/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-5033/2016

24 июля 2018 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     16 июля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 июля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Сотова И.В., Черемошкиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания:  Тутаевым В.В.

при участии:  

согласно протоколу

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-11675/2018)  ИП Филатенко Н.А. на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2018 по делу № А56-5033/2016/сд.1(судья  Калайджян А.А.), принятое по заявлению ООО «ЭнергоСтройМеханизация» (правопреемник - ИП Филипенко Н.А.) к ООО «Прологистик» о признании сделки недействительной

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИнфоКар», 

 

 

установил:

определением Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2018 отказано в удовлетворении заявления  ООО «ЭнергоСтройМеханизация» о признании недействительной сделкой договора займа от 20.07.2012 № 5, заключенный между  должником - ООО «ИнфоКар» и ООО «Прологистик» (далее – ответчик).

            Сделка оспаривалась по основаниям статей 10, 170 ГК РФ.

            Суд не усмотрел оснований для применения положений указанных норм права.

            На определение суда кредитором - ИП Филатенко Н.А. (правопреемник  ООО «ЭнергоСтройМеханизация») подана апелляционная жалоба, в которой он просит отменить обжалуемый судебный акт и принять новый о признании оспариваемой сделки недействительной. 

            По мнению подателя жалобы, суд сделал необоснованный вывод об отсутствии возможности применения односторонней реституции, об отсутствии признаков корпоративного требования; судом проигнорированы доводы заявителя о платежах от ООО «Про Логистик» в пользу должника от 17.11.2014 и от 25.11.2014. Как указал податель жалобы, данные платежи первоначально содержали в себе иное назначение – «Оплата по договору № 34 от 11.09.2014 за транспортно-экспедиционные услуги»; вывод суда о рыночных условиях сделки является необоснованным.

            В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель подателя жалобы доводы апелляционной жалобы поддержали, представитель ответчика просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

            Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив доводы апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции, представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд не усматривает оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

            Из материалов дела следует, что 20.07.2012 между должником (заемщик) и ответчиком (займодавец) заключен договор займа № 5 , в соответствии с условиями которого займодавец предоставил заемщику займ в размере 6 169 500 руб. со сроком возврата до 02.09.2015 и уплатой 20% годовых. По условиям договора займ предоставлялся тремя траншами: до 31.12.2013 – 1 541 000 руб., до 31.01.2015 – 1 808 500 руб. и до 01.09.2015 – 2 820 000 руб. 

            Полагая данную сделку должника недействительной по признакам мнимости и притворности, кредитор обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

   В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ в редакции, подлежащей применению к спорной сделке, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Из содержания названной нормы в редакции, подлежащей применению к настоящим правоотношениям, следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным в момент передачи денег или других вещей.

Доводы подателя жалобы о мнимости сделки по выдаче займа не соответствуют обстоятельствам дела и нормам права.

   Основания для применения к спорному договору положений статьи 170 ГК РФ отсутствуют. В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Признание сделки мнимой предполагает, что стороны не имели намерения осуществлять такую сделку. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. В том случае, если договор исполнен сторонами, нет оснований признавать мнимый характер сделки. Разъяснения в пункте 86 постановления Пленума Верховного суда РФ N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" к рассматриваемым обстоятельствам применению не подлежат.

С учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе Закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Согласно пункту 18 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017) не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом. Как указано Верховным Судом РФ, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что займодавец является участником должника, сам по себе не свидетельствует о том, что требования по возврату суммы займа вытекают из факта такого участия для целей применения законодательства о банкротстве. Вместе с тем в силу абзаца восьмого ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника). В этой связи при оценке допустимости включения основанного на договоре займа требования участника следует определить природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем. В частности, суд в силу п. 2 ст. 170 ГК РФ может установить притворность договора займа в ситуации, когда заем используется вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. В таком случае к требованию участника общества как вытекающему из факта участия подлежит применению абзац восьмой ст. 2 Закона о банкротстве.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Судом первой инстанции не установлено  обстоятельств, свидетельствующих о предоставлении должнику денежных средств в форме займа с намерением временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. Указанное суд дополнительно обосновал наличием у должника незначительного итогового сальдо, а равно - существенного объема возвращенных денежных средств, длительностью спорных правоотношений. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ податель жалобы не представил доказательств того, что при подписании договора займа кредитор и должник злоупотребляли своими правами и не имели намерения исполнять обязательства по договору займа. Договор займа был заключен на условиях, не отличавшихся существенно от условий подобных сделок, каких-либо льготных условий для должника он не содержит. Апелляционный суд считает, что, напротив, в данном случае наличие взаимозависимости между займодавцем и заемщиком свидетельствует о наличии экономического интереса у займодавца при предоставлении займа своему взаимозависимому лицу.

Распространение условий договора на фактически сложившиеся правоотношения, равно как и изменение назначений платежей - не противоречит закону. Динамика предоставления займов и их возвраты также не влекут вывод о недействительности спорной сделки по признакам злоупотребления правом. 

Как указано ранее, согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, необходимым условием для квалификации сделок, на которых основано требование к должнику его участника, как притворных, является совершение таких сделок с целью создания подконтрольной кредиторской задолженности для последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов кредитора.

В данном случае заявитель не представил доказательств того, что неисполненное денежное обязательство должника имеет существенный размер, который позволит кредитору влиять на итог голосования на собраниях кредиторов должника. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Основания для принятия иного решения у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

            На основании изложенного и руководствуясь статьей 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от  16.04.2018 по делу №  А56-5033/2016/сд.1 оставить без изменения, апелляционную   жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Масенкова

Судьи

 

И.В. Сотов

 В.В. Черемошкина