СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4808/2022(14)-АК

Дело №А71-8480/2021

20 сентября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 сентября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                 Даниловой И.П., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершены оспариваемые сделки, ФИО2

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 13 июля 2023 года 

об удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 и признании договоров займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16 заключенных между должником и ФИО2 недействительными сделками и об отказе в удовлетворении заявления кредитора ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела №А71-8480/2021 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 069-022-173- 48),

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.06.2021 принято к производству заявление ФИО4 (далее – ФИО4, должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.08.2021 

заявление ФИО4 признано обоснованным; в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Публикация о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализация имущества гражданина размещена в газете «КоммерсантЪ» от 07.08.2021 №139., на официальном сайте Единого государственного реестра сведений о банкротстве - 30.07.2021 (сообщение номер 7075104).

15.10.2021 в арбитражный суд поступило заявление (требование) ФИО2 (далее – ФИО2, заявитель) о включении в реестр требований кредиторов ФИО4 задолженности в размере 61 697 247,90 руб., образовавшейся из договоров от займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 30.04.2015 №30-04/15, от 11.05.2016 №11-05/16, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15 (с учетом уточнения размера требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), л.д.158-164 т.1). Заявление (требование) было подано в Арбитражный суд Удмуртской Республики посредством использования услуг почтовой связи 07.10.2021.

Определением арбитражного суда от 13.10.2021 заявление (требование) ФИО2 о включении задолженности в реестр принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.06.2022 производство по заявлению (требованию) ФИО2 было приостановлено, в связи с назначением судебной технической экспертизы, производство которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения Средне-волжский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Протокольным определением арбитражного суда от 14.12.2022 в порядке статьи 146 АПК РФ производство по заявлению (требованию) ФИО2 о включении задолженности в реестр возобновлено.

15.09.2022 финансовый управляющий должника ФИО3 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 АПК РФ уточнения требований, просил признать недействительными (ничтожными) договоры займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 30.04.2015 №30-04/15, от 11.05.2016 №11-05/16, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, заключенные между должником и ФИО2, и о применении последствий признания данных сделок недействительными в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 17 866 727 руб. В качестве правового обоснования заявленных требований финансовый управляющий сослался на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Определением арбитражного суда от 22.09.2022 заявление финансового управляющего ФИО3 об оспаривании сделок должника принято к производству; назначено судебное заседание по проверке обоснованности указанного заявления.

Определением арбитражного суда от 14.12.2022 в порядке статьи 130 АПК РФ заявления ФИО2 о включении  задолженности в реестр и финансового управляющего ФИО3 об оспаривании сделок должника объединены в одно производство  для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.07.2023 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено частично; оспариваемые договоры от займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 30.04.2015 №30-04/15, от 11.05.2016 №11-05/16, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15 признаны недействительными (ничтожными) сделками. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. В удовлетворении требований ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов полностью отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных им требований и отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В апелляционной жалобе ее заявитель указывает на обоснованность и документальную подтвержденность требования кредитора, полагая, что в материалы дела было представлено достаточно доказательств, подтверждающих факт наличия у него денежного требования к должнику, основанного на заемных правоотношениях. Считает, что представленными в материалы дела документами, в частности, выписками из личного кабинета компании Google; отчетом публичного акционерного общества «Сбербанк» (далее – ПАО «Сбербанк») обо всех операциях за период с 14.12.2016 по 14.12.2021 по счету 40817 ***************, выписками ПАО «Сбербанк» из лицевого счета по вкладу; расходными кассовыми ордерами Акционерного общества «БКС Банк» (далее – АО «БКС Банк») за период с 17.03.2015 по 08.06.2016; выписками по счету в Акционерном обществе «Раффайзенбанк» (далее – АО «Раффайзенбанк») за период с 18.02.2015 по 29.07.2015  подтверждается наличие у ФИО2 финансовой возможности предоставить должнику заемные денежные средства. Вышеперечисленными документами также опровергаются предположения финансового управляющего и иных кредиторов должника о транзитном характере денежных средств, поскольку источником получения данных средств являлась компания Google, выплачивающая ФИО2 соответствующее вознаграждение, которое направлялось на финансирование договоров займа. Полагает, что вывод суда первой инстанции об отсутствии в действиях ФИО2 разумных экономических мотивов для заключения спорных договоров займа сделан без учета всех обстоятельств дела. Отмечает, что все заключенные с должником договоры займа являлись процентными и заключались на срок более трех лет, при этом, в рассматриваемый период времени их условия были более привлекательны, чем размещение денежных средств на депозите в кредитной организации. Поясняет, что такие условия договоров займа, с учетом более высокой процентной ставки, чем в кредитных учреждениях, позволяли ФИО2 разместить свободные денежные средства на максимально выгодных условиях на срок до трех лет. Данное обстоятельство, по мнению апеллянта, уже само по себе опровергает доводы финансового управляющего и кредиторов об отсутствии в действиях ФИО2 экономической целесообразности в заключении оспариваемых договоров. Обращает внимание на то, что несмотря на условия о возврате процентов по окончанию договоров займа должник осуществлял возврат денежных средств досрочно и в счет погашения процентов. В частности, первая оплата за пользование займом была выполнена 24.12.2015 на сумму 1 519 800 руб., что составляло уже 12,66% от ранее выданной суммы (12 000 000 руб.); такая динамика возврата и отдача от инвестированных денежных средств оценивалась ФИО2 очень положительно и в последующем повлияла на решение заявителя выдать должнику в 2016 году новые займы на условиях, еще более выгодных. Таким образом, анализ в совокупности всех обстоятельств, в том числе реальных экономических интересов ФИО2, показывает целесообразность и разумность действий кредитора по выдаче займов, при этом, никакой иной способ инвестирования не мог бы гарантировать аналогичный экономический эффект при сопоставимых временных и трудовых затратах. Утверждает, что должник использовал заемные денежные средства в коммерческой деятельности, связанной с благоустройством и продажей земельных участков, ранее приобретенных в собственность. Указывает на то, что в спорный период времени ФИО4 являлся собственником земельного участка, который им межевался и благоустраивался (проводились коммуникации на массив, выполнялись дороги), впоследствии земельные участки продавались по более высокой цене; данная предпринимательская модель представлялась ФИО2 надежной, поскольку в случае невозврата займов у должника имелось ликвидное имущество, на которое могло быть обращено взыскание. Отмечает, что в период до подачи должником заявления о признании себя несостоятельным (банкротом) ФИО2 были получены денежные средства в счет погашения процентов по ранее выданным договорам займа в размере 17 866 727 руб., в этой связи, в случае, если бы должник не обратился в суд с заявлением о признании себя банкротом, существующий порядок инвестирования являлся для ФИО2 крайне выгодным. Полагает несостоятельным довод финансового управляющего об отсутствии у Повышена С.С. задолженности перед кредитором ФИО2, отмечая, что расписка от 31.12.219 о получении ФИО2 денежных средств по договору от 01.07.2019 №02-07/19 в сумме 51 000 000 руб. основного долга и 6 903 863 руб. процентов за пользование займом за период с 01.07.2019 по 31.12.2019 составлена к договору, который не был заявлен ФИО2 в качестве основания для включения в реестр требований кредиторов; кроме того, в материалы дела представлена копия договора займа от 01.01.2020 №01-01 на предоставление денежных средств в сумме 55 000 000 руб., а также расписка от 01.01.2020 на соответствующую сумму о выдаче ФИО2 в пользу ФИО4 денежных средств в указанном размере. Отмечает, что данные документы оформлялись сторонами в подтверждении наличия обязательств, при этом, в ходе рассмотрения настоящего спора со стороны ФИО2 неоднократно давались пояснения о том, что цель оформления договоров и расписок в 2019 и 2020 годах являлась сверка обязательств. В частности, ФИО2 полагал, что оформление сверки в таком порядке: оформление займа, выдача по нему расписки, получение денежных средств по расписке, а потом оформление очередного договора займа и оформление новой расписки, позволит ему одновременно фиксировать обязательства и обновлять по ним срок исковой давности; более того, при оформлении таких сверок начисленные, но не выплаченные проценты, включились в тело займа при оформлении следующего договора. С учетом изложенного, считает, что представленные финансовым управляющим расписка от 31.12.2019 о получении денежных по договору от 01.07.2019 №02-07/19, а также договор займа от 01.01.2020 №01-01 и расписка к нему в контексте заявленного ФИО2 требования, не могут являться доказательствами надлежащего исполнения должником обязательств (отсутствия долга), поскольку данные документы следует оценивать только в совокупности со всеми представленными в материалы дела доказательствами последовательно. Помимо этого, не соглашается с выводом суда о злоупотреблении сторонами спорных договоров займа своими правами. Отмечает, что, анализируя признаки злоупотребления правом, суд первой инстанции их подтверждение в рассматриваемых правоотношениях фактически не установил. Более того, судом первой инстанции были проигнорированы результаты проведенной в рамках настоящего спора технической экспертизы, которые в контексте вопроса о злоупотреблении правом (с целью причинения вреда иным лицам), подлежали тщательной оценке (так, эксперты установили отсутствие агрессивного воздействия на документы, которые оформлялись в период 2015-2016 года), в связи с чем, вывод о злоупотреблении правом нельзя признать обоснованным. 

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО3 и кредитора ФИО5 (далее – ФИО5) поступили письменные отзывы, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, предъявляя требование о включении в реестр требований кредиторов должника, ФИО2 сослался на следующие обстоятельства.

В период с 19.02.2015 по 11.05.2016 между ФИО4 (Заемщик) и ФИО2 (Займодавец) было заключено семь договоров займа, а именно: 

- от 19.02.2015 №19-02/15 на сумму 6 000 000 руб. сроком до 19.02.2019 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлены расписки о получении денежных средств от 19.02.2015 на сумму 500 000 руб., от 20.02.2019 на сумму 1 000 000 руб., от 27.02.2019 на сумму 2 350 000 руб., от 18.03.2019 на сумму 1 700 000 руб., от 19.03.2019 на сумму 450 000 руб. 

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 19.02.2015 №19-02/15 составляет 11 566 282,89 руб., в том числе: 6 000 000 руб. основной долг и 5 566 282,89 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

- от 30.04.2015 №30-04/15 на сумму 3 000 000 руб. на срок до 31.12.2018 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлены расписки о получении денежных средств от 30.04.2015 на сумму 1 500 000 руб., от 18.06.2015 на сумму 1 500 000 руб.

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 30.04.2015 №30-04/15 составляет 5 615 785,03 руб., в том числе: 3 000 000 руб. основной долг и 2 615 785,03 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

- от 24.06.2015 №24-06/15 на сумму 1 200 000 руб. на срок до 31.12.2018  с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлена расписка от 24.06.2015 на сумму 1 200 000 руб.

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 24.06.2015 №24-06/15 составляет 3 004 931,51 руб., в том числе: 1 200 000 руб. основной долг и 1 804 931,51 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

- от 29.07.2015 №29-07/15 на сумму 2 000 000 руб. на срок до 31.12.2018 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлена расписка от 29.07.2015 на сумму 2 000 000 руб.

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 29.07.2015 №29-07/15 составляет 4 960 273,97 руб., в том числе: 2 000 000 руб. основной долг и 2 960 273,97 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

- от 22.10.2015 №22-10/15 на сумму 1 000 000 руб. на срок до 22.04.2019 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлена расписка от 22.10.2015 на сумму 1 000 000 руб.

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 22.10.2015 №22-10/15 составляет 2 421 917,81 руб., в том числе: 1 000 000 руб. основной долг и 1 421 917,81 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

- от 15.04.2016 №15-04/16 на сумму 10 000 000 руб. на срок до 31.12.2019 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлена расписка от 15.04.2016 на сумму 10 000 000 руб.

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 15.04.2016 №15-04/16 составляет 24 056 916,69 руб., в том числе: 10 000 000 руб. основной долг и 14 056 916,69 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

- от 11.05.2016 №11-05/16 на сумму 10 000 000 руб. на срок до 31.12.2019 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых. 

В подтверждение передачи ФИО2 должнику заемных денежных средств в материалы дела представлена расписка от 11.05.2015 на сумму 10 000 000 руб.

По расчету заявителя, задолженность ФИО4 по договору займа от 15.04.2016 №15-04/16 составляет 23 865 113,41 руб., в том числе: 10 000 000 руб. основной долг и 13 865 113,41 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

Неисполнение должником обязательств по возврату займов, послужило основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника 

В дальнейшем, ссылаясь на исполнение должником обязательств по возврату заемных денежных средств по договору от 24.06.2015 №24-06/15, ФИО2 исключил из размера предъявленной к включению в реестр задолженности сумму долга по данному договору, уточнив заявленные требования.  

Таким образом, размер предъявленных к включению требований составил 61 697 247,90 руб.,  в том числе: 32 000 000 руб. задолженность по договорам займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16 и 29 697 247,90 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами.

В свою очередь, полагая, что положенные в основание заявленных требований договоры займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16 отвечают признакам мнимых и заключены с нарушением положений Федерального закона от 21.12.2013 №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Закон о потребительском кредите), финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их  недействительными (ничтожными) по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Рассмотрев настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания договоров займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16 недействительными сделками на основании статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ, не усмотрев оснований для признания их ничтожными, в связи с нарушением Закона о потребительском кредите. Требования ФИО2, с учетом изложенных обстоятельств и ввиду недоказанности наличия заявленной ко включению в реестр кредиторов должника задолженности, оставлены судом без удовлетворения.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции отмене не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI настоящего Федерального закона. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 названного Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

В соответствие со статьей 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов по денежным обязательства по гражданско-правовым сделкам подлежат удовлетворению в третью очередь.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Между тем, публично-правовой аспект дела о банкротстве накладывает дополнительные требования к рассмотрению вопроса о включении требований отдельного лица в состав реестра требований кредиторов должника в порядке статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

Учитывая специфику дел о банкротстве, в Постановлении Президиума 

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 №1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что возражающему лицу достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга, при этом на другую сторону, настаивающую на наличии долга, возлагается бремя опровержения этих сомнений, в чем не должно возникнуть затруднений, поскольку именно сторона должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Как указывалось выше, при предъявлении требования о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 ссылался на наличие у ФИО4 задолженности, в связи с неисполнением должником обязательств по возврату сумм займа по договорам от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16. 

По договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа), при этом в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 1 статьи 807, пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

По смыслу перечисленных норм договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В ходе рассмотрения данного заявления кредитора финансовым управляющим ФИО3 было заявлено требование о признании договоров займов от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16, первоначально положенных кредитором в основу заявленного требования, недействительными (ничтожными), так как данные сделки совершены между заинтересованными по отношению друг к другу лицами, отвечают признакам мнимых, направлены на создание искусственной задолженности кредитора и, как следствие, на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, при этом наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, совершенных с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса). При этом, совершая мнимые (притворные) сделки их стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся, поэтому при наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости (притворности) договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям закона, суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

При этом кредитор (управляющий), не являясь стороной спорных правоотношений, объективно ограничены в возможности доказывания недействительности/ничтожности сделки, и предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к процессуальному неравенству; в случае наличия возражений кредитора (управляющего) со ссылкой на мнимость (притворность) соответствующих правоотношений и представления ими в суд прямых (косвенных) доказательств наличия существенных сомнений в наличии реальных взаимоотношений по сделке, бремя опровержения этих сомнений возлагается на ответчика, и последнему не должно составлять затруднений опровергнуть такие сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что ФИО2 является мужем родной сестры должника, следовательно, в силу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к нему лицом. 

Из материалов дела следует, что в подтверждение факта передачи денежных средств в качестве займов заявителем в материалы представлены расписки от 30.04.2015, от 18.06.2015, от 22.10.2015, от 11.05.2016, от 15.04.2016, от 19.02.2015, от 20.02.2015, от 27.02.2015, от 18.03.2015, от 19.03.2015, от 29.07.2015. 

В абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В подтверждение финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в качестве займов ФИО2 представлены договор банковского вклада «Удобный» от 17.10.2014 №1623505/3023, открытый в публичном акционерном обществе «БыстроБанк»; выписки по счетам, открытым в ПАО «Сбербанк», за период с 01.01.2014 по 31.12.2017; выписки о состоянии вкладов в ПАО «Сбербанк» за периоды с 26.02.2015 по 23.07.2021, с 29.04.2015 по 23.06.2021, с 22.12.2015 по 23.06.2021, с 22.06.2015 по 23.06.2021, с 24.07.2015 по 23.06.2021, с 25.05.2015 по 23.06.2021, с 22.09.2015 по 23.06.2021, с 23.11.2015 по 23.06.2021, с 23.03.2015 по 23.06.2021, с 24.08.2015 по 23.06.2021, с 23.10.2015 по 23.06.2021; расходные кассовые ордера АО «БКС Банк» за период с 17.03.2015 по 08.06.2016; выписки по счету, открытому в АО «Раффайзенбанк», за период с 18.02.2015 по 29.07.2015  

Изучив данные документы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что данные документы не могут свидетельствовать о возможности кредитора предоставить займы в спорных суммах.

В частности, представленные в материалы дела выписки по счетам в ПАО «Сбербанк России» за период с 01.01.2014 по 31.12.2017 и в АО «Раффайзенбанк» за период с 18.02.2015 по 29.07.2015, равно как и расходные кассовые ордера АО «БКС Банк» за период с 17.03.2015 по 08.06.2016 не могут быть приняты во внимание, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих совокупный доход ФИО2 (заработной платы, выручки от предпринимательской деятельности, от выплаты подлежащих налоговому декларированию дивидендов по акциям и долям участия в хозяйственных обществах, получения в порядке наследования, и др.) в период предоставления должнику денежных средств в качестве займов в материалы дела представлено не было, при этом, сам по себе оборот денежных средств по счетам об указанном не свидетельствует, их аккумулирование и направление на выдачу займов ФИО4, а не использование в собственных интересах из материалов дела не следует. 

Иные доказательства, с достоверностью свидетельствующие о наличии у апеллянта достаточных доходов для предоставления должнику займов в размере, соответствующем суммам займов выдачи расписок, в материалы дела представлены не были.

Указанные выше обстоятельства, правомерно позволили суду первой инстанции критически отнестись к факту наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставить спорные займы, в том числе, по причине того, что материалы дела не содержат однозначных доказательств, из которых бесспорно усматривался бы факт наличия у кредитора наличных денежных средств для предоставления должнику займов на общую сумму 33 200 000 руб. 

Судом первой инстанции также верно принято во внимание, что при подаче должником заявления о признании его несостоятельным (банкротом) спорные договоры займа им указаны не были, равно как и не было указано на наличие задолженности по ним.

Так, в частности, в заявлении ФИО4 о признании его несостоятельным (банкротом) указана задолженность перед ФИО2 в размере 55 000 000 руб., возникшая на основании договора займа от 01.01.2020 №01-01/20. 

К указанному заявлению были приложены, в том числе копия договора займа от 01.01.2020 №01-01/20, копия расписки от 01.01.2020 о выдаче займа на сумму 55 000 000 руб.; список кредиторов и должников гражданина по форме, утвержденной приказом Минэкономразвития России от 05.08.2015 №530 «Об утверждении форм документов, представляемых гражданином при обращении в суд с заявлением о признании его банкротом», собственноручно подписанный должником, согласно которому одним из кредиторов должника является ФИО2, в основании возникновения кредиторской задолженности указан договора займа от 01.01.2020 №01-01/20, размер кредиторской задолженности составляет 55 000 000 руб. 

В ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции представитель ФИО2 пояснял, что договор займа от 01.01.2020 №01-01/20 по сути является актом сверки по обязательствам, возникшим между ФИО4 и ФИО2 на основании договоров займа от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16.

По утверждению представителя кредитора, задолженность по ранее заключенным между должником и ФИО2 договорам займа была саккумулирована, в результате чего был составлен новый договор займа от 01.07.2019 №02-07/19 на сумму 51 000 000 руб. сроком до 31.12.2019 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 27% годовых; 01.07.2019 составлена расписка о получении ФИО4 от ФИО2 денежных средств по договору займа от 01.07.2019 №02-07/19 в сумме 51 000 000 руб.; вместе с тем, денежные средства в указанном размере фактически должнику не передавались, так как договор займа от 01.07.2019 №02-07/19 по сути является актом сверки по спорным договорам займа; в дальнейшем, 31.12.2019 ФИО2 выдает расписку о возврате денежных средств по договору займа от 01.07.2019 №02-07/19, из которой следует, что он получил от ФИО4 денежные средства в сумме 57 903 863 руб. (51 000 000 руб. основной долг и 6 903 863 руб. проценты за пользование заемными денежными средствами за период с 01.07.2019 по 31.12.2019), но, при этом, фактически денежные средства должником не передаются. 

Далее по аналогичной схеме вновь проводится сверка путем заключения между ФИО2 и ФИО4 нового договора займа от 01.01.2020 №01-01/20 на сумму 55 000 000 руб. сроком до 30.06.2020 с уплатой  процентов за пользование суммой займа исходя из ставки 25% годовых; 01.02.2020 составлена расписка о получении ФИО4 от ФИО2 денежных средств по договору займа от 01.01.2020 №01-01/20 в сумме 55 000 000 руб., вместе с тем, денежные средства в указанном размере фактически должнику не передавались, так как договор займа от 01.01.2020 №01-01/20 по сути является очередным актом сверки по спорным договорам займа. 

Проанализировав указанные обстоятельства и исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел, что любой документ между должником и кредитором может быть оформлен формально без фактической передачи денежных средств, при этом, с выдачей соответствующие расписки.

Констатировав данное обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что такое поведение кредитора и должника как участников гражданского оборота свидетельствует о создании видимости добросовестного заключения договоров займа, данное поведение не является разумным, не соответствует критериям обычного делового оборота и является злоупотреблением права, направленным на создание «дружественной» кредиторской задолженности.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела лицами, участвующими в рассмотрении обособленного спора, доказательства в их взаимосвязи и совокупности, учитывая заинтересованность сторон сделки, недоказанность того, что в спорный период финансовое положение ФИО2 позволяло ему предоставить должнику денежные средств в размере, соответствующем суммам займов, равно как и каким образом должник распорядился полученными денежными средствами; принимая во внимание характер сделок, на которых основано требование, а также поведение кредитора, который, предоставляя займы должнику, не предпринял никаких мер по обеспечению их возврата, при нераскрытых экономических мотивах совершения сделок, при неопровержении разумных сомнений в реальности долга; установив, что в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело по факту мошенничества, при этом, ФИО2 в число потерпевших по уголовному делу не входит и с соответствующим заявлением, как это сделали иные кредиторы, в правоохранительные органы не обращался, исходя из того, что по результатам проведения анализа финансового состояния должника финансовым управляющим сделан вывод о наличии у ФИО4 признаков преднамеренного банкротства, пришел к обоснованному выводу об отсутствии у сторон рассматриваемых правоотношений действительной воли на создание правовых последствий совершаемых ими сделок на даты их совершения. 

Таким образом, учитывая недоказанность факта передачи ФИО2

должнику денежных средств по спорным договорам займа, действия указанных лиц следует расценить как неправомерное поведение, направленное на формирование искусственной кредиторской задолженности для последующего распределения конкурсной массы в пользу заинтересованного лица, что в рассматриваемой ситуации является злоупотреблением правом.

Поскольку такие действия являются недобросовестными, нарушают права и законные интересы кредиторов должник, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности финансовым управляющим в данном случае совокупности условий, позволяющих признать оспариваемые договоры от 19.02.2015 №19-02/15, от 30.04.2015 №30-04/15, от 24.06.2015 №24-06/15, от 29.07.2015 №29-07/15, от 22.10.2015 №22-10/15, от 15.04.2016 №15-04/16, от 11.05.2016 №11-05/16 недействительными (ничтожными) на основании  статей 10, 168, пункта 1 статьи 170  ГК РФ. 

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка, нормы материального права применены верно. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.

Доводы, изложенные ФИО2 в апелляционной жалобе, фактически дублируют доводы, заявленные им ранее при рассмотрении спора по существу в суде первой инстанции. Все они были известны суду первой инстанции и учтены при принятии обжалуемого судебного акта, следовательно, они не могут служить основанием для отмены принятого по делу судебного акта, поскольку оснований для переоценки фактических обстоятельств дела апелляционным судом не установлено. Выводы подробно мотивированы, соответствуют содержанию исследованных судом доказательств и норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и не вызывают у апелляционного суда сомнений в их законности и обоснованности.  Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В качестве применения последствий недействительности сделок финансовый управляющий просил взыскать с ФИО2 денежные средства в размере 17 866 727 руб., выплаченные должником в пользу указанного лица за период с 24.12.2015 по 08.10.2020, из которых: 1 200 000 руб. (основной долг) по договору займа от 24.06.2015 №24-06/15, 1 227 636,81 руб. (проценты) по договору займа от 29.07.2015 №29-07/15, 3 918 470,14 руб. (проценты) по договору займа от 19.02.2015 №19- 02/15, 1 959 214,97 руб. (проценты) по договору займа от 30.04.2015 №30-04/15, 555 576,18 руб. (проценты) по договору займа от 22.10.2015 № 22-10/15, 4 598 819,09 руб. (проценты) по договору займа от 15.04.2016 №15-04/16, 4 407 012,86 руб. (проценты) по договору займа от 11.05.2016 №11-05/16. 

В данном случае, суд первой инстанции, принимая во внимание пояснения финансового управляющего о наличии между должником и кредитором имеются также иные правоотношения (в частности, в судебном заседании управляющий пояснил, что им с участием ФИО4 и ФИО2 без составления документов произведен выход в принадлежащую ФИО2 квартиру по адресу: 

<

...>, по результатам чего установлен факт проживания со ФИО4 своей семьей в указанном жилом помещении); учитывая, что в рамках настоящего дела о банкротстве при рассмотрении обособленного спора по заявлению (требованию) индивидуального предпринимателя ФИО6 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 578 880,68 руб. установлено, что 12.05.2020 между ИП ФИО6 (залогодержатель) и должником (залогодатель) был заключен договор залога транспортного средства №0247, согласно которому в обеспечение полного и надлежащего исполнения всех обязательств, возникших из договора займа от 12.05.2023 №0247, залогодатель передает залогодержателю принадлежащее залогодателю транспортное средство марки (модели) Volkswagen Touareg, государственный регистрационный номер 

<

***> 2010 года выпуска, черного цвета, при этом, в пункте 2.1. договора залога согласовано, что имущество остается у залогодателя и находится (хранится) по адресу: 

<

...>; исходя из того, что приведенные финансовым управляющим платежи со счета должника произведены без указания их назначения, то есть из платежных документов невозможно установить назначение произведенного платежа, в счет каких обязательств произведено перечисление денежных средств, при том, что между должником и ФИО2 имеют место быть иные правоотношения (пользование жилым помещением), пришел к обоснованному выводу о том, что заявленные финансовым управляющим последствия недействительности  сделок в данном ситуации применению не подлежат, справедливо отметив на сохранение у финансового управляющего права для истребования денежных средств, в случае установления их безосновательного перечисления. 

Апелляционная жалоба не содержит доводов в части отказа в применении последствий недействительности сделок, следовательно, оснований для переоценки выводов суда в данной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

При таких обстоятельствах и с учетом того, что проверка судебного акта производится апелляционным судом в пределах доводов жалобы, обжалуемое определение суда следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

В определении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2023 о принятии апелляционной жалобы к производству заявителю жалобы было предписано представить подлинные платежные документы, подтверждающее уплату государственной пошлины в установленном порядке и размере. Поскольку определение суда ФИО2 не исполнено, то с указанного лица на основании статьи 333.21 НК РФ в федеральный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина по апелляционной жалобе. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13 июля 2023 года  по делу № А71-8480/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме  3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров