ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А63-6094/2016

18 марта 2019 года

г. Ессентуки

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2019 года.

                   Постановление в полном объёме изготовлено 18 марта 2019 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Казаковой Г.В.,

судей: Егорченко И.Н.,  Луговой Ю.Б., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы и ходатайство о восстановлении пропущенного срока на апелляционное обжалование ФИО2 и финансового управляющего ФИО2 – ФИО3   на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.01.2019 по делу №А63-6094/2016  (судья  Стукалов  А.В.), 

по заявлению конкурсного управляющего Долженко Андрея Анатольевича

к ФИО2, (ИНН 

<

***>, г. Пятигорск),

третьи лица: ФИО3, г. Ростов-на-Дону,

ФИО5, г. Будённовск,

о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 15.07.2013 и применении последствий его недействительности в деле о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Производственное предприятие «Поток», г. Пятигорск, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителя УФНС России по Ставропольскому краю - ФИО6 (по доверенности от 29.08.2018 № 26АА2358823), в отсутствие представителей других лиц, участвующих в деле,  извещённых надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Русэлектро» обратилось в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО «ПП «Поток» (далее - должник).

Определением от 01.12.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО4

Решением от 09.06.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждён ФИО4

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 24.06.2017.

31 мая 2018 года конкурсный управляющий ФИО4 (далее - конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к ФИО2 (далее - ответчик) о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 15.07.2013, и применении последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 передать в конкурсную массу должника нежилое (административное) здание с пристройкой общей площадью 490,4 кв.м, с кадастровым номером 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, и земельный участок площадью 381,79 кв. м, с кадастровым номером 26:21:030401:6.  

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 25.01.2019 по делу №А63-6094/2016 суд признал договор купли-продажи от 15.07.2013 недвижимого имущества: нежилое (административное) здание с пристройкой общей площадью 490,4 кв. м, с кадастровым номером 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, по адресу: 

<

...>; земельный участок площадью 381,79 кв. м, с кадастровым номером 26:21:030401:6, по адресу: 

<

...>, заключённый между ЗАО «Производственное предприятие «Поток» и ФИО2, недействительным. Применил последствия недействительности сделки. Обязал ФИО2 возвратить ЗАО «Производственное предприятие «Поток» недвижимое имущество: нежилое (административное) здание с пристройкой общей площадью 490,4 кв. м, с кадастровым номером 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, по адресу: 

<

...>; земельный участок площадью 381,79 кв. м, с кадастровым номером 26:21:030401:6, по адресу: 

<

...>. Взыскал с ФИО2 в пользу ЗАО «Производственное предприятие «Поток» расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом от 25.01.2019 по делу №А63-6094/2016, ФИО2 и финансовый управляющий ФИО2 – ФИО3 обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с ходатайствами о восстановлении срока на апелляционное обжалование определения суда и апелляционными жалобами, в которых  просят определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе конкурсному управляющему ЗАО ПП «Поток» ФИО4 в удовлетворении заявленных требований в признании договора купли-продажи от 15.07.2013 недействительным. 

Определением от 14.02.2019 апелляционные жалобы и ходатайство о восстановлении срока на апелляционное обжалование приняты к производству суда и назначены к рассмотрению на 11.03.2019. 

В судебном заседании 11.03.2019 представитель УФНС России по Ставропольскому краю поддержал доводы отзыва на апелляционные жалобы, просил отказать в удовлетворении апелляционных жалоб, определение суда первой инстанции оставить - без изменения.

От арбитражного управляющего ФИО4 поступил отзыв на апелляционные  жалобы, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционных жалоб.  

В судебное заседание представители иных лиц, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, о причинах неявки суд не известили. Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю направило в суд ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобу  в  отсутствие своего представителя.   

 На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы и ходатайство о восстановлении срока на апелляционное обжалование рассмотрены в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Рассмотрев заявленные ходатайства о восстановлении срока на апелляционное обжалование, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что заявленное ходатайство следует оставить без рассмотрения по следующим основаниям.

В силу статьи 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, вправе обжаловать в порядке апелляционного производства решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу.

Согласно части 1 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба может быть подана в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения, если иной срок не установлен настоящим Кодексом.

По ходатайству лица, обратившегося с апелляционной жалобой, пропущенный срок подачи апелляционной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня принятия решения и арбитражный суд признает, что срок пропущен, по причинам, не зависящим от заявителя (ч. 2 ст. 259 АПК РФ).

В соответствии с частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено указанным Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения. 

Соответствующие разъяснения также содержатся в пункте 35.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». 

В силу части 2 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд восстанавливает процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259 и 276 настоящего Кодекса предельно допустимые сроки для восстановления.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» № 36 от 28.05.2009 в пунктах 14 и 15 разъяснено, что в силу части 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции восстанавливает срок на подачу апелляционной жалобы, если признает причины пропуска уважительными. Для лиц, извещённых надлежащим образом о судебном разбирательстве, уважительными могут быть признаны, в частности, причины, связанные с отсутствием у них по обстоятельствам, не зависящим от этих лиц, сведений об обжалуемом судебном акте. Проверка жалобы на соответствие требованиям статьи 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о форме и содержании апелляционной жалобы проводится в случае удовлетворения ходатайства о восстановлении пропущенного срока.

Определение Арбитражного суда Ставропольского края изготовлено в полном объёме  25.01.2019.

Таким образом, десятидневный срок на подачу апелляционных жалоб истёк   08.02.2019.

Апелляционные жалобы ФИО2 и финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 поданы в суд первой инстанции в электронном виде 07.02.2019, что подтверждается информацией о документе дела и штампом суда первой инстанции. 

Следовательно, в рассматриваемом случае апелляционные жалобы поданы в суд первой инстанции в установленный срок, а поэтому ходатайство о восстановлении срока следует оставить без рассмотрения. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришёл к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.01.2019 по делу №А63-6094/2016 надлежит оставить без изменения по следующим основаниям. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ЗАО «Производственное предприятие «Поток» (покупатель) в лице генерального директора ФИО2 на основании договора купли-продажи от 06.05.2006 № 121 приобрело у ОАО «НК «Роснефть-Ставропольнефтегаз» (продавец) нежилое (административное) здание с пристройкой общей площадью 490,4 кв. м, с кадастровым номером 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, расположенное на земельном участке площадью 3 392 кв. м с кадастровым номером 26:21:030401:0001.

ЗАО «Производственное предприятие «Поток» (покупатель) также на основании договора купли-продажи  от  02.03.2009  приобрело у администрации  муниципального образования города Будённовска земельный участок, относящийся к категории земель -земли населённых пунктов с кадастровым номером 26:21:030401:6.

15 июля 2013 года между ЗАО «Производственное предприятие «Поток» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключён договор купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с пунктом 1 которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить недвижимое имущество состоящее из: административного здания с пристройкой, вид права - собственность, назначение - нежилое, общей площадью 490,4 кв. м, литер A3, инвентарный номер 196, кадастровый номер 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, расположенное по адресу: 

<

...>, и земельный участок, вид права - собственность, назначение - земли населённых пунктов, под общественную застройку, общей площадью 381,79 кв. м, кадастровый номер 26:21:030401:6, расположенный по адресу: 

<

...>.

В пункте 3 указанного договора стороны указали, что объект недвижимости продан за 296 544,15 руб., которые покупатель обязуется уплатить продавцу до подписания договора и регистрации перехода права в управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Ставропольскому краю.

Государственная регистрация договора произведена 07.08.2013.

В последующем ФИО5 обратился в Будённовский городской суд с иском к ФИО2 о признании договора купли-продажи от 12.12.2013 двухэтажного нежилого (административного здания ) с пристройкой общей площадью 490,4 кв. м с кадастровый номер 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3 и земельного участка площадью 381,79 кв. м, расположенных по адресу: 

<

...>, подписанного ФИО7 и ФИО5, заключённым и признании за ФИО5 права собственности на вышеуказанное имущество.

Решением Будённовского городского суда от 07.09.2017 по делу № 2-1118/17 исковые требования ФИО5 были удовлетворены, договор купли-продажи от 12.12.2013 признан заключённым. За ФИО5 признано право собственности на спорное имущество должника.

Определением Будённовского городского суда от 13.03.2018, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 30.05.2018, представление и.о. прокурора г. Пятигорска удовлетворено, решение Будённовского городского суда от 07.09.2017 по делу № 2-1118/17 по иску ФИО5 к ФИО2 о признании права собственности на объект недвижимого имущества - двухэтажное нежилое (административное здание) с пристройкой общей площадью 490,4 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, отменено.

При повторном рассмотрении дела исковое заявление ФИО5 к ФИО2 в связи с повторной неявкой сторон определением Будённовского городского суда Ставропольского края от 13.07.2018 было оставлено без рассмотрения.

Конкурсный управляющий, полагая, что в результате передачи имущества должника был причинён ущерб кредиторам, обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно статье 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) или законодательством о юридических лицах).

В пункте 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве указано о том, что правила настоящей статьи применяются к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платёж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В пункте 5 постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), недействительной, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. При этом под вредом имущественным правам кредиторов понимаются, в частности, последствия совершенных должником сделок, приведшие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

В  пункте 6 постановления № 63 разъяснено следующее, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника;

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Необходимым условием является также осведомленность второй стороны сделки об указанной цели должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63 о том, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что в период предшествующий банкротству должника и спорный период - с 03.11.2007 (протокол общего собрания акционеров должника) по 01.01.2017 (дата представления информации АО ВТБ Регистратор об акционерах должника), единственным акционером, генеральным директором, заместителем генерального директора являлись, соответственно, ФИО2 и ФИО8, ФИО9, которая является дочерью ФИО2

В соответствии с пунктом 1 статьи 81 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (в редакции, действовавшей на момент заключения сделки) сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей главы. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновлённые и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паёв) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Как видно из договора купли продажи недвижимого имущества от 15.07.2013, договор заключен ЗАО «Производственное предприятие «Поток»  в лице директора ФИО10 и физическим лицом ФИО2  

Таким образом, суд первой инстанции пришёл к выводу, что договор купли-продажи от 15.07.2013 заключён между заинтересованными лицами.

Доказательств того, что ФИО2 произвел оплату по договору купли продажи от 15.07.2013, в материалах дела не имеется и таких доказательств не представлено. 

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что на момент подписания договора купли-продажи от 15.07.2013, ЗАО «ПП «Поток» имело признаки банкротства и неисполненные обязательства перед другими кредиторами (уполномоченным органом), поскольку задолженность перед ФНС России составляла в сумме 292 698 496,3 руб., что подтверждена решением ИФНС России по г. Пятигорску Ставропольского края от 21.01.2016 № 09-21-1/1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (проверяемый период 2011-2013 гг.), решением Арбитражного суда Ставропольского края от 13.10.2016 по делу №А63-6094/2016, определением Арбитражного суда Ставропольского края от 19.05.2017 по делу № А63-6094/2016. 

Кроме того, задолженность перед ПАО «Ростелеком» по оплате за оказанные услуги связи за период с 01.01.2013 по 30.04.2014 составляла в сумме 1 989 324,76 руб. и  подтверждается решениями Арбитражного суда Ставропольского края по делам №№ А63-7514/2014, А63-7701/2014 и решением Арбитражного суда Республики Ингушетия по делу № А18-502/2014.

Судом первой инстанции также установлено, что должник и контролирующие должника лица принимали меры по выводу активов должника, что подтверждается вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Ставропольского края от 22.06.2018 и от  01.11.2018 по делу № А63-6094/2016.

При этом как указано судом первой инстанции, в данном случае дефекты сделок, указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статье 10 Гражданского кодекса РФ  сопоставимы.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 Постановления Пленума № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны должника, но и со стороны ответчика.

В соответствии с пунктами 1 - 2 и 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ). 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Таким образом, мнимой является сделка, которая характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, то есть стороны не преследуют цели совершения сделки по признакам статьи 153 Гражданского кодекса РФ.

Доказательств того, что  договор купли-продажи от 15.07.2013 был заключен не с целью выводы ликвидных активов должника и причинения вреда кредиторам, в материалах дела не имеется и таких доказательств суду не представлено.

Как указано выше, доказательств того, что ФИО2 осуществлял платежи на расчетный счет должника или в кассу должника по договору купли-продажи, в материалах дела не имеется.  

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ в совокупности и взаимосвязи, пришел к выводу о том, что заключая договора купли продажи без намерения оплаты сделки, стороны фактически совершили договор дарения, тем самым договор купли-продажи от 15.07.2013 прикрывал договор дарения (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, статья 572 Гражданского кодекса РФ).

При этом судом первой инстанции правомерно указано о том, что в силу прямого указания статей 1 и 2 Гражданского кодекса РФ, гражданское законодательство, регулируя имущественные и личные неимущественные отношения, основывается на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, которые приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (статья 10 Гражданского кодекса РФ), как и возмездный характер договоров купли-продажи (статья 454 Гражданского кодекса РФ). Бесплатное использование участником гражданского оборота принадлежащего другому лицу (чужого) имущества законодательством не допускается, как противоречащее гражданско-правовым принципам.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости право собственности на административное здание с пристройкой, вид права - собственность, назначение - нежилое, общей площадью 490,4 кв. м, литер А3, инвентарный номер 196, кадастровый номер 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, расположенный по адресу: 

<

...>, и земельный участок, вид права - собственность, назначение - земли населённых пунктов, под общественную застройку, общей площадью 381,79 кв. м, кадастровый номер 26:21:030401:6, расположенный по адресу: 

<

...>, зарегистрировано за ФИО2 07.08.2013. 

Заявление ФИО2 о признании его банкротом поступило в суд 07.08.2017, дело № А63-12651/2017 о банкротстве указанного лица возбуждено 14.08.2017. 

Определением от 26.09.2017 (резолютивная часть объявлена 19.09.2017) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждён ФИО3 

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 12.04.2018 по делу № А63-12651/2017 ФИО2 признан банкротом, открыта процедура реализации имущества гражданина.

Судом первой инстанции также установлено, что ФИО5, подписав договор купли-продажи от 12.12.2013 (19.12.2013), принял меры по признанию в судебном порядке права собственности на имущество должника только в 2017 году, то есть после введения в отношении общества процедуры наблюдения и перед тем, как ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании его  несостоятельным (банкротом). 

Таким образом,  суд первой инстанции пришел к выводу о том, что формальные действия ФИО2 и ФИО5 по подписанию договора купли-продажи нежилого помещения и земельного участка от 12.12.2013 (в отзыве третье лицо указало, что основанием для принятия решения Буденновского городского суда Ставропольского края от 07.11.2017 по делу № 2-1118/17 послужил аналогичный договор от 19.12.2013) и расписки к нему от 19.12.2013 не свидетельствуют о том, что между сторонами фактически состоялись правоотношения, а договор считается заключенным.

Указанные обстоятельства были установлены определением Будённовского городского суда от 13.03.2018, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 30.05.2018.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Незаключённый договор не может быть признан недействительной сделкой, поскольку незаключенность договора свидетельствует об отсутствии между сторонами какой-либо сделки.

Вывод суда первой инстанции соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 10.04.2018 № 81-КГ17-31.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определёнными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Как правильно указано судом первой инстанции, в деле о банкротстве существует повышенный стандарт доказывания.

В данном случае ни ФИО2, ни ФИО5 не представили в материалы дела оригиналы договора купли-продажи от 12.12.2013 (19.12.2013) и расписки к нему об оплате денежных средств по договору купли-продажи. 

Кроме того, ФИО5 не подтвердил, что его финансовое положение позволяло предоставить ответчику денежные средства в сумме 500 000 руб. (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 3 статьи 10 Гражданского кодекса РФ в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Гражданского кодекса РФ.

С учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришёл к выводу, что действия ФИО5 и ФИО2 по подписанию договора купли-продажи от 12.12.2013 (19.12.2013) в отношении спорного имущества ЗАО «ПП «Поток», обращению в суд с заявлением о признании договора заключённым и признании за последующим приобретателем права собственности,  свидетельствуют о совершении действий в обход закона с противоправной целью - безвозмездный вывод ликвидных активов у юридического лица в пользу его бывшего руководителя, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Отклоняя доводы ФИО5 о том, что фактически спорное имущество принадлежит третьему лицу, суд первой инстанции правомерно указал о том, что указанные доводы не имеют правового значения, поскольку государственная регистрация права собственности на объект недвижимого имущества произведена за ФИО2

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что имеются как специальные основания оспаривания сделки, предусмотренных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и на общих основаниях,  предусмотренных Гражданским кодексом РФ. 

Рассмотрев заявленное финансовым управляющим ФИО2 и ФИО5 ходатайство о пропуске заявителем срока исковой давности и применении срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Договор купли продажи объекта недвижимого имущества заключён 15.07.2013, зарегистрирован 07.08.2013.

В данном случае целью оспаривания подозрительных сделок в деле о банкротстве является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. 

Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). 

Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учёту подлежит дата такой регистрации.

Учитывая, что право собственности на имущество должника зарегистрировано за ФИО2 07.08.2013, дело о банкротстве должника возбуждено 21.07.2016, суд первой инстанции пришел к выводу, что договор купли-продажи для целей банкротства считается совершенной в пределах трёх лет до возбуждения дела, а потому сделка может быть оспорена по специальным основаниям недействительности, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

Вывод суда первой инстанции соответствует правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда РФ от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721, от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утверждённое внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утверждённый при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Судом первой инстанции установлено, что арбитражный управляющий ФИО4 утверждён конкурсным управляющим должника 08.06.2017, заявление об оспаривании сделки поступило в суд 31.05.2018, то есть в пределах срока для защиты нарушенного права, следовательно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что срок исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании договора купли – продажи не истек, а доводы о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что договор купли-продажи от 15.07.2013 недвижимого имущества: нежилое (административное) здание с пристройкой общей площадью 490,4 кв.м, с кадастровым номером 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, по адресу: 

<

...>; земельный участок площадью 381,79 кв.м, с кадастровым номером 26:21:030401:6, по адресу: 

<

...>, заключенный между закрытым акционерным обществом «Производственное предприятие «Поток», г. Пятигорск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, и ФИО2, г. Кисловодск, является недействительным на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ и статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательства перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой       указанного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ).

Судом первой инстанции также указано о том, что следует учитывать, что признание недействительным договора купли-продажи влечет не только обязанность по возврату полученного имущества, но и обязанность возместить потерпевшему (должнику) доходы, которые ответчик должен был извлечь из пользования имуществом (постановление Президиума ВАС РФ от 18.03.2014 № 18222/13).

На основании положений статей 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу, что при отсутствии доказательств двустороннего характера сделки, наличия спорного имущества в собственности ФИО2, следует применить последствия недействительности сделок в виде возложения на ФИО2 обязанности возвратить в конкурсную массу недвижимого имущества - нежилое (административное) здание с пристройкой общей площадью 490,4 кв. м, с кадастровым номером 26:21:03041:0001:196:168:1000:А3, по адресу: 

<

...>; земельный участок площадью 381,79 кв. м, с кадастровым номером 26:21:030401:6, по адресу: 

<

...>.

С учетом установленных обстоятельств суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что судом первой инстанции надлежащим образом исследованы все представленные доказательства, и считает, что доводы апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Все доводы апелляционных жалоб, являлись предметом исследования арбитражного суда первой инстанции, который дал им надлежащую правовую оценку,  с выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции согласен и не находит оснований для переоценки выводов арбитражного суда первой инстанции по изложенным выше основаниям. 

Суд апелляционной инстанции считает, что фактически доводы финансового управляющего ФИО2 и должника ФИО2 сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, являющихся основанием принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что доводы апелляционных жалоб основаны на неправильном толковании норм материального права, а  поэтому подлежат отклонению. 

Других доказательств в обоснование своих доводов финансовым управляющим и ФИО2 в суд апелляционной инстанции не представлено, поэтому они не могут быть приняты судом апелляционной инстанции на основании вышеизложенного и отклоняются за необоснованностью.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное определение, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения Арбитражного суда Ставропольского края от 25.01.2019 по делу №А63-6094/2016. 

Таким образом, доводы апелляционных жалоб не нашли подтверждения в судебном заседании суда апелляционной инстанции и подлежат отклонению за необоснованностью, а поэтому апелляционные  жалобы  не подлежит удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влекущих безусловную отмену определения суда первой инстанции, при проверке дела в апелляционном порядке не установлено.

Руководствуясь статьями 117, 259, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство о восстановлении пропущенного срока на апелляционное обжалование оставить  без  рассмотрения. 

Определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.01.2019 по делу  №А63-6094/2016 оставить без изменения, апелляционные  жалобы  –  без удовлетворения.

Постановление  вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через  суд первой инстанции. 

ПредседательствующийГ.В. Казакова 

СудьиИ.Н. Егорченко  

           Ю.Б. Луговая