1143/2024-365(2) 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-2362/2014

12 января 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2024 года  Постановление изготовлено в полном объёме 12 января 2024 года  

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Аристовой Е. В., судей Дубок О. В., Зориной О. В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания  ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный  номер 08АП-11220/2023) конкурсного управляющего ФИО2  на определение от 20.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры по делу № А75-2362/2014 (судья Бетхер В. А.), вынесенное  по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3 о признании сделок недействительными,  применении последствий недействительности сделок, при привлечении к участию  в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, ФИО4,  ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  индивидуального предпринимателя ФИО6  (ОГРНИП 305860231900020, ИНН 

<

***>, далее также – предприниматель,  должник), в отсутствие лиц, участвующих в обособленном споре,  

установил:

определением от 20.03.2014 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры принято заявление общества с ограниченной ответственностью  «СоюзТрансСтрой» о признании должника банкротом, определением того же суда  от 22.04.2014 в отношении предпринимателя введена процедура наблюдения,  временным управляющим утверждён ФИО4, решением  от 27.10.2014 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим утверждён ФИО4  

Определением суда от 19.06.2015 ФИО4 освобождён от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего. Конкурсным управляющим утверждён  ФИО5  

Постановлением от 12.04.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда  ФИО5 отстранён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.  

Определением от 26.04.2021 конкурсным управляющим утверждена ФИО2  (далее – управляющий).  

Судебное заседание по рассмотрению отчёта конкурсного управляющего  назначено на 28.02.2024.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника управляющий  обратилась 12.01.2023 в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке  статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК  РФ), о признании недействительными сделок по передаче должником  в собственность ФИО3 девяти единиц самоходной техники: ТСПЭ416-0000010  полуприцеп, 2008 года выпуска, цвет темно-красный; ЕК-270 экскаватор, 2001 г. в., цвет  оранжевый; ТО-18Б.2 погрузчик фронтальный одноковш, 1990 г. в., цвет жёлтый; МТЗ- 82 трактор Беларусь, 1996 г. в., цвет жёлтый; ТО-1224Е-1 трубоукладчик гусеничный,  1996 г. в., цвет жёлтый, эмаль ПФ-115; МТЗ-82,1 трактор Беларусь, 1996 г. в., цвет  серый; СП-67Т-170.00-1 сваебой, цвет серый; ТО-1224Е трубоукладчик, 1989 г. в., цвет  

жёлтый; ЕК-270 экскаватор универсальный, 2000 г. в., цвет оранжевый (далее –  спорная техника). Также управляющий просила применить последствия  недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу  должника 7 484 000 руб.  

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4,  ФИО5  

Определением от 20.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры по делу № А75-2362/2014 в удовлетворении заявления отказано.  

В апелляционной жалобе управляющим ставится вопрос об отмене определения  суда и принятии нового судебного акта. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает  на следующие доводы:  

- оспариваемые сделки совершены должником в условиях наличия неисполненных  обязательств перед кредитором (закрытое акционерное общество «СТЕЛ и К»); вторая  сторона сделки является аффилированным с должником лицом;  

- договоры, на основании которых состоялась передача техники ответчику,  должником управляющему и в материалы дела не представлены;  

- сделки по передаче техники состоялись 30.01.2012, в связи с чем в органах  Гостехнадзора документы, послужившие основанием для совершения регистрационных  действий, уничтожены по истечении срока хранения (5 лет);  

- сделки совершены в ущерб кредиторам должника (вывод ликвидного имущества  в пользу аффилированного с должником лица, при наличии кредиторской  задолженности, признаков неплатёжеспособности у должника, без встречного  предоставления (отсутствие встречного предоставления подтверждает ответчик в своём  отзыве);  

- поведение сторон не отвечает признакам добросовестности. Подробно позиция заявителя изложена в апелляционной жалобе. Отзыв на апелляционную жалобу не представлен. 

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в рассмотрении  обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания,  апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями  статей 123, 156, 266 АПК РФ.  

Рассмотрев апелляционную жалобу, материалы дела, проверив законность  и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции  установил следующее.  

В обоснование заявленных требований управляющий указала, что в соответствии  со сведениями, предоставленными 23.12.2012 Гостехнадзором г. Сургута Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, из собственности должника выбыло  9 единиц спорной техники; новым владельцем техники значится ФИО3 Дата  снятия с учёта техники – 30.01.2013.  

Управляющий полагая, что сделки по передаче самоходной техники должником  в собственность ФИО3 совершены в ущерб интересам кредиторов должника  (вывод ликвидного актива в пользу аффилированного с должником лица, при наличии  кредиторской задолженности, признаков неплатёжеспособности у должника,  без встречного предоставления), обратилась с заявлением об оспаривании сделок  применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве),  статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 2, 32, пунктами 1, 3 статьи 61.1,  пунктом 1 статьи 61.9, статьёй 61.2, пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве,  разъяснениями, изложенными в пунктах 4 – 7, 9 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление № 63),  материалами обособленного спора, в совокупности с обстоятельствами  аффилированности ответчика с должником, наличия у должника в период совершения  сделок неисполненных обязательств перед ЗАО «СТЕЛ и К» в размере 14 851 978 руб.  

(решение от 08.02.2013 Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры по делу № 2-65/2013), включённых в реестр требований кредиторов  должника определением суда от 19.05.2014 по настоящему делу, отсутствия  доказательств получения должником встречного предоставления по совершённым  сделкам, констатировал наличие состава недействительности оспариваемых сделок  по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не усмотрел оснований  для квалификации сделок по статьям 10, 168 ГК РФ. Рассмотрев соответствующее  заявление ответчика, суд первой инстанции исходил из пропуска управляющим срока  исковой давности, что исключает возможность удовлетворения заявления о признании  недействительными указанных сделок должника (пункт 1 статьи 179, пункт 2  статьи 181, статьи 195, 196, пункт 1 статьи 197 ГК РФ, статья 61.9 Закона  о банкротстве).  

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов  апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований  для отмены или изменения обжалуемого определения.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему  предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления  о признании недействительными сделок, а также о применении последствий  недействительности ничтожных сделок, заключённых или исполненных должником.  

Пленум ВАС РФ в пунктах 1, 4 постановления № 63 разъяснил, что в силу  пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться  по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся  исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или  безналичный платёж должником денежного долга кредитору), или иные действия,  направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации,  предоставление отступного). Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 6.3, само по себе  не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки  должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном  исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных  условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена  в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

В пункте 9 постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения  пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить  из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления,  то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1  

статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств,  определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента),  не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия  заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной  только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии  предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления № 63).  

В рассматриваемом случае заявление о признании должника банкротом принято  к производству 20.03.2014, а оспариваемые сделки совершены 30.01.2013,  соответственно, подпадают под период подозрительности, предусмотренный  в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника,  а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определённой по данным бухгалтерской отчётности должника  на последнюю отчётную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  должник изменил своё место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после её совершения, либо  скрыл своё имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие  документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчётности или учётные документы,  ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо  в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению  и ведению бухгалтерской отчётности были уничтожены или искажены указанные  документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Исходя из пунктов 5 – 7 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной  по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки  был причинён вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала  или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым  имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований  к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или  юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований  по обязательствам должника за счёт его имущества. Неплатёжеспособность –  прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей  по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При  этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Из вышеприведённых норм следует, что для правильного разрешения вопроса  о наличии у оспариваемой сделки признаков недействительности, предусмотренных  положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить факт  совершения сделки в определённый период времени до возбуждения дела  о банкротстве (три года), причинение вреда имущественным правам кредиторов,  

наличие у должника на дату совершения сделки признаков неплатёжеспособности,  осведомлённость об этом другой стороны сделки (недобросовестность контрагента).  

Как отметила управляющий и следует из ответа Гостехнадзора г. Сургута  от 13.12.2022, документы, послужившие основанием для осуществления отчуждения  спорной техники в пользу ФИО3, не сохранились – уничтожены по истечении  срока хранения (составляет 5 лет); то есть уже с 01.02.2019 данные документы не могли  быть получены управляющим (ФИО2 утверждена конкурсным управляющим  должника определением суда от 26.04.2021).  

Из заявления управляющего следует, что документация должника, включающая  договоры или сведения об их заключении в отношении спорной техники, должником  управляющему не передана.  

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения спорных сделок  от 30.01.2013 у должника имелась задолженность перед ЗАО «СТЕЛ и К» в размере  14 851 978 руб. (решение от 08.02.2013 Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № 2-65/2013). Указанная  задолженность включена в реестр требований кредиторов должника определением суда  от 19.05.2014.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (далее –  ВС РФ), изложенной в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие  у должника в спорный период неисполненных обязательств, вытекающие из которых  требования в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его  неплатёжеспособности в период заключения оспариваемой сделки.  

Из определения ВС РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам  необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя  независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку  на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление  отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой  сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять  мотивы заключения сделки.  

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.  

Возражая против заявленных требований, ФИО3 в отзыве сообщила, что  должник является её родственником; ФИО7 обратился к ответчику с просьбой  переоформить на себя несколько единиц техники; целью переоформления  ФИО3 не интересовалась, дала согласие на совершение сделок, поставила  подписи, где это было нужно. Также сообщила, что технику не видела, денежные  средства не получала.  

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции  о совершении спорных сделок аффилированными лицами (пункт 1 статьи 19 Закона  о банкротстве), соответственно, ответчику должно было быть известно  о неблагоприятном финансовом положении должника, о наличии неисполненных  договорных обязательств.  

Применительно к фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора  выводы суда первой инстанции о наличии совокупности условий для признания  оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным  положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются законными  и обоснованными.  

Правовым обоснованием заявленных требований управляющим также указаны  положения статей 10, 168 ГК РФ.  

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях ВС РФ от 20.10.2015   № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается  поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права,  сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления  гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами,  

нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред  или создающее для этого условия.  

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки,  причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1  ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит  о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10  и 168 ГК РФ. Поскольку определённая совокупность признаков выделена  в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей  вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств  её совершения за рамки признаков подозрительной сделки (определение ВС РФ  от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).  

В соответствии с правовой позицией ВС РФ, изложенной в определении  от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), закреплённые в статье 61.2 Закона о банкротстве  положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности  извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред  кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя  из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон»,  определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм,  регулирующих одни и те же общественные отношения.  

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником  дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче  им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие,  наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие  неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является  основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными  по специальным правилам, предусмотренным статьёй 61.2 Закона о банкротстве.  

Таким образом, применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда  речь идёт о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов  её подозрительности. Совершение сделки за пределами трёхлетнего периода  подозрительности, не является самостоятельным основанием для вывода о наличии  пороков, выходящих за пределы дефектов статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае пороки сделок, с которыми управляющий связывает  недействительность сделок, не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок,  в связи с чем основания для признания их недействительными по общегражданским  основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ) отсутствуют.  

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции проведена  судебная экспертиза (определение от 12.07.2023); в соответствии с заключением  эксперта от 29.08.2023 № 004-23 по состоянию на 30.01.2013 рыночная стоимость  техники, выбывшей из владения должника, составила 7 484 000 руб., в том числе:  ТСПЭ416-0000010 полуприцеп, 2008 г. в., цвет темно-красный – 1 507 000 руб.; ЕК-270  экскаватор, 2001 г. в., цвет оранжевый – 944 000 руб.; ТО-18Б.2 погрузчик фронтальный  одноковш., 1990 г. в., цвет жёлтый – 372 000 руб.; МТЗ-82 трактор Беларусь, 1996 г. в.,  цвет жёлтый – 308 000 руб.; ТО-1224Е-1 трубоукладчик гусеничный, 1996 г. в., цвет  жёлтый, эмаль ПФ-115 – 1 121 000 руб.; МТЗ-82,1 трактор Беларусь, 1996 г. в., цвет  серый – 308 000 руб.; СП-67Т-170.00-1 сваебой, цвет серый –  1 444 000 руб.; ТО-1224Е трубоукладчик, 1989 г. в., цвет жёлтый – 554 000 руб.; ЕК-270  экскаватор универсальный, 2000 г. в., цвет оранжевый – 926 000 руб.  

По утверждению управляющего, с учётом выводов эксперта, оспариваемыми  сделками конкурсной массе должника причинён вред в размере 7 484 000 руб.  

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено о пропуске управляющим срока  исковой давности по заявленным требованиям.  

Согласно статьям 195, 196 ГК РФ исковой давностью признаётся срок для защиты  права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности  устанавливается в три года.  

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ, пункта 32 постановления № 63, заявление  об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может  быть подано в течение годичного срока исковой давности.  

На основании статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности  по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда  первоначально утверждённый внешний или конкурсный управляющий (в том числе  исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона о банкротстве)  узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки,  предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве (определение ВС РФ  от 25.09.2017 № 308-ЭС16-15881).  

Если утверждённое внешним или конкурсным управляющим лицо узнало  о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения  при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них  по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре  наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный  управляющий, утверждённый при введении процедуры, оперативно запрашивает всю  необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе  такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих  под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника  и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2  статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения  о совершённых в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках  по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в  уставном капитале, автомобилей и т. д.), а также имевшихся счетах  в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т. п.  

В настоящем случае ФИО4 исполнял обязанности конкурсного  управляющего должником в период с 27.10.2014 по 18.06.2015 (а с 22.04.2014 являлся  ещё и временным управляющим предпринимателя); в период с 19.06.2015 по 12.04.2021  конкурсным управляющим предпринимателя являлся ФИО5  

Как справедливо отметил суд первой инстанции, срок исковой давности начался  для ФИО4 – с 27.10.2014, поскольку последний являлся ещё и временным  управляющим должника и должен был сделать соответствующие запросы  в регистрирующие органы в процедуре наблюдения, а для ФИО5 –  с 20.08.2015, поскольку двух месяцев после утверждения в должности конкурсного  управляющего было вполне достаточно для направления запросов в регистрирующие  органы, получения на них ответов и проведения анализа сведений.  

Вместе с тем ни один из указанных управляющих с соответствующими  заявлениями по спорному имуществу в арбитражный суд не обращался.  

Суд отклонил доводы ФИО5, заявленные устно в судебном заседании,  о том, что ещё ФИО4 пропустил срок исковой давности  по оспариванию рассматриваемых сделок, как не имеющие правового значения  для рассмотрения настоящего заявления управляющего, отмечая, что утверждённые  арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными  правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих; для правопреемника все  действия, совершённые в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело,  обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое  правопреемник заменил (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве, часть 3 статьи 48  АПК РФ).  

Поскольку конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с  настоящим заявлением 13.01.2023 (по системе подачи документов в электронном виде  «Мой Арбитр»), соответственно, срок исковой давности для обращения в суд  с заявлением о признании оспариваемых сделок недействительными пропущен.  

Таким образом, требования заявителя правомерно оставлены без удовлетворения  на основании пропуска срока давности для обращения с заявлением об оспаривании  сделок.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения  при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных,  по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции,  не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного  акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо  опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение  обжалуемого судебного акта.  

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции  правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4  статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом  апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе  в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.  

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой  арбитражный апелляционный суд  

постановил:

определение от 20.09.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа  – Югры по делу № А75-2362/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.  

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан  усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется  лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте  арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме  ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.  

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса  «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.  

Председательствующий Е. В. Аристова  Судьи О. В. Дубок  

 О. В. Зорина