ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-11810/2016

г. Вологда

31 мая 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 31 мая 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Виноградова О.Н. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии от конкурсного управляющего акционерного общества «Промышленный энергетический банк» - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО2 по доверенности от 06.08.2019, от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 19.02.2020, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Промышленный энергетический банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 18 марта 2021 года по делу № А13-11810/2016, 

у с т а н о в и л:

Центральный банк Российской Федерации в лице отделения по Вологодской области Северо-Западного главного управления 30.08.2016 в порядке статей 189.61–189.64 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 33, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании акционерного общества «Промышленный энергетический банк» (место нахождения: 160009, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; далее - Банк, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 06.09.2016 заявление Центрального банка Российской Федерации принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению. 

Решением суда от 21.10.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим Банка утверждена государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Агентство).

Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» - конкурсный управляющий акционерного общества «Промышленный энергетический банк» (далее – Агентство) 01.08.2019 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и просила взыскать с него в пользу  Банка денежные средства в размере 947 815 000 руб.

Определением суда от 14.10.2019 по ходатайству конкурсного управляющего наложен арест на имущество (включая денежные средства) ФИО3 в размере 947 815 000 руб.

Определением суда от 18.03.2021 требования конкурсного управляющего оставлены без удовлетворения.

Агентство с вынесенным определением не согласилось, обратилось в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности. Податель жалобы полагает, что основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности является допущенное им бездействие в форме непринятия мер по предупреждению банкротства Банка. Считает, что судом первой инстанции ошибочно переквалифицировано требование конкурсного управляющего в требование о возмещении причиненных убытков. Считает доказанным наличие причинно-следственной связи между бездействием ответчика в форме непринятия мер, направленных на финансовое оздоровление Банка, недобросовестными действиями ответчика по сокрытию (искажению) информации о реальном финансовом положении Банка, ростом общего объема обязательств и итоговой недостаточностью стоимости его имущества для удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, являвшейся основанием для признания Банка несостоятельным (банкротом).

В заседании суда представитель Агентства  поддержал апелляционную жалобу и доводы, изложенные в ней.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 189.7 § 4.1 Закона о банкротстве названный параграф устанавливает порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства) кредитных организаций, а также особенности оснований и порядка признания кредитных организаций несостоятельными (банкротами) и их ликвидации в порядке конкурсного производства.

В силу пункта 1 статьи 189.23 Закона о банкротстве, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Таким образом, в данном случае подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Обстоятельства, с которыми Агентство связывает наступление ответственности ответчика, имели место с 01.01.2015 и до отзыва у Банка на основании приказа ЦБ РФ от 05.08.2016 № ОД-2524 лицензии на осуществление банковских операций. Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ.

В  силу пункта 7 статьи 189.23 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе  обратиться в суд  с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 189.23 Закона о банкротстве при определении контролирующего лица должника (кредитной организации) не применяется положение абзаца тридцать первого статьи 2 настоящего Федерального закона о сроке (менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом), в течение которого такое лицо имеет или имело право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Вместе с тем в соответствии с абзацем тридцать первым статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путём принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В соответствии со статьей 11.1 Федерального закона от 02.12.1990                  № 395-1 «О банках и банковской деятельности» органами управления кредитной организации наряду с общим собранием её учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган.

Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Согласно пункту 21.1 устава Банка руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом – председателем правления Банка и коллегиальным исполнительным органом Банка – правлением Банка.

В материалах дела усматривается и судом первой инстанции установлено, что ФИО3 в период с 08.04.2005 по 16.08.2016 являлся единоличным исполнительным органом должника, а следовательно, лицом, контролирующим Банк.

Обращаясь с настоящим заявлением в суд, Агентство ссылается на   бездействие ФИО3 в виде непринятия необходимых и своевременных мер по предупреждению банкротства в связи с нарушением Банком норматива достаточной стоимости собственных средств (капитала).

В силу подпункта 4 статьи 189.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, меры по предупреждению банкротства кредитной организации, предусмотренные подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 189.9 настоящего Федерального закона, осуществляются в случаях, когда кредитная организация нарушает любой из нормативов достаточности собственных средств (капитала) банка, установленный Банком России.

Подпунктами 1-3 пункта 1 статьи 189.9 Закона о банкротстве установлено, что до дня отзыва лицензии на осуществление банковских операций реализуется такая мера по предупреждению банкротства кредитных организаций, как финансовое оздоровление кредитной организации. Под финансовым оздоровлением кредитной организации понимается осуществление во внесудебном порядке мер, предусмотренных статьей 189.14 настоящего Федерального закона; назначение временной администрации по управлению кредитной организацией, за исключением случая назначения временной администрации в связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций; реорганизация кредитной организации.

В целях финансового оздоровления кредитной организации могут осуществляться следующие меры:

оказание финансовой помощи кредитной организации её учредителями (участниками) и иными лицами;

изменение структуры активов и структуры пассивов кредитной организации;

изменение организационной структуры кредитной организации;

приведение размера уставного капитала кредитной организации в соответствие с величиной ее собственных средств (капитала);

иные меры, осуществляемые в соответствии с федеральными законами (статья 189.14 Закона о банкротстве).

На основании пунктов 1, 2 статьи 189.19 Закона о банкротстве единоличный исполнительный орган кредитной организации в случае возникновения обстоятельств, предусмотренных статьей 189.10 настоящего Федерального закона, в течение десяти дней с момента их возникновения обязан обратиться в совет директоров (наблюдательный совет) кредитной организации с ходатайством об осуществлении мер по финансовому оздоровлению кредитной организации или с ходатайством о реорганизации кредитной организации при условии, что причины возникновения указанных обстоятельств не могут быть устранены исполнительными органами кредитной организации.

Ходатайство руководителя кредитной организации об осуществлении мер по финансовому оздоровлению кредитной организации или ходатайство о реорганизации кредитной организации должно содержать рекомендации о формах, характере и сроках их осуществления.

Поскольку ФИО3 в период с 08.04.2005 по 16.08.2016 являлся единоличным исполнительным органом должника, то именно на ответчике лежала обязанность по обращению с ходатайством к Совету директоров Банка в соответствии с пунктом 1 статьи 189.19 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 189.23 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах третьем и четвёртом пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона. Положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 настоящего Федерального закона применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность формирования, ведения, хранения документов, отражающих экономическую деятельность кредитной организации, и баз данных кредитной организации на электронных носителях (резервных копий баз данных), а также обязанность их передачи временной администрации по управлению кредитной организацией или ликвидатору (конкурсному управляющему).

В соответствии с указанными нормами статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинён вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Податель жалобы  полагает, что основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности  является  сам факт непринятия своевременных и достаточных мер по предупреждению банкротства должника,  ссылаясь на обстоятельства, свидетельствующие о возникновении такой обязанности: уменьшение величины собственных средств (капитала) до уровня ниже размера уставного капитала, определённого учредительными документами Банка; возникновение в период с 01.07.2016 признака недостаточности имущества должника; уклонение ответчика от надлежащего резервирования ссудной задолженности, позволяющей Банку формально соблюдать норматив достаточности капитала, что свидетельствовало об осведомленности      ФИО3 об имеющихся негативных тенденциях в динамике активов Банка.  

В рассматриваемом случае, вопреки доводам подателя жалобы, суд правильно определил, что необходимо установить не сам факт неисполнения ФИО3 обязанности по обращению с ходатайством к совету директоров в порядке и сроки, которые установлены статьёй 189.19 Закона о банкротстве, а наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика по долгам Банка, приведенных Агентством.

Судом первой инстанции установлено, что по состоянию на 01.01.2015 у Банка произошло уменьшение величины собственных активов (капитала) до уровня ниже размера уставного капитала, определённого учредительными документами должника. Размер уставного капитала Банка в период с 01.01.2015 по 05.08.2016 (дата отзыва лицензии у Банка) составлял 592 496 тыс. руб.

По результатам анализа ссудной задолженности, а также переоценки активов на балансе Банка, проведённых Агентством в соответствии с положением ЦБ РФ от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, ссудной и приравненной к ней задолженности» (далее – Положение № 254-П), выявлено, что размер достаточности собственных средств по состоянию на 01.01.2015 составил 455 229 тыс. руб.

В аудиторском заключении по бухгалтерской (финансовой) отчётности от 27.03.2015 № Б-14 по итогам деятельности 2014 года обществом с ограниченной ответственностью «Листик и партнёры» установлено, что по состоянию на 31.12.2014 искажены величина собственных средств (капитала) и значение обязательного норматива Н6, которое в случае создания резервов на возможные потери в полном объёме превысило бы предельно установленную величину и составило 25,45 %.

Актом проверки ЦБ РФ от 27.02.2015 № А2КИ25-13-3/2ДСП установлено: необходимо реклассифицировать задолженность, в том числе общества с ограниченной ответственностью «ТЕХНОПРО» (далее –                     ООО «ТЕХНОПРО»), общества с ограниченной ответственностью «Котласская птицефабрика» (далее – Птицефабрика); оценивать финансовое положение ООО «ТЕХНОПРО» следует как «плохое» вместо «среднее» по состоянию на 01.02.2015; общий размер необходимого к доначислению резерва по состоянию на 26.02.2015 составит 264 152,7 тыс. руб.; снижение капитала Банка от максимально достигнутого за последние 12 месяцев может составить 37,31 % при максимально допустимом значении 25 %.

Ссудная задолженность общества с ограниченной ответственностью «Байрон» (далее – ООО «Байрон»), общества с ограниченной ответственностью «АльтернативаАвто» (далее – ООО «АльтернативаАвто»), общества с ограниченной ответственностью «Павловское» (далее – ООО «Павловское»), общества с ограниченной ответственностью «Стройдизайн» (далее – ООО «Стройдизайн») по кредитному договору от 27.02.2015 № 9 признана технической с реклассификацией в V категорию качества и доначислением размера формируемого резерва до 100%.

Вместе с тем по состоянию на 01.08.2014 на балансе Банка учитывалась ссудная задолженность ООО «ТЕХНОПРО» (кредитный договор от 01.07.2013 № 109 на сумму 35 000 тыс. руб.). Полученные кредитные средства направлены ООО «ТЕХНОПРО» на приобретение недвижимого имущества, которое в последующем обременено ипотекой в пользу Банка.

В последующем 30.06.2015 Банком предоставлен кредит ООО «Байрон». Полученные денежные средства перечислены в полном объёме на расчётный счёт ООО «Павловское» с назначением платежа: «предоставление денежных средств по договору процентного займа б/н от 30.06.2015. Сумма 35 000 000,00 руб. без НДС». В тот же день ООО «Павловское» перечислило денежные средства на текущий счёт ФИО5 (генеральный директор и единственный участник ООО «ТЕХНОПРО») также по договору займа. Полученные денежные средства ФИО5 направил на погашение основного долга ООО «ТЕХНОПРО» по кредитному договору от 01.07.2013          № 109.

В дальнейшем, 29.07.2015, задолженность ООО «Байрон» (включая требования по получению процентов) реализована по договору уступки прав требования № У-28 в пользу ООО «Павловское» на условиях рассрочки до 29.07.2023. Задолженность не обеспечена (в отличие, например, от договора с ООО «ТЕХНОПРО»). Указанные обстоятельства (длительность рассрочки, отсутствие обеспечения) свидетельствуют о нерыночных условиях договора цессии между Банком и ООО «Павловское».

При этом уровень резервирования Банком задолженности ООО «Байрон» и ООО «Павловское» сразу после заключения соответствующих договоров (кредитного договора и договора уступки соответственно) составлял 21 %.

По состоянию на 05.08.2016 дебиторская задолженность                                 ООО «Павловское» не погашена и составила 35 401 тыс. руб.

Вместе с тем финансовое положение ООО «Байрон» и                                     ООО «Павловское» являлось «плохим» по основаниям, предусмотренным пунктом 3.3 Положения № 254-П (несопоставимость суммы полученных кредитных средств с совокупной величиной полученных доходов).

Анализ операций по расчётным счетам ООО «Байрон» показывает, что расчёты с бюджетом не осуществлялись. 

Уставные капиталы ООО «Байрон» и ООО «Павловское» сформированы в минимальном размере. Единственным участником и руководителем              ООО «Байрон» и ООО «Павловское» являлись одни и те же лица, при этом единственный участник и руководитель ООО «Байрон» на дату заключения кредитного договора являлся «массовым» руководителем и участником. У обоих обществ отсутствуют интернет-сайты. Среднесписочная численность ООО «Байрон» в 2015-2016 годах составляла 0 человек, ООО «Павловское» за период 2014-2016 годы – 3-8 человек. Последняя отчётность                                      ООО «Павловское» представлена 31.03.2016.

Совокупность указанных обстоятельств в их взаимосвязи свидетельствует о правомерности признания ссудной и дебиторской задолженностей                       ООО «Байрон», ООО «Павловское» техническими и реклассификации их в V категорию качества и формирования расчётного резерва на возможные потери в размере 100 %.

Ссудная задолженность ООО «Байрон» погашена путём переуступки по договору с ООО «Павловское», расчёты по которому не произведены, в связи с чем погашение задолженности по договору цессии является рефинансированием, а обслуживание ссудного долга ООО «Байрон» правомерно признано ненадлежащим.

Таким образом, замещение ссудной задолженности ООО «ТЕХНОПРО» на ссудную задолженность ООО «Байрон», а затем на дебиторскую задолженность ООО «Павловское» осуществлялось для снижения объёма сформированных резервов на возможные потери и, следовательно, регулирования норматива достаточности капитала Банка.

Дебиторская задолженность Птицефабрики образовалась в результате неоплаченных сделок по договорам цессии (договоры уступки прав требования от 11.03.2014 № У-14 – У-17) и на 01.08.2014 составила 275 788 тыс. руб. Данная задолженность образовалась в связи с реализацией права требования по кредитным договорам с обществом с ограниченной ответственностью «Вологодский центр птицеводства» (далее – ООО «ВЦП») от 26.04.2013 № 70, от 14.06.2013 № 97, от 30.08.2013 № 133, от 15.12.2013 № 175. Указанные кредитные договоры обеспечивались залоговым имуществом в пользу Банка, право на залог передано в связи с заключением договоров уступки. Оплата по договорам уступки предусмотрена в размере 20 424 тыс. руб. в срок до 14.11.2014, в размере 258 575 тыс. руб. – до 30.04.2015. В указанные сроки задолженность Птицефабрикой не погашена.

Уровень резервирования Банком задолженности Птицефабрики (по оплате прав требования к ООО «ВЦП») вырос с 22 % по состоянию на 01.08.2014 до 100 % по состоянию на 01.03.2015.

В последующем Банком и ООО «Стройдизайн» заключён кредитный договор  от 27.02.2015 № 9 в размере 210 000 тыс. руб., при этом обязательство по уплате основного долга и процентов отнесено на окончание срока действия договора (27.02.2020), процентная ставка за пользование кредитом составила 3,3 %, кредит выдан без обеспечения, что свидетельствует о нерыночных условиях его заключения.

Кредитные денежные средства направлены на погашение задолженности Птицефабрики перед Банком по договорам уступки прав от 11.03.2014                           № У-14 – У-16. В результате задолженность по договорам уступки №У14, №У-16 погашена полностью, по договору уступки № У-15 - погашена частично, по состоянию на 05.08.2016 (дата отзыва лицензии) задолженность по основному долгу составила 45 555 тыс. руб. Задолженность Птицефабрики по договору уступки от 11.03.2014 № У-17 балансовой стоимостью 20 234 тыс. руб. реализована Банком обществу с ограниченной ответственностью «СИТИ-АВТО» за 2 654 тыс. руб., разница между размером требований и оплатой указанной дебиторской задолженностью составила 20 919 тыс. руб., отражена Банком как расходы.

При предоставлении Банком кредита ООО «Стройдизайн» Банком создан резерв на возможные потери в размере 22 %.

Вместе с тем анализ финансового положения ООО «Стройдизайн» показал высокую степень зависимости от заёмного капитала, что свидетельствует о неспособности последнего самостоятельно исполнять принимаемые на себя обязательства.

Из анализа операций по расчётным счетам ООО «Стройдизайн» следует, что обороты денежных средств по счетам образовывались в связи с предоставлением денежных средств по многочисленным договорам беспроцентных займов, что само по себе выходит за стандарты разумного поведения в предпринимательской деятельности, подразумевающей систематическое извлечение прибыли. Контрагенты ООО «Стройдизайн» обладали признаками фирм-однодневок. Общий объём платежей, направленных в бюджет, за период с 01.01.2015 по 05.08.2016 в структуре дебетовых операций составил лишь 0,35 %. С 2015 года отчётность                      ООО «Стройдизайн» не предоставляется, произошла смена региона, директора и участников.

Уставный капитал ООО «Стройдизайн» сформирован в минимальном размере. Единственным участником и руководителем являлось одно и то же лицо, у ООО «Стройдизайн» отсутствует интернет-сайт. 

Совокупность указанных обстоятельств в их взаимосвязи свидетельствует об отсутствии у ООО «Стройдизайн» с 2015 года хозяйственной деятельности, а также о необходимости признания ссудной задолженности                                    ООО «Стройдизайн» технической, реклассификации её в V категорию качества и формирования расчётного резерва на возможные потери в размере 100 %.

Таким образом, замещение ссудной и дебиторской задолженностей Птицефабрики на ссудную задолженность ООО «Стройдизайн» осуществлялось для снижения объёма сформированных резервов на возможные потери и, следовательно, регулирования норматива достаточности капитала Банка.

По состоянию на 01.08.2014 задолженность общества с ограниченной ответственностью «РРТ-Выборгское» (далее – ООО «РРТ-Выборгское») представлена требованиями по неоплаченным договорам уступки прав требования от 29.11.2013 № У-3, от 16.01.2014 № У-4, от 16.01.2014 № У-5  (задолженность по неоплаченным договорам уступки прав требования образована в результате реализации Банком ссудной задолженности общества с ограниченной ответственностью «РРТ-Моторс» (далее – ООО «РРТ-Моторс»)), а также требованиями по кредитному договору от 27.11.2013 № 179. Общая сумма задолженности по состоянию на 01.08.2014 составляла 269 081 тыс. руб.

Согласно договорам уступки права требования от 29.09.2014 № У-20, от 26.11.2014 № У-21, заключённым Банком и ООО «СИТИ-АВТО», задолженность ООО «РРТ-Выборгское» по основному долгу в размере                  66 786 тыс. руб. и 77 000 тыс. руб. выкуплена.

Согласно договорам уступки права требования от 19.10.2015 № У-30, от 30.11.2015 № У-32, заключённым Банком и обществом с ограниченной ответственностью «Автовыбор», задолженность ООО «РРТ-Выборгское» по основному долгу в размере 22 000 тыс. руб. и 23 000 тыс. руб. выкуплена.

Таким образом, по состоянию на 01.03.2016 задолженность ООО «РРТ-Выборгское» составляла 89 138 тыс. руб. При этом уровень резервирования данной задолженности составлял 100 % начиная с 01.09.2014.

Согласно договору уступки права требования от 03.03.2016 № У-38 Банк реализовал ООО «АльтернативаАвто» дебиторскую задолженность ООО «РРТ-Выборгское» в размере 107 168 тысяч рублей (в том числе 89 138 тыс. руб. основной долг) по цене 34 000 тыс. руб.

В целях исполнения обязательств ООО «АльтернативаАвто» по оплате прав требования ООО «РРТ-Выборгское» ООО «АльтернативаАвто» предоставлен кредит в размере 34 000 тыс. руб. (кредитный договор от 30.03.2016 № 16). При этом процентная ставка по кредитному договору от 30.03.2016 № 16 за период с 30.03.2016 по 28.02.2018 составляла 4,4 %, с 01.03.2018 до полного возврата кредита – 6,6 %, кредит выдан без обеспечения, что свидетельствует о нерыночных условиях его заключения.

Вместе с тем финансовое положение ООО «АльтернативаАвто» являлось «плохим» по основаниям, предусмотренным пунктом 3.3 Положения № 254-П (несопоставимость суммы полученных кредитных средств с совокупной величиной полученных доходов).

Из анализа операций по расчётным счетам ООО «АльтернативаАвто» следует, что последнее не осуществляло операций, направленных на выплату заработной платы, уплату налогов, сборов и иных обязательных платежей.

Уставный капитал ООО «АльтернативаАвто» сформирован в минимальном размере. Единственным участником и руководителем                           ООО «АльтернативАвто» являлось одно и то же лицо, при этом руководитель ООО «АльтернативаАвто» на дату заключения кредитного договора являлся «массовым» руководителем. У общества отсутствуют интернет-сайты. Среднесписочная численность работников ООО «АльтернативаАвто» в 2014-2016 годах - 1 человек. В последующем ООО «АльтернативаАвто» признано несостоятельным (банкротом), конкурсное производство в отношении его завершено на основании определения Арбитражного суда города Санк-Петербурга и Ленинградской области от 06.12.2018 по делу № А56-14103/2017. Требования Банка в ходе процедуры банкротства по делу № А56-14103/2017 не погашались.

Совокупность указанных обстоятельств в их взаимосвязи свидетельствует о правомерности признания ссудной задолженности ООО «АльтернативаАвто» технической, реклассификации ее в V категорию качества и формирования расчётного резерва на возможные потери в размере 100 %.

Дебиторская задолженность ООО «РРТ-Выборгское» погашена путём переуступки по договору с ООО «АльтернативаАвто», расчёты по которому не произведены, в связи с чем погашение задолженности по договору цессии является рефинансированием, а обслуживание ссудного долга                                      ООО «АльтернативаАвто» правомерно признано ненадлежащим.

Совокупность указанных обстоятельств в их взаимосвязи свидетельствует о правомерности признания ссудной и дебиторской задолженностей                       ООО «АльтернативаАвто» техническими, реклассификации их в V категорию качества и формирования расчётного резерва на возможные потери в размере 100 %.

Ссудная задолженность ООО «РРТ-Выборгское» погашена путём переуступки по договору с ООО «АльтернативаАвто», расчёты по которому не произведены, в связи с чем погашение задолженности по договору цессии является рефинансированием, а обслуживание ссудного долга                                  ООО «АльтернативаАвто» правомерно признано ненадлежащим.

Таким образом, замещение дебиторской задолженности ООО «РРТ-Выборгское» на дебиторскую задолженность ООО «АльтернативаАвто» осуществлялось для снижения объёма сформированных резервов на возможные потери и, следовательно, регулирования норматива достаточности капитала Банка.

Выводы о нерыночности условий кредитования                                              ООО «АльтернативаАвто», ООО «Байрон», ООО «Павловское»,                           ООО «Стройдизайн» ФИО3 не опровергнуты.

В свою очередь, дебиторская задолженность реализована по цене значительно меньше её номинального размера. Оплата задолженности произведена за счёт самого должника (кредитных денежных средств).

Таким образом, у Банка фактически отсутствовал доход в размере сформированных Банком резервов, в результате уступок был восстановлен ранее сформированный резерв, а операция по «расчистке» баланса была произведена за счёт средств самого Банка (кредита) и была направлена на искусственное снижение объёма резервов на возможные потери.

Заявитель просил привлечь ответчика к субсидиарной ответственности, совокупный размер которой определён как совокупный размер требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Согласно расчету Агентства размер ответственности составляет                 947 815 тыс. руб.

Между тем согласно выводам, изложенным в заключении об отсутствии признаков преднамеренного банкротства Банка (том 277), установлено, что по состоянию на 01.08.2014 у Банка отсутствовал признак банкротства, предусмотренный статьёй 2 Закона о банкротстве, то есть размер стоимости имущества должника превышал размер его обязательств перед кредиторами на 596 377 тыс. руб. Вместе с тем все действия по замещению дебиторской и ссудной задолженностей предпринимались в отношении задолженности, первоначально сформированной до обозначенной даты.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 17 Постановления № 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления № 53).

В том случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Установив, что  неправомерные действия ФИО3  по замещению дебиторской и ссудной задолженностей для снижения объёма сформированных резервов на возможные потери и, как следствие, регулирования норматива достаточности капитала Банка не явились необходимой причиной банкротства должника или существенного ухудшения состояния должника (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), суд первой инстанции пришел  к выводу о необходимости переквалификации требований заявителя о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков. 

Квалификация судом заявленного конкурсным управляющим требования о взыскании убытков как требования о привлечении к субсидиарной ответственности не противоречит полномочиям суда по самостоятельной квалификации предъявленного требования независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы он сослался (статьи 133, 168 АПК РФ, абзац четвертый пункта 20 Постановления № 53).

Таким образом, довод жалобы о том, что суд самостоятельно переквалифицировал требования конкурсного управляющего и  рассмотрел незаявленные требования, подлежит отклонению как основанный на ошибочном толковании норм права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей, должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 указанной статьи).

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15               ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом по общему правилу для взыскания убытков нужно доказать факт нарушения прав и законных интересов, наличие причинно-следственной связи между нарушением и убытками, виновность причинителя вреда, размер убытков.

Судом  первой инстанции установлено, что допущенные ФИО3 нарушения не свидетельствуют  о наличии прямой причинно-следственной связи между указанными действиями ответчика и наступившими последствиями в виде убытков в размере непогашенной дебиторской задолженности.

Судом установлено, что ФИО3 как руководителем должника предпринимались действия по минимизированию негативных последствий, связанных с неплатежами по кредитным обязательствам ООО «ВЦП», ООО «РРТ-Моторс», ООО «ТЕХНОПРО», указанные действия имели полезный экономический эффект для Банка, в том числе в связи с частичным погашением задолженности по кредитным обязательствам. 

В свою очередь, подателем жалобы  не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственных связей между заключением договоров с ООО «Байрон», ООО «Павловское»,                                   ООО «СтройДизайн», ООО «АльтернативаАвто» и наступившими негативными последствиями – непогашением дебиторской задолженности должника и возникновением  расходов на реализацию   такой задолженности.  В данном случае  указанная дебиторская задолженность возникла в связи с заключением кредитных договоров в период, предшествующий периоду возникновения признаков несостоятельности должника.

Доказательства того, что при отсутствии заключенных в период исполнения ФИО3  обязанностей руководителя должника договоров с ООО «Байрон», ООО «Павловское», ООО «СтройДизайн»,                                        ООО «АльтернативаАвто», то задолженность Птицефабрики (а равно                       ЗАО Птицефабрика «Великоустюгская», ООО «ВЦП»), ООО «РРТ-Моторс» (а равно ООО «РРТ-Выборгское»), ООО «ТЕХНОПРО» могла быть погашена и (или) возможно было бы предпринять более эффективные управленческие решения по взысканию (реализации) имеющейся у Банка дебиторской задолженности, в материалы дела подателем жалобы не представлены.  

Сам факт значительного временного разрыва между возникновением задолженности в отсутствие признаков неплатежеспособности Банка и заключением сделок с ООО «Байрон», ООО «Павловское», ООО «СтройДизайн», ООО «АльтернативаАвто» свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между установленными судом действиями ФИО3 по искусственному снижению объёма резервов на возможные потери (регулирование норматива достаточности имущества (капитала) Банка) и причинением убытков в размере дебиторской задолженности                              ООО «Павловское», ООО «СтройДизайн», ООО «АльтернативаАвто».

Таким образом, оснований для удовлетворения требований Агентства в указанной части  у суда первой инстанции не имелось.

Следующим основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности приведено установление балансовой стоимости имущества, принадлежащего Банку, в размере, значительно превышающем его рыночную стоимость.

В силу пункта 3 статьи 189.23 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах третьем и четвёртом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в том числе:

документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, ко дню назначения временной администрации финансовой организации отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 189.23 Закона о банкротстве под документами, указанными в абзаце четвёртом пункта 4 статьи 10 указанного Закона, понимаются также документы, отражающие экономическую деятельность кредитной организации, и базы данных кредитной организации на электронных носителях (резервные копии баз данных), обязанность формирования, ведения которых установлена Федеральным законом «О банках и банковской деятельности», подлежащие в соответствии с требованиями Закона о банкротстве передаче временной администрации по управлению кредитной организацией (конкурсному управляющему, ликвидатору).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учёта в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учётных документов, регистров бухгалтерского учёта и бухгалтерской отчётности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 06.12.2011                      № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» (далее – Закон о бухучёте)) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях представить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путём предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при её применении должны учитываться общие положения главы 25 Кодекса об ответственности за нарушения обязательств в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или её искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Судом первой инстанции установлено, что довод заявителя о снижении показателя собственных средств (капитала) ниже уставного капитала нашёл подтверждение материалами дела, а ФИО3 как единоличным исполнительным органом допущено искажение соответствующей информации, притом что уменьшение величины собственных средств (капитала) до уровня ниже размера уставного капитала, определённого учредительными документами Банка, является основанием для осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации (пункт 6 статьи 189.10 Закона о банкротстве). Вина ФИО3 в факте искажения отчётности доказана.

Вместе с тем, как следует из представленного в материалы дела заключения об отсутствии признаков преднамеренного банкротства Банка, финансовое положение Банка начало ухудшаться с 01.02.2015. В результате чего начиная с 01.07.2016 у Банка имелся предусмотренный пунктом 1 статьи 189.8 Закона о банкротстве признак несостоятельности в виде недостаточности стоимости его имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объёме. Размер недостаточности стоимости имущества по состоянию на 01.07.2016 составил 55 052 тыс. руб. На дату отзыва лицензии (05.08.2016) размер недостаточности стоимости имущества увеличился до 62 379 тыс. руб. 

Следовательно, действия  ответчика по искажению отчетности в период ухудшения его финансового положения не причинили должнику ущерб. Выявленный размер недостаточности имущества должника несоотносим с размером ответственности, предъявляемым Агентством в рассматриваемом случае.

Кроме того, выявленное искажение отчётности в виде завышения стоимости имущества должника не затруднило процесс формирования конкурсной массы и процесс реализации имущества должника. 

Подателем жалобы выводы суда первой инстанции в  указанной части не опровергнуты.

Как усматривается в отчётах конкурсного управляющего, всё имущество, корректировка стоимости которого произведена Агентством в ходе конкурсного производства в отношении должника, включено в конкурсную массу, проводятся мероприятия по его реализации.

Принимая во внимание изложенное выше, суд  первой инстанции пришел к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимой для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Иных оснований, в том числе материальных (фактических), для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности Агентством не приведено.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 18 марта         2021 года по делу № А13-11810/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Промышленный энергетический банк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

О.Н. Виноградов

О.Г. Писарева