СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                         Дело № А45-9760/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 января 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1

судей

 

ФИО2

ФИО3

 

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. без  использования средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4, ФИО5 (№ 07АП-1146/22(4)) на определение от 05.12.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-9760/2021 (судья Агеева Ю.М) о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (адрес: 632640, Новосибирская обл., Коченевский р-он, 

<

...>), по заявлению финансового управляющего о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки, совершенной между ФИО5 и должником

 третье лицо: Администрация р.п. Коченево Коченевского района Новосибирской области

В судебном заседании приняли участие: 

от ФИО4: не явился (извещен)

от ФИО5: не явилась (извещена)

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.12.2021 по делу №А45- 9760/2021 в отношении ФИО4 (далее – ФИО4, должник) введена процедура реализации имущества гражданина. 

Сообщение о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликовано на сайте ЕФРСБ №7916859 от 22.12.2021 и в газете «Коммерсантъ» №236(7198) от 25.12.2021. 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.10.2022 суд освободил ФИО6 от обязанностей финансового управляющего имуществом должника. 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.11.2022 суд утвердил финансовым управляющим должника – ФИО7. 

27.04.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки договора субаренды земельного участка на территории р.п. Коченево от 06.10.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик), применении последствия недействительности сделки путем взыскания упущенной выгоды в размере 355 877 руб. 00 коп.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2023, оставленным без изменений постановлением Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023, суд в удовлетворении заявления финансового управляющего отказал. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.05.2023 определение Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2023 и постановление Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение, с указанием, что при новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует установить значимые для настоящего обособленного спора фактические обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение, изменение и прекращение спорных правоотношений сторон, для чего предложить сторонам представить доказательства своих требований и возражений с учётом правил разумного распределения бремени доказывания, при котором доказательства представляет та сторона, которая имеет к этому объективную возможность, оказать содействие сторонам в истребовании доказательств, дать надлежащую оценку имеющимся и представленным доказательствам, доводам участвующих в деле лиц в соответствии с нормами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Судом, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при новом рассмотрении настоящего обособленного спора, приняты уточнения требований до 204 094 руб. 59 коп.

В материалы дела от ИП ФИО8, поступило заявление о перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области денежных средств в размере 40 000 руб., в связи с тем, что определением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2023 по делу № А45-9760/2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделки договора субаренды земельного участка на территории р.п. Коченево от 06.10.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО5 отказано.

Определением от 05.12.2023 Арбитражный суд Новосибирской области признал недействительной сделку – договор субаренды земельного участка на территории р.п. Коченево от 06.10.2014, заключённый между ФИО5 и должником. Применил последствия недействительности сделки. Взыскал с ФИО5 в конкурсную массу ФИО4 204 094 руб. 59 коп. Взыскал с ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб. 00 коп. Взыскал с ФИО5 в конкурсную массу ФИО4 возмещение расходов по судебной экспертизе в размере 40 000 руб.. Перечислил Агентству Судебных Экспертиз «Правовой Эксперт» денежные средства в размере 40 000 руб., внесенные на депозитный счет арбитражного суда в качестве оплаты стоимости проведения экспертизы. В удовлетворении заявления Индивидуального предпринимателя ФИО8 отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 и ФИО5 обратились с апелляционной жалобой, в которой просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что на момент заключения сделки у должника отсутствовали кредиторы. Наличие заинтересованности, само по себе не указывает на недействительность сделки. Оформление договора поставки газа на ФИО4, связано с тем, что разрешение на строительство оформлено на ФИО4, и с целью экономии времени не переоформлялось. Ходатайство об истечении срока давности судом интерпретировано неверно. Экспертное заключение не может быть принято как допустимое доказательство. ФИО5 не привлекалась к делу в качестве ответчика, а только как третье лицо, следовательно взыскание с нее денежных средств не обосновано. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Как следует из материалов дела, между Администрацией Коченевского района и ФИО4 заключен договор аренды земельного участка территории Муниципального образования р.п. Коченево Коченевского района Новосибирской области 18.10.2011. 

Согласно пункту 1.1 договора аренды арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду сроком на 3 года, для индивидуального жилищного строительства, земельный участок земель населённых пунктов с кадастровым номером 54:11:040116:10, площадью 1000 кв.м, имеющий местоположение: Новосибирская область, Коченевский район, р.п. Коченево, земельный участок расположен в северо - западной части кадастрового квартала 54:11:040116, в границах, указанных в кадастровом паспорте земельного участка, приложенном к Договору и являющемся неотъемлемой его частью (приложение №1: форма Bl, В2). 

Срок действия договора установлен с 13.10.2011 по 12.10.2014. 

После истечения срока действия договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновлённым на тех же условиях на неопределённый срок. 

Каждая из сторон вправе отказаться в любое время от договора, предупредив об этом другую сторону за 3 месяца. 

Согласно пункту 3.1 договора размер арендной платы составляет 650 руб. в год. 

06.10.2014 между ФИО4 и ФИО5 заключен договор субаренды земельного участка на территории р.п. Коченево, согласно п. 1.1 которого арендатор сдает, а субарендатор принимает в субаренду земельный участок площадью 1000 кв.м., с кадастровым номером 54:11:040116:10, расположенный по адресу: Новосибирская область, Коченевский район, р.п. Коченево, земельный участок расположен в северо - западной части кадастрового квартала 54:11:040116. Категория земель: земли населенных пунктов – для размещения объектов индивидуального жилищного строительства. 

Размер арендной платы за участок определен в размере 650 рулей. 

Указанную сумму субарендатор уплатил арендатору в день подписания настоящего договора. 

02.02.2022 финансовым управляющим направлен запрос в адрес Администрации Коченевского района Новосибирской области о предоставлении сведений об имуществе Администрации р.п. Коченево, находящимся в распоряжении ФИО4 на праве аренды, субаренды с приложением копий договоров и соглашений за период с 20.04.2018 по дату подготовки ответа. 

Согласно ответу №19 от Администрации Коченевского района Новосибирской области от 11.02.2022 у Администрации Коченевского района Новосибирской области с ФИО4 заключено дополнительное соглашение № 1 от 01.10.2015 о продлении срока действия договора аренды земельного участка №277 от 18.10.2011 земель населенных пунктов с кадастровым номером 54:11:040116:10, площадью 1000 кв.м., имеющего местоположение: 

<

...> «б». 

В качестве доказательств, подтверждающих данные сведения, было приложено дополнительное соглашение № 1 к договору аренды земельного участка №277 от 18.10.2011 по которому действие вышеуказанного договора продлено до 12.10.2017. 

Размер арендной платы за период с 13.10.2014 по 12.10.2017 составляет 1500 руб.. 

Полагая, что имеются основания для признания договора субаренды недействительной сделкой, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из наличия оснований для признания сделки недействительной.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ). 

При этом, исходя из доводов лица, оспаривающего сделку, и имеющихся в деле доказательств, суд на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ, с учётом разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению к установленным обстоятельствам (даёт правовую квалификацию).

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63) разъясняется, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделка должника может быть признана недействительной по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, если: 

1) цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки – пункт 1; 

2) в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, а другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки – пункт 2. 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как разъяснено в пункте 5 Постановления №63, для признания сделки недействительной по пункту 2 необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: - сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; - в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов; - другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 указанной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления №63).

Сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). 

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве). 

Как указано в пункте 11 Постановления N 63, если сделка с предпочтением была совершена в указанный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве период, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 названного Закона, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

 Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. 

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. 

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны. 

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федераци. 

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или  кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов. 

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора куплипродажи статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделок недействительными. 

На основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

 Согласно пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25), при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

На основании пункта 4 статьи 1 Кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

По смыслу статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. 

Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствии направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

В пункте 86 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, однако это не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Кодекса. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. 

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. 

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. 

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Правоотношения между сторонами сложились из договора субаренды земельного участка. 

По смыслу статей 606 и 614 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество во временное владение и пользование или во временное пользование, а арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование этим имуществом (арендную плату), порядок, условия и сроки внесения которой определяются договором.

 На основании абзаца второго пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаём) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаём), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено ГК РФ, другим законом или иными правовыми актами 

К договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, если иное не установлено законом или иными правовыми актами (абзац третий пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

На основании пункта 2 статьи 25, пункта 2 статьи 26 Земельного кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 609 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры аренды земельных участков, заключённые на срок год и более, подлежат государственной регистрации. 

Последствия отсутствия государственной регистрации договора установлены пунктом 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключённым с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

 В отсутствие государственной регистрации такой договор не влечёт юридических последствии для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении. 

По общему правилу отсутствие государственной регистрации договора аренды недвижимости означает, что заключённое между сторонами соглашение не дает лицу, принимающему имущество в пользование, прав на это имущество, которые могут быть противопоставлены не знавшим об аренде третьим лицам (пункт 3 статьи 433, пункт 2 статьи 609 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Поскольку договор субаренды земельного участка от 06.10.2014 зарегистрирован в ЕГРН в апреле 2022 года, то для управляющего и конкурсных кредиторов оспариваемая сделка между должником и ответчиком совершена в 2022 году.

Следовательно, сделка может быть оспорена как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

В обоснование заявления финансовый управляющий ссылается на статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (с учетом уточнений, в редакции от 11.10.2022), мотивируя тем, что договор субаренды заключен при наличии признаков неплатежеспособности должника, в целях причинения вреда кредиторам, между заинтересованными сторонами.

Судом, установлено и лицами, участвующими в деле не оспаривается, что ФИО4 и ФИО5 являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу. ФИО5, приходится матерью супруги должника. 

В счет исполненения обязательств по договору ФИО5 оплатила в конкурсную массу должника денежные средства в размере 11 488 руб. 17 коп., исходя из размера 650 руб. в год за период 06.10.2014 по 13.10.2014, и в последующем с 13.10.2014 по 08.06.2022 из размера 1500 руб.; оплата 650 руб. подтверждается распиской от 06.10.2014, при заключении оспариваемого договора. 

Материалами дела подтверждается, и сторонами не опровергается, что строительство дома началось, до заключения оспариваемого договора. 

Сторонами в договоре не указан срок действия договора субаренды, размер арендной платы за участок определен в размере 650 рулей, без указания за какой период подлежит арендная плата. 

Кроме того из материалов дела усматривается, что договор от 29.11.2019 поставки газа к строению на земельном участке заключён с ФИО4, уведомление о планируемом строительстве или реконструкции индивидуального жилищного строительства на земельном участке направлено должником 22.11.2021.

Возражая на требования финансового управляющего  ФИО5 указывает, что оспариваемая сделка была совершена в 2014 году до начала образования задолженности (в 2016 году), значит и не было злого умысла сокрыть в результате данной сделки указанное имущество. Заключая договор субаренды с ФИО9 преследовала целью строительство жилого дома. Мероприятия по строительству дома начали проводиться ФИО5, и супругом, ФИО10 ещё до подписания договора субаренды. 25.04.2013 был взят кредит ФИО10 и 22.07.2013 ФИО5 Летом 2013 года был завезён пиломатериал (брус/доска) - основной материал для постройки дома. 

В приложенных копиях дневника строительства в материалы дела указаны отчеты о тратах на покупку расходного материала и оплату работникам: закладка фундамента под дом, закупка железобетонных плит, цемент (в общей сумме около 58 300 руб.), в июне 34 260 руб., в июне, июле - завозка грунта, глины, земли на участок, постройка колодца для воды -218 410 руб., август: укладка фундамента, завоз глины, цемент - 17 000 руб.; сентябрь: цемент, железобетонные плиты, планировка земли, работа строителей - 100 руб.; октябрь: работа строителей - 10 300 руб., в декабре 2013: укладка бруса -расход за месяц 162,231 руб. В январе 2014 года укладка кровли на крышу, траты за период - 91 525 руб.; февраль: укладка кровли. 

В течение 2014 -2016 годов производилась закупка материалов и отделочные работы внутри дома, также в этих целях 09.04.2014, 28.01.2016 были взяты кредиты. 

Должник и ФИО5 пояснили, что договор поставки газа №35-2-304565 от 29.11.2019 был оформлен на ФИО4, поскольку ООО «Газпром межрегионгаз Новосибирск» оформлял документы по разрешению на строительство от 31.01.2012, а переоформление документов заняло бы время. 

При этом из материалов дела следует, что договор субаренды земельного участка на территории р.п. Коченево от 06.10.2014 в ЕГРН зарегистрирован  ФИО5 в апреле 2022 года.

 В мае 2022 года ФИО5 зарегистрировала право собственности на фактическое строение на спорном земельном участке. 

08.06.2022 ФИО5 заключила договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 54:11:040116:10, площадью 1 000 кв.м., по адресу: 

<

...> №44 Б с Администрацией Коченевского района. 

Таким образом, ФИО5 зарегистрировала договор субаренды в апреле 2022 года, а субарендные платежи внесла в 2023 году, то есть в период процедуры реализации имущества должника и после подачи заявления о признании сделки недействительной. 

Между тем, с целью установления рыночной стоимости субарендной платы на дату заключения договора и по настоящее время, судом получено экспертное заключение №23/018АС-020 от 12.10.2023 эксперта Агентства Судебных Экспертиз «Правовой Эксперт» ФИО11, согласно которому ежегодная рыночная стоимость субаренды спорного земельного участка по состоянию на 06.10.2014, составляет: 19 115,73 руб., на 06.10.2015  - 21 314, 04 руб., на 06.10.2016 - 22 465 руб., на 06.10.2017 - 22 981 руб., 69 руб., на 06.10.2018 - 23 694,12 руб., на 06.10.2019 - 23 694, 12 руб., на 06.10.2020 - 25 185,72 руб., на 06.10.2021 - 26 873,16  руб., на 06.10.2022 - 30 259,18 руб., на 01.09.2023  - 31 530,06 руб.  

Довод подателей жалоб о невозможности принятия составленного по результатам проведенной по определению суда оценочной экспертизы экспертного заключения в качестве допустимого доказательства по делу отклоняются судом апелляционной инстанции, как несостоятельный.

Экспертное заключение соответствует положениям статей 64, 67, 68, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; обстоятельства, на которые ссылаются заявители, не свидетельствуют о наличии противоречий в выводах эксперта и не влекут возникновения сомнений в обоснованности заключения; оснований для сомнения в квалификации эксперта, компетентности и обоснованности сделанных им выводов не установлено, при этом выбор конкретных методов и методик экспертного исследования является прерогативой эксперта, от эксперта не поступало мотивированного письменного сообщения о невозможности дать заключение в силу того, что объекты исследования и материалы дела недостаточны для проведения исследований и дачи заключений; выводы, изложенные в заключении, не противоречивы и в достаточной степени мотивированы.

Основания относиться к заключению эксперта, полученного по результатам судебной экспертизы критически, у суда отсутствуют. 

Таким образом, с учетом заключения эксперта, субарендная плата по договору кратно занижена относительно рыночной. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 информационного письма Президиума ВАС РФ № 126 от 13.11.2008, определениях Верховного суда РФ от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018, от 09.10.2017 № 308-ЭС15-6280 явно заниженная цена имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным. 

Указанное нетипичное и не вызванное экономической обоснованностью или же рыночной необходимостью поведение сторон сделок справедливо оценено судом, как недобросовестное, единственной целью которого являлось намерение защитить имущество о должника от перспективы наложения на него взыскания по требованиям независимых кредиторов.

Выводы суда о том, что в момент совершения сделок воля сторон не была направлена на возникновение соответствующих субаренде гражданских прав и обязанностей, что свидетельствует о мнимом характере сделки, апеллянтами не опровергнуты.

В рассматриваемом случае пороки договора связаны с наступлением последствий от искусственно созданной близкими родственниками видимости исполнения гражданско-правовой сделки, следовательно, его пороки выходят за пределы дефектов подозрительных сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Проанализировав условия договора субаренды, поведение сторон сделки, констатировав заключение сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что совокупность установленных обстоятельств позволяет суду прийти к выводу о доказанности финансовым управляющим обстоятельств свидетельствующих о недействительности сделки на основании ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Применение последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника 204 094, 59 руб., соответствуют вышеприведенным нормам права и фактическим обстоятельствам настоящего дела.

Доводы апелляционной жалобы  о том, что ФИО5 не привлекалась ответчиком, следовательно, суд необоснованно взыскал с нее денежные средства, судом апелляционной инстанции отклоняются, за необоснованностью.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

ФИО5, заявила о пропуске срока исковой давности, указывает, что оспариваемая сделка заключена 06.10.2014, более 7 лет назад, срок взыскания субарендных платежей начал течь с этой даты, следовательно срок исковой давности пропущен. 

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права и существует необходимость установления судом момента, с которого презюмируется осведомленность управляющего о наличии обстоятельств для оспаривания сделки должника.

Между тем, из материалов дела следует, что процедура реструктуризации долгов введена в отношении ФИО4 определением суда от 16.06.2021. Финансовым управляющим утверждена ФИО6. 

С заявлением об оспаривании сделки, финансовый управляющий обратился 27.04.2022, то есть в течении года после введения первой процедуры. 

Таким образом, срок исковой давности управляющим не пропущен. 

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы в этой части подлежат отклонению.

Судебные расходы распределены в соответствии со статьями 109, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, судом обоснованно отказано в удовлетворении заявления ИП  ФИО8 о перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области денежных средств в размере 40 000 руб. 00 коп., в связи с тем, что Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2023 по делу № А45-9760/2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО6 о признании недействительной сделки договора субаренды земельного участка на территории р.п. Коченево от 06.10.2014, заключенного между ФИО4 и ФИО5 отказано, поскольку денежные средства направлены на погашение расходов по судебной экспертизе, по ранее заявленному ходатайству. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 05.12.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-9760/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4, ФИО5 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

ФИО3