ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-22817/2020

г. Самара

28 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 декабря 2021 года 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Гадеевой Л.Р., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ФНС России (УФНС России по Самарской области) - представитель ФИО2 по доверенности от 04.02.2021;

от ООО «АЛЬФАСТРОЙ» в лице конкурсного управляющего ФИО3 - представитель ФИО4 по доверенности от 06.07.2021;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №1, апелляционную жалобу ООО «СтройЭффект» на определение Арбитражного суда Самарской области от 22 октября 2021 года о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности, по делу №А55-22817/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЛЬФАСТРОЙ», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЛЬФАСТРОЙ», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 25.12.2020 ООО «АЛЬФАСТРОЙ», ИНН 

<

***> признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором с учетом принятых арбитражным судом уточнений, просил признать недействительным заключенный между ООО «АльфаСтрой» и ООО «Стройэффект» договор перенайма от 29.08.2019 года к договору финансовой аренды (лизинга) № 959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018 года. и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройЭффект» в пользу ООО «АльфаСтрой» денежных средств в размере 1 310 398руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 03.08.2021 к участию в рассмотрении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Ресо-Лизинг».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22 октября 2021 г. признан недействительным заключенный между ООО «АльфаСтрой» и ООО «Стройэффект» договор перенайма от 29.08.2019 года к договору финансовой аренды (лизинга) № 959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018 года. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройЭффект» в пользу ООО «АльфаСтрой» денежные средства в размере 1 310 398руб. Распределены расходы по государственной пошлине.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «СтройЭффект» обратилось с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 ноября 2021 года апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 ноября 2021 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 21 декабря 2021 г. на 11 час 50 мин. Приостановлено исполнение определения Арбитражного суда Самарской области от 22 октября 2021 года о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности, по делу №А55-22817/2020 до рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 21 декабря 2021 г. представители ФНС России и ООО «АЛЬФАСТРОЙ» в лице конкурсного управляющего ФИО3 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Отзывы на апелляционные жалобы приобщены к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из материалов дела следует, что между ООО «АльфаСтрой» и ООО «Стройэффект» был заключен договор перенайма от 29.08.2019 года к договору финансовой аренды (лизинга) № 959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018, в соответствии с условиями которого, должник с согласия Лизингодателя ООО «Ресо-Лизинг» передал свои права и обязанности ООО «Стройэффект» по договору финансового аренды (лизинга) №959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018, оценив передаваемые права в размере 1 018 058,41 руб. 

Полагая, что спорная сделка совершена должником в пределах трехлетнего срока до принятия заявления о признания должника банкротом, и в результате её совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании указанной сделки должника недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также по основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу, что совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о наличие оснований для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Не соглашаясь с выводами суда первой инстанции, ООО «СтройЭффект» в апелляционной жалобе указывает на то, что судом первой инстанции не приняты во внимание обстоятельства, связанные с особенностями договора лизинга, а также правовые основания перехода предмета лизинга в собственность должника и преимущества, извлеченные должником в связи с владением и эксплуатацией предмета лизинга. 

По мнению ответчика, выводы суда первой инстанции о характере и природе оспариваемой сделки как договора выкупленного лизинга, являются ошибочными, поскольку только надлежащее исполнение лизингополучателем обязательств по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, означает реализацию им права на выкуп полученного в лизинг имущества.

Кроме того, ООО «СтройЭффект» не согласен и с тем, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелась кредиторская задолженность, установленная решениями Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2019 г. по делу № А55-25927/2019 и от 02.03.2020 г. по делу № А55-32601/2019, так как названные решения суда были вынесены позже даты оспариваемой сделки.

Помимо указанного, ответчик не согласен и с последствиями применения недействительности сделки, а именно с тем обстоятельством, что при их применении суд первой инстанции руководствовался Отчетом № 73/21 об оценке рыночной стоимости легкового автомобиля Toyota Camry 2018 года выпуска и переуступки прав по договору лизинга № 959СА-АЛ/01/2018 от 23.08.2018 г. По мнению ответчика, Отчет составлен без осмотра транспортного средства и без учета сведений, которые могли повлиять на определение рыночной цены транспортного средства на момент заключения оспариваемой сделки. В частности, не были исследованы сведения об участии транспортного средства в дорожно-транспортных происшествиях (ДТП). Такие сведения являются открытыми и содержатся в общедоступных источниках. Так, согласно сведениям с официального сайта ГИБДД МВД России о ДТП, транспортное средство Toyota Camry VIN 

<

***> было серьезно повреждено в результате ДТП 27.02.2019 г. (повреждены стекла, двери, пороги по правой стороне) (источник: https: //гиблл.рф/check/auto#

<

***>), что не могло не отразиться на утрате товарной стоимости и потенциальном сроке службы транспортного средства. Таким образом, ООО «СтройЭффект» полагает, что выводы суда первой инстанции о соответствии Отчета требованиям закона не является в полной мере правомерным.

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных по данному обособленному спору обстоятельств, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника следует исходить из содержания указанных понятий, приведенных в статье 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) (абзацы 33 и 34).

Согласно абзацам 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЛЬФАСТРОЙ» возбуждено определением Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2020, оспариваемая сделка совершена 29.08.2019, то есть в период в период подозрительности, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, на дату совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами:

- ООО «Ремхимстрой 2», установленные решением Арбитражного суда Самарской области от 26.07.2019 по делу №А55-13739/2019, 

- ООО «Восток», установленные решением Арбитражного суда Самарской области от 22.07.2019 по делу №А55-14897/2019, 

- ООО «СК-Будущее», установленные решением Арбитражного суда Самарской области от 15.07.2019 по делу №А55-16804/2019, 

- АО «ЭнергоНефтьАвтоматика», установленные решением Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2019 по делу №А55-25927/2019, 

- ООО «Стройпромсервис», установленные решением Арбитражного суда Самарской области от 02.03.2020 по делу №А55-32601/2019.

Вопреки доводам ответчика, неплатежеспособность должника наступила ранее совершения оспариваемой сделки.

Таким образом, на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, указанная выше информация размещена в открытом доступе.

Как установлено пунктом 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Согласно статье 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

Из указанной нормы следует, что договор финансовой аренды (лизинга) является разновидностью договора аренды, с той лишь разницей, что предмет договора финансовой аренды приобретается арендодателем (лизингодателем) по выбору и запросу арендатора (лизингополучателя) для последующей сдачи указанного имущества в аренду (лизинг).

В силу пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» на основании договора лизинга лизингодатель обязуется приобрести у определенного продавца в собственность определенное имущество для его передачи за определенную плату на определенный срок, на определенных условиях в качестве предмета лизинга лизингополучателю.

В соответствии со статьей 614 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) и пунктом 5 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» по договору лизинга лизингополучатель обязуется:

- принять предмет лизинга в порядке, предусмотренном указанным договором лизинга;

- выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга;

- по окончании срока действия договора лизинга возвратить предмет лизинга, если иное не предусмотрено указанным договором лизинга, или приобрести предмет лизинга в собственность на основании договора купли-продажи.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 11 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя. Право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

Согласно пункту 4 статьи 17 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

В соответствии с пунктом 1 статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

По смыслу статьи 624 ГК РФ и статьи 19 Закона о лизинге включение в договор финансовой аренды (лизинга) дополнительного условия о возможности перехода права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю позволяет рассматривать такой договор как смешанный (пункт 3 статьи 421 ГК РФ), содержащий в себе элементы договоров финансовой аренды и купли-продажи.

На основании правовой позиции, указанной в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

Вместе с тем правовые позиции, содержащиеся в данном постановлении, подлежат применению также к договорам лизинга, в которых содержится условие о праве лизингополучателя выкупить по окончании срока действия такого договора предмет лизинга по цене, настолько меньшей, чем его рыночная стоимость на момент выкупа, что она является символической.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

По смыслу статьи 329 ГК РФ упомянутое обеспечение прекращается при внесении лизингополучателем всех договорных платежей, в том числе в случаях, когда лизингодатель находится в процессе банкротства либо он уклоняется от оформления передаточного акта, договора купли-продажи и прочих документов.

Таким образом, право собственности на предмет лизинга - на момент совершения оспариваемой сделки принадлежало лизингодателю и не являлось собственностью должника, следовательно, спорное имущество не могло являться конкурсной массой.

По оспариваемому договору перенайма фактически заменен арендатор по договору финансовой аренды.

Соглашениями об условиях передачи прав и обязанностей (перенайме) по договорам финансовой аренды, прежним лизингополучателем переданы свои права и обязанности по договору финансовой аренды в пользу нового лизингополучателя.

Право собственности на транспортное средство перешло к ответчику.

В силу условий соглашения об условиях передачи прав и обязанностей (перенайме) по договору финансовой аренды права и обязанности прежнего лизингополучателя перешли к новому лизингополучателю в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту передачи.

Новый лизингополучатель становится правопреемником во всех отношениях по договору финансовой аренды.

Сведений о возмездном характере для должника указанное соглашение не содержит.

В материалы дела никакого особого соглашения об условиях взаиморасчетов между новым и прежним лизингополучателями за уступаемое право (передаваемые права и обязанности по договору лизинга) не представлено.

Вместе с тем, как следует из материалов дела к моменту заключения соглашения о переходе права собственности от 17.06.2021 к Договору лизинга №959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018, должником в пользу лизингополучателя уже были уплачены лизинговые платежи в размере 1 022 169,89 руб. 

С экономической точки зрения в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате предусмотренных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

При этом под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную стоимость, если ее уплата предусмотрена договором, а также договор лизинга, в котором содержится условие о праве лизингополучателя выкупить по окончании срока действия данного договора предмет лизинга по цене, настолько меньшей, чем его рыночная стоимость на момент выкупа, что она является символической.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлениях Президиума от 18.05.2010 №1729/10, от 12.07.2011 №17389/10, при расторжении по требованию лизингодателя договора лизинга, содержащего условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при условии выплаты им всех предусмотренных договором лизинговых платежей, прекращается обязательство лизингодателя по передаче предмета лизинга в собственность лизингополучателя.

В этом случае при изъятии предмета лизинга лизингодателем отпадают основания для удержания им той части лизинговых платежей, которые уплачивались в счет выкупной стоимости. Не установление в договоре лизинга выкупной стоимости, уплачиваемой по окончании срока лизинга, либо определение ее в символическом размере при превышении срока полезного использования предмета лизинга над сроком лизинга означает, что выкупная стоимость вошла в состав периодических лизинговых платежей.

С учетом изложенного при возврате предмета лизинга лизингодателю в случае расторжения договора выкупного лизинга на стороне лизингодателя возникает обязательство по возврату выкупных платежей.

При этом, поскольку предмет лизинга возвращается лизингодателю с износом, стоимость данного износа подлежит возмещению лизингополучателем и может быть зачтена при определении размера причитающихся лизингополучателю выкупных платежей.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что при решении вопроса о равноценности встречного исполнения по оспариваемой сделке необходимо учесть размер стоимости предмета лизинга, фактически оплаченной должником, поскольку в состав оплаченных лизингодателю платежей входит амортизация лизингового имущества за весь срок действия договора лизинга, компенсация платы лизингодателя за использованные им заемные средства, комиссионное вознаграждение, плата за дополнительные услуги лизингодателя, предусмотренные договором лизинга. 

На момент заключения соглашения о переходе права собственности от 17.06.2021 к Договору лизинга №959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018 часть платежей по договору лизинга выплачена должником, который не получил от ответчика компенсации затрат, связанных с ранее произведенной лизингодателю оплатой лизинговых платежей.

Факт подтверждения получения наличных денежных средств должником не был подтверждён ни при рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции.

В процессе рассмотрения заявления ответчик не отрицал, что обязательства по оплате по договору перенайма от 29.08.2019 исполнены не были.

Учитывая размер обязательств, исполненных должником по договору лизинга на момент заключения соглашения, установив, что ответчик не возместил должнику стоимость уступленного права, не компенсировал понесенные уже затраты должником на выкуп автомобиля, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о совершении оспариваемой сделки при отсутствии возмездного встречного предоставления ответчиком.

Таким образом, ответчик стал собственником предмета лизинга за счет должника, не уплатив экономически обоснованную стоимость транспортного средства.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить правом во вред другому лицу.

Право сторон по своему усмотрению определять договорную цену закреплено в статьях 421 и 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству.

Вместе с тем в рассматриваемом случае отчуждение не имеющего недостатков транспортного средства (иное ответчиком не доказано) после возбуждения дела о банкротстве должника, в отсутствие оплаты, очевидно свидетельствовало о том, что директор продавца не руководствовался интересами возглавляемой им организации и преследовала иные цели (вывода ликвидного имущества) заинтересованному лицу.

Поэтому оспариваемая сделка по безвозмездному отчуждению транспортного средств причинила вред имущественным кредиторам должника и нарушала права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества (аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2016 308-ЭС16-11018).

В результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение стоимости имущества должника и, соответственно, причинен вред имущественным правам кредиторов.

В результате совершенной сделки должник лишился актива в виде движимого имущества (иного не доказано).

В настоящем случае, если бы оспариваемая сделка не была совершена, кредиторы должника могли получить удовлетворение своих требований за счет имущества, переданного ответчику по оспариваемой сделке, соответственно, в результате совершения оспариваемой сделки произошла утрата возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции конкурсным управляющим в материалы дела представлен Отчет №73/21 об оценке рыночной стоимости легкового автомобиля Toyota Camry 2018г.в. и переуступки прав по договору лизинга №959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018, в котором содержится вывод следующего содержания: «Рыночная стоимость легкового автомобиля TOYOTA CAMRY, 2018 г.в., VIN 

<

***> по состоянию на 29.08.2019 составляет 1 602 042руб. Стоимость уступки права требования по договору лизинга №959СА-АЛФ/01/2018 от 23.08.2018 составит 1 310 398руб.».

Указанный отчёт об оценке ответчиком не оспорен, не признан недействительным.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.09.2021 судом первой инстанции лицам, участвующим в деле, предложено рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости легкового автомобиля TOYOTA CAMRY и переуступки прав по договору лизинга.

Между тем, ходатайство о назначении экспертизы от указанных лиц в материалы дела не поступило.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции ходатайство о назначении экспертизы также заявлено не было.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 20.12.2006 №66 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Суд первой инстанции, оценив по правилам статей 71 и 82 АПК РФ представленный в материалы дела Отчет №73/21, пришел к выводу, что оно соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам данного вида (статьи 86, 87 АПК РФ), признал его надлежащим доказательством установления рыночной стоимости уступаемых прав и обязанностей по договору лизинга. 

Судебная коллегия с данным выводом, с учётом установленных обстоятельств, соглашается.

Согласно пункта 7 указанного выше Постановления, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Отсутствие прямых признаков заинтересованности в рассматриваемом случае, не препятствует квалифицировать оспариваемую сделку, как совершенную с целью причинения вреда кредиторам, учитывая вышеуказанные фактические обстоятельства совершения сделки. 

В силу сложившейся судебной арбитражной практики отсутствие доказательств признаков заинтересованности по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве само по себе не исключает осведомленности о совершении сделки с целью причинения вреда кредитором должника. Безвозмездное отчуждение имущества в отсутствие доказательств наличия правовых оснований с очевидностью свидетельствует о том, что должник не руководствовался какими-либо экономическими интересами, а преследовал цель вывода ликвидного имущества из собственности. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника оборота сомнения относительно правомерности отчуждения.

Следовательно, несмотря на отсутствие доказательств аффилированности должника и ответчика, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют о том, что ответчик не мог не осознавать противоправной цели совершения сделки, а совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о наличие оснований для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Заявляя требование об оспаривании сделки, конкурсный управляющий также сослался на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Для применения же статей 10 и 168 ГК РФ, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом (Определение Верховного Суда РФ от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 по делу № А41-20524/2016).

Выход сделки за пределы признаков оспоримости в данном случае не усматривается, и, как установлено выше, она подпадает под квалификацию подозрительности по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и статьей 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым возвращение полученного носит двусторонний характер.

Пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротства предусматривает, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Результатом применения последствий недействительности сделки должно являться восстановление положения, которое существовало до совершения недействительной сделки.

В рассматриваемом спорном правоотношении таким положением является возвращение во владение должника имущества - предмета договора лизинга с восстановлением его прав и обязанностей по договору лизинга в отношении лизингодателя ООО «РЕСО-Лизинг».

Однако, как установлено судом первой инстанции, и следует из пояснений ответчика, в период после заключения оспариваемого договора в соответствии с его условиями и условиями договора лизинга, ответчик, приняв на себя права и обязанности лизингополучателя, исполнил перед ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодателем) условия договора лизинга, следовательно применение последствий в виде восстановления должника в правах стороны по договору лизинга стало невозможным.

Кроме того, в силу ст. 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» обязанностью лизингодателя в отношении лизингополучателя является предоставление права пользования имуществом, а впоследствии после уплаты лизинговых платежей в полном объеме - передача предмета лизинга в собственность лизингополучателя. В связи с этим встречным предоставлением по отношению к обязанности лизингополучателя по уплате лизинговых платежей является передача лизингодателем имущества в пользование, а затем после уплаты лизинговых платежей в полном объеме - в собственность лизингополучателя.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание тот факт, что должник не являлся собственником автомобиля, основания для истребования у ООО «СтройЭффект» автомобиля, являвшегося предметом лизинга, отсутствуют.

В случае невозможности возврата имущества в натуре, в данном случае прав и обязанностей лизингополучателя, подлежит возмещению стоимость уступки права требования по договору лизинга, определенная в указанном отчете №73/21, а именно - сумма 1 310 398 руб. и эта сумма подлежит взысканию с общества в пользу должника.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и статьей 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым возвращение полученного носит двусторонний характер.

Поскольку ответчик не производил компенсации затрат, связанных с ранее произведенной лизингодателю оплатой лизинговых платежей, а также не исполнил обязательства по оспариваемому договору в части оплаты, то соответственно, в настоящем случае, реституция имеет односторонний характер.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 22 октября 2021 года по делу №А55-22817/2020 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 22 октября 2021 года по делу №А55-22817/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Л.Р. Гадеева

 

Е.А. Серова