СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-9889/2018-АК

город Пермь

19 марта 2019 года

Дело № А60-51694/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 марта 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего  Л.М. Зарифуллиной,

судей                               C.И. Мармазовой, Т.С. Нилоговой,   

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем М.Ф. Чадовой,

при участии в судебном заседании: 

кредитор - Плешко О.В., паспорт, 

от финансового управляющего Максимцева В.А.- Курченков А.В., паспорт, доверенность от 13.11.2018,

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего должника Максимцева Виктора Александровича; лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Рагозиной Эльвиры Илдаровны; кредитора Плешко Ольги Викторовны,

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 24 декабря 2018 года

о признании недействительным брачного договора от 27.03.2009,  заключенного  между должником и Рагозиной Эльвирой Илдаровной,

о признании бездействия финансового управляющего Максимцева Виктора Александровича, выраженного в уклонении  от обращения в суд с заявлением об оспаривании брачного договора, несоответствующим закону,

вынесенное судьей А.В. Кириченко

в рамках дела  № А60-51694/2017         

о признании Рагозина Дмитрия Анатольевича (ИНН 663200805010) несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

02.10.2017 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Рагозина Дмитрия Анатольевича о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.10.2017 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.11.2017 (резолютивная часть от 14.11.2017) Рагозин Дмитрий Анатольевич признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина на шесть месяцев. Финансовым управляющим утвержден Максимцев Виктор Александрович (адрес для направления корреспонденции: 620144, г. Екатеринбург, ул. Сурикова, 7-125), член Крымского Союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 225 от 02.12.2017.

07.06.2018 Плешко Ольга Викторовна обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным брачного договора от 27.03.2009, заключенного между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной, применении последствий недействительности данной сделки применительно к положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, исключении из конкурсной массы автомобиля и передаче его ей в счёт погашения задолженности по алиментам. 

Определением суда от 21.06.2018 заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

07.06.2018 Плешко Ольга Викторовна обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с жалобой на арбитражного  управляющего Максимцева В.А., в которой просит признать незаконным бездействие, выразившиеся в непринятии мер по выявлению всего имущества супругов Рагозиных, непринятии мер по выделению доли должника Рагозина Д.А. в совместно нажитом имуществе, непринятии мер по оспариванию брачного договора от 27.03.2009, заключенного между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной и отстранении его от исполнения обязанностей финансового управляющего.  

Определением суда от 15.06.2018 заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

Определением суда от 13.09.2018 жалоба Плешко О.В. на бездействие финансового управляющего Максимцева В.А и заявление кредитора Плешко Ольги Викторовны о признании брачного договора недействительным, исключении из конкурсной массы автомобиля и передаче его ей в счёт погашения задолженности по алиментам объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В судебном заседании (05.10.2018) от Рагозиной Э.И. заявлено ходатайство о привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Косинской Галины Геннадьевны. Протокольным определением суда от 12.10.2018 в удовлетворении ходатайства отказано, так как не установлено, каким образом, судебный акт по настоящему делу может повлиять на права и обязанности Косинской Галины Геннадьевны по отношению к каждой из сторон.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2018 (резолютивная часть от 17.12.2018) заявленные требования удовлетворены в части признания брачного договора от 27.03.2009, заключенного между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной недействительным; признания бездействия финансового управляющего Максимцева Виктора Александровича, выраженного в уклонении от обращения с заявлением об оспаривании брачного договора, несоответствующим закону. В остальной части в удовлетворении требований отказано. В порядке распределения судебных расходов с Рагозиной Эльвиры Илдаровны в пользу Плешко Ольги Викторовны судебные расходы в размере 9 548,98 рубля.

Не согласившись с вынесенным определением суда, финансовый управляющий должника Максимцев В.А.; лицо, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Рагозина Э.И.; кредитор Плешко О.В. обратились с апелляционными жалобами.

Финансовый управляющий должника Максимцев В.А. просит определение суда изменить, отказав в удовлетворении требования кредитора Плешко О.В. полностью, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В апелляционной жалобе приводит доводы о неподведомственности рассмотрения заявления об оспаривании брачного договора арбитражному суду, поскольку брачный договор заключен между сторонами в 2009 году, то есть до вступления в законную силу Федерального закона, позволяющего оспаривать сделки, совершенные гражданами по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».  Полагает, что данная сделка может быть оспорена применительно положениям статьи 10 ГК РФ, тогда как Плешко О.В. оспаривала сделку по основанию фактически незаключенности брачного договора, а не его заключении с целью злоупотребления правом. Все доказательства, приводимые Плешко О.В. подчинены именно предмету отсутствия факта заключения договора. Финансовый управляющий заявлял о необходимости прекращения производства по делу в соответствии со статьей 150 АПК РФ, в удовлетворении ходатайства было отказано. Также полагает нарушениями норм процессуального права непривлечение к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в обособленном споре гражданки Косинской Г.Г., ранее исполнявшей обязанности нотариуса нотариального округа «Екатеринбург», с целью выяснения обстоятельств удостоверения брачного договора; неистребование материалов гражданского дела по иску нотариальной палаты Свердловской области к нотариусу Косинской Г.Г. о прекращении полномочий из Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга. Суд неоднократно разъяснял заинтересованному лицу возможность обратиться с ходатайством о проведении судебной экспертизы, по результатам которой мог быть однозначно выяснен вопрос о дате составления реквизитов брачного договора, однако, данным правом заинтересованное лицо не воспользовалось, несмотря на то, что ответчик обеспечил представление в судебное заседание подлинника брачного договора. Судом сделано категоричное суждение об отсутствии брачного договора из содержания текста документа, не предполагающего такое суждение. Вывод суда о том, что из материалов дела не следует, что брачный договор был изготовлен ранее 2017 года, не отвечает справедливости и абсолютности, поскольку суд не установил дату изготовления договора. Признание незаконным бездействия арбитражного управляющего, неоспорившего брачный договор по заявлению кредитора не может быть расценено верным, поскольку для оспаривания сделки финансовый управляющий должен располагать безусловными данными, свидетельствующими о ее незаконности, в противном случае возникнет риск расходов, связанных с уменьшением конкурсной массы. Кроме того, управляющий отмечал, что действия нотариуса не признавались незаконными, брачный договор лег в основу ряда судебных актов, исключивших имущество из описи и ареста, то есть фактически сделавших вывод о законности договора.

Поясняет, что признание брачного договора недействительным повлечет исключение из сформированной конкурсной массы недвижимого имущества - здания весовой и земельного участка, на котором она расположена, либо оплаты 50-ти процентов стоимости, вырученной от продажи супруге должника.

В дополнениях к апелляционной жалобе указывает на то, что кредитор Плешко О.В. не обращалась к управляющему с требованием оспорить сделку и не приводила конкретные основания для ее оспаривания, что является обязательным. В заявлении Плешко О.В., поданном на имя арбитражного управляющего от 05.03.2018 не содержалось требование об оспаривании брачного договора, не приведены убедительные доводы о его недействительности, имеется лишь предположение о том, что брачный договор не удостоверялся. В тексте жалобы об оспаривании бездействия финансового управляющего указано лишь на то, что управляющим не выполнены действия по розыску имущества.

Лицо, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Рагозина Э.И. просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований Плешко О.В., ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права.

В апелляционной жалобе, с учетом дополнения к ней, указывает на то, что необходимости в предоставлении кому бы то ни было брачного договора не возникало, поскольку исполнительные действия не нарушали законных прав и интересов Рагозина Д.А. и Рагозиной Э.И., закрепленных брачным договором. Супруги Рагозины не возражали против ареста транспортного средства, поскольку каких-либо действий, угрожающих праву собственности на автомобиль не производилось. Имело место активное оспаривание решения суда о взыскании с Рагозина Д.А. неустойки по алиментным обязательствам (по делу № 2-40/2016). Необходимость по представлению судебному приставу-исполнителю и в суд оспариваемого брачного договора у Рагозиных возникла при исполнении судебным приставом судебного акта о наложении ареста на транспортное средство после 04.08.2017 (гражданское дело № 2-1405/2017).  Обращает внимание на то, что на момент заключения брачного договора Рагозин Д.А. не имел неисполненных долговых обязательств и не мог предусмотреть либо «спланировать» возникновение таковых, поэтому оснований для квалификации поведения супругов при заключении брачного договора злоупотреблением права не имеется. Содержание брачного договора не противоречит требованиям закона. Сведения, предоставленные нотариальной палатой и нотариусом Бормашенко Н.А., не могут являться доказательством соответствия либо несоответствия даты, указанной в брачном договоре, фактической дате его изготовления. Признаком соблюдения нотариальной формы брачного договора является наличие его нотариального удостоверения. Считает, что отсутствуют основания для признания данного договора ничтожным в силу порока его формы. Невнесение нотариусом соответствующих сведений о договоре в реестр не может влиять на права и обязанности сторон этого договора, экспертиза давности изготовления оспариваемого брачного не проводилась. Судом не приняты во внимание нормы гражданского законодательства о сроке исковой давности, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года и начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

Кредитор Плешко О.В. просит определение суда в части неудовлетворенных требований отменить, изменить в части применения последствий недействительности сделки по основаниям, установленным ГК РФ, и удовлетворения требований об исключении из конкурсной массы автомобиля Toyota Land Cruiser 200, регистрационный номер В 868 УА 96, 2003 года выпуска и передаче его взыскателю Плешко О.В. В части удовлетворения требований о признании сделки должника недействительной и о несоответствии закону бездействия арбитражного управляющего, выразившегося в уклонении от обращения с заявлением о признании недействительным брачного договора от 27.03.2009 между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной оставить без изменения.

В обоснование апелляционной жалобы указав на то, что в части отказа удовлетворения требований об исключении из конкурсной массы автомобиля Toyota Land Cruiser 200, регистрационный номер В 868 У А 96, 2003 года выпуска, принадлежащего Рагозину Дмитрию Анатольевичу на праве собственности и передаче его в счет погашения задолженности по апелляционному определению Серовского районного суда Свердловской области от 02.06.2016 нарушает законные права несовершеннолетней Рагозиной Полины Дмитриевны на своевременное получение алиментов и Плешко О.В., как законного представителя интересов несовершеннолетней дочери на получение долга с плетельщика алиментов Рагозина Д.А., действия которого направлены как на физическое сокрытие доходов и имущества, так и на юридическое. В нарушение пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, предоставляя судебному приставу - исполнителю фальшивый брачный договор, Рагозин Дмитрий Анатольевич намеревался причинить вред взыскателю Плешко Ольге Викторовне, действуя в обход закона с противоправной целью заведомо не погашать задолженность по алиментам, образованную им умышленно. С 2009 года Рагозин Д.А. систематически нарушает имущественные права несовершеннолетней дочери. 

До начала судебного заседания от финансового управляющего Максимцева В.А. поступили отзывы на апелляционные жалобы Плешко О.В.   Рагозиной Э.И. , в которых просит определение суда отменить, апелляционную жалобу Рагозиной Э.И. удовлетворить, апелляционную жалобу Плешко О.В. - оставить без удовлетворения. Указав при этом, что оснований ставить под сомнение брачный договор, заключенный в 2009 году не имелось. Рагозины Д.А. и Э.И. не скрывали наличие брачного договора, ссылались на данный договор при получении кредита в банковском учреждении. Необходимость его представления судебному приставу-исполнителю была связана с угрозой изъятия имущества у заинтересованного лица. Возражая против доводов апелляционной жалобы Плешко О.В. относительно неудовлетворенного требования о неисключении из конкурсной массы автомобиля Toyota Land Cruiser 200, указывает на то, что данный автомобиль не включен в конкурсную массу, поскольку исключен из нее определением Арбитражного суда Свердловской области по настоящему делу от 09.06.2018 года. Полагает, что апеллянт Плешко О.В. выходит за пределы требований, рассмотренных в суде первой инстанции, где Плешко О.В. просила применить последствия недействительности сделки по основаниям, установленным ГК РФ.  В качестве основания для удовлетворения своих требований, Плешко О.В. указывает на прекращение выплаты алиментов с 01.01.2009 года, тогда как судебного акта, подтверждающего задолженность именно по алиментам не имеется. Имеется судебный акт о взыскании неустойки, не относящейся к основному долгу.  

До начала судебного заседания от Рагозиной Э.И. поступило ходатайство об отложении судебного заседания, поскольку в настоящее время проводится экспертиза спорного брачного договора на предмет определения срока давности изготовления документа, результаты исследования будут головы к 01.04.2019.

Ходатайство Рагозиной Э.И. судом рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ, в удовлетворении которого, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, отказано, поскольку основания, предусмотренные статьей 158 АПК РФ, арбитражным апелляционным судом не установлены. 

В данном случае суд апелляционной инстанции исходит из положений части 2 статьи 268 АПК РФ, поскольку заинтересованное лицо не обосновало невозможность представления указанного доказательства в суде первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что Рагозина Э.И., будучи участником обособленного спора, имела возможность заявить ходатайство о назначении и проведении по данному делу судебной технической экспертизы при рассмотрении спора по существу судом первой инстанции, однако, данным правом не воспользовалась. 

В заседании суда апелляционной инстанции Плешко О.В. доводы апелляционной жалобы поддерживает. Просит определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Возражает против доводов апелляционных жалоб финансового управляющего и Рагозиной Э.И.

         Представитель финансового управляющего Максимцева В.А. доводы своей апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, в удовлетворении заявления о признании бездействия арбитражного управляющего незаконным отказать. Доводы апелляционной жалобы Рагозиной Э.И. поддерживает по основаниям, изложенным в отзыве. С доводами апелляционной жалобы Плешко О.В. не согласен по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. 

         Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Процедура банкротства в отношении должника была возбуждена 09.10.2017. Решением суда от 21.11.2017 года в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Максимцев В.А.

Как следует из материалов дела, между Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И.  27.03.2009 заключен брачный договор, по условиям которого устанавливается режим раздельной собственности, вне зависимости от того на чье имя будет зарегистрировано такое имущество, в следующем порядке: все движимое имущество будет являться единоличной собственностью супруги, а недвижимое имущество - единоличной собственностью супруга.

Требования Плешко О.В. о признании недействительным брачного договора от 27.03.2009 и о применении последствий его недействительности основаны на том, что оспариваемый договор заключен между заинтересованными лицами для исключения возможности обращения взыскания на имущество должника, оспариваемый договор нотариально не удостоверялся. 

Требования Плешко О.В. о признании незаконным бездействия финансового управляющего и отстранении его от исполнения обязанностей финансового управляющего основаны на том, что, финансовый управляющий не принял мер по выявлению всего имущества супругов Рагозиных; по выделению доли должника Рагозина Д.А. в совместно нажитом имуществе; в неоспаривании брачного договора от 27.03.2009, заключенного между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной.  

Удовлетворяя заявленные требования о признании недействительным брачного договора от 27.03.2009, заключенного между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной, суд первой инстанции исходил из того, что сделка направлена на вывод активов должника, уменьшение конкурсной массы и невозможность удовлетворения требований кредиторов за счет реализации указанного имущества. Суд признал заявление о пропуске срока исковой давности неподлежащим удовлетворению ввиду несоответствия даты брачного договора фактической дате его изготовления, придя к выводу о том, что брачный договор был изготовлен не ранее 2017 года.

Признавая бездействие финансового управляющего Максимцева В.А., выраженного в уклонении от обращения с заявлением в суд об оспаривании брачного договора несоответствующим закону, суд первой инстанции сослался на то, что это могло привезти к лишению возможности возвращения части имущества в конкурсную массу должника и удовлетворения требований кредиторов, в том числе и кредитора Плешко О.В., за счет его реализации. 

Отказывая в удовлетворении остальной части заявленных требований об отстранении финансового управляющего от исполнения его обязанностей, суд первой инстанции исходил из того, что бездействие финансового управляющего не может быть признано грубым нарушением закона, которое влечет неспособность вести дело о банкротстве в соответствии с теми целями и задачами, которые установлены законом.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи  71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов на нее, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные названной главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Федерального закона. 

  Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона;

  В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

  Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

  В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника. По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной. 

  В пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 54-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» указано, что пункты 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

  Из приведенных положений следует, что они направлены на регулирование отношений связанных с оспариванием сделок граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. При этом действовавшее до 01.10.2015 законодательство допускало возможность оспаривания сделок заключенных предпринимателями на основании гл. III.1 Закона о банкротстве.

  Согласно сведениям из ЕГРИП, Рагозин Д.А. прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 01.01.2015.

  С учетом указанного обстоятельства и даты оспариваемого брачного договора, указанная сделка может быть оспорена по правилам, предусмотренным статьями 10, 168 Закона о банкротстве. 

Из материалов дела следует, что между Плешко О.В. и Рагозиным Д.А. 27.10.2000 был заключен брак. От данного брака имеется несовершеннолетний ребенок - дочь Рагозина П.Д. 07.09.2003 года рождения.

12.04.2007 брак между Плешко О.В. (Рагозиной О.В.) и Рагозиным Д.А. прекращен. 

21.11.2006 года мировым судьей судебного участка № 1 Шелеховой Е.Ю. вынесено решение о взыскании алиментов с Рагозина Дмитрия Анатольевича пользу Плешко О.В. в размере 1/4 части всех видов заработка и иного дохода, подлежащих учету при удержании алиментов на содержание несовершеннолетней дочери.

Между Гиниятуллиной Э.И. (Рагозиной Э.И.) и Рагозиным Д.А. 14.02.2009 был заключен брак. От данного брака имеются несовершеннолетние дети – Рагозин К.Д., 02.08.2009 года рождения и Рагозин М.Д., 15.12.2016 года рождения.

В материалы дела представлен брачный договор, датированный 27.03.2009, заключенный между Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И., по условиям которого устанавливается режим раздельной собственности, вне зависимости от того на чье имя будет зарегистрировано такое имущество, в следующем порядке: все движимое имущество будет являться единоличной собственностью супруги, а недвижимое имущество - единоличной собственностью супруга.

В связи с неисполнением с 01 января 2009 года Рагозиным Д.А. обязательств по уплате алиментов на содержание своей несовершеннолетней дочери, Плешко О.В. обратилась с соответствующим заявлением в суд.

Заочным решением мирового судьи судебного участка №1 Серовского судебного района Свердловской области Шелеховой Е.Ю. от 20.02.2016 частично удовлетворены исковые требования Плешко Ольги Викторовны к Рагозину Дмитрию Анатольевичу о взыскании неустойки по уплате алиментов. С Рагозина Дмитрия Анатольевича в пользу Плешко Ольги Викторовны взыскана неустойка в сумме 190 584,65 рубля.

Апелляционным определением Серовского районного суда Свердловской области от 02.06.2016 решение мирового судьи от 20.02.2016г. изменено, вынесено новое решение, которым с Рагозина Дмитрия Анатольевича в пользу Плешко Ольги Викторовны взыскана неустойка в сумме 2 123 177,72 рубля.

Для принудительного исполнения определения 26.09.2016 выдан исполнительный лист серии ВС № 073456087.

05.10.2016 судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство по взысканию неустойки по алиментам, наложен арест на автомобиль Toyota Land Cruiser 200, регистрационный номер В 868 УА 96, 2003 года выпуска, принадлежащий Рагозину Дмитрию Анатольевичу на праве собственности и зарегистрированный на его имя (договор купли-продажи автомобиля, данные о постановке на учет в ГИБДД).

При наложении ареста на автомобиль 05.04.2017 в присутствии Рагозина Д.А., арестованное имущество передано ему на ответственное хранение, акт наложения ареста (описи имущества) подписан им же в качестве ответственного хранителя.

В начале августа 2017 года Рагозин Д.А. предоставил судебному приставу-исполнителю брачный договор, датированный 27.03.2009, заключенный между супругами Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И., с отметкой о его удостоверении нотариусом нотариального округа города Екатеринбурга Свердловской области Косинской Галиной Геннадьевной, согласно которому в отношении имущества, приобретённого ими по различным основаниям в период брака, после вступления в силу настоящего договора устанавливается режим раздельной собственности, вне зависимости от того на чье имя будет зарегистрировано такое имущество, в следующем порядке: все движимое имущество будет являться единоличной собственностью супруги, а недвижимое имущество - единоличной собственностью супруга (пункт 1).

Этим же договором предусмотрено, что банковские вклады, равно как и проценты по ним, являются совместной собственностью супругов, вне зависимости от того, на чье имя открыты вклады (пункт 2).

 Все обязательства супругов, существующие на дату заключения данного договора, возникшие в будущем: заемные обязательства, обязательства перед кредиторами и иные долги, принятые на себя одним из супругов, не являются общими (являются обязательством супруга, принявшего на себя долг) (пункт 3).

Каждый супруг имеет право при отсутствии возражений со стороны другого супруга пользоваться имуществом другого супруга в соответствии с назначением имущества (пункт 5).

Действие настоящего договора прекращается с момента прекращения брака, за исключением тех обязательств, которые предусмотрены настоящим договором на период после прекращения брака (пункт 9).

Во всем остальном, не урегулированном настоящим договором, стороны руководствуются действующим законодательством Российской Федерации (пункт 10). 

07.08.2017 в Серовский районный суд поступил иск Рагозиной Э.И. к Рагозину Д.А., Плешко О.В. об освобождении имущества от ареста и исключении его из описи акта о наложении ареста на имущество.

В обоснование искового заявления Рагозиной Э.И. представлен в качестве доказательства вышеуказанный брачный договор, с учетом которого решением суда от 29.11.2017 удовлетворены заявленные Рагозиной Э.И. требования.

22 января 2018 года на основании запроса судебным приставом-исполнителем Сидоровой Ю.Э. был получен ответ от временно исполняющего обязанности нотариуса Бормашенко Н.А. - Плечевой Н.В., которому был передан архив бывшего нотариуса Косинской Г.Г., из которого следует, что брачный договор между супругами Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И. нотариусом не удостоверялся.

На запрос старшего следователя Серовского межрайонного следственного отдела СК РФ по Свердловской области от 21.02.2018 № 9-78пр-18 по почте 27.03.2018 был получен ответ нотариуса Бормашенко Н.А. исх. № 265 от 07.03.2018, в котором указано, что брачный договор между Рагозиными нотариусом не удостоверялся.

04.06.2018 Серовским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по Свердловской области вынесено постановление №11802650031000147 о возбуждении уголовного дела и принятая его к производству по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 303 УК РФ.

Представленный брачный договор не предусматривает никаких финансовых расчетов сторон, а потому является безвозмездной сделкой.

Полагая, что указанный брачный договор может быть признан недействительным, кредитор Плешко О.В. обратилась с соответствующим заявлением.

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Статьями 40, 42 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Пунктом 2 статьи 41 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

В соответствии с положениями подпунктом 1 пункта 2 и пункта 3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации Нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе.

Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статья 44 Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ).

В результате совершения оспариваемой сделки, в отношении имущества супругов установлен режим раздельной собственности, вследствие чего имущество, которое на момент возникновения задолженности выбыло из владения должника, а соответственно, не подлежит включению в конкурсную массу, и не может являться предметом раздела общего имущества супругов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника). В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

В обоснование совершения сделки с целью злоупотребления правом кредитор указывает, что брачный договор от 27.03.2009 между Рагозиными не удостоверялся нотариально.

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном случае, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения требований о признании брачного договора от 27.03.2009, заключенного между супругами Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И., недействительным.

Согласно условиям брачного договора, датированного 27.03.2009, между Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И. устанавливается режим раздельной собственности, вне зависимости от того на чье имя будет зарегистрировано такое имущество, в следующем порядке: все движимое имущество будет являться единоличной собственностью супруги, а недвижимое имущество - единоличной собственностью супруга.

Судом первой инстанции установлено, что до августа 2017 года ни Рагозин Д.А., ни Рагозина Э.И. не ссылались на наличие такового. При этом в отношении Рагозина Д.А. было возбуждено исполнительное производство, на один из автомобилей был наложен арест (акт от 05.04.2017), 27.04.2017 Рагозин Д.А, был ознакомлен с заявкой на оценку арестованного имущества, 07.07.2017 с участием Рагозина Д.А. был составлен акт проверки сохранности арестованного имущества. Ни при одном из вышеперечисленных процессуальных действий Рагозин Д.А. не ссылался на наличие брачного договора, в силу которого арестованное имущество ему не принадлежит.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции представитель ответчика не смогла пояснить, по какой причине стороны приняли решение о том, что все движимое имущество подлежит передаче Рагозиной Э.И. (по сути - ликвидные транспортные средства), при том, что зарегистрированы они были на имя Рагозина Д.А. Более того, несмотря на наличие брачного договора, перерегистрация транспортного средства на имя Рагозиной Э.И. до настоящего времени не произведено, что подтверждается сведениями МИФНС №26 по Свердловской области по состоянию на 16.01.2018 (т.2 л.д.48). Иные доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что Рагозиной Э.И. осуществляются иные правомочия собственника в отношении движимого имущества (транспортных средств), суду не представлено. 

 Данный вывод также подтверждается определением от 18.05.2018 по настоящему делу о включении транспортного налога в реестр требований кредиторов. Пояснения в отношении мотива и причин заключения брачного договора также отсутствуют.

Из ответа на запрос арбитражного суда следует, что нотариальная палата Свердловской области не располагает сведениями об удостоверении брачного договора, заключенного между Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И. Архив нотариуса Косинской Г.Г. был передан нотариусу г. Екатеринбурга Бормашенко Надежде Александровне.

Согласно ответу нотариуса Бормашенко Н.А. №711 от 02.10.2018 по результатам проверки реестров для регистрации нотариальных действий и номенклатурных дел за 2009 год по данным переданного архива Косинской Г.Г., сведения об удостоверении нотариусом брачного договора, заключенного между Рагозиным Д.А. и Рагозиной Э.И., отсутствуют.

Довод Рагозиной Э.И. о том, что брачный договор исполнялся его сторонами с момента заключения, о чем свидетельствует представление ею в банк данного договора при заключении кредитного договора и договора залога в обеспечение данного обязательства, правомерно отклонен судом первой инстанции.

В материалы дела Рагозиной Э.И. представлены только копия заявления, поданного в банк о выдаче справки о том, что ей раннее был представлен брачный договор, кредитный договор и договор залога.

Ответ на данное заявление, которое подано в банк, отсутствует.

В кредитном договоре и договоре залога также отсутствуют упоминания об оспариваемом брачном договоре.

Суд апелляционной инстанции считает, что поскольку доказательства, подтверждающие нотариальное удостоверение брачного договора суду не представлены, то на данную сделку распространяются правила пункта 3 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

С учётом совокупности вышеизложенных обстоятельств, анализа представленных документов, сопоставив их с действиями, совершенными должником, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что указанная в брачном договоре дата 27.03.2009 не соответствует фактической дате его изготовления, поскольку из материалов дела следует, что брачный договор был изготовлен ранее 2017 года, а именно, после наложения ареста на транспортное средство в рамках исполнительного производства, т.е. с целью предотвратить на него взыскание.

В связи с изложенными обстоятельствами, судом сделан верный вывод о том, что брачный договор направлен на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы должника и подлежит признанию недействительным (ничтожным). Признав при этом не подлежащим удовлетворению заявление о пропуске срока исковой давности, с учётом выводов суда о периоде изготовления данного договора и совершении сделки между супругами, которым не могло быть неизвестно об обязательствах перед кредиторами, т.е. с противоправной целью сделать невозможным удовлетворение требований кредиторов за счет средств, полученных от реализации имущества должника. 

 Ссылка Рагозиной Э.И. на обращение в экспертную организацию с целью определения срока давности изготовления брачного договора, не является безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

В данном случае суд апелляционной инстанции исходит из того, что Рагозина Э.И. была привлечена к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве заинтересованного лица с правами ответчика.

Судом неоднократно ставился вопрос о возможности назначения и проведения по данному спору технической экспертизы для определения фактической даты изготовления брачного договора.

То обстоятельство, что Плешко О.В. отказалась от проведения экспертизы, не препятствовало ни Рагозиной Э.И., ни должнику, ни финансовому управляющему заявить соответствующее ходатайство. 

Участники спора сами несут риск наступления последствий совершения (несовершения) ими тех или иных процессуальных действий (часть 2 статья 9 АПК РФ). 

В связи с чем, доводы и возражения, изложенные в апелляционной жалобе Рагозиной Э.И., о соответствии даты составления брачного договора дате, указанной в нем, являются несостоятельными, не опровергают выводов суда первой инстанции. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что ни должником, ни Рагозиной Э.И. не представлено доказательств нотариального удостоверения брачного договора.

Подвергать сомнению представленные нотариальной палатой Свердловской области и следственным комитетом Свердловской области сведения, из которых следует, что нотариальное удостоверение брачного договора не производилось, у суда отсутствуют.

Ссылка Рагозиной Э.И. на то, что она не должна нести риск наступления негативных последствий от действий нотариуса, который не внес соответствующие сведения в реестр регистрации нотариальных действий, судом апелляционной инстанции отклоняется как несостоятельная. 

Заявляя требования о признании незаконным бездействия финансового управляющего должника, Плешко О.В., ссылалась на то, что, финансовый управляющий не принял мер по выявлению всего имущества супругов Рагозиных; по выделению доли должника Рагозина Д.А. в совместно нажитом имуществе; не принял мер по оспариванию брачного договора от 27.03.2009, заключенного между Рагозиным Дмитрием Анатольевичем и Рагозиной Эльвирой Илдаровной. 

В силу пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Законом профессиональную деятельность.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий арбитражного управляющего незаконными.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов они имеют возможность защитить свои права путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном в статье 60 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. По результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб арбитражный суд выносит определение. Данное определение может быть обжаловано в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 60 Закона о банкротстве в порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 настоящей статьи, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам, в т.ч. уполномоченному органу, предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При этом, из буквального толкования нормы статьи 60 Закона о банкротстве следует, что правовым основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является одновременное установление факта несоответствия конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям закона и нарушение вследствие совершения таких действий (допущения бездействий) прав и законных интересов кредиторов.

Таким образом, в силу положений статьи 65 АПК РФ доказыванию по делу подлежат неисполнение (ненадлежащее исполнение) конкурсным управляющим своих обязанностей, наличие убытков (реальная возможность несения убытков) должника или кредиторов вследствие таких действий, а также факт нарушения прав и интересов заявителя жалобы.

Материалами делу установлено, что решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.11.2017 Рагозин Д.А. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Максимцев В.А.

Плешко О.В. выявлен факт заключения фиктивного брачного договора, что подтверждается ответом нотариуса судебному приставу-исполнителю, и был составлен с целью сокрытия принадлежавшего Рагозину Д.А. имущества на праве собственности и перевода его на имя супруги, Рагозиной Э.И. 

Заявитель указывает, что помимо задолженности по алиментным обязательствам, Рагозин Д.А. имеет задолженность, подтвержденную судебными актами, в отношении Галкина Ю.В. в размере 7 490 000 рублей, в связи с чем, с целью ухода от взыскания задолженностей, должник составил брачный договор и представил его судебным приставам-исполнителям.

Из материалов дела следует, что 05.03.2018 Плешко О.В. обращалась к финансовому управляющему Максимцеву В.А. с заявлением о невключении в конкурсную массу автомобиля Toyota Land Cruiser 200, регистрационный номер В 868 УА 96, 2003 года выпуска, принадлежащий Рагозину Дмитрию Анатольевичу на праве собственности. В заявлении просила не снимать арест с данного автомобиля в связи с обращением в Свердловский областной суд с апелляционной жалобой на решение суда об освобождении имущества из-под ареста и исключении его из акта описи. Заявитель указывала на факт отсутствия нотариального удостоверения брачного договора и необходимость произвести выявление всего имущества супругов Рагозиных с целью выделения доли должника и включения ее в конкурсную массу с целью последующей реализации и удовлетворения требований кредиторов.

Финансовый управляющий на информацию в отношении договора не отреагировал, и не оспорил.

Согласно пункту 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в том числе, принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что бездействие финансового управляющего Максимцева В.А., выраженное в уклонении от обращения с заявлением об оспаривании брачного договора, могло привезти к лишению возможности возвращения части имущества в конкурсную массу должника, а, следовательно, невозможности удовлетворения требований кредиторов, в том числе и кредитора Плешко О.В., за счет средств, полученных от его реализации.

Проанализировав в совокупности установленные обстоятельства, суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения требования заявления о признании несоответствующим закону бездействия финансового управляющего Максимцева В.А., выразитвшегося в уклонении от обращения с заявлением об оспаривании брачного договора, отказав в остальной части в удовлетворении требований жалобы об отстранении финансового управляющего от исполнения им обязанностей арбитражного управляющего.

Финансовый управляющий представил в суд ответы государственных органов и организаций в отношении имущества должника, отчет о своей деятельности.

Судом первой инстанции учтено то обстоятельство, что на основании данного оспариваемый брачного договора были вынесены судебные акты, вступившие в законную силу об освобождении имущества от ареста и исключении его из описи акта о наложении ареста на имущество.

Соответственно, уклонение от оспаривания указанной сделки могло повлечь нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, рассчитывающих на более полное удовлетворение своих требований. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150 об утверждении Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, конкурсный управляющий не может быть отстранен в связи с нарушениями, которые не являются существенными; отстранение конкурсного управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения; отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего. Допущенные конкурсным управляющим нарушения могут стать основанием для его отстранения в случае, если существуют обоснованные сомнения в дальнейшем надлежащем ведении им конкурсного производства, при этом не имеет значения, возникли такие сомнения в связи с недобросовестным предшествующим поведением конкурсного управляющего либо в связи с нарушениями, допущенными им в силу неготовности к надлежащему ведению конкурсного производства (недостаточного опыта управляющего, специфики конкурсного производства и т.п.); не могут служить основанием для отстранения конкурсного управляющего нарушения, не приводящие к возникновению сомнений в дальнейшем надлежащем ведении им дел.

Плешко О.В. не были представлены доказательства, позволяющие сомневаться в неспособности Максимцева В.А. к дальнейшему ведению процедуры конкурсного производства в отношении должника.

Установив указанные обстоятельства, суд правомерно не установил основания для отстранения Максимцева В.А. от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Доводы финансового управляющего в той части, что кредитором не были приведены доводы, мотивы и обоснование, по которым брачный договор подлежал оспариванию, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку финансовый управляющий, будучи профессиональным участником, при поступлении требования кредитора, был обязан проанализировать сделку на предмет возможности ее оспаривания как по специальным основаниям, так и по общегражданским основаниям.

Однако, указанные действия произведены не были. 

Данные обстоятельства явились основанием для обращения кредитора самостоятельно с указанными требованиями, по результатам рассмотрения которых, суд пришел к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной.

В связи с чем, доводы финансового управляющего не могут быть признаны обоснованными.

Указанные обстоятельства, позволяют суду апелляционной инстанции сделать вывод о законности и обоснованности принятого судебного акта в указанной части. 

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требования Плешко О.В. об исключении из конкурсной массы автомобиля и передаче его в счёт погашения задолженности по неустойке по алиментам перед ней.

Доводы апеллянта Плешко О.В. о неудовлетворении требований в части применения последствий недействительности сделки в виде исключения из конкурсной массы автомобиля Toyota Land Cruiser 200, и удовлетворения ее требований в счет погашения задолженности по алиментам судом отклоняются как основанные на неверном толковании норм права. 

Поскольку Плешко О.В. является кредитором третьей очереди реестра требований кредиторов согласно определению суда от 15.06.2018, то заявленные ею требования подлежат удовлетворению в соответствии с положениями законодательства о банкротстве, с учетом требований иных кредиторов должника, то есть в денежной форме за счёт реализации конкурсной массы должника в порядке очередности удовлетворения требований.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения последствий ее недействительности в виде передачи транспортного средства в погашение задолженности по алиментам (неустойки) перед Плешко О.В.

Из пункта 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63следует, что если сделка, признанная в порядке главы Закона о банкротстве недействительной была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой «Оспаривание сделок должника» Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным указанной статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

В соответствии с частью 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что в связи с признанием брачного договора недействительным (в т.ч. в силу его ничтожности) подлежат применению последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов в отношении имущества. 

Восстановление режима совместной собственности супругов в отношении имущества, не может расцениваться как нарушение прав и законных интересов должника, его супруги.

То обстоятельство, что в резолютивной части определения не указаны последствия признания сделки недействительной, не влечет отмены судебного акта. 

Доводы финансового управляющего о нарушении норм процессуального права ввиду непривлечения к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, гражданки Косинской Г.Г. с целью выяснения обстоятельств удостоверения брачного договора;  неистребование материалов гражданского дела по иску нотариальной палаты Свердловской области к нотариусу Косинской Г.Г. о прекращении полномочий из Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку по мнению суда апелляционной инстанции, указанный судебный акт не влияет на ее права. 

Ссылка апеллянта Рагозиной Э.И. на то, что сведения, предоставленные нотариальной палатой и нотариусом Бормашенко Н.А., не могут являться доказательством соответствия либо несоответствия даты, указанной в брачном договоре, фактической дате его изготовления судом отклоняются, поскольку в материалах дела представлено также постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 303 УК РФ. 

Доводы апеллянта о пропуске срока исковой давности, судом апелляционной инстанции отклоняются по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 181 ГК РФ рок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права.

Материалами дела установлено, что Плешко О.В. не являлась стороной по оспариваемой сделке. 

О совершенной сделке кредитор узнала из ответа нотариальной палаты Свердловской области от 22.01.2018, предоставленного судебному приставу-исполнителю в материалы исполнительного производства, по которому Плешко О.В. является взыскателем. 

Заявление об оспаривании брачного договора предъявлено в суд 07.06.2018, т.е. в срок установленный законом.

Соответственно, доводы о применении срока исковой давности к заявленным требованиям основаны на неверном толковании норм материального права. 

Ссылка финансового управляющего на нарушение судом правил подведомственности рассмотрения данного спора являются несостоятельными по следующим основаниям. 

В соответствии с общими положениями пункта 1 статьи 61.8, пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве с учетом пункта 13 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ, оспаривание сделок производится в рамках дела о банкротстве должника-гражданина.

Заявление об оспаривании брачного договора поступило в суд 07.06.2018 (в рамках настоящего дела о банкротстве Рагозина Д.А.) и было принято к производству с соблюдением правил подсудности и подведомственности спора.

В пункте  9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (опубликовано в Российской газете 01.01.2019, т.е. после принятия обжалуемого судебного акта) даны разъяснения относительно подведомственности и подсудности рассмотрения споров относительно сделок, совершенных между гражданином-должником и его супругом в отношении их имущества.

В указанных разъяснениях отсутствует запрет на рассмотрение заявления об оспаривании сделки должника – брачного договора – в рамках настоящего дела о банкротстве.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции считает, что заявленный кредитором спор рассмотрен судом первой инстанции с соблюдением норм процессуального закона. 

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, выражают несогласие заявителей с произведенной судом оценкой установленных по делу обстоятельств, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку.

Основания для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основе доказательств, оцененных по правилам статьи 71 АПК РФ.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на их заявителей. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 декабря 2018 года по делу № А60-51694/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

С.И. Мармазова

 

Т.С. Нилогова