимости права использования товарного знака, определяемой из цены, которая  при сравнимых обстоятельствах обычно взимается  за неправомерное  использование товарного знака.

 По расчету истца размер компенсации составляет 375 000 руб. = 750 000руб. /1 товарный знак /2 класса МКТУ/1 способ применения.

Судом расчет истца проверен, признан верным.

Примененный судом алгоритм определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное пользование товарным знаком, не противоречит положениям статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 постановления № 10. 

В отсутствие в материалах дела иных лицензионных договоров, условия которых были бы приближены к обстоятельствам фактического использования права на товарный знак ответчиком, суд определяет стоимость использования права на товарный знак по имеющимся в деле доказательствам. 

Факторы, которые неизбежно оказали влияние при определении суммы вознаграждения по лицензионному договору, отличаются от обстоятельств использования товарного знака ответчиком. 

При определении размера стоимости права использования спорного товарного знака суд учитывает способ использования этого средства индивидуализации нарушителем, взяв за основу расчета размера компенсации только стоимость права за способ использования, аналогичный способу, которым товарный знак использовал ответчик. 

Фактически ответчик использовал товарный знак истца только одним  способом, указанном в лицензионном договоре от 11.08.2021, и только на проданном в розницу товаре (маникюрный инструмент) 8-го класса МКТУ.  

Суд пришел к выводу о том, что компенсация в размере 375 000 руб.  определена в соответствии с действующим законодательством и позволяет адекватным образом восстановить имущественное положение ООО «Зингер Спб», пострадавшего от нарушения ответчика его исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 266060.

Суд учитывает, что взыскание компенсации является средством восстановления прав, а не обогащения правообладателя, в связи с чем определение компенсации, исходя из приведенных расчетов с учетом способов использования товарного знака и классов МКТУ направлено именно на восстановление прав правообладателя. 

Ответчик мотивированный отзыв по существу иска не представил, о снижении размера компенсации не заявил.

Согласно ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, на что указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств".

В соответствии с ч.3.1 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В силу положений частей 2 и 3 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, в том числе своевременно предъявлять встречные иски (статья 132 Кодекса), заявлять возражения. Злоупотребление процессуальными правами либо неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет для этих лиц предусмотренные Кодексом неблагоприятные последствия.

Согласно положениям, предусмотренным частью 2 статьи 9, частями 3 и 4 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга и обязаны раскрыть доказательства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, заблаговременно, до начала судебного разбирательства, учитывая при этом, что они несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими соответствующих процессуальных действий.

При таких обстоятельствах иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Истец также просит взыскать с ответчика расходы по приобретению спорного товара в размере 40 руб., почтовые расходы в размере 1120 руб., расходы по получение выписки из ЕГРИП в размере 200  руб. 

Помимо государственной пошлины к судебным расходам статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнесены судебные издержки, связанные с рассмотрением дела арбитражным судом. 

В соответствии со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем постановлении № 1 от 21.01.2016 (пункт 2) разъяснил судам, что перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. 

Расходы, понесенные истцом, в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Расходы истца по приобретению спорного товара в сумме 40 руб. подтверждаются представленным в материалы дела чеком (л.д.29).

 Следовательно, расходы истца по оплате контрафактного товара являются судебными расходами и подлежат возмещению.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 указано, что в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту, на подготовку отчета об оценке недвижимости при оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости юридическим лицом, на обжалование в вышестоящий налоговый орган актов налоговых органов ненормативного характера, действий или бездействия их должностных лиц), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ). 

Вместе с тем, истцом в материалы дела не представлены доказательства несения почтовых расходов в сумме 120 руб.

В представленных истцом реестрах почтовых отправлений от 28.07.2021, 28.02.2022 не отражена сумма отправлений  (платы за пересылку), почтовые квитанции на сумму 120 руб., отраженные истцом в тексте искового заявления, в материалах дела отсутствует.

При таких обстоятельствах  суд не находит оснований для взыскания почтовых расходов с ответчика в пользу истца. 

Заявленное истцом требование о взыскании расходов по получению выписки из ЕГРИП на ответчика, удовлетворению также не подлежит, учитывая, что истец  представил выписку из ЕГРИП на двенадцати листах, полученную в форме электронного документа, подписанного квалифицированной электронной подписью налогового органа.

Доказательства несения расходов по получению выписки в сумме 200 руб. материалы дела не содержат.  

Истцом при обращении в суд оплачена государственная пошлина в сумме          2 000 руб.  

Согласно пункту 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. 

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. 

Определением суда принято увеличение размера исковых требований. 

С учетом изложенного, государственная пошлина в сумме 8500 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета, а расходы истца по оплате государственной пошлины в сумме 2000 руб.  подлежат взысканию в его пользу с ответчика.

Частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  установлено, что при принятии решения суд устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств, представленных в материалы дела.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК  в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Представленное истцом в материалы дела вещественное доказательство – маникюрный инструмент является контрафактным товаром (что установлено исследованием представленных в материалы дела доказательств), а потому в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», подлежит изъятию из оборота и уничтожению.

Руководствуясь ст.ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью  "ЗИНГЕР СПБ" удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя  ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  "ЗИНГЕР СПБ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) компенсацию в размере 375 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб., расходы по приобретению товара в размере 40 руб., и в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 8500 руб. 

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя. 

Исполнительный лист на взыскание государственной пошлины выдать после вступления решения в законную силу. 

Уничтожить вещественное доказательство – маникюрный инструмент после вступления решения в законную силу. 

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

 

Судья З.Ф. Шагабутдинова