СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-12371/2023-ГК

г. Пермь

05 декабря 2023 года

Дело № А50-17120/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 декабря 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:судьи Григорьевой Н.П.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

с участием:

от истца - ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 06.01.2023;

от ООО «Цензор» - ФИО3, паспорт, доверенность от 20.10.2023, диплом;

от иных лиц - не явились,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы 

истца, общества с ограниченной ответственностью «Легион», 

общества с ограниченной ответственностью «Цензор»,

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 18 октября 2023 года 

об отказе в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве 

по делу № А50-17120/2022

по иску общества с ограниченной ответственностью «Легион» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к некоммерческой организации «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании задолженности по договору подряда, 

заинтересованное лицо: судебный пристав-исполнитель ОСП по Дзержинскому району г. Перми ГУФССП России по Пермскому краю ФИО4,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Легион» (далее - истец, ООО «Легион») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к некоммерческой организации «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» (далее - ответчик, Фонд капитального ремонта ПК) о взыскании задолженности в размере 630 462 руб. 81 коп., неустойки в сумме 66 829 руб. 05 коп., с продолжением начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на оставшуюся сумму долга, начиная с 14.06.2023 по день фактического исполнения денежного обязательства исходя из действующей на момент оплаты ставки рефинансирования ЦБ РФ по правилам статьи 395 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2023 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

ООО «Легион» и общество с ограниченной ответственностью «Цензор» (далее - ООО «Цензор») обратились в суд с заявлениями о процессуальном правопреемстве на стороне взыскателя.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.10.2023 заявленные требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Легион» и ООО «Цензор» обратились в суд с апелляционными жалобами.

ООО «Легион» считает, что постановление судебного пристава-исполнителя от 03.08.2023 не может являться препятствием в удовлетворении заявлений о процессуальном правопреемстве, поскольку при заключении договора уступки права (цессии) от 08.08.2023 истец не знал и не мог знать об установленном запрете на уступку требования третьим лицам, поскольку не был о нем уведомлен. Указывает на то, что на момент вынесения постановления судебного пристава-исполнителя от 03.08.2023 решение Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2023 по настоящему делу не вступило в законную силу. Кроме того, указанное постановление судебного пристава-исполнителя от 03.08.2023 принято об обращении взыскания на дебиторскую задолженность по решению Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2023 по делу № А50-17120/22, а не постановление о наложении ареста на дебиторскую задолженность должника. Полагает, что выводы суда в обжалуемом определении основаны на предположениях, в отсутствие относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств. Действительность договора уступки права (цессии) от 08.08.2023 в установленном законом порядке ответчиком не опровергнута, соответствующих доказательств не представлено. Указывает на отсутствие сведений об аффилированности между ООО «Легион» и ООО «Цензор». Указывает на неправомерность сделанного судом вывода о злоупотреблении правом со стороны  ООО «Легион». Обращает внимание на то, что судом первой инстанции не исследовался вопрос о добросовестности ООО «Цензор» при совершении сделки цессии. Полагает, что оснований для вывода о том, что договор уступки права (цессии) от 08.08.2023 заключен с нарушением требований Гражданского кодекса РФ, материалы дела не содержат. Просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт, заявленные требования удовлетворить.

ООО «Цензор» со ссылкой на положения ст. 83 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», считает, что до момента получения уведомления о наложении ареста на дебиторскую задолженность лица, в отношении которых наложен запрет, вправе совершать любые действия, способствующие изменению правоотношений. Поскольку договор уступки права (цессии) от 08.08.2023 заключен до начала действия запрета обращения взыскания на дебиторскую задолженность, ООО «Легион» и ООО «Цензор» не знали и не могли знать о существовании запрета в виде совершения любых действий, приводящих к изменению либо прекращению правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность, а также к уступке права требования третьим лицам, в связи с чем постановление судебного пристава-исполнителя от 03.08.2023 не может являться препятствием в удовлетворении вышеуказанного заявления о процессуальном правопреемстве. Полагает, что основания для вывода о том, что сделка совершена с нарушением требований ст. ст. 166-168 ГК РФ, у суда отсутствовали. Поскольку доказательств недобросовестности в материалы дела не представлено, положения ст. 10 ГК РФ, по мнению апеллянта, в данном случае не подлежит применению.

Лицами, участвующими в деле, отзывы на апелляционную жалобу в материалы дела не представлены.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители истца и ООО «Цензор» на доводах своих апелляционных жалоб настаивали.

 Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в соответствии со ст.ст. 156 и 266 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Отказывая в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 48 АПК РФ, 10, 166, 168, 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), положениями Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве),  и пришел к выводу о заключении договора уступки права при злоупотреблении цедентом своими правами с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов и в период действия запрета, наложенного постановлением судебным приставом-исполнителем.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей истца и ООО «Цензор»,  исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ч. 1 ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. 

Осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен (пункт 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Из материалов дела следует, что 08.08.2023 между ООО «Цензор» (цессионарий) и ООО «Легион»  (цедент) заключен договор уступки права (цессии), в соответствии с п. 1 которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования взыскания с Некоммерческой организации «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» долга в сумме 630 462 руб. 81 коп., договорной неустойки в сумме 66 829 руб. 05 коп., а также расходы на уплату государственной пошлины в сумме 16 946 руб. 00 коп., право требования начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на оставшуюся сумму долга, начиная с 14.06.2023 по день фактического исполнения денежного обязательства исходя из действующей на момент оплаты ставки рефинансирования ЦБ РФ по правилам статьи 395 ГК РФ в рамках дела № А50-17120/2022 (решение Арбитражного суда Пермского края от 07.07.2023).

В соответствии с пунктами 2 и 2.1 договора цедент уступает цессионарию: право требования к должнику в размере 714 237 руб. 86 коп., право требования начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на оставшуюся сумму долга, начиная с 14.06.2023 по день фактического исполнения денежного обязательства исходя из действующей на момент оплаты ставки рефинансирования ЦБ РФ по правилам статьи 395 ГК РФ в рамках дела № А50-17120/2022.

Пунктом 3 договора установлено, что право требования цедентом передается цессионарию в счет оплаты долга на основании двух судебных приказов, а именно: судебный приказ, выданный Арбитражным судом Пермского края от 04.08.2023 по делу № А50-18041/2023, общая сумма требования 496 400 руб. 00 коп.; судебный приказ, выданный Арбитражным судом Пермского края от 19.07.2023 по делу № А50-16486/2023, общая сумма требования 486 300 руб. 00 коп.

В силу п. 1 ст.382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п.2 ст. 382 ГК РФ).

Исходя из положений ст. 382, 384 ГК РФ предметом уступки права требования является право требования кредитора по конкретному обязательству. Уступаемое право должно быть определено, то есть в договоре должны содержаться указания на предмет требования, содержание этого требования и основания его возникновения, помимо этого также указываются кредитор и должник.

Таким образом, в целях определения возможности процессуального правопреемства судом должны быть исследованы материально-правовые основания выбытия одной из сторон в спорном или установленном правоотношении.

В случае, если судом будет установлен факт отсутствия правопреемства в материальном правоотношении, заявление о процессуальном правопреемстве не может быть удовлетворено.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, судебным приставом-исполнителем ОСП по Дзержинскому району г. Перми ГУФССП России по Пермскому краю ФИО4 было вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства от 14.11.2022 № 219124/22/59050-ИП в отношении ООО «Легион» на основании исполнительного листа № ФС 035939538, выданного 14.10.2022 на основании вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда от 21.03.2022 по делу № 2-52/2022 о взыскании с ООО «Легион» в пользу ФИО5 2 346 760 руб. 60 коп. материального ущерба, 20 000 руб. компенсации морального вреда, 1 183 380 руб. 30 коп. штрафа, а также 6 933 руб. 80 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

03.08.2023 в рамках указанного исполнительного производства судебным приставом-исполнителем ФИО4 было вынесено постановление об обращении взыскания на дебиторскую задолженность, в соответствии с которым судебный пристав постановил обратить взыскание на дебиторскую задолженность должника ООО «Легион»; запретить должнику ООО «Легион» совершать любые действия, приводящие к изменению либо прекращению правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность, а также к уступке права требования третьим лицам.

Условия и порядок принудительного исполнения судебных актов определяются Закона об исполнительном производстве, в соответствии со статьей 2 которого задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов.

В соответствии с ч. 1 ст. 4, ч.1, 2 ст. 5 Закон об исполнительном производстве исполнительное производство осуществляется на принципах законности, своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения; принудительное исполнение судебных актов возлагается на Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы; непосредственное осуществление функций по их принудительному исполнению возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

На основании ч. 1 и 2 статьи 6 Закон об исполнительном производстве законные требования судебного пристава-исполнителя обязательны для всех государственных органов, органов местного самоуправления, граждан и организаций и подлежат неукоснительному выполнению на всей территории Российской Федерации.

В случае невыполнения законных требований судебного пристава-исполнителя он применяет меры, предусмотренные настоящим Федеральным законом.

В силу ст. 1 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» (далее - Закон о судебных приставах) на судебных приставов возлагаются задачи по принудительному исполнению судебных актов.

Согласно частям 1 и 2 ст. 12 Закона о судебных приставах в процессе принудительного исполнения судебных актов судебный пристав-исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов, для чего имеет право совершать действия, предусмотренные названной нормой, а также совершать иные действия, предусмотренные федеральным законом об исполнительном производстве.

На основании ч. 1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим Федеральным законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

В силу п. 7 ч. 1 ст. 64 Закона об исполнительном производстве в процессе исполнения требований исполнительных документов судебный пристав-исполнитель вправе накладывать арест на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изымать указанное имущество, передавать арестованное и изъятое имущество на хранение.

На основании ч. 1 ст. 76 Закона об исполнительном производстве обращение взыскания на дебиторскую задолженность состоит в переходе к взыскателю права должника на получение дебиторской задолженности в размере задолженности, определяемом в соответствии с частью 2 статьи 69 настоящего Федерального закона, но не более объема дебиторской задолженности, существовавшего на день обращения взыскания, и на тех же условиях.

В соответствии с ч. 4 ст. 76 названного Закона, об обращении взыскания на дебиторскую задолженность судебный пристав-исполнитель выносит постановление, в котором указывает порядок внесения (перечисления) денежных средств дебитором на депозитный счет службы судебных приставов. Указанное постановление не позднее дня, следующего за днем его вынесения, направляется дебитору и сторонам исполнительного производства.

В силу ч. 5 ст. 76 Закона об исполнительном производстве судебный пристав-исполнитель своим постановлением обязывает дебитора исполнять соответствующее обязательство путем внесения (перечисления) денежных средств на указанный в постановлении депозитный счет службы судебных приставов, а также запрещает должнику изменять правоотношения, на основании которых возникла дебиторская задолженность.

Правовая природа ареста имущества должника выражается в ограничении правомочий собственника, установленных в п. 1 ст. 209 ГК РФ, а именно в запрете распоряжаться имуществом.

Поскольку постановление об обращении взыскания на дебиторскую задолженность вынесено 03.08.2023, при этом сведений об отмене установленного запрета в материалах дела не имеется, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что договор уступки от 08.08.2023 заключен в то время, когда действовал установленный запрет на распоряжение имуществом должника.

Доводы апелляционных жалоб о том, что ООО «Легион» и ООО «Цензор» не было известно о существовании запрета на распоряжение имуществом, отклоняются, поскольку не данное обстоятельство не опровергает факта совершения сделки в период действия запрета. 

Кроме того, судом апелляционной инстанции принят во внимание статус заявителя в исполнительном производстве - должник, обладающий комплексом прав, предусмотренных Законом об исполнительном производстве, в том числе на ознакомление с материалами исполнительного производства.

Таким образом, не исполнив требования исполнительного производства  в добровольном порядке, заявитель мог предполагать, что приставом могут быть применены меры принудительного исполнения.

Кроме того, суд первой инстанции верно указал, что, несмотря на введенный в интересах кредитора истца запрет, истец поддержал заявление о процессуальном правопреемстве. При этом в постановлении от 03.08.2023 судебного пристава-исполнителя указано, что должнику запрещено совершать любые действия, приводящие к изменению либо прекращению правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность, а также к уступке права требования.

Более того, суд первой инстанции верно указал на то, что введение указанного запрета само по себе исключает возможность осуществления судом процессуального правопреемства на основании совершенное должником уступки права требования иному лицу в порядке ст. 48 АПК РФ.

Доводы истца о неправомерности обращения взыскания на дебиторскую задолженность являлись предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно им отклонены с учетом того, что постановление судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на дебиторскую задолженность от 03.08.2023 в установленном порядке не обжаловано, и подлежит исполнению всеми заинтересованными лицами.

Вопреки доводам жалобы истца, то обстоятельство, что договор цессии заключен, не расторгнут, недействительным судом не признан, однозначным и исчерпывающим обстоятельством, свидетельствующем об обязанности суда удовлетворить заявление о процессуальном правопреемстве, не является.

Довод жалобы ООО «Цензор» о том, что договор уступки права (цессии) от 08.08.2023 заключен до начала действия запрета обращения взыскания на дебиторскую задолженность, отклоняется, как не имеющий в данном случае юридического значения, поскольку вопрос о процессуальном правопреемстве рассматривается судом после наложения судебным приставом-исполнителем запрета.

Учитывая изложенное, доводы апелляционных жалоб о том, что постановление судебного пристава-исполнителя от 03.08.2023 не может являться препятствием в удовлетворении вышеуказанного заявления о процессуальном правопреемстве, отклоняются.

Доводы заявителей жалоб об отсутствии оснований для применения в данном случае положений ст. 10 ГК РФ, отклоняются на основании следующего.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Судо первой инстанции установил, что оплата по договору цессии осуществляется путем зачета встречных требований ООО «Цензор» к ООО «Легион» на основании судебных приказов по делам № А50-18041/2023 и № А50-164886/2023. При этом приложенные к заявлениям ООО «Цензор» о выдаче судебных приказов о взыскании с ООО «Легион» задолженности документы заверены ФИО2, который одновременно является представителем ООО «Легион».

Кроме того, судебные приказы, по которым взыскана задолженность с ООО «Легион» в пользу ООО «Цензор», вынесены незадолго в период после вынесения решения суда по настоящему делу и до его вступления в силу, незадолго до обращения истца и заявителя с заявлениями о процессуальном правопреемстве, в то время как задолженность ООО «Легион» образовалась, как следует из судебных приказов, в период с января 2021 года по июнь 2022 года, но длительное время не погашалась и не взыскивалась.

Более того, судом первой инстанции принято во внимание, что требования ФИО5 к ООО «Легион» в рамках исполнительного производства, по которому вынесено постановление судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на дебиторскую задолженность от 03.08.2023, значительно превышают требования ООО «Цензор», в то время как передача прав на взыскание денежных средств на условиях договора уступки права (цессии) от 08.08.2023 устанавливает преимущество кредитору истца (обществу «Цензор») на погашение задолженности перед требованиями ФИО5

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, что действия заявителя и истца направлены на создание препятствий к исполнению вступившего в законную силу судебного акта о взыскании задолженности с ООО «Легион» в пользу ФИО5 и реализацию истцом актива в противоречие с интересами кредитора, действия участников договора цессии нарушают законные интересы третьего лица (кредитора цедента), что в силу статьи 10 ГК РФ недопустимо (п. 6 Обзора судебной практики № 1 (2015) утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).

Таким образом, поскольку удовлетворение заявления о замене стороны взыскателя по данному делу его правопреемником может привести к нарушению прав и законных интересов других лиц, перед которыми у истца имеются материальные обязательства, в частности ФИО5, с учетом необходимости соблюдения баланса интересов кредиторов истца и при наличии в договоре уступки права (цессии) условия об осуществлении расчета за уступленное право требования в форме зачета взаимных требований сторон друг к другу (пункт 3), суд первой инстанции пришел к выводу о заключении договора уступки права при злоупотреблении цедентом своими правами с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов и в период действия запрета, наложенного постановлением судебным приставом-исполнителем.

Суд апелляционной инстанции оснований не согласиться с вышеизложенными выводами суда не установил.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве отказано судом первой инстанции обоснованно.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Определение арбитражного суда от 18.10.2023 отмене не подлежит.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подп.12 п.1 ст.333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 18 октября 2023 года  по делу № А50-17120/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

        

 

Судья

       

 

Н.П.Григорьева