АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-10950/2021

Дело № А72-6031/2021

г. Казань

30 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 августа 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ивановой А.Г.,

судей Моисеева В.А., Самсонова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Газизовой З.Х.,

при участии (после перерыва в режиме веб-конференции) представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 24.05.2021,

при участии представителей: 

Федеральной налоговой службы – ФИО3, доверенность от 08.06.2022; ФИО4, доверенность от 24.01.2022,

ФИО5 – ФИО6, доверенность от 02.04.2022,

общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис» – ФИО7, доверенность от 10.08.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис», ФИО5, ФИО1

на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022

по делу № А72-6031/2021

по исковому заявлению Федеральной налоговой службы к ФИО1, г. Ульяновск (ИНН 

<

***>), ФИО8, г. Ульяновск (ИНН 

<

***>), ФИО9, Ульяновская область, пос. Ленинский (ИНН 

<

***>), ФИО5, г. Москва (ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «РСУ», г. Ульяновск (ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Жилсервис», г. Ульяновск (ИНН 

<

***>) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплутационное предприятие»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ульяновской области от 12.05.2017 заявление принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплутационное предприятие» (далее – общество «РЭП», должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А72-6095/2017.

08.11.2017 с заявлением о признании общества «РЭП» несостоятельным (банкротом) в Арбитражный суд Ульяновской области обратилась Федеральная налоговая служба.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 15.11.2017 заявление Федеральной налоговой службы было принято судом к производству, возбуждено дело № А72-16392/2017.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 12.01.2019 объединены в одно производство дело № А72-16392/2017 и дело № А72-6095/2017 с присвоением делу № А72-6095/2017.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 13.05.2019 производство по заявлению общества «РЭП» о признании его несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ « О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 26.07.2019 производство по делу № А72-6095/2017 по заявлению Федеральной налоговой службы прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Федеральная налоговая служба 11.05.2021 обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением о привлечении солидарно контролирующих должника лиц ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5 к субсидиарной ответственности по денежным обязательства общества «РЭП» и взыскании с ответчиков в пользу уполномоченного органа, с учетом принятого судом уточнения, 44 046 019,08 руб.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.05.2021 исковое заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено - общество «РЭП».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.08.2021 удовлетворено ходатайство Федеральной налоговой службы в части привлечения ответчиков общества с ограниченной ответственностью «РСУ» (далее – общество «РСУ») и общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис» (далее – общество «Жилсервис»).

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2022 исковые требования Федеральной налоговой службы удовлетворены. ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5, общество «РСУ», общество «Жилсервис» привлечены к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества «РЭП» перед Федеральной налоговой службой в размере 44 046 019,08 руб. 

Взыскано солидарно с ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5, обществ «РСУ» и «Жилсервис» в пользу Федеральной налоговой службы 44 046 019,08 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами ФИО5, ФИО1 и общество «Жилсервис» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами.

ФИО5 в своей кассационной жалобе, ссылаясь на нарушение и неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменить, в удовлетворении заявления Федеральной налоговой службы отказать, в дополнениях к кассационной жалобе просит направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы приведены доводы о том, что к рассматриваемым правоотношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, устанавливающий срок один год на подачу заявления о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности; судами незаконно сделан вывод о преюдициальном значении решения по делу № А72-6914/2017; заявитель считает, что с момента списания недоимки и задолженности по пеням и штрафам требовать оплаты и применять иные меры принудительного взыскания такой недоимки, в том числе и с контролирующих лиц, налоговые органы не имеют права.

ФИО1 в своей кассационной жалобе просит принятые по делу судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы приведены доводы о нарушении и неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

Общество «Жилсервис» в своей кассационной жалобе просит отменить постановление апелляционной инстанции, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, ссылается на ненадлежащее извещение апелляционным судом о времени и месте судебного заседания.

В отзыве на кассационные жалобы ФИО9 поддерживает доводы заявителей жалоб, просит и судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указывает на то, что налоговым органом пропущен срок исковой давности на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В отзыве на кассационные жалобы Федеральная налоговая служба возражает против приведенных в жалобах доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представители ФИО5, ФИО1 и общества «Жилсервис» кассационные жалобы поддержали в полном объеме. 

Представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

В судебном заседании 16.08.2022 в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), объявлялся перерыв до 10 часов 00 минут 22.08.2022, до 15 часов 30 минут 23.08.2022, о чем размещена информация на официальном сайте в информационнотелекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Поскольку с кассационными жалобами обратились ФИО5, ФИО1 и общество «Жилсервис», судебные акты проверяются судом кассационной инстанции в пределах доводов указанных лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «РЭП» в размере 44 046 019,08 руб. и взыскания с ФИО5 в пользу Федеральной налоговой службы 44 046 019,08 руб., в отмененной части дело подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области, в остальной части судебные акты подлежат оставлению без изменений, по следующим основаниям.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в отношении общества «РЭП» (ИНН 

<

***>), данное общество зарегистрировано в Инспекции Федеральной налоговой службы по Заволжскому району г. Ульяновска (далее – ИФНС России по Заволжскому району г. Ульяновска, Инспекция) 19.11.2002, адрес местонахождения: 432072, Россия, 

<

...>. Основной вид экономической деятельности - управление эксплуатацией нежилого фонда (ОКВЭД - 70.32.2).

Участниками (учредителями) общества «РЭП» в разные периоды являлись:

- ФИО9 с 19.11.2002 по 19.11.2004 (доля участия 20%), с 12.05.2004 по настоящее время (доля участия 25%),

- ФИО1 с 19.11.2002 по 19.11.2004 (доля участия 20%), с 12.05.2004 по настоящее время (доля участия 25%),

- ФИО8 с 16.03.2012 по настоящее время (доля участия 25%),

- ФИО5 с 19.11.2002 по 18.01.2018 (доля участия 25%)

- общество «РЭП» с 19.01.2018 (доля участия 25%).

Руководителем общества «РЭП» с 19.11.2002 является ФИО9

Общество «РСУ» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 23.12.2002, общество «Жилсервис» - 23.12.2002.

Учредителями общества «РСУ» в разные периоды являлись:

- общество с ограниченной ответственностью «Авиастар-Продукт-плюс» (ИНН7328048006) в период с 25.05.2006 по 30.07.2017,

- ФИО9 с 23.12.2002 по 12.10.2017 (доля участия 37.16%),

- ФИО1 с 23.12.2002 по 25.02.2018 (доля участия 37,15%),

- ФИО5 с 23.12.2002 по 25.02.2018 (доля участия 13,79%),

- ФИО10 с 23.12.2002 по 28.08.2018 (доля участия 3,8%),

- ФИО11 с 28.02.2012 по 28.08.2017 (доля участия 8,1%).

Руководителем общества «РСУ» с 14.04.2004 является ФИО12.

Учредителями общества «Жилсервис» в разные периоды являлись:

- общество с ограниченной ответственностью «Авиастар-Продукт-плюс» (ИНН7328048006) в период с 25.05.2006 по 30.07.2017,

- ФИО9 с 23.12.2002 по 12.10.2017 (доля участия 23,53%),

- ФИО1 с 23.12.2002 по 25.02.2018 (доля участия 23,53%),

- ФИО5 с 23.12.2002 по 09.01.2018 (доля участия 13,75%),

- ФИО10 с 23.12.2002 по 29.05.2018 (доля участия 3,79%),

- ФИО13 с 23.12.2002 по 29.05.2018 (доля участия 3,79%),

- ФИО8 с 28.02.2012 по 25.02.2018 (доля участия 23,53%),

- ФИО11 с 28.02.2012 по 25.02.2018 (доля участия 8,08%).

Руководителем общества «Жилсервис» с 23.12.2002 является ФИО9

Руководствуясь абзацем 3 пункта 5 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 53), суд первой инстанции признал ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5, общества «РСУ» и «Жилсервис» контролирующими должника лицами.

Как установлено судами и подтверждается материалами дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества «РЭП» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) единого налога по упрощенной системе налогообложения, налога на прибыль организаций, налога на добавленную стоимость (далее – НДС), акцизов, водного налога, налога на имущество, транспортного налога, земельного налога за период с 01.01.2013 по 31.12.2014, налога на доходы физических лиц за период с 01.01.2013 по 31.12.2014.

По результатам выездной налоговой проверки составлен акт налоговой проверки от 08.11.2016 № 13-24/30, на основании которого принято решение от 27.12.2016 № 13-24/31 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения». 

Данным решением обществу доначислен налог на прибыль, НДС в общей сумме 24 006 059 руб.; начислены пени в сумме 7 399 010,15 руб., общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), статьи 123 НК РФ; пункта 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в общей сумме 12 496 895,90 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Ульяновской области от 27.02.2017 № 07-07/02710@ апелляционная жалоба общества «РЭП» оставлена без удовлетворения, после чего общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным ненормативного правового акта.

Общество «РЭП» обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением (с учетом принятых уточнений) к ИФНС по Заволжскому району г. Ульяновска о признании недействительным решения от 27.12.2016 № 13-24/31, принятое по результатам рассмотрения акта выездной проверки от 08.11.2016 № 13-24/30, о привлечении общества «РЭП» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления налогов в сумме 24 006 059 руб., начисления пеней в сумме 7 392 536 руб., привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения по статьям 122, 119 НК РФ в сумме 12 484 089,50 руб.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.01.2018 по делу № А72-6914/2017 заявленные требования удовлетворены частично; признано недействительным решение ИФНС по Заволжскому району г. Ульяновска от 27.12.2016 № 13-24/31 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части привлечения общества «РЭП» к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 НК РФ, по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 6 242 044,75 руб. В остальной части требования оставлены без удовлетворения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2018 № 11АП-3448/2018 по делу № А72-6914/2017 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 25.01.2018 оставлено без изменения, вступило в законную силу.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.07.2018 решение Арбитражного суда Ульяновской области от 25.01.2018 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2018 оставлены без изменения.

При этом суды, оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 105.1, 154, 247, 346.11, 346.13 НК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума ВАС РФ № 53, пришел к выводу о наличии взаимозависимости между заявителем и его контрагентами – обществ «Жилсервис» и «РСУ», формальном разделении бизнеса путем распределения численности работников на взаимозависимые организации с целью применения специального налогового режима (УСНО).

При разрешении указанного спора суды установили следующие обстоятельства.

Общество «РЭП» зарегистрировано 19.11.2002, общество «РСУ» - 23.12.2002, общество «Жилсервис» - 23.12.2002. 

Все три организации имеют общее управление, учреждены одними и теми же лицами, в том числе: ФИО9, ФИО1, каждый из которых имел по 25% и более доли в уставном капитале названных организаций. 

При этом ФИО9, являясь участником общества «РЭП», «РСУ» и «Жилсервис», одновременно выступал в качестве руководителя обществ «РЭП» и «Жилсервис». 

ФИО10, являясь главным бухгалтером общества «РЭП», числилась учредителем обществ «РСУ» и «Жилсервис». 

ФИО5 является учредителем обществ РЭП», «РСУ» и «Жилсервис». Общества РЭП», «РСУ» и «Жилсервис» расположены по одному юридическому адресу. 

Согласно договорам поручения от 29.12.2010 №75 и № 76 общества «РЭП» и «РСУ» поручают, а общество «Жилсервис» берет на себя обязательства осуществлять ведение бухгалтерского и налогового учета, работу с кадрами, нормирование труда и заработной платы, материально-техническое обеспечение, делопроизводство и т.д.; все три организации имеют один и тот же номер телефона. 

Правом подписи и полномочиями по получению банковских выписок, получению и предъявлению в банке расчетных документов и иных документов, включая документы для целей валютного контроля по счетам от имени трех организаций наделены ФИО14 (бухгалтер общества «Жилсервис») и ФИО15 (зам. гл. бухгалтера общества «Жилсервис»). 

Прибыль, полученная обществами РЭП», «РСУ» и «Жилсервис», направлялась на выплату дивидендов учредителям.

Свидетель ФИО16 (начальник отдела кадров общества «Жилсервис») показала, что в 2013, 2014 годах она занималась оформлением всех документов по приему, увольнению и текущей работе работников всех вышеперечисленных организаций, ведением табелей учета использования рабочего времени, оформлением всех приказов; трудовые книжки всех сотрудников обществ РЭП», «РСУ» и «Жилсервис» хранятся в одном закрытом сейфе.

Суды, руководствуясь положениями статьи 105.1 НК РФ, признали вышеназванные организации взаимозависимыми для целей налогообложения.

Исходя из вступившего в законную силу решения налогового органа о привлечении общества к налоговой ответственности от 27.12.2016 № 13-24/31, вынесенного по результатам проведенной выездной налоговой проверки и полученным в ходе налоговой проверки материалам суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должностными лицами общества «РЭП» в 2013-2014 годах была создана модель бизнеса направленная на уклонение от уплаты налогов путем «дробления бизнеса». Применение данной модели предполагало ведение единой хозяйственной деятельности тремя взаимозависимыми юридическими лицами – обществами «РЭП», «Жилсервис» и «РСУ» под контролем ФИО9, ФИО8, ФИО1 и ФИО5

Судами при разрешении указанного спора установлено, что между обществом «РЭП» и ЗАО «Авиастар-СП» заключен договор от 25.12.2010 № 630/01 на содержание и техническое обслуживание, согласно которому ЗАО «Авиастар-СП» поручает, а общество «РЭП» принимает на себя обязательства по выполнению: санитарно-гигиенических работ по уборке служебных помещений, производственных площадей (подметание), производственных площадей (мытье), санблоков; работ по обслуживанию, ремонту и содержанию комплектов сантехприборов: работ по уборке и содержанию территории, уходу за зелеными насаждениями, цветниками и газонами: сбору и вывозу мусора на накопительную площадку; стирке и мелкому ремонту спецодежды; плотницких и столярных работ (ремонт дверей, окон, инвентаря, врезка замков); ремонтных работ пластиковых витражей, оконных проемов, входных групп (дверей).

В соответствии с пунктом 3.2 договора общество «РЭП» выставляло ЗАО «Авиастар-СП» акты приемки выполненных работ с наименованием работ, счета-фактуры с наименованием выполненных работ: «Уборка производственных помещений ЗАО «Авиастар-СП» (без НДС).

Для выполнения части вышеуказанного договора (уборки служебных и производственных помещений, обслуживанию сантехприборов и ливнеприемников) общество «РЭП» в проверяемый период привлекало работников обществ «Жилсервис» и «РСУ», заключив с ними договоры поручения от 01.07.2009 № 54 и от 01.07.2009 № 65, соответственно. При этом работники обществ «РСУ», «Жилсервис», числящиеся в штате в качестве уборщиц, оказывали услуги в рамках договора № 630/01 только в связи с деятельностью общества «РЭП».

При этом из протоколов допросов работников обществ «РЭП», «РСУ» и «Жилсервис» следует, что они оказывали только один вид услуг - уборку производственных и служебных помещений объектов ЗАО «Авиастар-СП», получали распоряжения по работе от мастеров всех вышеперечисленных организаций, получали инвентарь, спецодежду и моющие средства с одного склада у ФИО17 (в 2013, 2014 годах завхоз общества «РЭП»), устраивались на работу в обществА «РЭП», «РСУ» и «Жилсервис» через отдел кадров по одному адресу: 

<

...>; уборщики, ранее работавшие по основному месту работу в ЗАО «Авиастар-СП», были уволены из данной организации и трудоустроены в обществА «РЭП», «РСУ» или «Жилсервис» одним днем, где их должностные обязанности и место их выполнения не изменились.

Мастера обществ «РЭП», «РСУ» и «Жилсервис», опрошенные в порядке статьи 90 НК РФ, указали, что отдавали распоряжения по работе уборщицам производственных и служебных помещений, работающим не только в той организации, мастером которой они являлись, но и работницам остальных организаций - обществ «РЭП», «РСУ» и «Жилсервис», распоряжения по работе сами получали только от исполнительного директора общества «РЭП» - ФИО18

Опрошенный в качестве свидетеля ФИО18 (исполнительный директор общества «РЭП») пояснил, до трудоустройства в общество «РЭП» работал в ЗАО «Авиастар-СП» в цехе № 425 заместителем начальника цеха по благоустройству, в 2013, 2014 годах отдавал распоряжения по работе всем сотрудникам обществ «РЭП», «РСУ» и «Жилсервис», начиная от уборщиков, заканчивая начальником участка.

Склад с инвентарем, спецодеждой и моющими средствами располагается (как и в 2013, 2014 годах) в корпусе 3/1 (административный корпус ЗАО «Авиастар-СП», 1 этаж). Снабжение склада осуществлял начальник ОМТС - ФИО19 По письменной заявке завхоза ФИО17 согласовывал количество необходимого материала для выполнения производственной деятельности, далее заявка отдавалась начальнику ОМТС ФИО19 для проработки с поставщиками и дальнейшего приобретения данных материалов.

Инспекцией с учетом норм обслуживания на работы, выполняемые одним исполнителем в течение рабочей смены при продолжительности рабочей недели 40 часов и соблюдением других законодательных норм охраны труда при наиболее полном и рациональном использовании рабочего времени, установлено, что исполнение работ в рамках договора от 25.12.2010 № 630/01 по выполнению санитарно-гигиенических работ по уборке служебно-производственных помещений численностью общества «РЭП» невозможно.

В этой связи средняя численность работников общества «РЭП» по состоянию на 31.12.2012 определена налоговым органом как 140 человек, на 31.12.2013 как 132 человека, на 31.12.2014 как 128 человек.

При расчете средней численности суммированы средняя численность работников общества «РЭП» за 2012 год (83 человека) и уборщиц производственных и служебных помещений обществ «РСУ» (39 чел.) и «Жилсервис» (18 чел.), которые работали полностью весь 2012 год в рамках договора от 25.12.2010 № 630/01; средняя численность работников общества «РЭП» за 2013 год (72 чел.) и уборщиц производственных и служебных помещений общества «РСУ» (42 чел.) и общества «Жилсервис» (18 чел.), которые работали полностью весь 2013 год в рамках договора от 25.12.2010 № 630/01. Аналогичным образом произведен расчет за 2014 год – общество «РЭП» - 68 человек, общество «РСУ» - 42 человека, общество «Жилсервис» - 18 человек.

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что финансово-хозяйственные взаимоотношения, документально оформленные между обществом «РЭП» и организациями обществ «Жилсервис», «РСУ», носили формальный характер; общество «РЭП» путем перераспределения работников в другие взаимозависимые организации искусственно создало условия для возможности применения УСН, при этом фактически по состоянию на 31.12.2012, 31.12.2013, 31.12.2014 общество «РЭП» не соответствовало критериям, позволяющим применять систему налогообложения в виде единого налога по упрощенной системе налогообложения (УСН).

Суды отметили, что запреты и ограничения по применению системы налогообложения в виде УСН не предусматривают возможность их преодоления путем разделения бизнеса; доказательств того, что деление бизнеса путем перевода работников в указанные организации было обусловлено разумными экономическими причинами, связанными с повышением эффективности производства, оптимизацией производственного процесса, наличием деловой цели, в материалы дела не представлено.

Поскольку одним из оснований для перевода налогоплательщика с УСН на общий режим налогообложения является превышение им общего (списочного) количества работников более 100 человек за налоговый (отчетный) период, суды первой и апелляционной инстанций сделали правильные выводы о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды и признали правомерным доначисление налогов по общей системе налогообложения.

Проверяя доводы об отсутствии экономической эффективности и нерентабельности деятельности в случае применения общей системы налогообложения, суды приняли во внимание расчет налогового органа. Из данного расчета следовало, что получение прибыли было возможно, рентабельность составила бы в 2013 году 22%, в 2014 году 15%.

Отклоняя расчет рентабельности, составленный заявителем, суды обоснованно, со ссылкой на первичные документы и положения пункта 3 статьи 164 НК РФ, абзац 2 пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость», признали неверным применение расчетной ставки НДС.

Общество «РЭП» было привлечено к налоговой ответственности за налоговые правонарушения, совершенные в период с 01.01.2013 - 31.12.2014.

В указанный период учредителями общества «РЭП» являлись ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5 с долей участия по 25%, руководителем ООО «РЭП» является ФИО9

На основании разъяснений, содержащихся в пункте 22, 26 постановления Пленума ВАС РФ № 53, в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 62), в пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 6/8), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что именно ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5 в период совершения должником налогового правонарушения определяли действия общества «РЭП» по осуществлению финансово-хозяйственной деятельности.

В части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности обществ «Жилсервис» и «РСУ» как выгодоприобретателей и доводов данных ответчиков о неприменении в отношении данных ответчиков норм подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве суд первой инстанции и согласившийся с ним суд апелляционной инстанции пришли к следующим выводам.

Судами указано на то, что действующие в настоящий момент нормы, регулирующие вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, значительно расширили основания для признания наличия статуса лица контролирующего деятельность должника, в том числе установив презумпцию контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора законодателем еще не была принята глава III.2 Закона о банкротстве, а отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались, в первую очередь, положениями статьи 10 данного Закона.

Однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 АПК РФ) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, заявитель и иные участники процесса лишены возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства.

Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 25.09.2020 по делу № 310ЭС20-6760).

Судами учтено, что налоговый орган представил доказательства ведения обществами «Жилсервис», «РСУ» и «РЭП» единой хозяйственной деятельности под контролем ФИО9, ФИО1, ФИО8, ФИО5 и извлечения ими выгоды от задействования в схеме «дробления бизнеса», направленной на получение необоснованной налоговой выгоды от занижения сумм налога подлежащего уплате в бюджет. При этом налоговым органом представлены сведения о всех поступлениях денежных средств от общества «РЭП» в общества «Жилсервис» и «РСУ», сведения о распределении заработной платы ФИО9, ФИО1, ФИО8, ФИО5 во всех трех организациях, представлен смоделированных расчет совокупного экономического результата деятельности всех трех организаций при осуществлении ими деятельности без нарушения налогового законодательства, смоделированный расчет совокупного финансового результата при выплате дивидендов и без выплаты дивидендов, бухгалтерская отчетность общества «РЭП».

Судами признан обоснованным довод налогового органа о том, что в отсутствие перечислений должником денежных средств в адрес обществ «РСУ» и «Жилсервис», при ведении финансово-хозяйственной деятельности в рамках действующего законодательства денежные средства были бы направлены погашение законно установленных налогов в рамках общей системы налогообложения, которая подлежала применению организациями; несоблюдение участниками схемы и их контролирующими лицами норм действующего законодательства привело к неуплате налога за 2013 и 2014 года и негативным последствиям для должника в виде начисления пени и привлечения к ответственности в виде налоговых санкций.

Установив, что общества «РСУ» и «Жилсервис» получали денежные средства по договору, заключенному между обществами «РЭП» и «Авиастар-СП» исчисляя и уплачивая налог в заниженном размере за счет применения специального налогового режима и тем самым указанные организации извлекали существенные преимущества из системы организации предпринимательской деятельности, направленной на распределение доходов общества «РЭП» между участниками схемы дробления бизнеса с последующим аккумулирование на стороне общества «РЭП» основной долговой нагрузки, что в конечном счете привело в невозможности удовлетворения требований кредитора – уполномоченного органа, подаче заявления о признании общества «РЭП» несостоятельным (банкротом) и последующему прекращению производства по делу в связи с отсутствием финансирования, суды пришли к выводу о том, что общества «РСУ» и «Жилсервис» являются контролирующими выгодоприобретателями и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности. 

Приняв во внимание обстоятельства, установленные при разрешении дела № А72-6914/2017 и выводы судов, которые нашли отражение в судебных актах по указанному делу, руководствуясь положениями части 2 статьи 69 АПК РФ суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статей 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума ВАС РФ № 53, в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016 контролирующих должника лиц ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5 общества «РСУ» и «Жилсервис» и взыскания с них солидарно в пользу Федеральной налоговой службы денежных средств в сумме 44 046 019,08 руб.

Разрешая вопрос о размере субсидиарной ответственности, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции исходили из общего размера неисполненных обязательств должника перед налоговым органом, который составляет  44 046 019,08 руб., включающий суммы налогов доначисленных в рамках выездной налоговой проверки, а также пени и штрафы (НДС – 19 682 038,28 руб., пени – 6 171 676,23 руб., штраф – 4 997 903,95 руб.; налог на прибыль – 2 544 476,69 руб., пени – 1 220 859,79 руб., штраф – 1 244 140,80, пени, начисленные за неуплату НДФЛ – 6474,13 руб., штраф – 12 806,40 руб.). 

Судами принято во внимание, что расчет произведен уполномоченным органом с учетом частичного погашения задолженности, установленной выездной налоговой проверкой, в рамках применения налоговым органом мер принудительного взыскания. 

В размер субсидиарной ответственности также включена задолженность по налогам, страховым взносам, начисленным пеням и штрафам в период после проведения налоговой проверки до 2019 года (прекращения производства по делу о банкротстве общества «РЭП»), а именно: пени по НДС – 5 592 794 руб.; пени по налогу на прибыль – 670 290,08 руб., транспортный налог – 21 089,70 руб.; пени по транспортному налогу – 5387,44 руб., налог по УСНО – 188 856,95 руб., пени по налогу по УСНО – 53 814,54 руб., НДФЛ – 216 076,87 руб., пени по НДФЛ –59825,18 руб. штраф по НДФЛ – 60445,80 руб.; страховые взносы – 935 354,09 руб., пени по страховым взносам – 267 392,09 руб., пени по налогу на прибыль – 94 315,73 руб.

В отношении указанной суммы судами признано наличие в материалах дела надлежащих доказательств, подтверждающих образование долга, соблюдения налоговым органом предусмотренной действующим законодательством процедуры выставления должнику требования об уплате обязательных платежей, содержащего данные о размере задолженности, основаниях и моменте ее возникновения (статья 69 НК РФ), а также доказательства соблюдения сроков принудительного взыскания задолженности.

Судами отмечено, что при рассмотрении дела о банкротстве вся указанная сумма задолженности подлежала бы включению в реестр требований кредиторов либо в реестр текущих обязательств должника, однако осталась непогашенной в связи с недостаточностью имущества у общества «РЭП» и прекращением производства по делу о банкротстве; контррасчет размера субсидиарной ответственности ответчиками не заявлен, каких-либо возражений относительно размера субсидиарной ответственности ответчиками не заявлено.

Оснований для квалификации заявленной налоговым органом суммы в качестве убытков судами не установлено, поскольку допущенные несколькими контролирующими лицами нарушения явились необходимой причиной банкротства; оснований для отступления от солидарного порядка несения субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц либо уменьшения ее размера судами также не установлено.

Доводы ответчиков о том, что они, будучи лишь участниками должника, не причастны к руководству хозяйственной деятельностью должника, не обладали более 50% долей участия общества «РЭП» и фактически не принимали участие в деятельности общества, следовательно, не являются контролирующими лицами, отклонены судами со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и ввиду признания доказанным факта аффилированности ответчиков – ФИО1, ФИО9, ФИО8, ФИО5 посредством участия во всех трех организациях.

Отклоняя соответствующие доводы, суды, исходили из того, что презумпция, предусмотренная в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, ответчиками не опровергнута.

Судами отмечено, что доказательств того, что директор ФИО9 вводил участников общества  в заблуждение, неверно информировал о деятельности общества и о своей работе, в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), а также Уставу должника (пункт 8.1), высшим органом управления общества «РЭП» является общее собрание участников. 

Согласно пункту 8.4.5 Устава к исключительной компетенции общего собрания участников относится утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов.

В соответствии с пунктом 11.1 Устава «РЭП» контроль за финансово-хозяйственной деятельностью Общества осуществляется контрольно-ревизионной комиссией, избираемой общим собранием участников.

Статьей 8 Закона № 14-ФЗ предусмотрено право участников общества участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном Федеральным законом и уставом общества, а также получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона № 14-ФЗ руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества; исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Статьей 39 Закона № 14-ФЗ установлено, что в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно.

С учетом установленного факта согласованности действий взаимозависимых лиц, направленных на минимизацию налоговых обязательств должника путем использования схемы «дробления бизнеса» на зависимый подконтрольный хозяйствующий субъект, суды пришли к выводу о том, что ответчики ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5, являясь участниками общества, действуя добросовестно и разумно, могли и должны были в полной мере участвовать в хозяйственной деятельности общества «РЭП», проверяя на собраниях его отчетность и документацию не могли не знать о том что, общество «РЭП» применяло схему формального дробления бизнеса для занижения численности работников путем распределения их на несколько взаимозависимых организаций с целью применения специального налогового режима (УСНО) и соответственно уклонения от уплаты налогов в бюджет.

Имея механизм влияния на финансовую деятельность общества, ответчики могли контролировать действия как исполнительного органа, так и общества в целом, однако своим бездействием допустили наступление неблагоприятных последствий в виде доначисления по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога и штрафных санкций.

Судом при этом учтено, что ответчиками представлены в материалы дела два протокола собраний участников от 15.03.2013 и от 19.05.2014, согласно которым все четыре ответчика (ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5) принимали участие в собраниях общества «РЭП» и голосовали по заявленной повестке, судом отмечено, что налоговым органом представлены доказательства, что все четыре участника с равными долями участия не могли не знать о необоснованном применении обществом «РЭП» упрощенной системы налогообложения и необоснованном применении схемы «дробления бизнеса», учитывая, что данные лица также входили в состав участников обществ РСУ» и «Жилсервис» и получали дивиденды во всех трех организациях.

Отклоняя доводы ответчиков о принципиальной недопустимости применения введенной в действие с 01.09.2016 презумпции, предусмотренной абзацем 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, с учетом периода налоговой проверки (01.01.2013 - 31.12.2014), суд первой инстанции и признавший обоснованным такое отклонение доводов суд апелляционной инстанции, исходили из следующего.

Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 222-ФЗ) в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац 5, дополнивший презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, следующей:

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Данное положение вступило в силу с 01.09.2016, и, в силу прямого указания пункта 9 статьи 13 Закона № 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности поданным после 01.09.2016 (рассматриваемое заявление подано 06.05.2021) вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника. В дальнейшем, указанная презумпция была перенесена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При анализе правовой природы презумпции, закрепленной в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, перенесенной в дальнейшем в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, следует, что она, фактически, не является новым основанием, а представляет собой конкретизацию, частный случай, такого общего основания для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» (статья 10 Закона о банкротстве) или «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц» (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53), предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 

1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 

2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Названная опровержимая презумпция, первоначально закрепленная в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и впоследствии перенесенная в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, как и иные опровержимые презумпции, введены законодателем для упрощения истцам процесса доказывания. Так, при подтверждении условий наличия означенных законодателем презумпций, предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Судами указано на то, что основанные на решении от 27.12.2016 № 13-24/31 о привлечении общества «РЭП» к ответственности за совершение налогового правонарушения требования Федеральной налоговой службы в части основного долга превышают 50%, что свидетельствует о наличии презумпции, предусмотренной абзацем 5 пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения контролирующих общество «РЭП» лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции установлено, что основанием для вынесения решения от 27.12.2016 № 13-24/31 послужил вывод налогового органа об использовании обществом «РЭП» «взаимозависимых» организаций – обществ «РСУ» и «Жилсервис» для формального разделения дохода между организациями с целью получения и сохранения права на применение специального режима налогообложения в виде упрощенной системы налогообложения, выявлена совокупность обстоятельств, свидетельствующая об использовании обществом «РЭП» схемы ухода от налогообложения, используя взаимозависимых контрагентов - обществ «РСУ» и «Жилсервис», применяющих специальный налоговый режим в виде УСН, что привело к занижению выручки от реализации товаров, и, как следствие, к занижению налогооблагаемой базы для исчисления налога; установлена согласованность действий взаимозависимых лиц, направленных на минимизацию налоговых обязательств общества «РЭП» путем использования схемы «дробления бизнеса» на зависимый подконтрольный хозяйствующий субъект и позволяющий получать обществу «РЭП» необоснованную налоговую выгоду в виде разницы налоговых обязательств при применении общей системы налогообложения и режима в виде УСН, так как доход, полученный через общества «РСУ» и «Жилсервис», фактически является доходом общества «РЭП» и подпадает под общую систему налогообложения.

Также судом первой инстанции учтено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области по делу № А72-6914/2017 подтвержден вывод налогового органа о привлечении должника к налоговой ответственность по пункту 3 статьи 122 НК РФ, то есть как деяния совершенного умышленно. 

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что именно действия (бездействия) ФИО1, ФИО8, ФИО9, ФИО5, как контролирующих должника лиц, привели к совершению обществом «РЭП» в 2013-2014 году налогового правонарушения, выявленного в ходе выездной налоговой проверки, и, как следствие, привлечению его к ответственности.

По мнению суда первой инстанции, уполномоченным органом доказана вся совокупность обстоятельств, подлежащая доказыванию в настоящем споре, а именно вина ответчиков в невозможности полного погашения требований кредиторов, факт невозможности полного погашения всех требований кредиторов вследствие действий (бездействий) ответчиков, причинно-следственная связь.

Судом первой инстанции со ссылкой на пункт 58, 59 постановления Пленума ВС РФ 53, пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, отклонено заявление ФИО5 о пропуске срока исковой давности для предъявления требований о привлечении ее к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции в этой части также признал правомерными.

В рассматриваемом случае, вменяемые ответчикам действия имели место в 2013-2014 годах, результатом которых стало привлечение общества «РЭП» к налоговой ответственности в 2016 году.

Суды исходили из того, что течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее прекращения производства по делу о банкротстве должника определением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.05.2019).

Редакция Закона о банкротстве, действовавшая на дату вменяемых деяний, в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривала, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица, в случае недостаточности имущества должника, несут субсидиарную ответственность по его обязательствам (абзац первый), что позволяло уполномоченным лицам (конкурсному управляющему, конкурсным кредиторам) инициировать споры по привлечению контролирующих должника лица к субсидиарной ответственности как ссылаясь на презумпции, установленные абзацем третьим, четвертым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, так и доказывая наличие иных обстоятельств, в том числе привлечение должника к налоговой ответственности вследствие виновных действий руководителя, свидетельствующих о доведении должника до банкротства.

Судом установлено, что о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, уполномоченный орган должен был узнать не позднее даты привлечения должника к ответственности за совершение налогового правонарушения (27.12.2016) и не позднее даты (26.07.2019) прекращения производства по делу, ввиду отсутствия денежных средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, уполномоченный орган стал осведомлен о недостаточности активов должника и с этой даты у него возникло право на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности по заявлению уполномоченного органа о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве начал течь 26.07.2019 (дата прекращения производства по делу). 

Признавая заявление о пропуске срока необоснованным, суд исходил из того, что заявление уполномоченным органом подано 06.05.2021, в течение 1 года и 10 месяцев после прекращения производства по делу о банкротстве должника, то есть в пределах трехлетнего объективного срока исковой давности, который уполномоченным органом не пропущен.

Суд кассационной инстанции оснований для удовлетворения кассационных жалоб общества «Жилсервис», ФИО1 не усматривает.

Разрешая спор в части, касающейся привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам, спор в данной части разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве.

С учетом изложенного пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве не может быть истолкован судами как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.06.2021 № 307-ЭС21-29).

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для его привлечения к ответственности), учитывая момент совершения правонарушений, определенных кредитором, к спорным отношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве.

Абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, предусмотрено, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве субъектами субсидиарной ответственности являются учредители, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия.

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) также устанавливают презумпцию доведения контролирующими лицами должника последнего до банкротства при наличии вступившего в силу решения о привлечении должника к ответственности за налоговые правонарушения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 7 постановления Пленума ВС РФ № 53, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

По смыслу пунктов 4, 16 названного постановления осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

В пункте 22 постановления ВС РФ № 53 разъяснено, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что такие действия являются совместными действиями контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Оценив представленные сторонами доказательства с позиций статьи 71 АПК РФ, и установив наличие совокупности обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности общества «Жилсервис», ФИО1, наличие причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующих его лиц, а также отсутствие у должника какого-либо имущества, суды обоснованно удовлетворили требование налогового органа о привлечении указанных ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах общества «Жилсервис», ФИО1 подлежат отклонению, поскольку тождественны доводам являвшихся предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, отклонены судами с подробным изложением мотивов, не опровергают выводов судов, а сводятся к несогласию подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела.

Доводы общества «Жилсервис» об отсутствии надлежащего извещения его судом апелляционной инстанции о времени и месте судебного разбирательства, подлежат отклонению, поскольку они опровергаются почтовым уведомлением, подтверждающим вручение копии определения о назначении дела к судебному разбирательству (л.д. 200, том 6).

Вместе с тем, отклоняя заявление ФИО5 о пропуске налоговым органом срока исковой давности, суды не учли следующее. 

При разрешении спора об истечении срока исковой давности было заявлено двумя ответчиками – ФИО5 и ФИО9

Согласно абзацу второму пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 43) заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности).

С кассационной жалобой в Арбитражный суд Поволжского округа из лиц, заявивших об истечении срока исковой давности, обратилась ФИО5; ФИО9 с кассационной жалобой не обращался.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчику действий, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В данном случае субъективный срок начал течь в любом случае не позднее 26.07.2019 – даты прекращения производства по делу о банкротстве должника.

Объективный срок начался также с 26.07.2019, но продолжал течь в пределах трех лет.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд 06.05.2021, по истечении 1 года и 10 месяцев после прекращения производства по делу о банкротстве должника, то есть по истечении годичного субъективного срока, но в пределах трехлетнего объективного срока.

Между тем трехлетний объективный срок исковой давности подлежит применению при установлении обстоятельств, свидетельствующих о наличии препятствий (объективной невозможности) для обращения с заявлением в течение годичного субъективного срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума ВС РФ № 43).

Между тем, в отношении требования о привлечении к ответственности ФИО5 за действия, совершенные в период действия соответствующей редакции Закона о банкротстве (к которым подлежат отнесению применительно к установленным судами обстоятельствам действия в период третьего и четвертого квартала 2013 года и действия имевшие место в 2014 году), суды не установили обстоятельства, касающиеся наличия либо отсутствия препятствий (объективной невозможности) для обращения налогового органа с заявлением в течение годичного субъективного срока исковой давности, при этом не оценили действия, вменяемые ФИО5 за предшествующий период, на предмет наличия оснований для отнесения их к действиям, приведшим к банкротству должника.

В этой связи принятые судебные акты в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ в соответствующей части подлежат отмене, с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 по делу № А72-6031/2021 отменить в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Ремонтно-эксплутационное предприятие» в размере 44 046 019 руб. 08 коп. и взыскания с ФИО5 в пользу Федеральной налоговой службы 44 046 019 руб. 08 коп.

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

В остальной части решение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 по делу № А72-6031/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Жилсервис» и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяА.Г. Иванова

 

СудьиВ.А. Моисеев

 

В.А. Самсонов