РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-56599/20-68-367

г. Москва

02 июля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 16 июня 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 02 июля 2021 года 

Судья   Абрамова Е.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление по делу по иску

ООО "СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "ИМПЕКС" (127051, МОСКВА ГОРОД, ПЕРЕУЛОК СУХАРЕВСКИЙ М., ДОМ 9, СТРОЕНИЕ 1, ОФИС 36, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 15.03.2006, ИНН: 

<

***>), в лице КУ ФИО2  к ответчику ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "МОСКОВСКАЯ ОБЪЕДИНЕННАЯ ЭЛЕКТРОСЕТЕВАЯ КОМПАНИЯ" (115114, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 01.04.2005, ИНН: 

<

***>) о взыскании 23 978 693,80 рублей

при участии:

от истца (правопреемника): ФИО3 по дов. от 10.06.2021г. (от ФИО4)

от ответчика: ФИО5 по дов. от 18.12.2020г. (ПАО «Россети Московский регион»)

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о взыскании задолженности по договору строительного подряда от 19.12.2014 № 107-М в сумме 23.978.693 руб. 80 коп. 

От ФИО4  поступило ходатайство о процессуальном правопреемстве: замене истца на заявителя.

В обоснование ходатайства заявитель сослался на то, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.02.2021 по делу № А40-24110/2017 о банкротстве ООО "СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "ИМПЕКС" конкурсное производство завершено.

В соответствии со ст. 148 Закона о банкротстве учредитель (участник) должника, признанного банкротом, вправе получить имущество должника, оставшееся после завершения расчетов с его кредиторами.

Согласно ч. 8 ст. 63 ГК РФ, оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица, передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами юридического лица.

В состав имущества должника входит и дебиторская задолженность (обязательственное право), что подтверждается, в том числе судебной практикой (например, Определение Верховного Суда РФ от 14.10.2020 N 309-ЭС18-1969(3) и постановление Арбитражного суда Уральского округа от 15.06.2020 № Ф09-6963/17 по делу NA07-173 83/2016).

Согласно акту приема-передачи № 1 от 22.12.2020 ФИО4 передано право требования к ПАО «Россети» на сумму 19 797 939, 26 руб. Таким образом, материальное правопреемство состоялось.

Статьей 48 АПК РФ установлено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Возможность замены истца в подобных условиях подтверждается и позицией Верховного суда РФ, выраженной, например, в п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

С учетом того, что право требования дебиторской задолженности перешло к участнику ООО «СК «Импекс» ФИО4 судом на основании ст. 48 АПК РФ производится замена истца на ФИО4

Заявлено также об уточнении иска, в соответствии с которым заявитель просит взыскать задолженность в сумме 17 950 180,80 руб.

Ответчик по ходатайству возражал.

Заявленное ходатайство по мнению суда подлежит удовлетворению, поскольку не противоречит ст. 49 АПК РФ. 

 В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал, представитель ответчика против удовлетворения иска возражал по доводам отзыва. 

Исследовав материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства, суд пришёл к следующим выводам. 

В обоснование иска истец ссылался на то, что по договору строительного подряда № 107-М от 19.12.2014, заключенного между истцом и ответчиком, у последнего по состоянию на 18.08.2016 имелось частично неисполненное денежное обязательство перед по оплате выполненных работ в размере 1.980.983 руб. 51 коп.

Как утверждает ПАО «МОЭСК», одновременно с этим у истца существовало встречное обязательство по уплате в пользу ПАО «МОЭСК» неустойки в размере 23.978.693 руб. 80 коп.

Как следует из одностороннего заявления ПАО «МОЭСК» о зачете № МОЭСК/110-1209 от 18.08.2016 встречные однородные денежные требования в сумме 1.980.983 руб. 51 коп. были прекращены.

 По состоянию на 08.09.2016 у ПАО «МОЭСК» имелось частичное денежное обязательство перед истцом по оплате выполненных работ по договору строительного подряда № 107-М от 19.12.2014 в размере 60.285.130 руб. 36 коп.

По мнению ПАО «МОЭСК» одновременно с этим у истца существовало неисполненное в полном объеме встречное обязательство по уплате в пользу ПАО «МОЭСК» неустойки в размере 21.997.710 руб. 29 коп.

Односторонним заявлением ПАО «МОЭСК» о зачете № МОЭСК/124/781 от 08.09.2016 встречные однородные денежные требования в сумме 21.997.710 руб. 29 коп. были прекращены.

Истец указывал на то, что заявление о зачете от 18.08.2016 № МОЭСК/110-1209 не содержит отметок о нарочном получении должником документа. ПАО «МОЭСК» не представило доказательств отправки и получения данного доку-мента почтовым отправлением.

Заявление о зачете от 08.09.2016 № МОЭСК/124/781 содержит отметку о принятии документа гражданкой ФИО6 

Однако, это не подтверждает тот факт, что документ был получен истцом. ПАО «МОЭСК» не представило доказательств, что ФИО6 08.09.2016 имела соответствующую доверенность на получение корреспонденции от контрагентов.

Кроме того, оспариваемые заявления о зачете подписаны директором по капитальному строительству ФИО7 и заместителем генерального директора по капитальному строительству ФИО8, однако ПАО «МОЭСК» не подтвердило наличие у указанных лиц полномочий на совершение действий по зачету. 

Таким образом, следует, что указанные действия совершены неуполномоченными лицами в нарушение требований о процедуре их совершения. Доказательств обратного ПАО «МОЭСК» не представлено. Следовательно, за ПАО «МОЭСК» до сих пор числится долг перед истцом по оплате работ по договору.

Уточняя исковые требования, истец сослался на то, что постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2021 по делу № А40-24110/2017 были отменены судебные акты нижестоящих судов о признании недействительной сделки зачета встречных однородных (денежных) требований от 08.09.2016 № МОЭСК/124/781.

Суд исходил из того, что данная сделка является не зачетом, а сальдированием, поэтому правовые основания для признания ее недействительной на основании ст. 61.3. Закона о банкротстве отсутствуют.

Действительно, как указывает истец, согласно пункту 2.4.3 договора строительного подряда № 107-М от 19 декабря 2014 года стороны установили, что для обеспечения выполнения подрядчиком своих обязательств по договору, таких как выплата штрафов и компенсаций за несвоевременное исполнение условий договора, заказчик вправе удержать 10% от каждого платежа, производимого в соответствии с условиями договора, и перечислить удержанную часть выплаты лишь после взимания соответствующей суммы штрафа.

Следовательно, как полагает истец, на основании заключенного договора установление сальдо взаимных предоставлений может быть возможным только в отношении 10% от соответствующего платежа по договору.

В соответствии с пунктами 3.2., 2.4.4., 3.3.1 договора оплата работ производится по результатам подписания актов, выполненных работ по форме КС-2 и справок о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3.

Из подписанных сторонами актов и справок по форме КС-2, КС-3, следует, что работы производились, а платежи осуществлялись в три этапа:

-справка КС-3 и акты КС-2 за период с 01.10.2015 по 31.10.2015;

-справка КС-3 и акты КС-2 за период с 01.08.2016 по 15.08.2016;

-справка КС-3 и акты КС-2 за период с 01.02.2017 по 16.02.2017.

Данные обстоятельства подтверждаются также актом сверки, представленным в дело ПАО «МОЭСК».

Из писем ПАО «МОЭСК» от 08.09.2016 № МОЭСК/124/781, от 18.08.2016 № МОЭСК/110-1209 следует, что претензии по неустойке у ПАО «МОЭСК» возникли после подписания актов по второму этапу работ.

Из письма ПАО «МОЭСК» от 08.09.2016 № МОЭСК/124/781 следует, что неисполненное денежное обязательство ПАО «МОЭСК» по второму этапу, по состоянию на 08.09.2016, то есть на момент проведения сальдирования, составляет 60.285.130 руб. 36 коп.

Таким образом, с учетом пунктов 3.2., 2.4.4., 3.3.1 договора ПАО «МОЭСК» вправе было удержать не более 10 % от данного платежа, то есть сумму не более 6.028.513 руб. В отношении иных платежей, право на удержание денежных средств в качестве сальдо взаимных обязательств в соответствии с пунктом 2.4.3. договора. ПАО «МОЭСК» не заявляло.

Вместе с тем, ПАО «МОЭСК» были удержаны в качестве сальдо взаимных обязательств денежные средства в сумме 23.978.693 руб. 80 коп, что не соответствует условиям договора.

С учетом изложенного, денежные средства в размере 17.950.180 руб. 80 коп. удержаны ПАО «МОЭСК» незаконно и должны быть взысканы в пользу ФИО4

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Согласно ст. 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Как установлено судом, сторонами спора был заключен договор строительного подряда от 19.12.2014 №107-М, в соответствии с условиями которого подрядчик, истец принимал на себя обязательства по выполнению и сдаче ответчику, заказчику комплекса работ СМР, ПНР, оборудование по титулу: «Ограничение токов короткого замыкания (ОТКЗ) в районе электрической сети ПС-220 кВ № 305 «Новобратцево» для нужд ПАО «МОЭСК», а заказчик обязался принять выполненные работы и оплатить их в соответствии с условиями договора.

Стоимость работ по договору составляла 282.102.276 руб.  62 коп. Подрядчиком выполнено и сдано заказчику работ на общую сумму 210.192.781 руб. 12 коп.,  заказчиком оплачено работ на сумму 186.214.087 руб. 32 коп.

ПАО «Россети Московский регион» по состоянию на 18.06.2016 имело задолженность перед ООО «СК ИМПЕКС» за выполненные работы по договору от 19.12.2014 №107-М в размере 1.980.983 руб. 51 коп. При этом ООО «СК ИМПЕКС» имело задолженность перед ПАО «Россети Московский регион» по оплате договорной неустойки за нарушение сроков выполнения работ в размере 23.978.693 руб. 80 коп. Сумма задолженности по неустойке подтверждается претензией от 25.03.2016 №33 (факты получения претензии и её признания ООО «СК ИМПЕКС» подтверждаются актами сверки взаимных расчетов от 30.12.2016 и от 21.02.2017). 

На основании п. 9.7 договора в результате проведенных сделок от 18.08.2016 №МОЭСК/ИО-1209 и от 08.09.2016 №МОЭСК/124/781 по одностороннему зачету встречных однородных требований ПАО «Россети Московский регион» уменьшило свою задолженность перед подрядчиком за выполненные работы по договору подряда от 19.12.2014 №107-М на 23.978.693 руб. 80 коп.

Истец полагал, что указанные заявления о зачете встречных однородных требований не были получены стороной, подписаны неуполномоченными лицами, что в силу сложившейся судебной практики является обязательными условиями, чтобы зачет состоялся. Истец ссылался на ст. 410 ГК РФ и п. 4 Информационного письма ВАС РФ от 29.12.2001 №65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований».

Между тем, получение контрагентом заявления о зачете от 18.08.2016 №МОЭСК/ИО-1209 документально подтверждается почтовыми документами (квитанция, опись вложения, почтовый идентификатор 10914702356921).

Заявление о зачете от 08.09.2016 №МОЭСК/124/781 получено подрядчиком, что подтверждается отметкой ООО «СК ИМПЕКС» о его принятии и присвоении входящего номера. Заявление получено сотрудником ФИО6 08.09.2016. 

При этом оба заявления о зачете встречных однородных требований подписаны уполномоченными представителями ответчика

Заявление от 18.08.2019 №МОЭСК/ИО-1209 подписано  заместителем генерального директора ПАО «Россети Московский регион» по капитальному строительству ФИО8 Полномочия подписанта подтверждаются доверенностью от 29.01.2016 №3526-Д.

Заявление от 08.09.2016 №МОЭСК/124/781 подписано директором по капитальному строительству ФИО7 Полномочия данного лица подтверждаются доверенностью от 12.02.2016 №2-825.

Указания на документы, подтверждающие полномочия ФИО9 и ФИО7, были приложены к обоим заявлениям о зачете. 

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что зачеты встречных однородных требований не состоялись и подписаны неуполномоченными лицами, являются необоснованными.

Конкурсный управляющий ООО «СК ИМПЕКС» ФИО2 помимо искового заявления о взыскании задолженности по договору подряда от 19.12.2014 №107-М по мотивам несостоятельности сделок от 18.08.2016 №МОЭСК/ИО-1209 и от 08.09.2016 №МОЭСК/124/781 по одностороннему зачету, обратился с заявлением в рамках дела о банкротстве ООО «СК ИМПЕКС» №А40-24110/2017 о признании указанных сделок недействительными. 

Судебными актами по делу №А40-56599/2020 конкурсному управляющему отказано в признании недействительными сделок по зачету встречных однородных требований по заявлениям от 18.08.2016 №МОЭСК/ИО-1209 и от 08.09.2016 №МОЭСК/124/781.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2021 по делу № А40-24110/2017 определение Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020 по делу № А40-24110/2017 в части признания недействительной сделкой заявления ПАО «МОЭСК» о зачете встречных однородных требований от 08.09.2016 № МОЭСК/124/781 отменено, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «СК Импекс» в соответствующей части  отказано. Суд кассационной инстанции сослался на следующее: в соответствии с нормами ст. ст. 702, 708, 709 и 720 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (ст. 328 ГК РФ). Из встречного характера указанных основных обязательств и норм п.п. 1 и 2 ст. 328, а также ст. 393 ГК РФ, согласно которым при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства должник обязан возместить причиненные кредитору убытки, следует, что в случае ненадлежащего исполнения принятого подрядчиком основного обязательства им не может быть получена та сумма, на которую он мог рассчитывать, если бы исполнил это обязательство должным образом. Следовательно, просрочка подрядчика в выполнении работ не позволяет признать его лицом, которому действительно причитаются денежные средства в размере всей договорной цены. Поскольку согласованные в договоре строительного подряда предоставления ООО «СК «Импекс» (подрядчика) и ПАО «МОЭСК» (заказчика) презюмируются как равные (эквивалентные), просрочка подрядчика в выполнении работ порождает необходимость перерасчета итогового платежа заказчика путем уменьшения цены договора на сумму убытков заказчика, возникших вследствие просрочки. Подобное сальдирование происходит в силу встречного характера основных обязательств заказчика и подрядчика. Действия, направленные на установление указанного сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам ст. 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о несостоятельности подрядчика, так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак как получение заказчиком какого-либо предпочтения - причитающуюся подрядчику итоговую денежную сумму уменьшает сам подрядчик своим ненадлежащим исполнением основного обязательства, а не заказчик, констатировавший факт сальдирования.  В настоящем случае на недействительность сделок на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий должника не ссылался. Само же по себе применение при сальдировании неустойки в качестве упрощенного механизма компенсации потерь кредитора, вызванных ненадлежащим исполнением должником основного обязательства, не является основанием для признания недействительными действий по сальдированию как сделки с предпочтением. В случае предположения, что сумма учтенной при сальдировании неустойки явно несоразмерна последствиям допущенного обществом нарушения основного обязательства, должник имел возможность предъявить ПАО «МОЭСК» иск о взыскании излишне учтенных денежных средств со ссылкой на ст. 333 ГК РФ (разъяснения п. 79 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Однако, на несоразмерность неустойки не указано. С учетом изложенного в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «СК «Импекс» следовало отказать.           При рассмотрении настоящего спора ответчик считает, что его действия по зачету встречных однородных требований основаны на договорном условии (п. 9.7 договора) о его праве при просрочке исполнения обязательств подрядчика на зачёт в одностороннем порядке заказчиком к сумме своего долга суммы начисленной подрядчику неустойки.

Истец же в уточненном иске ссылается на п.п. 2.4.3, 2.4.4, 3.2 и 3.3.1 договора и приходит к выводу, что ответчик вправе удержать не более 10% от неисполненного денежного обязательства по второму этапу, т.е. от суммы 60.285.130 руб. 36 коп., что составит 6.028.513 руб.  Однако ответчик удержал 23.978.693 руб. 80 коп., что не соответствует условиям договора, в связи с чем, его задолженность составляет 17.950.180 руб. 80 коп. 

Действительно, в разделе 2 договора в п.2.4.3 предусмотрено, что для обеспечения безусловного выполнения подрядчиком своих обязательств по договору, таких как: выплата штрафов, компенсация убытков заказчику, вызванных несвоевременным выполнением условий договора, компенсация убытков третьим лицам после их рекламаций или требований в адрес заказчика и причиной которых является несоблюдение подрядчиком условий настоящего договора, заказчик вправе удерживать с подрядчика 10% от каждого платежа, производимого в соответствии с условиями договора. Перечисление на счет подрядчика удержанной суммы полностью или только в части, оставшейся после взимания установленных договором штрафов, компенсации и др. производится заказчиком после выполнения подрядчиком всех условий договора. 

Между тем, в данном случае, заказчик применил к подрядчику ответственность, предусмотренную в разделе 9 договора. 

В п. 9.2 договора предусмотрено, что за несоблюдение сроков выполнения работ, установленных графиком производства этапов работ (в том числе промежуточных по каждому этапу) заказчик имеет право начислить и взыскать с подрядчика пени в размере 0,1% от стоимости работ по настоящему договору за каждый день просрочки до фактического исполнения обязательства. 

В п.9.7 договора сторонами согласовано, что рассчитанные в соответствии с условиями договора неустойка и/или убытки в отношении подрядчика в случае нарушения им договорных обязательств могут быть зачтены в одностороннем порядке заказчиком к сумме своего долга и/или иных денежных обязательств перед подрядчиком. Сторонами также согласовано, что в случае возникновения у подрядчика обязанности по возмещению убытков и/или неустойки заказчик вправе удержать соответствующую сумму из любых сумм, причитающихся подрядчику, до момента надлежащего и полного возмещения убытков/или неустойки. Выбор между удержанием или зачетом требований принадлежит заказчику. 

В соответствии с п. 2 ст. 1 и с. 421 ГК РФ юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из принципа свободы договора следует, что стороны подрядной сделки вправе конкретизировать в тексте договора общие правила статьи 711 ГК РФ (порядок оплаты работы) и статьи 715 ГК РФ (права заказчика во время выполнения работы подрядчиком), детализировав как порядок расчетов при исполнении договора, так и механизм соотнесения взаимных предоставлений при отказе от договора.

Исходя из содержания уведомлений ответчика он воспользовался предусмотренным договором правом и в связи с допущенной подрядчиком просрочкой выполнения работ начислил неустойку, произвел ее зачет в счет своего долга, в результате которого задолженность у него перед подрядчиком по оплате работ отсутствует. 

Иное толкование условий договора истцом, не является основанием для признания его исковых требований обоснованными и подлежащими удовлетворению.   

При наличии возражений относительно размера неустойки ООО «СК «ИМПЕКС» имело возможность обратиться в суд с заявлением о взыскании с ПАО «МОЭСК» излишне учтенных денежных средств со ссылкой на ст. 333 ГК РФ (п. 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Однако настоящий иск имеет иной предмет и основания. 

Кроме того, исходя из сумм кредиторской и дебиторской задолженности, отраженной в актах сверки взаимных расчетов от 30.12.2016 и от 21.02.2017 по рассматриваемому договору, ООО «СК «ИМПЕКС» фактически признало зачёт встречных требований.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на истца в соответствии со ст.110 АПК РФ.  

 Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 8, 11, 309, 310, 330, 711  ГК РФ, ст. ст. 49,  65, 67, 71, 110, 167 - 171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

 

                                                  РЕШИЛ:

Ходатайство о процессуальном правопреемстве удовлетворить.

Произвести замену истца ООО "СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "ИМПЕКС"  на  ФИО4.

Ходатайство об уточнении иска удовлетворить.  

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятом арбитражном апелляционном суде.

            Судья                                                                                Е.А. Абрамова