АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-16534/2019

г. Новосибирск

08 июля 2019  года

Резолютивная часть решения объявлена 03 июля 2019 года

Полный текст решения изготовлен 08 июля 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Нефедченко И.В.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску федерального государственного бюджетного учреждения "Западно-Сибирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Новосибирск, 

к автономной некоммерческой организации Западно-Сибирское Агентство по Специализированному Гидрометобеспечению (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Новосибирск, 

о признании недействительным договора на оказание услуг №39/20-2019 от 27.03.2019,

при участии в  судебном заседании представителей:

от истца -  не явился, извещен,

от ответчиков – ФИО2, по доверенности от 03.06.2019, паспорт, ФИО3, руководитель, решение учредителя № 5 , паспорт,

У С Т А Н О В И Л:

Федеральное государственное бюджетное учреждение «Западно-Сибирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды»  (далее – истец, ФГБУ «Западно-Сибирское УГМС»)  обратилось в Арбитражный суд  Новосибирской области с иском к автономной некоммерческой организации Западно-Сибирское Агентство по Специализированному Гидрометобеспечению (далее – ответчик, АНО «Западно-Сибирское Метеоагентство») о признании недействительным договора на оказание информационных услуг № 39/20-2019 от 27.03.2019.

Заявленные требования основаны ссылками на статьи 12, 173.1, 179, 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы заключением договора под влиянием обмана, вызванного недостоверными заверениями, данными ответчиком.

  В судебное заседание истец не явился, заявил о рассмотрении дела в его отсутствие, на исковых требованиях настаивал.

Ответчик с заявленными требованиями не согласен, суть возражений сводится к тому, что при совершении сделки истцу как арендодателю помещений, в которых ранее находился ответчик, достоверно было  известно о смене местонахождения Метеоагентства, следовательно, факт обмана является неподтвержденным; текст договора исходил от самого истца; довод об отсутствии у ответчика лицензии является голословным; отсутствуют основания  для признании сделки недействительной по ст. 173.1 ГК РФ. Также ответчик ссылается на злоупотребление истцом своими правами (ст. 10 ГК РФ). Подробно возражения изложены в отзыве и дополнениях к нему. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителей ответчика, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, при этом суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, между ФГБУ «Западно-Сибирское УГМС» (исполнитель) и АНО «Западно-Сибирское Метеоагентство» (заказчик) заключен договор № 39/20-2019 от 27.03.2019, согласно условиям которого исполнитель принимает на себя обязательство по предоставлению услуг по передаче данных гидрометеорологических наблюдений заказчику, а заказчик- производить оплату оказанных услуг в соответствии с условиями договора.

Ссылаясь на предоставление ответчиком недостоверных реквизитов и намеренное сокрытие  изменения своего места нахождения, отсутствие у ответчика лицензии, а также, утверждая об отсутствии одобрения сделки со стороны органа истца – Росгидромета, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, АНО Западно-Сибирское Метеоагентство имеет лицензию Федеральной службы по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды № Р/2017/3402/100/Л от 5 сентября 2017 года на осуществление «Деятельности в области гидрометеорологии и в смежных с ней областях (за исключением указанной деятельности, осуществляемой в ходе инженерных изысканий, выполняемых для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции объектов капитального строительства)», включающей в себя: п. в) подготовку и предоставление потребителям прогностической, алитической и расчетной метеорологической, гидрологической и ометеорологической информации по месту нахождения юридического лица и месту осуществления лицензионной деятельности: 630099, 

<

...>, занимая офис площадью 14, 2 квадратных метров (приложение № 1).

Указанным помещением АНО Западно-Сибирское Метеоагентство пользовалось на основании договора аренды от 15 февраля 2018 года № 63, заключённым с ФГБУ «Западно-Сибирское УГМС».

В письме от 21.12.2018 г. № 20-А/51 руководитель ФГБУ «Западно-Сибирское УГМС» ФИО4 (руководитель истца) уведомил ответчика о том, что занимаемое им помещение признано аварийным и установил срок освобождения помещений в связи с постановкой на капитальный ремонт с 01.05.2019.

26.12.2018  истцом в адрес ответчика направлено уведомление о расторжении договора.

26.01.2019 года договор аренды помещения был прекращён, подписан акт приёма-передачи объекта аренды.

Таким образом, ответчик с 26.01.2019 освободил помещение по ул. Советская, д.30 и переехал в соседнее здание по адресу: 630091, 

<

...>. 

 В связи со сменой места нахождения  ответчик направил соответствующее  заявление в регистрирующий орган об изменении сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

В связи с необходимостью решения технических вопросов по передаче гидрометеорологических данных через сеть Интернет, до заключения договора, ответчик обращался к истцу с письмами о возможности изменения способа подключения к информации (письмо № 76 от 19.12.2018, л.д. 110).

Одновременно с этим, истец, имея акт о передаче нежилых помещений от ответчика истцу по предыдущему месту нахождения юридического лица от 26 января 2019 года (по адресу: 

<

...>), сведения о месте расположения сервера ответчика по приёму информационных данных от истца, сведения, содержащиеся в открытом доступе в сети Интернет о новом месте нахождения ответчика (на сайте ФНС - данные ЕГРЮЛ, о чём он сам и указывает в исковом заявлении), направил на подпись ответчику подписанные руководителем истца и удостоверенные печатью два экземпляра Договора № 39/20-2019 на оказание информационных услуг от 27 марта 2019 года.

При этом, сами экземпляры договоров, направленные на подпись ответчику, были выполнены истцом (данный факт не оспорен истцом), включая раздел № 10 "Адреса и реквизиты сторон", где имелось ошибочное указание на реквизиты ответчика по старому адресу при том, что согласно акту сдачи нежилых помещений, ответчик освободил помещения истца 26 января 2019 года, истец как арендодатель достоверно знал об этом факте, данные о новом местонахождении имелись в открытом доступе в ЕГРЮЛ с 28.02.2019, о чем свидетельствует представленная в материалы дела выписка из ЕГРЮЛ,

При таких обстоятельствах, суд соглашается с доводами ответчика о том, что утверждение об умышленном введении в заблуждение истца относительно места нахождения АНО «Западно-Сибиркое Метеоагентство» является надуманным, несоответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Согласно п. 9 «Обзора практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» (Информационное письмо ВАС РФ от 10 декабря 2013 года № 162), сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной только, если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки".

Данная позиция Верховного суда РФ нашла подтверждение в п. 99 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которому сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

При указанных же выше обстоятельствах, со стороны ответчика при заключении сделки какого-либо обмана истца не имелось, что исключает возможность признания сделки недействительной на основании статьи 179 Гражданского кодекса российской Федерации.

В обоснование доводов о признании сделки недействительной истец ссылается на отсутствие у ответчика лицензии в настоящий момент. При этом ответчик не отрицает факта наличия лицензии в момент совершения сделки. 

Вместе с тем, в любом случае, в соответствии с разъяснениями, данными судам в п. 89 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если законом прямо не установлено иное, совершение сделки лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью, не влечет ее недействительности. В таком случае другая сторона сделки вправе отказаться от договора и потребовать возмещения причиненных убытков (статья 15, пункт 3 статьи 450.1 ГК РФ)."

Из материалов дела не усматривается намерение истца расторгнуть договор, ответчиком же факт направления истцом требований о расторжении договоров отрицается.

Также в обоснование своих доводов  истец ссылается на нормы статьи 173.1 ГК РФ, указывая на отсутствие согласия его органа  на заключение оспариваемой сделки.

При этом истец ссылается на отсутствие согласования Росгидрометом РФ заключения договора на предоставление информационных услуг, как того требует Распоряжение 30-Р от 1 марта 2019 года руководителя Росгидромета РФ ФИО5

В соответствии с пунктом 1 статьи 173.1. Гражданского кодекса Российской Федерации Сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Как указал Верховный Суд РФ в п. 90 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ. только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления (далее в этом пункте -третье лицо) на ее совершение необходимо в силу указания закона (пункт 2 статьи 3 ГКРФ). Не может быть признана недействительной по этому основанию сделка, получение согласия на которую необходимо в силу предписания нормативного правового акта, не являющегося законом.

Законом предусмотрены случаи согласования сделок, совершаемыми бюджетными учреждениями.

Так, п. 10 ст. 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях") предусмотрено, что бюджетное учреждение не вправе без согласия учредителя распоряжаться недвижимым и особо ценным движимым имуществом, закрепленным за ними учредителями или приобретенным учреждениями за счет средств, выделенных им учредителями на приобретение этого имущества. Остальным имуществом учреждения вправе распоряжаться самостоятельно, если иное не предусмотрено законом.

Гидрометорологическая информация не отнесена законом к имуществу, на передачу которого государственным бюджетным учреждением требуется согласие учредителя.

Устав истца также не содержит норм, согласно которым он обязан согласовывать в Росгидромете РФ сделки по передаче потребителям гидрометеорологической информации.

Таким образом, как нормы действующего законодательства РФ в сфере гидрометиодеятельности, так и Устав истца не содержат норм-предписаний по согласованию в Росгидромете РФ сделок, заключаемых истцом на передачу третьим лицам гидрометеорологической информации.

ФГБУ "Западно-Сибирское УГМС" является единственным производителем и поставщиком гидрометинформации, которая приобретается ответчиком по договору для последующей обработки с помощью программы для ЭВМ "Погода, гидрология в реальном времени" и передачи потребителям.

Согласно статьи 42 Конституции РФ, каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением.

В соответствии с требованиями подпункта 2 пункта 4 статьи 8 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", не может быть ограничен доступ к информации о состоянии окружающей среды.

Одним из основных принципов деятельности гидрометеорологической службы, установленных ст. 4 Федерального закона от 19 июля 1998 года N 113-ФЗ "О гидрометеорологической службе", является обеспечение достоверности информации о состоянии окружающей среды, ее загрязнении и ее доступности для пользователей (потребителей).

Постановление Правительства РФ от 15.11.1997 N 1425 (ред. от 28.03.2008) "Об информационных услугах в области гидрометеорологии и мониторинга загрязнения окружающей природной среды" в развитие принципов деятельности Росгидромета в сфере предоставления указанных услуг не предполагает каких-либо ограничений для передачи информации по договорам третьим лицам.

При указанных обстоятельствах, суд соглашается с доводами ответчика о недобросовестном поведении истца при предъявлении иска о признании заключенного между сторонами договора недействительным по основаниям указанным в нем. 

Так, истцом как арендодателем помещений ранее занимаемых АНО «Западно-Сибирское Метеагентство» фактически создана ситуация, связанная с необходимостью перемены ответчиком места его нахождения и, как следствие, необходимостью переоформления лицензии. Заключая договор, именно истец располагал информацией о необходимости согласования договора с его органом – Росгидрометом, между тем этого сделано не было, а впоследствии подан иск, который рассматривается в рамках настоящего дела по основаниям, предусмотренным ст. 173.1 ГК РФ.     

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в п. 1 даётся разъяснение судам о толковании и применении нормы ст. 10 ГК РФ в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства: "1. Положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ)."

В Определении Верховного суда РФ по делу № 32-КГ14-17 дано следующее разъяснение понятию "злоупотребление правом": «Злоупотребление правом имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность".

В п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", указано, что целью отказа в защите нрава лицу, злоупотребившему нравом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления".

Из анализа п.п. 1, 4, 8 указанного Информационного письма ВАС РФ следует, что суд может отказать в удовлетворении иска, если его предъявление вызвано недобросовестными действиями самого истца или намерением причинить вред ответчику.

При этом, изложение законодателем норм ст. 10 ГК РФ, позволяющее их расширенное толкование Конституционным Судом РФ не признаётся нарушением конституционных прав (Определение КС РФ от 24 сентября 2013 года № 1252-0; Определение КС РФ от 17 июля 2014 года № 1808-О; Определение КС РФ от 29 января 2015 г. № 99-0) и Конституционный Суд РФ указывал в своих актах: «нормы статьи 10 ГК Российской Федерации, устанавливающие запрет злоупотребления правом в любых формах и правовые последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации (Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц), как в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 30 декабря 2012 года N 302-ФЗ, так и после, неопределенности не содержат и сами по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права».

Указанные выше обстоятельства в их совокупности свидетельствуют об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФГБУ «Западно-Сибирское УГМС».

 Государственная пошлина распределяется по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110,  167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Судья                                                                           И.В. Нефедченко