АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-35890/2022

г. Краснодар

28 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июля 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Илюшникова С.М. и Резник Ю.О., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Милица А.В., при участии в судебном заседании с использованием онлайн-связи от общества с ограниченной ответственностью «Экотехсплав» - ФИО1 (доверенность от 07.12.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Региональное объединение специальных наплавочных материалов и сплавов» - ФИО2 (доверенность от 01.08.2022),  в отсутствие временного управляющего ФИО5 ФИО3, иных лиц, участвующих деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Экотехсплав» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2023 по делу № А53-35890/2022, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Региональное объединение специальных наплавочных материалов и сплавов» (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратилось ООО «Экотехсплав» (далее – общество) с заявлением о включении требования в размере 5 708 160 рублей 52 копеек, из которых: 5 578 064 рубля 52 копейки основного долга, 129 096 рублей пени,  1000 рублей штрафа, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определением от 10.04.2023, оставленным без изменения постановлением                        от 07.06.2023, требование общества в размере 5 708 160 рублей 52 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить определение и постановление в части признания требования в размере 5 708 160 рублей 52 копеек подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, принять новый судебный акт, в котором включить требование общества в размере 3 487 332 рубля 58 копеек, из которых:                             3 396444 рубля 19 копеек – основной долг, 49 374 рубля – пени, 1000 рублей – штраф,                 40 184 рубля 39 копеек – судебные расходы, в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Податель жалобы считает, что оспариваемые судебные акты являются незаконными и необоснованными, принятыми с нарушением действующего законодательства Российской Федерации, а выводы судов противоречат фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам в материалах дела. Суды сделали неправомерные выводы о том, что участие аффилированного лица ФИО4 в структуре корпоративного управления группы лиц изменил экономическую судьбу должника, повлекшую неблагоприятные последствия для него в виде финансовых потерь, а возникшая задолженность является компенсационным финансированием, в связи с чем требование общества подлежит субординации, и о том, что общество длительный срок не обращалось за взысканием задолженности. Заявитель считает, что суды пришли к необоснованному выводу о наличии признаков финансирования со стороны общества, поскольку общество обратилось за взысканием задолженности к должнику в пределах трехгодичного срока, через шесть месяцев с момента образования задолженности. Какой-либо отсрочки, рассрочки платежа ни ФИО4, ни общество для должника не предоставляли. Данные обстоятельства не подпадают под критерии необходимости понижения очередности. Выводы судов о том, что ФИО4 умышленно увеличен размер арендной платы в целях финансирования должника, неправомерен и основан на предположительных домыслах представителей должника, не подтвержденных никакими доказательствами. Ошибочны выводы судов о том, что увеличение размера арендной платы произошло с начала 2021 года – арендная плата увеличивалась в несколько раз на протяжении 6 лет, что вполне разумно для субъектов предпринимательства. Также суды пришли к неверному выводу о безвозмездности арендных отношений между должником и обществом. Суды не исследовали момент появления у должника признаков неплатежеспособности. Заявитель указывает, что должник до ноября 2021 года нормально функционировал, вел коммерческую деятельность и не отвечал признакам неплатежеспособности. Выводы судов о том, что общество имеет задолженность перед должником, несостоятелен. ФИО4 не оказывал влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности должника. Компенсационное финансирование ни ФИО4, ни обществом не предоставлялось, следовательно, заявленное обществом требование подлежит включению в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди без какого-либо понижения удовлетворения согласно очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

В отзыве должник просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением от 21.12.2022 требования в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена ФИО5.

В рамках настоящего дела общество 22.12.2022 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 5 708 160 рублей 52 копеек, из которых:                  5 578 064 рубля 52 копейки основного долга, 129 096 рублей пени, 1000 рублей штрафа, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Как указано в заявлении, 01.07.2018 обществом (арендодатель) и должником (арендатор) заключен договор движимого имущества (оборудования), согласно которому арендодатель обязался предоставить арендатору во временно владение и пользование движимое имущество (оборудование) вместе со всеми его принадлежностями, необходимой для использования документацией в соответствии со спецификацией, являющейся неотъемлемой частью договора, а арендатор обязался своевременно вносить арендную плату в согласованном сторонами размере и порядке.

Имущество передано арендодателем арендатору по акту приема-передачи оборудования от 01.07.2018 согласно перечню, согласованному сторонами в спецификации к договору.

Дополнительным соглашением от 31.12.2020 № 4 к договору аренды стороны установили, что с 01.01.2021 размер арендной платы за передаваемое оборудование составит 320 тыс. рублей.

Дополнительным соглашением от 01.07.2021 № 5 к договору аренды стороны установили, что размер арендной платы за передаваемое оборудование составит 600 тыс. рублей.

Общество исполнило свои обязательства по договору аренды движимого имущества (оборудования) от 01.07.2018 в полном объеме, однако со стороны должника арендная плата не поступала, в связи с чем за арендатором образовалась задолженность в размере 5 578 064 рубля 52 копейки.

При этом решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2022 по делу                № А53-7218/2022, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2023, с должника в пользу общества взыскано 3 396 774 рубля 19 копеек задолженности по договору аренды от 26.05.2016, 49 374 рублей пени, 1000 рублей штрафа, 40 184 рубля 39 копеек судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Поскольку до настоящего времени указанная задолженность не погашена должником в полном объеме, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. В данном случае, требование кредитора должно отвечать положениям статьи 71 Закона о банкротстве.

При наличии возражений относительно требований кредиторов суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр (пункт 3 статьи 71 Закона о банкротстве). В силу части 4 статьи 71 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым поступили возражения, рассматриваются в заседании арбитражного суда. По результатам рассмотрения выносится определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Установив наличие реальных правоотношений сторон, суды первой и апелляционной инстанций признали требование общества подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Из пункта 3.1 Обзора следует, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 3.1 Обзора разъяснено, что внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Из пункта 3.3 Обзора следует, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее – имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Очередность удовлетворения требования контролирующего лица понижается вследствие того, что оно, отклоняясь от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, принимает решение о предоставлении компенсационного финансирования на свой риск, относя на себя в том числе риск утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

По общему правилу, в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации этот риск не может перекладываться на других кредиторов.

Руководствуясь статьей 19 Закона о банкротстве суды установили, что должник и общество входили в одну группу лиц, контролируемую одним и тем же конечным бенефициаром.

Так, общество является кредитором, аффилированным с лицом, контролирующим должника. ФИО4 является контролирующим должника лицом и одновременно мажоритарным участником кредитора.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в отношении должника ФИО4 с 11.02.2015 являлся участником общества и обладает долей в уставном капитале в размере 50%, номинальной стоимостью 10 тыс. рублей. В период с 01.08.2016 по 16.02.2023 ФИО4 состоял в трудовых отношениях с должником в должности директора по развитию.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении общества ФИО4 с 06.04.2020 являлся участником общества и обладает долей в уставном капитале общества в размере 80%, номинальной стоимостью 10 тыс. рублей.

Суды установили, что через распорядительные действия ФИО4 обществом предоставлялось компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Ранее должником и обществом заключен договор аренды оборудования                       от 26.05.2016 № б/н. Переданное кредитором в аренду оборудование длительное время (с 2016 года) входило в состав производственных мощностей предприятия для изготовления основной продукции.

На момент заключения договора арендная плата на основании пункта 5.1 составляла  40 тыс. рублей в месяц.

Согласно приложению № 1 к договору полная стоимость оборудования составляла                  4 150 тыс. рублей.

В 2019 году кредитором принимается решение об увеличении арендной платы – дополнительным соглашением от 01.04.2019 № 3 стоимость арендной платы увеличивается до 60 тыс. рублей в месяц; с 2021 года кредитор кратно увеличивает стоимость аренды – дополнительным соглашением от 31.12.2020 № 7 стоимость арендной платы увеличивается до 180 тыс. рублей в месяц; дополнительным соглашением от 01.07.2021 № 8 стоимость арендной платы увеличивается до 380 тыс. рублей в месяц.

Таким образом, с начала 2021 года произошло увеличение арендной платы на 850% с    40 тыс. рублей до 380 тыс. рублей, при общей стоимости оборудования в размере                            4 150 тыс. рублей.

Дополнительным соглашением от 26.12.2020 № 6 срок действия договора был уставлен до 25.11.2021.

В соответствии с пунктом 5.2 договора арендные платежи вносятся не позднее 30 рабочих дней по истечению очередного квартала, однако в период с 26.05.2016 по ноябрь 2021 года арендатором не вносились арендные платежи, требований со стороны арендодателя о погашении задолженности не поступало.

При этом по состоянию на 03.12.2021 со стороны ООО «Экотехсплав» поступает уведомление о расторжении договора аренды и возврате имущества; 10.12.2021 в адрес должника поступает претензия о погашении задолженности в размере 4 169 032 рубля                  26 копеек, что соответствует задолженности за 12 месяцев.

Общество 04.03.2022 обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к должнику о взыскании задолженности по договору аренды в рамках дела № А53-7218/2022 (решением суда от 26.10.2022 исковые требования удовлетворены).

Суды обоснованно отклонили доводы общества о том, что задолженность не взыскивалась ввиду производимых зачетов между сторонами (не является финансированием должника длительный срок необращения общества за взысканием задолженности, увеличение размера арендной платы), поскольку какие-либо доказательства зачета требований в материалы дела не представлены. 

Кроме того, обществом не представлено обоснования увеличения размера арендной платы с учетом того, что у ООО «Роснамис» образовалась задолженность и имелись признаки неплатежеспособности.

Суды установили, что должник с 2015 года находился в ситуации имущественного кризиса, что подтверждается наличием неисполненных обязательств в размере                          42 512 504 рубля 20 копеек перед кредиторами: ООО «МЕРКУРИЙ» (уступлена ИП ФИО6) с 31.07.2015 на сумму 24 962 754 рубля 20 копеек, с 16.10.2015 на сумму 17 549 400 рублей; ООО «КАПИТАЛИНВЕСТ» с 22.06.2017 на сумму 32 425 625 рублей 01 копейки; Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области с 01.01.2021 –  31.12.2021 на сумму 2 014 389 рублей 99 копеек; ООО «ТАВДА ЛОМ» с 01.04.2021 на сумму 747 712 рублей 22 копейки; ООО «ЕКАТЕРИНБУРГСКАЯ КОМПАНИЯ СЫРЬЯ» с 16.03.2021 на сумму 357 424 рублей; ФИО7 с 31.09.2021 на сумму 1 668 464 рублей; ООО «СК-СЕРВИС» с 15.10.2021 на сумму 7 804 800 рублей; ООО «СНАБКОМПЛЕКТ» с 15.10.2021 – 15.01.2022 на сумму 20 412 тыс. рублей;  ООО «ПРОМТЕХСНАБ» с 19.10.2021 на сумму 1 386 500 рублей; ПАО ОДК-КУЗНЕЦОВ с 23.11.2021 на сумму 2 742 263 рубля 22 копейки; ОАО «СТРОЙДЕТАЛЬ» с 30.11.2021 – 31.07.2022 на сумму 920 521 рубль 24 копейки; ООО «ИМПЕРИЯ ГРУПП» с 13.12.2021 на сумму 413 888 рублей 40 копеек; ООО «СК-СЕРВИС» с 28.02.2022 на сумму 4 984 320 рублей; ООО «ТЕРМИНАЛ-ПЛЮС» с 01.04.2022 на сумму 2 236 350 рублей; ООО «ИН-ТЕХКОМПЛЕКТ» с 21.04.2022 на сумму 1 049 тыс. рублей; ПАО «СЕВЕРСТАЛЬ» с 24.05.2022 на сумму 599 843 рубля 95 копеек; ООО «ПЛАЗМА» с 22.06.2022 на сумму 2 550 тыс. рублей.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, учитывая решение третейского суда «Основа» от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015, от 16.10.2015 № 1-0006/2015 (согласно которым с должника взыскана задолженность перед ООО «МЕРКУРИЙ» в размере 42 512 504 рублей 20 копеек), суды установили, что на момент предоставления компенсационного финансирования со стороны общества (с 01.01.2021 по 10.12.2021) у должника имелись неисполненные обязательства перед поставщиками, чьи требования впоследствии заявлены в реестр требований кредиторов (определение суда от 14.02.2023 и т.д.). Более того, на момент кратного увеличения стоимости аренды (дополнительное соглашение от 01.07.2021 № 5), а также обращения с требованием о возврате задолженности (претензия от 10.12.2021) у должника усматривалось существенное снижение выручки, свидетельствовавшей о возникновении реальной угрозы неплатежеспособности.

В данном случае усматривается существенное снижение деловой активности и понижение коэффициента ликвидности за счет уменьшения текущих оборотных активов.

Так, согласно бухгалтерскому балансу должника, в период с 01.09.2021 по 31.12.2021 общая сумма доходов составила 110 844 253 рубля 18 копеек, сумма расходов за аналогичный период составила 98 822 404 рубля 31 копейки. Разница доходов и расходов составила 12 021 848 рублей 87 копеек, вместе с тем отмечается динамика существенного снижения доходов общества с начала 2022 года. За 12 месяцев в 2021 году сумма поступления от основной деятельности составила 482 793 463 рубля 07 копеек (за период с 01.01.2022 по 31.12.2022 сумма поступлений составила всего 22 676 621 рубль 99 копеек, что на 2050% меньше).

Как верно отметил суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для субординации (понижения очередности) заявленных требований кредитора.

Как следует из материалов дела, между должником и обществом имелись гражданско-правовые отношения, вытекающие из ряда договоров поставки: от 09.01.2014 № 3, от 15.01.2015 № 7, от 12.01.2016 № 1, от 12.01.2017 № 10, от 09.01.2018 № 1, от 09.01.2019 № 1, от 09.01.2020 № 1, от 11.01.2021 № 1, от 11.01.2021 № 4. Предметом указанных договоров являлась поставка изготовляемой должником продукции на рынок через предоставление дилерских услуг общества. 

Судом первой инстанции отмечено, что данные сделки являлись нестандартными с точки зрения заведенной в гражданском обороте практики поведения, в частности условия их исполнения не могли быть доступны обычным (независимым) участникам рынка. Такие обстоятельства выражались, прежде всего, в формировании ценной политики со стороны общества, направленной на установление минимальной закупочной цены на продукцию поставщика.

С учетом приведенных разъяснений Обзора, принимая во внимание тот факт, что сделки, на основании которых у общества возникло право требования к должнику, совершены между аффилированными лицами, суды обосновано признали требование общества в размере 5 708 160 рублей 52 копеек подлежащим удовлетворению за счет имущества должника в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, осуществляемой в порядке пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве. 

Понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между различными составляющими хозяйственного оборота.

Доводы общества, приведенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения арбитражных судов, и по существу направлены на переоценку доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что недопустимо в суде кассационной инстанции в силу пределов компетенции, установленных статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального права

С учетом изложенного, основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам отсутствуют. 

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2023 по делу № А53-35890/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                И.М. Денека

Судьи                                                                                                               С.М. Илюшников        

                                                                                                                          Ю.О. Резник