ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6966/2018

г. Челябинск

27 июня 2018 года

Дело № А76-13961/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Хоронеко М.Н., 

судей  Ершовой С.Д.,     Пирской О.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания  ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад+» ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.05.2018 по делу № А76-13961/2015 об отказе в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (судья Коровина О.С.)

В судебном  заседании приняли участие представители конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад+» - ФИО2;

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 21.10.2015);

представитель ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 31.10.2017);

представитель ФИО7 – ФИО6 (доверенность от 30.10.2017,);

представитель Федеральной налоговой службы –  ФИО8 (доверенность от 17.11.2017).

 

Определением от 15.06.2015 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад+» (далее – общество «СтройГрад+»). 

Определением от 18.12.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО9.

Решением от 29.04.2016 (резолютивная часть от 28.04.2016) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9. 

Определением от 27.07.2016 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный кредитор ФИО10 01.09.2016 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь бывшего учредителя (участника) должника ФИО3 и бывшего руководителя должника ФИО7 солидарно к субсидиарной ответственности в сумме 282 766 550 рублей 66 копеек (т. 1, л.д. 2-3; т. 2, л.д. 91-93; т. 3, л.д. 1-3; т. 3, л.д. 79-81; т. 4, л.д. 15-16). 

В обоснование заявления кредитор указал, что на начало 2015 года сложилась очевидная ситуация неплатежеспособности должника, соответственно заявление о банкротстве должно было быть подано не позднее 01.02.2015. Банкротство должника наступило в результате недобросовестного поведения бывших учредителя (участника) и руководителя должника. Определением от 02.02.2017 (т. 3, л.д. 84) произведена замена кредитора ФИО10 ФИО11 в реестре требований кредиторов (236 627 рублей 57 копеек неустойки). 

Определением от 14.02.2017 произведена замена ФИО10 ФИО11 в обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности (т. 3, л.д. 84).

Конкурсный кредитор индивидуальный предприниматель ФИО12 15.02.2017 направил в арбитражный суд заявление о привлечении к субсидиарной ответственности бывших учредителей должника ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью СК «Урал» (далее – общество СК «Урал», ранее – общество с ограниченной ответственностью Спортклуб «Урал») в размере 367 463 266 рублей и ФИО7 за неподачу заявления о признании должника банкротом (т. 4, л.д. 2-4).

В обоснование заявления кредитор указал, что учредители должника одобрили сделки, на основании которых общество «СтройГрад+» было привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения (решение от 01.06.2016 № 11). В третьем квартале 2014 года показатели финансовой деятельности должника существенно ухудшились, с 01.10.2014 должник стал отвечать признакам банкротства; обязанность обратиться с заявлением в суд возникла у должника не позднее 15.02.2015. Учредителями должника были даны обязательные для исполнения указания по заключению договора купли-продажи от 15.01.2015 № СГ/23 с обществом с ограниченной ответственностью «ЭмБиЭм Маркетинг».

Определением от 16.03.2017 объединено производство по заявлениям кредиторов ФИО11 и ФИО12 (т. 3, л.д. 94). 

Конкурсный управляющий ФИО2 28.04.2017 направил в арбитражный суд заявление, в котором просил привлечь ФИО5 и ФИО7 солидарно к субсидиарной ответственности в размере 441 258 629 рублей 64 копейки в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом (т. 5, л.д. 4-6).

Определением от 19.07.2017 объединено производство по заявлениям ФИО11, ФИО12 и конкурсного управляющего (т. 6, л.д. 62).

Конкурсный кредитор индивидуальный предприниматель ФИО12 14.08.2017 направил в арбитражный суд заявление о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО3, ФИО13, ФИО14 (т. 8, л.д. 3-6). Как указал кредитор, ФИО13 и ФИО14 являлись членами органов управления и конечными владельцами общества СК «Урал», в связи с чем, могут быть привлечены к субсидиарной ответственности как контролирующие должника лица. 

Определением от 25.10.2017 производство по всем заявлениям объединено (т. 8, л.д. 34).

Определением от03.05.2018 (резолютивная часть объявлена 19.04.2018) в удовлетворении   заявлений отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом,  конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад+» ФИО2    (далее также податель апелляционной жалобы) обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит  определение  суда отменить и принять по делу новый судебный акт. 

  Податель  апелляционной  жалобы  не согласен  с выводом суда  о том, что в случае обращения  должника  с  заявлением  о банкротстве  по итогам  2 квартала 2014  в реестр  могли быть включены требования  о передаче  жилых помещений,  а неподача  заявления  позволила контролирующим  должника  лицам  реализовать  план  завершения  строительства и  передачи квартир, тем самым  уменьшив убытки общества. Конкурсный  управляющий  указывает, что  должник получил разрешение на ввод в эксплуатацию  последней  очереди  в период с 26.12.2014 по  31.03.2015, таким  образом после  31.03.2015 отсутствовали препятствия  для  обращения  руководителей  должника с соответствующим  заявлением,  суд ввел бы процедуру  наблюдения, при  этом  контролирующее  должника лицо продолжало  бы управлять,  требования  дольщиков в части  неустойки, пени и  штрафов не могут повлиять  на  ведение  финансово-хозяйственной  деятельности предприятия-должника. 

С учетом  изложенного, конкурсный  управляющий просит  удовлетворить  заявление в полном  объеме.  

В судебном  заседании конкурсный  управляющий  поддержал  доводы жалобы.

Представитель  Федеральной  налоговой службы  поддержал доводы жалобы, указав, что  по результатам проведенной  экспертизы  были установлены  факты  совершения  должником  убыточных сделок  с ООО  «Доступная  ипотека»,  ООО «ГринПарк», ООО «АктивСервис»,  также  установлен факт  выдачи  должником векселей на сумму 21 867 369 руб. 16 коп.  в отсутствие  экономической  целесообразности. Суд неверно трактует выводы  эксперта, который  затруднился  ответить на вопрос о  наличии  причинно-следственной  связи  между  заключением  сделок и банкротством, однако  указывает на наличие признаков преднамеренного  банкротства. Судом не исследованы условия  дальнейшей  реализации ООО «Доступная ипотека» объектов  долевого строительства, приобретенных у должника по  заниженной стоимости. По  мнению уполномоченного органа, целью  заключения  сделки с ООО «Доступная  ипотека»  была дальнейшая уступка прав требования  объектов  по  более высокой стоимости  и как следствие – вывод   имущества  должника, недопущение  на него взыскания, уменьшение  размера  требований  дольщиков к застройщику, а  также  уменьшение  штрафных санкций   за неисполнение застройщиком своих обязательств. Уполномоченный  орган согласен с выводом  эксперта  о  наличии признаков  неплатежеспособности у должника   во втором  квартале 2014 года, считает  признак неоплатности, на который  ссылаются  ответчики, не  может применяться   для определения момента  возникновения   обязанности по подаче   заявления  о  признании  ООО «Стройград+»  банкротом.

Представитель ФИО7 возражал  против  доводов  апелляционной  жалобы  по основаниям, изложенным в отзыве, пояснив, что в период  руководства ФИО7 с 20.03.2014 по  31.03.2015   последний  действовал добросовестно  и разумно, просит  применить правовую позицию при взыскании  убытков с руководителей юридического лица  и учесть, что руководитель  освобождается от ответственности, если докажет, что  заключенная  им  сделка  ходя  и  была  сама по себе   невыгодной, но являлась  частью  взаимосвязанных сделок, объединенных общей  хозяйственной  целью, в  результате  которых предполагалось получение  прибыли, а  также  правовую позицию, изложенную  в определении  от 20.07.2017 №309-ЭС17-1801. Все силы  были  направлены  на  завершение строительства, о чем разработан  план по выходу предприятия  из кризиса.

В суде  апелляционной инстанции представитель ФИО7  и ФИО5 поддержал  доводы, изложенные в   отзыве, указав, что в суде  первой  инстанции   представитель  Федеральной  налоговой  службы не ссылался  на  обстоятельства, которые  изложены в отзыве, фактически   налоговый  орган просит привлечь к  ответственности  за доведение  до банкротства. Просит   обратить внимание  на  заключение, подготовленное  по  заказу ФИО5, в котором  указано  на  некорректное  определение средней  цены  стоимости  1 кв. м.,  без учета   того,  что  в пользу  ООО «Доступная ипотека» отчуждалось большие  количество объектов, т.е.  цена аналогов  не  должна  быть розничной,  кроме  того, доля в  дочернем   обществе, которому  реализованы объекты  недвижимости,  была  продана  по рыночной  стоимости, при  формировании  выводов об отсутствии  экономической целесообразности  выдачи векселей  у эксперта  не было  договоров, в счет  взаиморасчетов по которым  выдавались  векселя, которые  представлены в материалы дела. Кроме  того, должник  одним из первых начал строительство малоэтажных  жилых домов и  стоимость 1 кв.м. определялась на уровне  стоимости строительства  9 этажного дома, что  было  ошибочным,  в дальнейшем  на данном  рынке  возникла  конкуренция, а после наступил  финансовый кризис, т.е. нельзя было заранее  предугадать  себестоимость строительства и рыночную стоимость   будущих объектов  строительства, при  этом  у руководителя отсутствовала возможность  увеличить  цену договоров долевого участия в строительстве. Конкурсный управляющий  не приводит  расчет  размера  обязательств, возникших после 2 квартала 2014 года. Большая  часть  кредиторов, находящаяся в реестре,  связанна с финансированием  завершения строительства  жилых  домов. 

Представитель ФИО3 также  возражал  против  доводов  жалобы  по основаниям, изложенным в  отзыве, пояснив, что  суд  исследовал в полном объеме  все  обстоятельства  дела, у  должника  был  бизнес – план по выводу предприятия из кризиса, иные  строительные организации, которые начинали строительство   жилых домов, также  в настоящее время находятся в процедуре  банкротства, следует  также  учитывать  ставки по ипотекам  и  спад продаж  квартир на вторичном рынке  жилья.

До начала судебного  заседания   от  СК «Урал» поступил  отзыв на апелляционную жалобу, в  котором просит оставить апелляционную жалобу  без удовлетворения.

Отзывы Федеральной  налоговой  службы, ФИО15, ФИО3 , СК «Урал» приобщены  к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. В соответствии со ст. 123, 156, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов  дела, Общество «СтройГрад+» создано в качестве юридического лица 07.08.2006.

Учредителями (участниками) должника являлись (т. 2, л.д. 112-114): 

- с долей 50 % общество «СК «Урал» с 15.12.2012 до 14.07.2015 (т. 1, л.д. 7); затем ФИО16 с 14.07.2015 до 02.10.2015;

- с долей 50 % ФИО3 с 31.08.2011 до 23.09.2015 (т. 1, л.д. 7); затем ФИО16.

С 02.10.2015 по настоящее время единственным учредителем (участником) должника является ФИО16. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц на 01.10.2014 учредителями (участниками) общества СК «Урал» являлись ФИО14 и ФИО13 (т. 8, л.д. 17-18).

Руководителями общества «СтройГрад+» являлись (т. 2, л.д. 112-114): 

- с 18.10.2011 по 19.03.2014 – управляющий ФИО17;

- с 20.03.2014 по 31.03.2015 – директор ФИО7 (т. 1, л.д. 7). Обществом «СтройГрад+» в лице председателя внеочередного общего собрания участников ФИО3 и ФИО7 заключен трудовой договор от 20.03.2014 № СГ/1 сроком по 31.03.2015 (т. 2, л.д. 32-41);

- с 01.04.2015 по 17.04.2015 – управляющий ФИО18;

- с 18.04.2015 по 27.04.2016 – управляющий ФИО5.

Общество «СтройГрад+» являлось застройщиком и реализовывало проект малоэтажной застройки «Залесье» в Сосновском районе Челябинской области. 

Земельный участок для строительства площадью 33,08 га получен обществом «СтройГрад+» в аренду в 2011 году от Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства (т. 10, л.д. 13-17).

Общество «СтройГрад+» осуществило строительство 35 жилых домов в 5 очередей строительства:

- 1 очередь строительства – 7 жилых домов со сроком ввода в эксплуатацию 31.12.2012, фактически разрешение на ввод в эксплуатацию получено 09.01.2013;

- 2 очередь строительства – 8 жилых домов со сроком ввода в эксплуатацию 31.12.2012, фактически разрешение на ввод в эксплуатацию получено 09.01.2013;

- 3 очередь строительства – 7 жилых домов со сроком ввода в эксплуатацию 31.03.2013, фактически разрешение на ввод в эксплуатацию получено 03.04.2013;

- 4 очередь строительства – 6 жилых домов со сроком ввода в эксплуатацию 30.06.2013, фактически разрешение на ввод в эксплуатацию получено 18.07.2013;

- 5 очередь строительства – 7 жилых домов со сроком ввода в эксплуатацию 30.09.2013, фактически разрешение на ввод в эксплуатацию получено 26.12.2014-31.03.2015 (т. 12, л.д. 4).

Строительство жилых домов завершено до возбуждения производства по делу о банкротстве, специальные правила о банкротстве застройщиков в деле о банкротстве общества «СтройГрад+» не применялись.

В ходе осуществления строительства обществом «СтройГрад+» накоплена задолженность перед кредиторами, которая включена в реестр требований кредиторов (т. 5, л.д. 106-149; т. 1, л.д. 1-55), в том числе в реестр включены:

- требования участников строительства о возмещении морального вреда, неустойки, убытков, судебных расходов, связанные с нарушением срока передачи квартир участникам долевого строительства (в частности, кредитора ФИО11);

- требования поставщиков и подрядчиков (в частности, индивидуального предпринимателя ФИО12);

- требования уполномоченного органа; 

- требования займодавцев (в частности, обществ с ограниченной ответственностью «Энрайс», «Инвест-Актив»).

Как объяснил конкурсный управляющий, сформированная конкурсная масса очевидно недостаточна для удовлетворения требований кредиторов. 

По мнению кредиторов и конкурсного управляющего, невозможность удовлетворения требований кредиторов в ходе конкурсного производства обусловлена недобросовестным поведением руководителей и учредителей должника. В обоснование такого вывода кредиторы и конкурсный  управляющий ссылаются на заключение эксперта Южно-Уральской торгово- промышленной палаты от 17.11.2017 № 026-05-00665 по результатам  экспертизы признаков преднамеренного банкротства, назначенной арбитражным судом в рамках рассматриваемого обособленного спора.

В отношении учредителей (участников) должника ФИО3 и общества СК «Урал» (участниками которого являлись ФИО14 и ФИО13) основанием для привлечения к субсидиарной ответственности являются:

- одобрение договоров от 14.11.2013 №№ 1, 4, 5 участия в долевом строительстве, заключенных обществом «Стройград+» и обществом с ограниченной ответственностью «Доступная ипотека» (далее – общество «Доступная ипотека»);

- одобрение договоров строительного подряда №№ 361/019-2012/СГ 92/019-2012/СГ, заключенных обществом «Стройград+» и обществом с ограниченной ответственностью «АктивСервис»;

- непринятие мер к подаче заявления о банкротстве при осведомленности об объективном банкротстве, наступившем во втором квартале 2014 года. 

В отношении ФИО7 и ФИО5 кредитор указал на следующие действия (бездействие), являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности:

- не подача заявления о признании должника банкротом, а продолжение строительства;

- совершение обществом «Стройград+» на нерыночных условиях сделок, отраженных в заключении эксперта.

Согласно заключению эксперта обществом «Стройград+» заключены договоры, повлекшие причинение должнику ущерба в размере 108 миллионов рублей (л. 19 заключения):

- договоры участия в долевом строительстве от 14.11.2013 №№ 1-Залесье, 4-Залесье, 5-Залесье с обществом «Доступная ипотека»; 

- договоры участия в долевом строительстве от 01.12.2014 № 25/8 с обществом с ограниченной ответственностью «Грин Парк» (убыток 415 531 рубль 89 копеек).

Эксперт также указал, что обществом «Строград+» и обществом с ограниченной ответственностью «АктивСервис» заключены договоры строительного подряда от 12.03.2013 № 92/019-2012/СГ и от 13.08.2013 № 361/019-2012/СГ на нерыночных условиях, общие потери составили около 5 миллионов рублей (л. 41 заключения).

Эксперт выявил выдачу обществом «Стройград+» собственных векселей на сумму 21 867 369 рублей 16 копеек в отсутствие экономической целесообразности и встречного предоставления (л. 50-51 заключения). 

Эксперт отметил, что причинно-следственная связь между совершением названных сделок и наступившим банкротством не усматривается, поскольку недостаточность имущества должника существенно выше цены сделок – 220 000 000 рублей; в июне и в июле 2014 года расчетный счет должника дважды пополнялся на сумму 73 300 000 рублей, что свидетельствует о наличии намерения со стороны контролирующих должника лиц рассчитаться с контрагентами (л. 51-52 заключения).

Заслушав лиц, участвующих в  деле, исследовав  представленные  в материалы  дела  доказательства, с учетом выводов  эксперта, суд  первой  инстанции  не нашел оснований  для привлечения  контролирующих должника  лиц  к субсидиарной  ответственности в  силу следующего.

Так, в  отношении договоров должника с обществом «Доступная ипотека» суд установил следующие  обстоятельства.

Обществом «СтройГрад+» (застройщик) и обществом «Доступная ипотека» (участник долевого строительства) заключены договоры участия в долевом строительстве от 14.11.2013 №№ 1-Залесье, 2-Залесье, 3-Залесье, 4-Залесье,5-Залесье, от 28.05.2014 № 6-Залесье, от 25.07.2014 № 11-Залесье, от 18.08.2014 № 8-Залесье (т. 10, л.д. 77-213).

Как объяснили ФИО7 и ФИО5, общество «Доступная ипотека» являлось дочерним по отношению к обществу «СтройГрад+»; заключение договоров участия было обусловлено требованиями публичного акционерного общества «Сбербанк России» для получения кредита и продолжения строительства. 

Так, публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и обществом «Доступная ипотека» заключен договор от 26.02.2014 № 76467 об открытии невозобновляемой кредитной линии с суммой лимита 245 921 144 рубля 80 копеек (т. 10, л.д. 214-250). 

Публичным акционерным обществом «Сбербанк России» и обществом «Доступная ипотека» заключены договоры залога от 24.04.2014 №№ 78115, 78117, 78118 прав требования от застройщика передачи объектов недвижимости (т. 10, л.д. 47-76).

Из письма публичного акционерного общества «Сбербанк России» от 12.12.2017 следует, что условия предоставления кредита были установлены банком (т. 8, л.д. 112).

Общество «Доступная ипотека» в июне 2014 года перечисляло обществу «СтройГрад+» денежные средства (т. 10, л.д. 251-253).

Затем по письмам должника общество «Доступная ипотека» производило расчеты с поставщиками и подрядчиками (т. 11, л.д. 1-61). Расчеты за должника были обусловлены наложением ареста на денежные средства общества «СтройГрад+» на расчетных счетах, произведенным постановлением судебного пристава-исполнителя от 24.09.2014 (т. 3, л.д. 18-23), в связи с чем, должник не мог осуществлять расчеты самостоятельно.

С учетом  разъяснений, изложенных в пункте 2 постановления  Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», суд пришел к выводу о том, что  заключение спорных договоров участия в долевом строительстве было обусловлено не намерением контролирующих должника лиц вывести имущество от расчетов с кредиторами и не допустить обращение на него взыскание, а напротив, необходимостью получения дополнительного финансирования для завершения строительства. В том случае, если бы такие договоры не были заключены, должник мог оказаться неспособен завершить строительство домов 5 очереди, что очевидно причинило бы больший ущерб должнику и его кредиторам.

При таких обстоятельствах арбитражный суд не усмотрел причинно-  следственной связи между заключением договоров участия в долевом строительстве от 14.11.2013 №№ 1-Залесье, 4-Залесье,5-Залесье и наступившим банкротством.

Поскольку предполагаемые убытки от договора участия в долевом строительстве от 01.12.2014 № 25/8 с обществом с ограниченной ответственностью «Грин Парк» и договоров строительного подряда от 12.03.2013 № 92/019-2012/СГ и от 13.08.2013 № 361/019-2012/СГ с обществом с ограниченной ответственностью «АктивСервис» для должника не превышают 5 500 000 рублей, их заключение, по мнению суда,  не могло повлечь банкротство должника.

В отношении выдачи обществом «Стройград+» собственных векселей на сумму 21 867 369 рублей 16 копеек  суд отметил следующее. 

Сделки по выдаче простых векселей от 01.12.2015 № 002СГ, от 01.12.2015 №№ 017 и 018 являлись предметом рассмотрения в деле о банкротстве; определениями от 04.05.2017 в удовлетворении заявления должника об оспаривании сделок отказано, арбитражный суд установил наличие встречного предоставления со стороны первоначального векселедержателя в пользу должника и использование векселя как способа расчета с целью получения отсрочки платежа.

С учетом определения от 04.05.2017 должник отказался от оспаривания сделок по выдаче должником простых векселей от 09.09.2015 № 003, от 26.10.2015 № 014 в связи со сходностью фактических обстоятельств, отказы приняты арбитражным судом (определения от 15.05.2017, от 03.07.2017). 

Так, судом установлено, что выдача собственных векселей использовалась должником как способ расчета по договорам подряда (т. 6, л.д. 66-67), должник получил встречное соразмерное предоставление, в связи с чем, такая выдача не может быть признана наносящей ущерб кредиторам. 

 В своих заявлениях кредиторы также ссылались на заключение должником договора купли-продажи от 15.01.2015 № СГ/23 на невыгодных для общества «Стройград+» условиях. 

Однако договор, заключенный обществом с ограниченной ответственностью «ЭмБиЭм Маркетинг» и обществом «Стройград+», являлся предметом рассмотрения в деле о банкротстве; определением от 07.08.2017 в удовлетворении заявления об оспаривании сделки отказано; определение вступило в законную силу 26.12.2017.

В анализе финансового состояния должника сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренного банкротства (т. 5, л.д. 19-101); подозрительные сделки должника временным управляющим не выявлены (т. 5, л.д. 102-105).

При таких обстоятельствах суд первой  инстанции не усмотрел  признаков  преднамеренного банкротства общества «Стройград+», что явилось  основанием для отказа в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Заслушав  лиц, участвующих в  деле, исследовав  представленные  в материалы  дела  доказательства, суд апелляционной  инстанции  не  находит оснований  для  отмены  судебного акта  в силу  следующего.

Поскольку действия (бездействие) контролирующих должника лиц, на которые кредиторы и конкурсный управляющий ссылаются как на основание субсидиарной ответственности, совершены в 2014 году и ранее, арбитражный суд применяет нормы статьи 10 Закона о банкротстве об основаниях ответственности, а также разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление от 30.07.2013 № 62).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона. 

Эксперт установил дату возникновения признака неплатежеспособности должника – второй квартал 2014 года.  

ФИО7 и ФИО5 признали данный вывод обоснованным, однако указали на дату возникновения неоплатности – 4 квартал 2014 года и причины неудовлетворительного финансового состояния должника.

Вместе   с тем,  заявители не указывают   кредиторов, требования которых возникли после  2 квартала 2014 года, по сути,  основанием  для привлечения  к ответственности   приводятся  действия (бездействие)  контролирующих должника  лиц   за доведение  до  банкротства.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве, в том числе, с появлением признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, в частности, с возникновением ситуации, при которой удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами (абзацы второй, шестой пункта 1 статьи 9 Закона).

Для определения признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества правовое значение имеет совокупный объем возникших долговых обязательств, а не их структура. При анализе финансового состояния должника из общего числа его обязательств не исключаются те обязательства, которые не позволяют кредитору инициировать процедуру банкротства.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В материалы дела  представлен бизнес  план , в котором рассчитан план  движения  денежных средств   за  период со 2 квартала 2013 до  3 квартала 2015(т.8, л.д.65), в разделе  анализ эффективности инвестиционного проекта   указано на  то, что проект  эффективен, рентабельность составляет 9,15% (т.8, л.д.66) 

Как  следует  из разъяснений, изложенных в пункте    1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского  кодекса Российской  Федерации  истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

 Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Как следует из письменных пояснений ФИО7, данных в суде первой  инстанции,  проект  должника  был одним из первых проектов массовой комплексной малоэтажной застройки в пригороде Челябинска, а потому отсутствовал опыт реализации подобных проектов. В результате были допущены экономические просчеты, приведшие впоследствии к возникновению убытков (т. 6, л.д. 71; т. 8, л.д. 79-80), а именно:

- при расчете себестоимости жилья применялись подходы, которые обычно применяются для массового многоэтажного строительства, однако затраты на инженерные сети, благоустройство территории, дороги и освещение оказались непропорционально велики площади возводимого жилья, поскольку такие затраты в малой степени зависят от площади возводимых объектов;

- средняя стоимость реализации квартир в 2011 году запланирована на  ровне 31 100 рублей за кв.м., в то время как прямые затраты на строительство в 2013 году составили 37 300 рублей за кв.м.;

- до момента выявления этого просчета в период с 2011 по январь 2013 года продажа квартир осуществлялась по цене равной или ниже себестоимости квартир, 58,9 % квартир реализованы по цене ниже себестоимости, о чем  представлены соответствующие  доказательства (т. 8, л.д. 91-100); 

- недостаточно учтены расходы на строительство подъездной дороги и детских садов, необходимых для повышения привлекательности жилья для потенциальных покупателей, их строительство привело к кассовым разрывам;

- одновременно в течение 2013 года наблюдался спад продаж, который был в целом характерен для рынка первичной недвижимости Челябинской области.

 ФИО7 также обосновал высокую конкуренцию на рынке жилья эконом-класса в период реализации проекта (т. 8, л.д. 80). Отдельно в качестве причины недостаточности у общества «СтройГрад+» имущества ФИО7 указал на предъявление участниками строительства требований о взыскании неустойки, морального вреда, убытков, размер которых являлся чрезмерно высоким (т. 6, л.д. 73). При этом первоначально общество «СтройГрад+» производило погашение этих требований (т. 8, л.д. 101-111). 

Среди мероприятий по преодолению недостаточной ликвидности с целью завершения строительства ФИО7 указаны: 

1) осуществление должником в марте-октябре 2013 года мероприятий по получению кредитов; в итоге должником был получен кредит на условиях,  предложенных публичным акционерным обществом «Сбербанк России»: заключение должником договоров долевого участия со своей дочернейкомпанией обществом «Доступная ипотека»; получение обществом «Доступная ипотека» кредита от публичного акционерного общества «Сбербанк России» под залог прав требования по договорам долевого участия в строительстве и финансирование строительства за счет полученного кредита;

2) мероприятия по снижению себестоимости строительства за счет: - увеличения этажности возводимых домов и строительства вместо трехэтажных четырехэтажных домов, однако в соответствии со статьей 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации увеличение этажности потребовало проведения экспертизы проектной документации, срок которой составляет 60 календарных дней; далее потребовалось время для получения новых разрешений на строительство и выпуск новых проектных деклараций на четырехэтажные дома и, как следствие, продление сроков сдачи объектов; 

- повышение плотности застройки, однако данное предложение не было согласовано арендодателем земельного участка – Федеральным фондом содействия развитию жилищного строительства.

Из материалов дела  также следует, что  общество СК «Урал» финансировало строительство, предоставляя обществу «Стройград+» займы по договорам от 03.05.2011 № СГ/2, от 01.12.2011, от 19.07.2013 № 98/157-2009/СГ-Спортклуб Урал ООО, от 30.05.2014 № 317/157-2009/СГ-Спортклуб Урал ООО (т. 10, л.д. 24, 34-35, 37- 38, 41-43) платежными поручениями от 05.05.2011 № 179, от 26.07.2011 № 328, от 10.08.2011 № 357, от 17.10.2011 № 451, от 02.12.2011 №№ 538, 539, 540, от  23.12.2011 № 601, от 02.12.2011, от 19.07.2013 № 5, от 22.07.2013 № 1039, от(т. 10, л.д. 27-33, 36, 39-40) на общую сумму 152 404 915 рублей.

ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Девелопмен Финанс», общество с ограниченной ответственностью «Грин Парк» (согласно объяснениям ФИО3, которые никем не оспорены, данные общества связаны с ФИО3) в 2013-2015 годах также предоставляли обществу «Стройград+» займы, за счет которых производилась оплата поставщикам и подрядчикам (т. 3, л.д. 46-56; т. 11, л.д. 62 и далее; т. 12, л.д. 14-15).

Как отметил эксперт и установлено арбитражным судом, после 2 квартала 2014 года должнику поступали денежные средства в значительном размере от общества «Доступная ипотека» и учредителей (участников), что свидетельствует об отсутствии накопления реестровой задолженности.

 Оценив  изложенные выше  обстоятельства, суд  первой  инстанции   правомерно  пришел к  следующим  выводам:

-   в рассматриваемом случае предпринимательский риск заключался в том, что при очевидных финансовых трудностях контролирующие общество «Стройград+» лица приняли решение о продолжении строительства жилых домов; данный риск оказался оправдан тем, что строительство фактически завершено, требования о передаче жилых помещений в реестре отсутствуют;

-  невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве не свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, а обусловлено необходимостью завершения строительства;

- ни конкурсный управляющий, ни кредиторы не доказали, что в случае подачи должником заявления о собственном банкротстве по итогам 2 квартала 2014 года размер обязательств должника оказался бы существенно меньше нынешнего реестра требований кредиторов; напротив, в реестр могли быть включены требования о передаче жилых помещений, которые удовлетворялись бы в приоритетном по сравнению с иными кредиторами порядке (в третью очередь);

- недобросовестности, незаконности в поведении учредителей (участников) должника  не имеется, поскольку  названные лица минимизировали последствия негативного финансового состояния должника.

Суд апелляционной  инстанции  соглашается   с выводом суда  первой  инстанции  о том, что неподача заявления должника о банкротстве по итогам 2 квартала 2014 года не привела к накоплению кредиторской задолженности, а позволила контролирующим должника лицам реализовать план по завершению строительства и передаче квартир участникам строительства, тем самым уменьшив убытки общества «Стройград+».

В  настоящее  время  в реестре  кредиторов  в большинстве  стоят  кредиторы, которые  оказали финансовую помощь в строительстве.

Учитывая, что  завершение  строительства, в рассматриваемом  случае,  было единственным  способом  снять социальную напряженность и снизить  размер  возможных  убытков от  санкций  за несвоевременное строительство,  выбранный контролирующими  должниками   выход из кризисной  ситуации  являлся  разумным.

Что касается  доводов  уполномоченного органа о том, что суд  неверно  истолковал выводы  эксперта, то следует  учитывать, что не все  документы, имеющие  значение  для  ответа  на вопросы суда,  переданы  эксперту, а поскольку заключение  не является  единственным  доказательством  по настоящему делу, суд первой  инстанции  правомерно оценил  совокупность  обстоятельств  и пришел  к верному  выводу  об отсутствии признаков  преднамеренного банкротства.

  Всем  обстоятельствам  дела  сделана  верная оценка, оснований  для  иных выводов  не имеется.   

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 03.05.2018 по делу № А76-13961/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад+» ФИО2   – без  удовлетворения. 

          Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение    одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                           М.Н. Хоронеко

 

Судьи:                                                                                  С.Д. Ершова

 

                                                                                                  О.Н. Пирская