АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7294/22 

Екатеринбург

18 января 2023 г.

Дело № А60-20775/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  18 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Громовой Л.В.,

судей Мындря Д.И., Черемных Л.Н.

при ведении протокола помощником судьи Медведевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Практика ЛК» (далее – общество «Практика ЛК») на решение Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2022 по делу № А60-20775/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 29.11.2022 рассмотрение кассационной жалобы общества «Практика ЛК» откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

В судебном заседании 11.01.2023, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края, приняли участие представители: 

общества «Практика ЛК» – ФИО1 (доверенность от 01.01.2022 № 03/2022); 

общества с ограниченной ответственностью «НАО-Стройкомплект» (далее – общество «НАО-СК») – ФИО2 (конкурсный управляющий).

Общество «НАО-СК» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу «Практика ЛК» о взыскании                             6 632 930 руб. 51 коп. неосновательного обогащения по договору финансовой аренды (лизинга) от 11.06.2015 № 47/15-П (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2022 исковые требования удовлетворены частично: с общества «Практика ЛК» в пользу общества «НАО-СК» взыскано 2 222 548 руб. 52 коп. неосновательного обогащения, 12 000 руб. в возмещение судебных расходов на оплату судебной экспертизы. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 решение суда изменено, исковые требования удовлетворены частично: с общества «Практика ЛК» в пользу общества «НАО-СК» взыскано 5 948 380 руб. 90 коп. неосновательного обогащения, 12 000 руб. в возмещение судебных расходов на оплату судебной экспертизы. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней общество «Практика ЛК», полагая указанные судебные акты незаконными и необоснованными, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, неправильное применение норм материального права, просит решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить, принять новый судебный акт. 

Заявитель не согласен с выводом судов о том, что расчет сальдо встречных обязательств необходимо производить исходя из рыночной стоимости предмета лизинга на дату его изъятия, установленной по итогам проведения повторной судебной экспертизы; полагает, что стоимость возвращенного предмета лизинга следует определять исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи имущества. 

Ссылаясь на пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 17), кассатор утверждает, что стоимость возвращенного предмета лизинга, определенная по результатам оценочной экспертизы, может быть принята к расчету только в том случае, если лизингополучатель докажет наличие в действиях лизингодателя признаки недобросовестности или неразумности. По мнению ответчика, общество «Практика ЛК» при реализации предмета лизинга использовало все возможные способы продажи, однако с учетом специфики имущества и наличия арестов и запретов на совершение регистрационных действий, наложенных в рамках исполнительного производства вследствие неисполнения обществом «НАО-СК» долговых обязательств и наличия значительной задолженности, реализация транспортного средства была существенно затруднена и длительное время не осуществлялась. 

Кассатор считает, что принятое судами в качестве надлежащего доказательства экспертное заключение таковым не является, поскольку имеет ряд неточностей и противоречий. Ссылаясь на экспертную рецензию, подготовленную обществом с ограниченной ответственностью «Областной центр оценки», ответчик указывает, что заключение эксперта от 10.12.2021 №110/21 не позволяет сделать выводы о достоверности, научной и практической обоснованности ответов на вопросы, поставленные на разрешение эксперта, заключение не соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Ответчик также полагает, что судом первой инстанции неправомерно отказано в удовлетворении его ходатайства о вызове эксперта в судебное заседание для дачи пояснений по представленному заключению, что привело к нарушению принципа состязательности арбитражного процесса и равноправия сторон. 

В дополнениях к кассационной жалобе заявитель приводит доводы об ошибочности выводов судов о том, что начисление платы за финансирование должно ограничиваться датой введения первой процедуры банкротства, то есть 16.01.2019, и количество дней фактического пользования финансированием составило 1 315 дней (с 11.06.2015 по 16.01.2019). Ссылка судов на Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), при расчете сальдо встречных обязательств, с точки зрения заявителя, является несостоятельной, поскольку противоречит правилам сальдирования и судебной практике, в том числе определениям Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, от 25.07.2019 № 305-ЭС16-11128. 

Кроме того, по утверждению ответчика, судом апелляционной инстанции неверно сделан вывод о том, что срок предоставления финансирования рассчитывается с даты подписания акта приема-передачи, а не с даты заключения договора; позиция апелляционной коллегии об исключении из расчета сальдо встречных обязательств убытков лизингодателя является неверной, противоречат постановлению Пленума ВАС РФ № 17 и Федеральному закону от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге). Ограничение начисления санкций датой возбуждения в отношении лизингополучателя процедуры банкротства, обоснованным также не является, поскольку расчет сальдо встречных обязательств путем включения в расчет определенных составляющих, определяет завершающую обязанность, которая является единой суммой, определяющей задолженность одной стороны перед другой, и, следовательно, указанная задолженность не может быть разделена на различные очереди удовлетворения требований кредитора. По мнению кассатора, суд апелляционной инстанции необоснованно рассчитал сальдо встречных обязательств, снизив на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации размер неустойки до 223 324 руб. 82 коп. 

Общество «НАО-СК» представило письменный мотивированный отзыв на кассационную жалобу, в котором просит отказать в ее удовлетворении, ссылаясь на необоснованность доводов общества «Практика ЛК». По мнению истца, обжалуемое постановление является законным и отмене не подлежит.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 27.06.2019 по делу № А50-15484/2018 общество «НАО-СК» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Между обществом «НАО-СК» (лизингополучатель) и обществом «Практика ЛК» (лизингодатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) от 11.06.2015 № 47/15-П, по условиям которого лизингополучателю передан автомобиль специальный ПКСА-5/101 VIN 

<

***> на основании акта приема-передачи от 30.06.2015. 

В связи с нарушением лизингополучателем обязательств по внесению лизинговых платежей договор лизинга расторгнут по инициативе лизингодателя в одностороннем порядке, в адрес общества «НАО-СК» направлено уведомление от 13.06.2018.

Предмет лизинга передан лизингодателю по акту приема-передачи от 23.07.2018. 

Полагая, что внесенные лизингополучателем платежи в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превысили доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, общество «НАО-СК» обратилось в арбитражный суд с требованием о взыскании в свою пользу денежных средств в сумме сложившегося сальдо встречных предоставлений по договору лизинга, что по расчету истца составляет 6 632 930 руб. 51 коп.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, установив, что договор лизинга расторгнут, предмет лизинга возвращен лизингодателю и обязательства сторон прекращены, проверив представленные сторонами расчеты, учитывая результаты повторной судебной экспертизы, которой определена стоимость предмета лизинга по состоянию на дату изъятия предмета лизинга, посчитав обоснованным включение в расчет сальдо встречных обязательств процентов за пользование чужими денежными средствами, суммы убытков лизингодателя и правомерности включения ответчиком в состав убытков расходов на установку трекера, временное хранение транспортного средства, расходов по транспортировке предмета лизинга и его заправке, стоимости услуг по оценке изъятого предмета лизинга, услуг хранения после изъятия и до момента его реализации, судебные и командировочные расходы, определив сальдо встречных обязательств сторон, руководствуясь положениями статей 614, 624, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 2, 28 Закона о лизинге, постановлением Пленума ВАС РФ № 17, пришел к выводу о том, что финансовый результат сделки (договора лизинга) образует на стороне лизингодателя неосновательное обогащение в сумме 2 222 548 руб. 52 коп. 

При определении завершающей обязанности сторон по договору суд учел, что предмет лизинга не реализован ответчиком в разумный срок, цена продажи предмета лизинга, указанная в договоре купли-продажи спустя более полутора лет с даты изъятия имущества, не может приниматься в качестве достоверной стоимости предмета лизинга для расчета сальдо.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской, проверив доводы апелляционной жалобы, исходя из конкретных обстоятельств дела, решение суда изменил, исковые требования удовлетворил частично. 

Апелляционная коллегия указала, что суд первой инстанции произвел расчет платы за финансирование исходя из периода пользования финансированием, который определил до даты реализации предмета лизинга – 24.01.2020, фактически не применив при этом правила о разумном сроке реализации предмета лизинга, который составляет 3 месяца с момента изъятия предмета лизинга (до 23.10.2018). Вместе с тем, установив, что плата за предоставление финансирования рассчитана истцом до даты введения наблюдения (по истечении 6 месяцев с даты изъятия предмета лизинга), при том указанный порядок прав ответчика не нарушает, исходя из конкретных обстоятельств дела данный срок является разумным, пришел к выводу о наличии оснований для включения в сальдо встречных обязательств сторон плату в размере 4 658 342 руб. 46 коп., исчисленную  за период с 11.06.2015 по 16.01.2019 (1315 дней).

Посчитав обоснованным включение в расчет сальдо встречных обязательств суммы убытков лизингодателя в размере 46 430 руб., при этом установив, что общество «Практика ЛК» не представило суду доказательств позволяющих соотнести понесенные расходы на хранение предмета лизинга, возникшие после  истечения разумного срока на реализацию предмета лизинга, расходы на хранение, возникшие у лизингодателя до изъятия предмета лизинга у лизингоплучателя, в общей сумме 236 736 руб. 64 коп. с расторжением договора лизинга, апелляционный суд исключил их при расчете сальдо встречных обязательств.

Принимая во внимание статью 63 Закона о банкротстве, учитывая возможность начисления санкций за просрочку внесения лизинговых платежей только до даты введения в отношении должника процедуры наблюдения (то есть до 16.01.2019), признав обоснованными доводы истца о чрезмерном характере неустойки и снизив ее размер на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации до 223 324 руб. 82 коп., суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требование истца подлежит частичному удовлетворению в общей сумме 5 948 380 руб. 90 коп. 

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

Согласно норме статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом. Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Особенности договора финансовой аренды (договора лизинга), заключаемого государственным или муниципальным учреждением, устанавливаются Законом о лизинге.

В соответствии со статьей 28 Закон о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Обязательства лизингополучателя по уплате лизинговых платежей наступают с момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга, если иное не предусмотрено договором лизинга.

В пункте 1 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, разъяснено, что в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Таким образом, денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Последствия расторжения выкупного лизинга, порядок расчета сальдо встречных обязательств разъяснены в пунктах 3.1 - 3.6 постановления Пленума ВАС РФ № 17.

В соответствии с пунктом 3.1 постановления Пленума ВАС РФ № 17 расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (пункт 3.3 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю (пункт 3.4 постановления Пленума ВАС РФ № 17).

Согласно пункту 3.5 постановления Пленума ВАС РФ № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора. Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по формуле, с учетом общего размера платежей по договору лизинга, суммы аванса, размера финансирования, срока договора лизинга.

Между сторонами возникли разногласия по поводу расчета платы за предоставленное лизингополучателю финансирование в части периода ее начисления.

Ответчиком приведены доводы о том, что плата за предоставление финансирования должна начисляться до даты продажи предмета лизинга. В обоснование названного довода общество «Практика ЛК» указывало, что им предприняты достаточные меры для реализации имущества в разумный срок, однако с учетом специфики имущества и наличия арестов и запретов на совершение регистрационных действий, наложенных в рамках исполнительного производства вследствие неисполнения обществом «НАО-СК» долговых обязательств и наличия значительной задолженности, реализация транспортного средства была существенно затруднена.

По мнению истца, названная плата в рассматриваемом случае не должна начисляться до даты реализации предмета лизинга, исходя из того, что с момента изъятия до даты реализации прошел необоснованно длительный период.

При рассмотрении спора судом апелляционной инстанции установлено, что предмет лизинга изъят у общества «НАО-СК» 23.07.2018, договор купли-продажи заключен 03.12.2019, имущество передано по акту приема-передачи от 24.01.2020, то есть с момента изъятия предмета лизинга до его продажи прошло более полутора лет.

В соответствии с пунктом 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, по общему правилу, финансирование по договору выкупного лизинга в случае его расторжения считается возвращенным в соответствующем размере лизингодателю с момента продажи предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого для его реализации.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истолковав вышеуказанные нормы права и разъяснения высшей судебной инстанции применительно к рассматриваемому спору, исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции, учитывая длительность периода времени, прошедшего с момента изъятия предмета лизинга и до его реализации, а также принимая во внимание поведение ответчика, не представившего доказательств наличия объективных обстоятельств, препятствовавших реализации в разумный срок, а также принятия всех необходимых и достаточных мер к скорейшей реализации предмета лизинга, пришел к верному выводу о том, что плата за предоставление финансирования должна быть рассчитана в течение разумного срока для реализации. Установив, что плата за предоставление финансирования рассчитана истцом до даты введения наблюдения – 16.01.2019 (по истечении 6 месяцев с даты изъятия предмета лизинга), исходя из конкретных обстоятельств дела данный срок является разумным, судебная инстанция пришла к верному выводу о наличии оснований для включения в сальдо встречных обязательств сторон платы в размере 4 658 342 руб. 46 коп. 

Доводы заявителя жалобы о том, что плата за представленное лизингополучателю финансирование должна быть рассчитана до даты фактической реализации изъятого предмета лизинга, отклоняется судом округа с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2016 № 305-ЭС16-10597. 

Утверждение заявителя жалобы о том, что длительная реализация имущества обусловлена спецификой предмета лизинга и наличия арестов и запретов на совершение регистрационных действий, наложенных в рамках исполнительного производства вследствие неисполнения обществом «НАО-СК» долговых обязательств, не принимаются судом округа. 

Пунктом 5 части 3 данной статьи 68 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) установлено, что одной из мер принудительного исполнения является наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64, часть 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 119 Закона № 229-ФЗ в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

В пункте 50 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что по смыслу статьи 119 Закона N 229-ФЗ при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности невладеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.

Доказательств того, что лизингодатель, располагая сведениями о нахождении имущества под арестом и запрете на совершении регистрационных действий, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, предпринял исчерпывающие и необходимые меры для освобождения транспортного средства от ареста в целях скорейшей его реализации, материалы дела не содержат (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В связи с возникшими между сторонами разногласиями относительно стоимости возвращенного предмета лизинга, судом первой инстанции назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФИО3

Проанализировав экспертное заключение от 09.06.2021 № 21/05, установив, что у эксперта отсутствует квалификационный аттестат, подтверждающий право осуществлять оценочную деятельность по направлению «оценка движимого имущества», отсутствуют необходимый опыт и квалификации для проведения экспертизы рыночной стоимости объектов движимого имущества, а именно, спецтехники, учитывая, что примененный экспертом в расчетах коэффициент корректировки на торг, недопустим и приводит к занижению стоимости предмета оценки, а также, что при проведении расчетов эксперт использует корректирующий индекс (индексдефлятор) на основе уровня инфляции, который не имеет никакого отношения к росту цен на промышленные товары, принимая во внимание, что применение экспертом коэффициента перехода, основанного на результатах экспертного опроса банковских сотрудников, влияет на уменьшение стоимости оценки, суд первой инстанции посчитал, что заключение эксперта не является надлежащим доказательством по делу. 

Суд первой инстанции в порядке статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначил повторную судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту общества с ограниченной ответственностью «Компромис» ФИО4 Согласно представленному в материалы дела заключению эксперта № 110/2021, стоимость предмета лизинга на момент расторжения договора составляет 8 380 000 руб.

Представленное в дело заключение повторной судебной оценочной экспертизы суды оценили как соответствующее требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и действующему законодательству о судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации, указав на отсутствие в заключениях каких-либо неясностей, неоднозначности и противоречий в выводах экспертов, в связи с чем признали указанное экспертное заключение допустимым и достоверным доказательством по настоящему делу, позволяющим определить стоимость предмета лизинга на момент расторжения договора.

Приведенные в кассационной жалобе доводы общества «Практика ЛК» относительно недостоверности заключения эксперта, а также иные возражения заявителя, касающиеся его несогласия с произведенной повторной судебной экспертизой со ссылкой на рецензию специалиста, подлежат отклонению судом кассационной инстанции, так как не связаны с применением норм материального права, а основаны исключительно на доказательствах, оценка которых является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций и была произведена в соответствии с требованиями процессуального законодательства.

Несогласие заявителя жалобы с выводами, изложенными в названном заключении эксперта, а также с выводами суда, сделанными по результатам оценки экспертного заключения, не свидетельствует о нарушении положений статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассатора о необходимости учета стоимости предмета лизинга исходя из данных о цене, указанных в договоре купли-продажи, без учета рыночной стоимости, определенной по результатам проведенной повторной судебной экспертизы, являлись предметом рассмотрения судов и правомерно отклонены.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением 9 лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю (пункт 4 названного постановления).

Аргумент кассатора о необоснованности ограничения периода начисления санкций за просрочку оплаты лизинговых платежей датой возбуждения в отношении лизингополучателя процедуры банкротства, суд округа считает несостоятельным в силу следующих причин.

Согласно абзацу десятому пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

При рассмотрении дела лизингодатель в лице конкурсного управляющего указывал, что определением Арбитражного суда Пермского края 16.01.2019 по делу № А50-15484/2018 в отношении общества «НАО-СК» введена процедура наблюдения. Ввиду того, что договор лизинга заключен до возбуждения дела о банкротстве в отношении лизингополучателя, то неустойка за просрочку в уплате лизинговых платежей не могла начисляться после 16.01.2019, в то время как в расчет сальдо обществом «Практика ЛК» включена неустойка, рассчитанная за просрочку в уплате лизинговых платежей, имевшую место в 2019 году. Таким образом, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами верно определена судом апелляционной инстанции за период с 23.07.2018 по 15.01.2019 и включена в расчет сальдо встречных обязательств в размере 49 920 руб. 88 коп.

Выводы судов соответствуют в данной части правовому подходу, сформулированному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2022 № 305-ЭС22-6543.

Ссылки общества «Практика ЛК» на отсутствие оснований снижения в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации размера неустойки, принимаемой при расчете сальдо, являются несостоятельными. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, заявленную истцом неустойку на предмет ее соразмерности, установив, что согласованный сторонами в договоре лизинга размер неустойки (0,5%) не является обычно принятым в деловом обороте, считается чрезмерно высоким, принимая во внимание компенсационную природу неустойки в части реализации права, предусмотренного статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для снижения размера неустойки до 223 324 руб. 82 коп, признав данную сумму достаточной величиной, компенсирующей возможные убытки истца и обеспечивающей баланс интересов сторон.

Возражения ответчика относительно определения конкретного размера подлежащей взысканию неустойки касаются непосредственно фактических обстоятельств спора, установленных судебными инстанциями в процессе его рассмотрения, и результатов оценки судами имеющихся в деле доказательств.

В абзаце 3 пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что суд кассационной инстанции может отменить обжалуемый судебный акт в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, лишь в случае нарушения или неправильного применения норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд кассационной инстанции не вправе снизить или увеличить размер взысканной неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по мотиву несоответствия ее последствиям нарушения обязательства, а равно отменить или изменить решение суда первой инстанции или постановление суда апелляционной инстанции в части снижения неустойки, поскольку определение судом конкретного размера неустойки не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, принимая во внимание установленный размер предоставления со стороны общества «Практика ЛК», апелляционный суд определили сальдо встречных обязательств в пользу истца, в связи с чем пришел к выводу о том, что требование общества «НАО-СК» подлежит частичному удовлетворению в сумме 5 948 380 руб. 90 коп.

Все возражения, приводимые заявителем в подтверждение своей позиции по данному делу, получили надлежащую правовую оценку со стороны суда апелляционной инстанций и отклонены с подробным изложением причин в мотивировочной части обжалуемых судебных актов. Оснований не согласиться с выводами судов судебная коллегия не усматривает и признает, что все существенные обстоятельства дела судом установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.

При этом окружной суд полагает необходимым отметить, что из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, возражения заявителя, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным апелляционным судом, а равно и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не могут служить основанием для отмены обжалуемого постановления.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями к отмене обжалуемого постановления, судом кассационной инстанции также не установлено.

С учетом изложенного обжалуемое постановление подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба общества «Практика ЛК» – без удовлетворения.

В связи с окончанием рассмотрения дела судом кассационной инстанции приостановление исполнения решения Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2022 по делу № А60-20775/2020 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 22.09.2022, подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 по делу № А60-20775/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Практика ЛК» – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения решения Арбитражного суда Свердловской области от 16.05.2022 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 по делу № А60-20775/2020, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 22.09.2022.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийЛ.В. Громова 

СудьиД.И. Мындря 

                                              Л.Н. Черемных