﻿040/2019-27074(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А01-2412/2017

г. Краснодар

02 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 2 июля 2019 года   Постановление в полном объеме изготовлено 2 июля 2019 года  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Мацко Ю.В., судей Гиданкиной А.В. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном  заседании от конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной  ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Роснефть-Ойл» (ИНН 0108003624,  ОГРН 1020100510760) – Шатохина Артура Валентиновича – Кощиенко Д.И.  (доверенность от 29.10.2016), от акционерного общества «Майкопбанк» – Туовой Е.Ю.  (доверенность от 15.07.2016), в отсутствие Управления Федеральной налоговой службы  по Республике Адыгея, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте  судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о  движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно- телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную  жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея на  определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 20 декабря 2018 года  (судья Шефруков А.З.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 31 марта 2019 года (судьи Шимбарева Н.В., Емельянов Д.В., Сурмалян Г.А.) по делу   № А01-2412/2017, установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО СХР «Роснефть-Ойл»  (далее – должник) конкурсный управляющий должника Шатохин А.В. (далее –  конкурсный управляющий) обратился в суд к АО «Майкопбанк» (далее – банк),  ЗАО Молзавод «Шовгеновский» с заявлением о признании недействительной сделки,  состоящей из ряда взаимосвязанных сделок, объединенных единой целью в виде перевода  долга по кредитному договору, и применении последствий ее недействительности.  

Определением суда от 20 декабря 2018 года, оставленным без изменения  постановлением апелляционной инстанции от 31 марта 2019 года, в удовлетворении  требований конкурсного управляющего отказано.  

В кассационной жалобе Управление Федеральной налоговой службы по  Республике Адыгея просит отменить обжалуемые судебные акты, удовлетворить  требования. По мнению заявителя, перевод кредитного обязательства ЗАО Молзавод  «Шовгеновский» на должника является ничтожной сделкой на основании статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а договор  поручительства и кредитный договор – прикрывающие сделки. Банк не пояснил, для чего  потребовалось вводить в состав обязанных по кредиту лиц нового поручителя (должника)  через девять месяцев после фактического предоставления заемщику (ЗАО Молзавод  «Шовгеновский) денежных средств, и после введения в отношении заемщика процедуры  банкротства. Должник получил возможность защиты своих прав только после открытия в  отношении него процедуры конкурсного производства, прекращения полномочий органов  управления и утверждения конкурсного управляющего.  

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника поддержал  доводы кассационной жалобы. В отзыве на жалобу банк просит отказать в  удовлетворении жалобы.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника  поддержал доводы жалобы налогового органа, представитель банка поддержал доводы  своего отзыва.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзывов на жалобу.  Выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит  удовлетворению.  

Как видно из материалов дела, решением от 17.04.2018 должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден Шатохин Артур Валентинович.  

Суды установили следующие обстоятельства: банк и ЗАО Молзавод  «Шовгеновский» 17.04.2013 заключили кредитный договор № 010. Кредит предоставлен  для пополнения оборотных средств заемщика сроком до 16.04.2014 (включительно).  Сумма кредита – 10 млн рублей.  

В обеспечение надлежащего исполнения заемщиком ЗАО Молзавод  «Шовгеновский» кредитных обязательств заключен договор залога (оборудования)  от 17.04.2013 № 010/1.  

Залог также предоставил Меретуков С.М. по договору залога от 17.04.2013   № 010/2.  

Обязательства из указанного кредитного договора обеспечены поручительством  физических лиц: Багова М.Х. (договор поручительства от 17.04.2013 № 010/3) и  Меретукова А.М. (договор поручительства от 17.04.2013 № 010/4).  

ЗАО Молзавод «Шовгеновский» 27.12.2013 обратилось в арбитражный суд с  заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением от 23.01.2014 по делу № А01-2921/2013 в отношении ЗАО Молзавод  «Шовгеновский» введена процедура наблюдение, временным управляющим утвержден  Хасанов Р.Р.  

Согласно определению от 01.04.2014 по делу № А01-2921/2013 требования  АО «Майкопбанк» в размере 8 млн рублей включены в третью очередь реестра  требований кредиторов ЗАО Молзавод «Шовгеновский».  

В обеспечение обязательств ЗАО Молзавод «Шовгеновский» перед банком по  кредитному договору от 17.04.2013 № 010, банк и должник 31.01.2014 (после введения в  отношении ЗАО Молзавод «Шовгеновский» процедуры наблюдения) заключили договор  поручительства от 31.01.2014 № 010/5.  

Банк и должник (заемщик) заключили кредитный договор от 29.04.2014 № 020, по  условиям которого банк предоставил заемщику кредит в сумме 9500 тыс. рублей. Срок  кредита – до 28.04.2016 (включительно) (пункт 2.1 кредитного договора).  

Кредит имеет целевой характер, предусматривает следующее направление  кредитных средств: 8 млн рублей на погашение остатка ссудной задолженности  ЗАО Молзавод «Шовгеновский» перед банком по кредитному договору от 17.04.2013   № 010; 1500 тыс. рублей на пополнение оборотных средств для приобретения горюче- смазочных материалов.  

Предоставление банком должнику 9500 тыс. рублей подтверждается  распоряжением от 30.04.2014 № 382.  

Согласно выписке банка от 08.02.2018 с расчетного счета   № 40702810911360100024 (с 30.04.2014 по 08.02.2018), следует, что кредитные средства  сумме 9500 тыс. рублей выданы банком заемщику, поступили на указанный счет  30.04.2014. Платежным поручением от 30.04.2014 № 01 должник направил 8 млн рублей в  погашение ссудной задолженности ЗАО Молзавод «Шовгеновский» перед банком по  кредитному договору от 17.04.2013 № 010.  

Полагая, что фактическим содержанием спорных сделок и действий является  скрытый перевод кредитного долга перед банком в сумме 8 млн рублей с ЗАО Молзавод  «Шовгеновский» на должника, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением.  

Отказывая в удовлетворении требований, суды правомерно руководствовались  следующим.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом  или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен  вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), цель причинения вреда имущественным  правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно присутствуют два  следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других  обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица.  

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении  сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была  знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции  являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию. При решении вопроса о том,  должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание  принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее  по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Суды, установили, что фактическое исполнение оспариваемой сделки состоялось  30.04.2014, за 3 года и 5 месяцев до возбуждения производства по делу о признании  должника несостоятельным (банкротом) (17.10.2017), то есть за пределами периода  подозрительности. Суды пришли к обоснованному выводу о том, что данная сделка не  может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным  законодательством о несостоятельности, что влечет отказ в удовлетворении требований.  

Согласно пункту 4 постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само  по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского  кодекса).  

Оценивая довод о том, что оспариваемые сделки совершены в интересах  ЗАО Молзавод «Шовгеновский» после введения в отношении него процедуры  наблюдения, в результате оспариваемых сделок произведено погашение требований  ЗАО Молзавод «Шовгеновский», суды установили следующее.  

Определением от 17.10.2017 принято судом к производству заявление ФНС России  в лице УФНС России по Республике Адыгея (далее – уполномоченный орган) о признании  должника несостоятельным (банкротом). Определением от 08.11.2017 требования  уполномоченного органа в сумме 897 491 рубль 53 копейки включены в реестр  требований кредиторов должника.  

На момент заключения сделки 30.04.2014 у должника имелись неисполненные  обязательства в размере 215 878 рублей.  

Об отсутствии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества  также свидетельствует бухгалтерский баланс должника по состоянию на конец 2013 года,  согласно которому общий размер основных средств составляет 21 606 тыс. рублей и  22 251 тыс. рублей запасов, что в совокупности превышает кредиторскую задолженность,  составляющую 104 тыс. рублей. При этом, размер принятых на себя кредитных  обязательств составил 8 млн рублей.  

Суды учли, что лица, участвующие в обособленном споре, не оспаривают, что  должник и ООО Молзавод «Шовгеновский» входят в одну группу компаний.  

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что платеж из полученных  кредитных средств выполнен должником как поручителем, что предполагало  возникновение у должника права на замену банка в реестре требований кредиторов. То  обстоятельство, что должник данным правом не воспользовался, требует разумных  

объяснений со стороны контролирующих должника лиц, раскрывающих экономическую  обоснованность их делового решения.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и  взаимосвязи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, установив, что оспариваемые сделки совершены за пределами срока  подозрительности, в отсутствие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о явном  злоупотреблении правом, судебные инстанции обоснованно отказали в удовлетворении  требований конкурсного управляющего.  

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и  направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция  не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде  первой и (или) апелляционной инстанций.  

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.  

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 20 декабря 2018 года и  постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 марта 2019 года по  делу № А01-2412/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий Ю.В. Мацко Судьи А.В. Гиданкина 

 М.Г. Калашникова