АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5198/2022

14 ноября 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Никитина Е.О., Сецко А.Ю.

при участии: 

лично конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «АмурНефтеТранс» ФИО1;

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Амурской области от 13.04.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022

по делу № А04-8507/2017

по заявлению конкурсного управляющего обществом с                        ограниченной ответственностью «АмурНефтеТранс» ФИО1

к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «АмурНефтеТранс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 676307, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)  

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Амурской области от 29.09.2017 по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления ФНС по Амурской области возбуждено производство по делу № А04-8507/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Амурнефтетранс» (далее – должник, ООО «Амурнефтетранс»).

Решением суда от 11.12.2017 в отношении ООО «Амурнефтетранс» введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), – конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1.

В рамках указанного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО1 26.02.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «Амурнефтетранс» ФИО3, учредителя должника ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002                          № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и взыскании с них солидарно в конкурсную массу должника денежных средств в размере 8 879 993,16 руб. (с учетом уточнения требований, заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определением суда от 17.11.2020 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4.

Определением от 14.05.2021 по ходатайству ФИО5     судом назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой  поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Воронежский центр экспертизы» (394036, 

<

...>) ФИО7.

Определением суда от 04.08.2021 в порядке статьи 46 АПК РФ по ходатайству конкурсного управляющего к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО6, ФИО4.

Определением Арбитражного суда Амурской области от 13.04.2022, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022, заявление конкурсного управляющего ФИО1 удовлетворено частично. Судом привлечена к субсидиарной ответственности ФИО3 и взыскано с нее в конкурсную массу ООО «Амурнефтетранс» 8 879 993,16 руб. В удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО4 отказано.

В кассационной жалобе ФИО2 (далее также – заявитель, кассатор) просит Арбитражный суд Дальневосточного округа определение суда первой инстанции от 13.04.2022, постановление апелляционного суда от 02.08.2022 отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции или принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, удовлетворить требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6

В обоснование жалобы заявитель, оспаривая выводы судов двух инстанций, приводит доводы о неправильном применении норм материального права, полагая, что к спорным отношениям судами подлежали применению нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (далее – Закон № 134-ФЗ). Также ФИО2 ссылается на отсутствие у нее обязанности по передаче документов, поскольку указанные документы переданы ею по акту от 20.03.2017 и впоследствии истребованы у вновь назначенного руководителя в рамках обособленного спора определением суда от 07.05.2018, при этом отмечает, что в ходе рассмотрения спора конкурсным управляющим не даны пояснения о том, как отсутствие документации повлияло на проведение процедуры банкротства, а также о том, какое конкретно имущество либо активы общества конкурсный управляющий не смог выявить. Напротив, в рамках обособленного спора о взыскании с ФИО2 убытков на сумму                          3 580 000 руб. в суд представлялись документы о наличии у общества дебиторской задолженности ООО «Амурспецстрой» на сумму 1 875 750 руб. по договору аренды транспортного средства от 25.06.2016, в том числе подписанный сторонами акт сверки и счета-фактуры, работа по взысканию которой конкурсным управляющим не проводилась. Настаивает на позиции об отсутствии преюдиции выводов, изложенных в определении суда от 15.02.2019, применительно к настоящему спору и неправильном определении судами размера субсидиарной ответственности. Приводит возражения относительно отказа суда первой инстанции в фальсификации объяснений ФИО6 от 09.08.2017, полагая, что соответствующее ходатайство судом не разрешено.

Определением от 05.10.2022 указанная кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 17 час. 10 мин. 08.11.2022.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсным управляющим ФИО1 приведены возражения относительно доводов кассатора со ссылкой на законность и обоснованность принятых судами первой и апелляционной инстанций судебных актов.

От представителя кассатора в материалы дела поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное невозможностью участия представителя в судебном заседании.

В силу части 3 статьи 284 АПК РФ в суде кассационной инстанции не устанавливаются обстоятельства дела и не исследуются доказательства, а проверяется правильность применения норм права. В свою очередь, явка в суд кассационной инстанции не является обязательной, а ее отсутствие не может служить препятствием для рассмотрения кассационной жалобы, если лицо, участвующее в деле, было надлежащим образом извещено о времени и месте судебного разбирательства.

Учитывая, что позиция ФИО2 полно и подробно изложена в материалах дела, в том числе в кассационной жалобе, судебная коллегия суда кассационной инстанции не усматривает обстоятельств, препятствующих рассмотрению доводов, приведенных в кассационной жалобе, и проверке законности обжалуемых судебных актов в отсутствие представителя заявителя жалобы.

В связи с чем, судебная коллегия окружного суда, совещаясь на месте, отклонила ходатайство представителя ФИО2 ввиду отсутствия соответствующих оснований для его удовлетворения, предусмотренных статьей 158 АПК РФ для отложения судебного разбирательства.

В судебном заседании суда округа конкурсный управляющий ФИО1 поддержала доводы, изложенные в представленном ранее отзыве, просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения, сославшись на несостоятельность правовой позиции кассатора.

Иные лица, участвующие в обособленном споре и в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в заседание суда кассационной инстанции не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи        284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и действуя строго в пределах предоставленной суду кассационной инстанции законом компетенции, исходя из конкретных аргументов рассмотренной кассационной жалобы, а также в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда по доводам кассатора не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами,                             ООО «Амурнефтетранс» состоит на учете в Межрайонной ИФНС                      России № 5; учредителем общества с 04.02.2015 по дату подачи настоящего заявления в суд является ФИО5 – 100% доля участия.

Руководителями должника согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в различные периоды времени являлись: в период с 04.02.2015 по 27.03.2017 – ФИО3, в период с 28.04.2017 по 05.12.2017 – ФИО6

В соответствии с последним поданным 31.03.2017 в налоговый орган бухгалтерским балансом по состоянию на 31.12.2016 за должником числились запасы на сумму 11 930 тыс. руб., дебиторская задолженность на сумму 16 961 тыс. руб.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что непередача ответчиками конкурсному управляющему первичных бухгалтерских документов, в частности, документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженность третьих лиц перед должником, существенно затруднила возможность должным образом сформировать конкурсную массу, в т.ч. путем взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Возможность привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО4 к субсидиарной ответственности                по обязательствам ООО «Амурнефтетранс» на основании положений подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий, таким образом, обуславливает неисполнением ответчиками обязанности по передаче управляющему бухгалтерской документации должника, в частности, первичных бухгалтерских документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности третьих лиц перед должником, ведение и хранение которых является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в результате чего проведение процедур и предусмотренных для них мероприятий (формирование конкурсной массы, в том числе путем взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок) в отношении ООО «Амурнефтетранс» существенно затруднено, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Разрешая спор, нижестоящие суды руководствовались следующими нормативными положениями законодательства и разъяснениями по их применению.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее -  Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона                           № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, которые конкурсный управляющий указывал в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, возникли, соответственно, уже после признания должника банкротом (11.12.2017), суды верно определили, что к спорным отношениям подлежат применению положения пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. В связи с чем, доводы кассатора о необходимости применения в рассмотренном случае положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ отклоняются судом округа как ошибочные.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Установленная приведенной нормой права ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного         Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Как усматривается из материалов дела, возражая относительно заявленных к ней требований, ответчик ФИО3 сослалась на наличие акта приема-передачи дел от 20.03.2017 при смене генерального директора, подписанного ответчиком ФИО3 как директором, сдающим дела, ответчиком ФИО6 как директором, принимающим дела, а также ответчиком ФИО5 как единственным учредителем, а также акта приема-передачи ТМЦ от 20.03.2017, в соответствии с которым ФИО8 передала, а ФИО6 принял ТМЦ (ГСМ) дизельное топливо в количестве 149,865 тонн на сумму                5 245 300 руб., принадлежащее ООО «Амурнефтетранс»: резервуар № 6 - 16,800 тонн; резервуар № 10 - 23,276 тонн; резервуар № 30 - 34,129 тонн; резервуар № 18 - 15,660 тонн; резервуар № 15 - 13,430 тонн; резервуар № 32 - 39,570 тонн; резервуар № 4 - 7,000 тонн.

Критически оценивая возражения ФИО3, суды, в том числе, приняли во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Амурской области от 15.02.2019 по настоящему делу, в частности, о том, что изложенные          ФИО3 доводы о передаче бухгалтерских документов         ООО «Амурнефтетранс», включая касающиеся задолженности по запасам дизельного топлива на сумму 5 245 300 руб., переданы по акту от 20.03.2017 новому директору – ФИО6 опровергаются данными, полученными 09.08.2017 оперуполномоченным ОЭБ и ПК МО МВД России «Благовещенский» ФИО9 (аналогичные пояснения также даны ФИО6 и в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора), из которых следует, что ФИО6 числится директором общества, однако фактически там не работает, за вознаграждение он в присутствии нотариуса оформил необходимые документы, после чего документы общества он больше не видел, где располагается организация, кто отдает приказы по деятельности, подписывает бухгалтерскую и налоговую отчетность, у кого хранится печать общества он не знает, ни с предыдущим директором общества ФИО8, ни с бухгалтером ФИО4               ФИО6 не знаком.

Соответственно, доводы ФИО2 о передаче бухгалтерских документов  новому  директору общества (изложенные также в кассационной жалобе) оценены судами в порядке положений статей 64, 65, 71 АПК РФ и в совокупности всех исследованных обстоятельств критически, как не нашедшие своего действительного подтверждения при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций.

В том числе, отклоняя возражения ФИО2 о том, что после фактической передачи по акту от 20.03.2017 спорное топливо продолжало храниться в резервуарах, расположенных по адресу: 

<

...>, на основании договоров аренды с ОАО «ГОРЕМ-21» (т.е. могло быть обнаружено конкурсным управляющим в ходе конкурсного производства), суды исходили из того, что в рамках дела № А04-883/2014 о банкротстве ОАО «ГОРЕМ-21» в ходе инвентаризации имущества последнего какие-либо резервуары с ГСМ обнаружены не были, анализ движения денежных средств по счетам должника не подтверждает наличие правоотношений по договору аренды с ОАО «ГОРЕМ-21» в спорный период времени.

В этой связи судебные инстанции мотивированно признали не соответствующими действительности изложенные в акте от 20.03.2017 сведения о передаче имевшихся у должника запасов ГСМ ФИО6 от ФИО2, приводимые последней в обоснование возражений по спору.

При таких обстоятельствах суды двух инстанций констатировали,             что  должник в преддверии банкротства располагал материальными запасами  в значительном размере, при этом документов, позволяющих установить их дальнейшее движение в целях включения в конкурсному массу, конкурсному управляющему не передано; приводимые же ФИО2 пояснения                      о месте хранения данных запасов и о передаче их другому ответчику (ФИО6) опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Признавая несостоятельными доводы ФИО2 о том, что фактически лицами, ответственными за передачу конкурсному управляющему документации должника, являются ФИО6 и ФИО5, судебные инстанции исходили из установленных          как в определении суда от 15.02.2019 о взыскании убытков, так и                       при рассмотрении настоящего спора обстоятельств того, что                       ФИО6 фактически документация и ТМЦ должника не передавались, ФИО5 также фактически участия в деятельности должника не принимала (что подтверждается, в том числе, материалами судебной экспертизы); фактически именно ФИО2 являлась контролирующим должника лицом и выгодоприобретателем от деятельности должника, что выразилось, в том числе, в получении ею имущества (лодочного мотора, экскаватора), оплаченного должником в преддверии банкротства в отсутствие какого-либо встречного исполнения.

Помимо изложенного, судами в ходе рассмотрения спора установлено, что управление обществом ответчику ФИО6 было передано формально, доказательств того, что данный ответчик действительно принял на себя руководство должником и реально его осуществлял, составлял бухгалтерские документы относительно деятельности общества, принимал какие-либо управленческие решения в материалах дела не имеется;              ФИО6 является инвалидом по причине ампутации нижних конечностей, в связи с чем нуждается в постоянном уходе.

С учетом всех конкретных обстоятельств, установленных в рамках дела о банкротстве ООО «Амурнефтетранс», суды также мотивированно заключили, что именно ФИО2 фактически оставалась руководителем должника в преддверии банкротства и до прекращения должником хозяйственной деятельности, при этом факт передачи ею документов должника и ТМЦ ФИО6 опровергается представленными в материалы дела и установленными сведениями, более того, сама возможность передачи ФИО6 каких-либо активов должника материалами дела также не подтверждена и противоречит исследованным в ходе рассмотрения спора доказательствам.

Кроме того, судами признан обоснованным довод конкурсного управляющего о непередаче в ходе конкурсного производства ответчиком документации, позволяющей установить место нахождения движимого имущества должника – экскаватора JCB JS 220S3, приобретенного должником по договору купли-продажи от 18.11.2016 №18/11/1 с                     ООО «Строительный альянс» за 2 000 000 руб., исходя из установленных обстоятельств заключения и исполнения данного договора.

Таким образом, суд первой инстанции, оценив по правилам главы                 7 АПК РФ имеющиеся в материалах спора доказательства в исследованной совокупности, включая обстоятельства, установленные в рамках спора по данному банкротному делу о взыскании убытков, и пояснения ответчика ФИО6, которые лицами, участвующими в деле, не опровергнуты, пришел к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим не приведено в обоснование своего заявления в отношении ФИО6 каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности, как и не представил доказательств того, что данный ответчик в действительности руководил финансово-хозяйственной деятельностью общества, а также мог влиять на ход такой деятельности.

В этой связи суды двух инстанций, констатировав, что ФИО3 не исполнена (в том числе и в ходе рассмотрения данного спора) установленная законом обязанность по передаче конкурсному управляющему в необходимом объеме документации должника, приняв во внимание данные бухгалтерского баланса общества за 2016 год, учитывая, что факты наличия или отсутствия у должника имущества (в частности, значительной дебиторской задолженности) и совершенные должником сделки не могли быть проверены конкурсным управляющим надлежащим образом, непередача ответчиком документов бухгалтерского учета воспрепятствовала осуществить мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и, как следствие, удовлетворения требований кредиторов, пришли к правильному выводу о наличии правовых оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Амурнефтетранс» – ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия окружного суда считает правовую позицию                судов двух инстанций обоснованной, соответствующей совокупности установленных по делу обстоятельств и применимым нормам материального права.

Согласно пункту 56 постановления Пленума № 53 по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Таким образом, возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства) относительно таких презюмируемых обстоятельств.

Применительно к вышеизложенному судебная коллегия окружного суда также отмечает, что ссылки ФИО2 на передачу управляющему документов, подтверждающих наличие у общества дебиторской задолженности ООО «Амурспецстрой», основаниями к отмене обжалованных судебных актов не являются, в том числе, поскольку, как указано в отзыве конкурсным управляющим, указанные документы, включая акт сверки взаимных расчетов за 2016 год, были представлены только в отношении отдельного дебитора и уже за пределами срока исковой давности (09.07.2020).

При изложенных в мотивировочной части настоящего постановлении обстоятельствах и с учетом приведенных норм права суды правомерно удовлетворили заявленные конкурсным управляющим к ФИО2 требования.

Размер денежных средств, подлежащих взысканию с указанного ответчика – 8 879 993,16 руб., определен судами на основании представленного конкурным управляющим расчета, составленного с соблюдением требований пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве и с учетом ранее взысканной с ответчика суммы убытков, направленной на погашение текущих платежей и частичного погашения требований уполномоченного органа, не включаемых в связи с этим в размер субсидиарной ответственности (данный расчет ФИО2 при рассмотрении спора надлежащими доказательствами не опровергнут, в том числе собственный мотивированный контррасчет ответчиком в ходе рассмотрения спора не представлялся).

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судами правильно установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

Довод жалобы о том, что судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство о фальсификации заявления ФИО6 от 21.08.2017 являлся предметом рассмотрения нижестоящих судов и мотивированно отклонен со ссылкой на правила части 3 статьи 71 АПК РФ, в связи с чем также не может быть принят во внимание.

Иные аргументы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

По существу, доводы поданной кассационной жалобы повторяют содержание апелляционной жалобы, аналогичны позиции заявителя в судах первой и апелляционной инстанций, сводятся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций об обстоятельствах дела и направлены на изменение данной судами оценки доказательств, что противоречит пределам рассмотрения дела в суде кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ) и выходит за рамки полномочий суда кассационной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 13.04.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2022           по делу № А04-8507/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу –  без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    Е.О. Никитин

А.Ю. Сецко