ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6980/2018

г. Челябинск

09 июля 2018 года

Дело № А76-29571/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 июля 2018 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Ершовой С.Д., Хоронеко М.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 04.05.2018 по делу № А76-29571/2015 (судья Коровина О.С.).

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность 74 АА 4075753 от 16.04.2018);

общества с ограниченной ответственностью «СТ-Комплекс» – ФИО4 (паспорт, доверенность № 14/СКС/2018 от 09.01.2018).

 

           Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.01.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Промимпэкс» (далее – общество «Промимпэкс»).

          Определением от 30.05.2016 (резолютивная часть от 23.05.2016) в отношении общества «Промимпэкс» введено наблюдение.

         Решением от 17.02.2017 (резолютивная часть от 13.02.2017) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

          Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «СТ- Комплекс» (далее – общество «СТ-Комплекс», кредитор) 04.04.2017 обратился  в Арбитражный суд Челябинской области  с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника (т. 1, л.д. 4-5, 14-17, 81-87; т. 2, л.д. 48-50, 116-120).

Правовым основанием заявленных требований заявителем указаны положения  пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в применимой к рассматриваемому делу редакции   Закона о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.05.2018  заявление общества «СТ-Комплекс» удовлетворено, суд привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Промимпэкс»; приостановил производство по вопросу об определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

         Не согласившись с судебным актом, ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик, податель жалобы) обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит определение суда от 04.05.2018  отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления общества «СТ-Комплекс» отказать.

Определение суда ответчик считает подлежащим отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанностью обстоятельств, которые суд посчитал установленными.

         По мнению подателя жалобы,   выводы суда о том, что ФИО2 имел возможность контролировать поступающие денежные средства на счет общества с ограниченной ответственностью Транспортная компания  «Движение+»  (далее - компания «Движение+») необоснованны, поскольку  ФИО2 не имел отношения к данной организации, все расчеты велись в рамках договорных отношений.  В данном деле ФИО2 доказал отсутствие своей вины и реальность взаимоотношений между обществом  «Промимпэкс»  и компанией  «Движение+», при этом суд необоснованно  сослался на обстоятельства, установленные в деле № А76-5959/2013 как преюдициально установленные. Доказательства того, что руководитель общество   «Промимпэкс» ФИО2  и компания  «Движение+» входили в одну группу, в дело не представлены. Создание иных юридические лиц  – общества с ограниченной ответственностью «ПМК-Транс», Группы компаний «Промимпэкс», «Уралкомавто», Группы компаний «Уралкомавто»  свидетельствует лишь о том, что ФИО2  предпринимались действия для закрытия долгов общества  «Промимпэкс», а знать о том, что в 2015 году будут признаны недействительными ряд платежей, предположить было нельзя.  В целом, по утверждению ответчика,  заявителем не было доказано совокупности условий, являющихся основанием для привлечения ФИО2 к ответственности в виде убытков по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд необоснованно применил положения Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, с точки зрения подателя апелляционной жалобы, суду следовало руководствоваться положениями Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

         В судебном заседании представитель ФИО2 заявил ходатайство об отложении судебного заседания ввиду подачи кассационной жалобы на определение суда от 27.12.2017, оставленного без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2017 по сделке с ФИО6 в отношении признанной судом недействительной сделки - договора купли-продажи автотранспортного средства от 13.02.2013 № 003. 

 Судебная коллегия не находит правовых оснований для удовлетворения ходатайства об отложении судебного заседания, поскольку в соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле. Отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

        Определение суда от 27.12.2017 вступило в законную силу, при этом оно не является единственным обстоятельством   для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Судом приведена ссылка на данный судебный акт, как подтверждение  в целом недобросовестного поведения ФИО2, осуществлявшего незаконные сделки по реализации имущества общества  «Промимпэкс»   в пользу заинтересованного лица - ФИО6, являющегося его отцом.  Вопреки доводам подателя апелляционной жалобы в данном определении и постановлении суд не устанавливал момент возникновения признаков неплатежеспособности должника, поскольку данные обстоятельства были установлены ранее определением от 11.06.2015 по делу №А76-5959/2013 о банкротстве   компании  «Движение+», на что указано судами обеих инстанций.

         Представитель ФИО2  поддержал доводы апелляционной жалобы.   

         Представитель общества «СТ-Комплекс» против доводов апелляционной жалобы возражал, указывал на законность и обоснованность выводов суда первой инстанции.

 Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

         Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество «Промимпэкс» создано в качестве юридического лица 24.02.2009. ФИО2 с момента создания являлся генеральным директором, с 21.01.2010 – единственным учредителем (участником) должника (т. 1, л.д. 22-26)

            Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что ответчик являлся контролирующим должника лицом.

           Согласно пояснениям ФИО2 в декабре 2010 года было принято решение о расширении сферы деятельности, общество «Промимпэкс» по договорам лизинга приобрело самосвалы с целью сдачи в последующую аренду без экипажа. Договоры аренды были заключены обществом «Промимпэкс» и обществом с  компанией  «Движение+». Обществом «Промимпэкс» был заключен договор подряда для выполнения работ на объекте «Михеевский ГОК», организацию работ осуществляла компания «Движение+»  

            При этом  судебным актом  по делу №А76-5959/2013 установлены обстоятельства, имеющие преюдициальное значение, о наличии тесной связи между обществом «Промимпэкс» и компанией «Движение+».

          Так определением от 11.06.2015 по делу №А76-5959/2013 о банкротстве компании «Движение+» признаны недействительными 73 платежа в период с 27.01.2012 по 19.09.2012 с расчетного счета компании «Движение+» в пользу общества «Промимпэкс» на сумму 13 006 740 рублей 87 копеек (т. 3, л.д. 12-28).

          Основанием для удовлетворения заявления послужили следующие обстоятельства:

- на момент совершения платежей компания «Движение+» являлась неплатежеспособной, имела неисполненные обязательства перед обществами с ограниченной ответственностью «Тяжелая строительная техника», «Химпромресурс» и «Спецстройсооружения», а также индивидуальным предпринимателем ФИО7;

- ФИО2, компания «Движение+», общество «Промимпэкс» и иные лица входили в одну группу в 2012 году;

- за период с 10.01.2012 по 19.09.2012 поступление денежных средств на расчетный счет компании «Движение+» осуществлялось в основной массе от общества «Промимпэкс». При этом денежные средства в сумме около 14 340 тысяч рублей были перечислены на расчетные счета контрагентов (не включая лиц, входящих с должником в одну группу), а средства в сумме 13 006 740 рублей перечислены на счет общества «Промимпэкс». В качестве основания перечисления указана оплата за аренду техники. Перечисление денежных средств от общества «Промимпэкс» компании «Движение+» и обратно производилось в один день;

- реальные хозяйственные связи, оправдывающие движение денежных средств, отсутствовали.

          Суд в деле № А76-5959/2013 оценил движение средств и цель их перечисления как использование счета компании «Движение+» для транзитных операций предприятий, входящих в группу лиц, для создания видимости движения средств по счету и, как следствие, совершения хозяйственных операций. Средства выводились обществу «Промимпэкс» без погашения задолженности перед конкурсными кредиторами, требования которых существовали на моменты совершения спорных сделок.

          Компания «Движение+» являлась заявителем по делу о банкротстве общества «Промимпэкс» на основании требования, подтвержденного определением от 11.06.2015.

           Определением от 24.10.2016 по делу № А76-29571/2015 произведена замена компании «Движение+» обществом «СТ-Комплекс» в связи с состоявшейся уступкой права требования. Конкурсное производство в отношении компании «Движение+» завершено определением суда от  30.05.2016

          Таким образом, требование общества «СТ-Комплекс» основано на неисполнении в 2012 году компанией «Движение+», входящей в одну группу лиц с должником, обязательств перед кредиторами (подрядчиками).

           Полученные от компании «Движение+» денежные средства в размере 13 006 740 рублей позволили обществу «Промимпэкс» погасить задолженность перед своими кредиторами. Однако денежные средства в сумме 13 006 740 рублей причитались кредиторам компании «Движение+».           

           В рамках дела о банкротстве общества «Промимпэкс» требования общества «СТ-Комплекс»   включены в реестр требований кредиторов должника  и не погашены; размер сформированной конкурсной массы   явно недостаточен для полного удовлетворения требований, что и явилось основанием для обращения с кредитора с заявлением  о привлечении ФИО2  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

            На момент рассмотрения дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов третьей очереди:

- ФИО2 в сумме 2 000 рублей основной задолженности, 321 рубль 84 копейки пени (произведена замена уполномоченного органа);

- общества с ограниченной ответственностью «СТ-Комплекс» в сумме 13 006 740 рублей основной задолженности.

              Возражая против удовлетворения требований в суде первой инстанции,    ответчик  указывал на реальность отношений между обществом «Промимпэкс» и компанией «Движение+» (т. 3, л.д. 6-11).

          В обоснование своих возражений ФИО2 представил договоры аренды транспортных средств без экипажа от 22.04.2011 № 01, от 01.09.2011 №

04, от 18.11.2011 № 05, от 19.11.2011 № 06, от 19.12.2011 №№ 07, 08 (т. 1, л.д. 101-104, 119-122, 132-147), в  обоснование осуществления платежей на сумму 13 006 740 рублей во исполнение этих договоров (т. 3, л.д. 47-48, 97-110; т. 4, л.д. 1-54).

           Вместе с тем, как верно отметил суд первой инстанции,  вопрос о реальности взаимоотношений общества «Промимпэкс» и компании «Движение+» входил в предмет исследования по обособленному спору в деле № А76-5959/2013 и не может быть переоценен в данном деле.  

          В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации   обстоятельства, установленные в   определении от 11.06.2015  по делу № А76-5959/2013  не подлежат повторному доказыванию   при рассмотрении арбитражным судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поскольку общество «Промимпэкс» участвовало в обособленном споре по делу № А76-5959/2013 с правами, равными процессуальным правам ответчика, ФИО2 был привлечен в качестве третьего лица, общество «СТ-Комплекс» является правопреемником компании «Движение+», пользовавшейся процессуальными правами истца. Из постановления Арбитражного суда Уральского округа    от 19.07.2016 по делу № А76-5959/2013 следует, что ФИО2 был  извещен об обособленном споре в деле № А76-5959/2013 (л.д. 23-28 т.3).

          Оснований для несогласия с указанными выше выводами суда и  отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

  В соответствии с разъяснениями пункта 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подлежат применению те положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности, которые действовали на дату появления обстоятельства, являющихся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к такой ответственности, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Названные кредитором  в обоснование заявления обстоятельства, имели место с февраля 2013 года и позднее. Таким образом, принимая во внимание разъяснения пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», к спорным правоотношениям применяются положения Закона о банкротстве с учетом  изменений, внесенных Федеральным  законом от 28.04.2009 №73-ФЗ. 

В п. 3 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью его участника, который имеет право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеет возможность определять действия организации, в ситуации, когда несостоятельность (банкротство) хозяйственного общества вызвана таким участником и имущества юридического лица недостаточно для проведения расчетов с кредиторами.

Аналогичное правило закреплено в п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

По смыслу названных положений закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующего должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Поскольку в рассматриваемый период не действовали закрепленные в абзацах втором-пятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции, касающиеся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации, соответствующие обстоятельства подлежат доказыванию по общим правилам, установленным процессуальным законодательством.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, привлечение к субсидиарной ответственности возможно с учетом правил ст. 15 Гражданского кодекса РФ. Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

ФИО2 являлся единственным участником должника с момента создания общества (24.02.2009) , а в период   с   21.01.2010   ФИО2 также являлся его генеральным директором, что подтверждается материалами дела и никем не оспаривается. Соответственно ФИО2, являясь руководителем должника, имел право давать обязательные для его исполнения указания или возможность иным образом определять действия должника. Таким образом, ответчик являлся по отношению к должнику контролирующим лицом (статья 2 Закона о банкротстве) и может быть привлечен к субсидиарной ответственности по долгам общества. 

В рассматриваемом случае, настаивая на привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, как бывшего руководителя должника и участника общества, кредитор полагает, что в деятельности ФИО2 имеются действия и бездействие, которыми был причинен вред имущественным правам кредитора.

  Так,   определением от 11.06.2015 по делу №А76-5959/2013 о банкротстве компании «Движение+» признаны недействительными 73 платежа в период с 27.01.2012 по 19.09.2012 с расчетного счета компании «Движение+» в пользу общества «Промимпэкс» на сумму 13 006 740 рублей 87 копеек. Данным определением установлен факт взаимосвязи компании «Движение+» и  общества «Промимпэкс». 

 Судом первой инстанции дана оценка доводам ФИО2 о реальности правоотношений, приведенным при рассмотрении настоящего дела, проанализировав представленные ответчиком документы, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в рамках взаимоотношений компании и общества по аренде лизинговой техники существовал способ расчетов, позволяющий обществу «Промимпэкс»  в лице его директора в определенной степени контролировать движение денежных средств по расчетному счету компании «Движение+». В результате схемы взаиморасчетов, общество «Промимпэкс»  в первоочередном порядке  получало удовлетворение своих требований от компании «Движение+» и производило расчеты со своими кредиторами, в то же время в результате таких действий ФИО2  не мог не осознавать, что требования кредиторов компании «Движение+»  останутся без удовлетворения.  

          Суд верно отметил, что исполнение обязательств перед кредиторами общества «Промимпэкс» было произведено в том числе за счет денежных средств в сумме 13 006 740 рублей, причитающихся обществу «СТ-Комплекс».

           Поскольку ФИО2 входил с одну группу с компанией «Движение+»,

он не мог не знать о недействительности и противоправности платежей на сумму 13 006 740 рублей, а, следовательно, и о необходимости погашения требований кредиторов компании «Движение+».

   Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, ввиду чего доводы ФИО2 об отсутствии аффилированности не состоятельны.

 Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

       Однако,  ФИО2 не представил суду доказательств разумности и добросовестности своих действий как руководителя должника. Следует также отметить, что ФИО2 являлся единственным участником должника и, соответственно, был вправе определять основные направления деятельности общества и принимать любые   управленческие решения с целью недопущения  неплатежеспособности должника. Доводы кредитора  ответчиком не опровергнуты, отсутствие вины   не доказано.

Таким образом, материалами   дела   подтверждается, что именно  действия ФИО2, повлекли  невозможность для общества «СТ-Комплекс» удовлетворить его требования.

Учитывая вышеуказанное, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что в результате совершения указанных действий (бездействия) не нарушены имущественные права кредитора, причинно-следственная связь между его действиями (бездействием) и причиненным вредом имущественным правам кредиторов отсутствует, отклоняются как необоснованные и не соответствующие материалам дела.

 Совокупность оснований для возложения на ФИО2 субсидиарной ответственности по основаниям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве за причинение вреда имущественным правам кредитора имеется.

 Принимая во внимание вышеуказанное, суд первой инстанции правомерно привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

  Доводы апелляционной жалобы ФИО2   о том, что   суду следовало руководствоваться положениями Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ отклоняются.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

На основании пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Закона).

Поскольку заявление конкурсного кредитора   о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности подано  до 01.07.2017, оно не могло рассматривается судом по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

  Согласно абзацу 6 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 данной статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. По смыслу данной нормы приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Таким образом, при рассмотрении заявления о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве судам необходимо проверить наличие условий для возложения ответственности на указанное лицо, а затем определить размер ответственности контролирующего лица. В случае если на момент рассмотрения заявления размер ответственности определить невозможно, производство по заявлению подлежит приостановлению.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2018 по делу №305-ЭС16-4982.

        Учитывая то, что формирование конкурсной массы не окончено и        установив наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд обоснованно приостановил производство по вопросу об определении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

 С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется, всем доводам ФИО2 дана надлежащая оценка судом первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации по настоящей апелляционной жалобе уплата государственной пошлины не предусмотрена. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 04.05.2018 по делу №А76-29571/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

   Председательствующий судья                                       О.В. Сотникова

   Судьи:                                                                             С.Д. Ершова

                                                                                                  М.Н. Хоронеко