ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                            Дело № А25-2825/2017

04.12.2023

Резолютивная часть постановления объявлена 28.11.2023

Постановление изготовлено в полном объёме 04.12.2023

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заедании ФИО2 (лично), представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 03.08.2022), представителя ПАО «Россети Северо-Запад» - ФИО5 (доверенность от 30.12.2022), представителя конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 02.02.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 18.09.2023 по делу № А25-2825/2017, принятое по заявлению конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

К рассмотрению настоящего обособленного спора в качестве ответчиков привлечены следующие физические и юридические лица: ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 Султан-Бекович, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО3, АО «МРСЭН», ООО «Архангельское специализированное энергетическое предприятие», ООО «Единая торгово-закупочная компания «Энергия», ООО «ЛВЛ Инвестмент групп», ООО «М-Стайл», АО «ФинЭнергоИнвест», ООО «Центр частного права электроэнергетики».

Определением от 18.09.2023 суд  отказал в удовлетворении ходатайства ФИО3 об отложении судебного разбирательства. Отказал в удовлетворении ходатайства ФИО3 о назначении судебной почерковедческой экспертизы. Отказал в удовлетворении ходатайств ФИО20, ФИО12 Султан-Бековича, ФИО17, ФИО24 о выделении требований к ним в отдельные производства. Признал доказанным наличие оснований для солидарного привлечения к субсидиарной ответственности ФИО26, ФИО3, акционерного общества «МежРегионСоюзЭнерго» по обязательствам публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» за невозможность полного погашения требований кредиторов. Взыскал с ФИО2 в пользу публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» убытки в размере 2 925 017 рублей 18 копеек -солидарно по отношению к обязательствам ФИО28, ФИО14, ФИО29, ФИО30 возвратить полученное по недействительным сделкам. Взыскал с ФИО13 в пользу публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» убытки в размере 17 459 928 рублей 80 копеек - солидарно по отношению к обязательствам ФИО31, ФИО18, ФИО32, ФИО20, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО8, ФИО38 возвратить полученное по недействительным сделкам. Взыскал с ФИО37 в пользу публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» убытки в размере 2 566 845 рублей 76 копеек - солидарно по отношению к обязательству возвратить полученное по недействительной сделке. Взыскал с ФИО8 в пользу публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» убытки в размере 1 791 220 рублей 62 копейки -солидарно по отношению к обязательству возвратить полученное по недействительной сделке. Взыскал с ФИО18 в пользу публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» убытки в размере 1 862 435 рублей 32 копейки -солидарно по отношению к обязательству возвратить полученное по недействительной сделке. Приостановил рассмотрение заявления о привлечении ФИО26, ФИО3, акционерного общества «МежРегионСоюзЭнерго» к субсидиарной ответственности в части определения окончательного размера субсидиарной ответственности до полной реализации имущества и окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции в части взыскания с него убытков отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции в части привлечения его к субсидиарной ответственности отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В отзывах на апелляционные жалобы конкурсный управляющий публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» ФИО6 и ПАО «Россети Северо-Запад» не согласны с доводами жалоб, просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобы -  без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц изложили свои позиции по рассматриваемым апелляционным жалобам.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ. 

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку решение суда первой инстанции оспаривается только в части и ни одна из сторон не заявила возражений в отношении применения положений части 5 статьи 268 АПК РФ, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268 АПК РФ.

Законность и обоснованность определения суда от 18.09.2023 проверяется Шестнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 АПК РФ в обжалуемой части. Определение суда первой инстанции в остальной части не оспаривается.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва, и проверив законность обжалуемого судебного акта  в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что определение от 18.09.2023 в обжалуемой части  подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, определением от 09.04.2018 заявление ПАО «МРСК Северо-Запада» о признании ПАО Архангельская сбытовая компания (далее - ПАО «АСК», должник) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным; в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО39.

Сообщение о признании обоснованным заявления ПАО «МРСК Северо-Запада» о признании ПАО «АСК» несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» № 65 от 14.04.2018 за № 77032582590, на официальном сайте - 13.04.2018 (www.kommersant.ru/doc/3601428).

Решением от 20.12.2018 ПАО «АСК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО40.

Сообщение о признании ПАО «АСК» несостоятельным (банкротом) и введении конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» № 242 от 29.12.2018 за№ 61030415684, на официальном сайте - 28.12.2018 (www.kommersant.ru/doc/3846178).

Определением от 30.03.2022 ФИО40 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим ПАО «АСК» утверждена ФИО41.

Определением от 23.11.2022 ФИО41 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ПАО «АСК».

Определением от 03.02.2023 конкурсным управляющим ПАО «АСК» утвержден ФИО6.

Установив, что контролирующими должника лицами совершены действия, в результате совершения которых стало невозможно удовлетворение требований кредиторов, а также являлись выгодоприобретателями по сделкам должника в нарушение имущественных интересов конкурсных кредиторов, конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Поскольку заявление конкурсного управляющего должника поступило в арбитражный суд 16 сентября 2020 года, при рассмотрении данного спора подлежат применению процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившего в силу со дня его опубликования на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru) 30 июля 2017 года.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01 июля 2017 года в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

К действиям лиц, контролировавших деятельность должника, которые были совершены после 01 июля 2017 года, применяются положения главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

При разрешении вопроса, связанного с наличием у тех или иных лиц, в отношении которых заявлено требование в рамках настоящего обособленного спора, суд также руководствуется разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

В период с 01 января 2014 года по 15 октября 2017 года полномочия единоличного исполнительного органа ПАО «АСК» были переданы управляющей организации МРСЭН на основании решения общего собрания акционеров ПАО «АСК» от 30.08.2010 (протокол от 01.09.2010№ 3) и договора № 3 «О передаче полномочий единоличного исполнительного органа» от 01.01.2014 (далее - договор № 3).

Деятельность управляющей компании осуществлялась на территории города Москвы.

Договор № 3, заключенный между должником и МРСЭН, свидетельствует о том, что деятельность должника контролировалась лицами, входившими в высшей менеджмент МРСЭН, и была подчинена их воле.

Согласно пункту 3.1 договору № 3 управляющая организация осуществляет права и исполняет обязанности единоличного исполнительного органа (генерального директора) в том объеме и с теми ограничениями, которые определены действующим законодательством Российской Федерации, уставом общества, решениями общего собрания акционеров и/или совета директоров общества.

В соответствии с пункту 4.1 договора № 3 управляющая организация без доверенности действует от имени общества. При этом управляющая организация осуществляет права и исполняет обязанности по управлению текущей деятельностью общества через свой единоличный исполнительный орган (генерального директора) и/или иное надлежащим образом уполномоченное лицо.

Полномочия единоличного исполнительного органа МРСЭН с 01 января 2011 года осуществлял ФИО26, что, в свою очередь, свидетельствует о наличии у него статуса контролирующего должника лица.

Судами неоднократно исследовалась структура соответствующей группы МРСЭН, которая представляла собой единую бизнес-структуру энергосбытовых компаний, являлась горизонтально-интегрированным холдингом, в котором МРСЭН выступал в качестве центра принятия управленческих решений и распределение финансирования, а признанный банкротом АО «Мосуралбанк» финансовым центром холдинга, имея ярко выраженный кэптивный характер (определения АС КЧР от 23.05.2019 по обособленному спору А25-846¬136/2018, от 15.10.2019 по обособленному спору А25-846-97-99/2018, от 19.10.2020 по обособленному спору А25-846-545/2018 и др.).

В целом структура холдинга МРСЭН выглядит следующим образом:

МРСЭН - центр принятия управленческих решений;

АКБ «Мосуралбанк» - финансовый центр группы компаний;

 ПАО «АСК», АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», ПАО «Челябэнергосбыт» - основные компании холдинга, вырабатывающие основной объем выручки;

ООО «Союзэнерготрейд», ООО «Челябинское управление энерготрейдинга», ООО «Русэнергосервис» - участники оптового рынка электроэнергии и мощности, трейдинговые компании;

ООО «Центр частного права электроэнергетики», АО «ФинЭнергоИнвест», ООО «ЛВЛ Инвестмент Групп», ООО «М.Стайл», АО «Управляющая компания «Энергия Белого моря», АО «Архинвестэнерго», ООО «РКБ-Энергия», ООО «АЭС Инвест» - субхолдинговые компании, управлявшие акционерным капиталом участников группы;

ООО «Консорциум ЭнергоПромФинанс», ООО «Консалтэнергосервис», ООО «ЕТЗК «Энергия» - консалтинговые компании;

ООО «Промфинаренда» - лизинговая компания;

ООО «АСЭП», АО «Архангельские электрические сети», ООО «ПК «АСЭП», ООО «АСЭП Плюс», АО «Электросеть» - компании, владеющие электросетями и иными инфраструктурными активами;

ООО «Санаторий «Каширские роднички» - компания, владеющая непрофильными активами группы;

ООО «Перспектива» - энергогенерирующая компания;

ООО «Север-авто», ООО «Промторгснаб», ООО «Орский завод металлоконструкций», ООО «Завод златоустовских металлоконструкций» - непрофильные компании.

Фактически, каждая из компаний группы имела доли участия в уставном капитале иных компаний (при отсутствии иных, «независимых» участников в капитале), в состав единоличных и коллегиальных органов управления обществ входили одни и те же лица, действия каждой из организаций, входивших в холдинг, и всей их совокупности преследовали единые экономические цели, ПАО «АСК» в полной мере не являлось обособленным субъектом экономической отношений, входило в состав единого холдинга-группы компании МРСЭН.

Подобная схема корпоративного управления, при которой доли участия как в отдельных компаниях холдинга, так и самого центра принятия управленческих решений, принадлежат не конкретным лицам, а самим компаниям - элементам холдинга, позволяет скрывать от независимых участников рынка и суда сведения о конечных бенефициарах всей группы компаний, выстраивать «корпоративную вуаль» в целях избежания привлечения собственников бизнеса к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

В рамках банкротных дел ПАО «Вологдаэнергосбыт» (определение АС КЧР от 01.03.2022 дело № А25-846-548/2018), АО «Роскоммунэнерго» (определение АС КЧР от 03.08.2022 дело № А25-605-454/2018) судом проведен анализ движения денежных средств за одиннадцатимесячный период (с 30.03.2017 по 28.02.2018), установлено, что в транзитные схемы были вовлечены все компании группы МРСЭН.

Сама по себе бизнес-модель функционирования холдинга, связанная с постоянным транзитным перераспределением денежных средств, не может быть оценена в качестве причины утраты холдингом платежеспособности либо свидетельствовать о неплатежеспособности отдельных компаний холдинга, которые не были в полной мере обособлены одна от другой. Однако при анализе сведений о действительном экономическом положении холдинговой группы и отдельных ее элементов (в том числе, должника) необходимо учитывать тот мультипликативный эффект, который создавался за счет получения компаниями холдинга одних и тех же денежных средств несколько раз на протяжении одного финансового года, что требует существенных отрицательных корректировок финансовой статистики компаний.

Согласно анализу финансового состояния ПАО «АСК», подготовленному временным управляющим ФИО39 по результатам процедуры наблюдения, динамика изменения степени платежеспособности должника по текущим обязательства за 2016 год составляет 4.89, то есть в течение всего анализируемого периода значение данного коэффициента больше 3 месяцев и возрастает. К концу анализируемого периода наблюдается повышение данного показателя, его величина характеризует превышение текущих обязательств должника над среднемесячной выручкой, что свидетельствует о неплатежеспособности должника по текущим обязательствам. Анализ перечисленных коэффициентов позволяет сделать вывод о недостаточной ликвидности баланса должника, таким образом, Должнику недостает средств даже для погашения наиболее срочных и краткосрочных обязательств, что, в свою очередь, позволяет сделать вывод о его неплатежеспособности.

В период с 01 января 2015 года по 31 декабря 2017 года наблюдается значительное увеличение кредиторской задолженности должника: на начало 2015 года она составляла 4 584 106 тыс. руб., в то время как к окончанию 2017 года ее размер составил уже 7 498 769 тыс. руб.

Неплатежеспособность должника также подтверждается сведениями, содержащимися в бухгалтерском балансе ПАО «АСК» за соответствующие налоговые периоды, согласно бухгалтерскому балансу ПАО «АСК» по состоянию на 31.12.2016 активы должника составляли 5 994 млн. руб., кредиторская задолженность - 5 994 млн. руб.

Вопрос о неплатежеспособности должника неоднократно рассматривался судами как первой, апелляционной, так и кассационной инстанций и в соответствии с выводами, изложенными в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.08.2019 по делу № А25-2825/2017 (Ф08-6398/2019), постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.08.2019 по делу № А25-2825/2017 (Ф08-5646/2019), финансовое положение ПАО «АСК» с 2016 года вплоть до момента фактического лишения статуса гарантирующего поставщика ухудшалось.

Также суды в рамках банкротных дел ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго» установили, что в конце 2016 финансового года - начале 2017 года в деятельности холдинга начинают проявляться отдельные негативные тенденции, связанные как с объективными, так и субъективными причинами.

К числу объективных причин относится общее снижение объемов валовой выручки энергосбытовых компаний, связанное, в том числе со снижением платежной дисциплины бытовых потребителей, а также внесением изменений в порядок тарифного образования на основании постановления Правительства Российской Федерации от 17.05.2016 № 443, которым изменен порядок определения индексации объема необходимой валовой выручки, что, с одной стороны, привело к ограничению роста тарифа стоимости электрической энергии для потребителей, а с другой стороны, к определенной диспропорции в объеме собственной ликвидности энергосбытовых компаний на фоне общих инфляционных явлений.

К числу субъективных факторов относится прекращение у ООО «Союзэнерготрейд» статуса участника оптового рынка электроэнергии с 01 января 2017 года (https://cfrenergo.ru/news/3283), что в свою очередь, привело к изменению схемы финансового обеспечения деятельности холдинга за счет внутренних ресурсов и за счет того, что один из элементов холдинга уже не мог быть напрямую вовлечен в осуществление расчетов на оптовом рынке электрической энергии и мощности, в том числе, через инфраструктурные компании (АО «Администратор торговой системы» и АО «Центр финансовых расчетов»), утраты статус ТСО на основании решения правления Департамент топливно-энергетического комплекса и тарифного регулирования Вологодской области АО «Электросеть» (протокол от 24.10.2019 № 190).

Соответствующие негативные тенденции в их наслоении привели к утрате холдингом собственной ликвидности в течение 2017 года, а необъективность данных об экономических результатах деятельности холдинга привела к прекращению сделки по покупке холдинга независимым инвестором, что позволило бы привлечь в холдинг дополнительное финансирование и преломить негативные тенденции в его деятельности.

Результатом подобного стало прекращение у энергосбытовых компаний, входивших в состав холдинга МРСЭН, статуса гарантирующих поставщиков на соответствующих территориях, то есть прекращение экономической и операционной деятельности.

Конечными бенефициарами группы компаний МРСЭН предпринимались попытки преодоления кризисной ситуации. Так 25 сентября 2017 года между ФИО3 и ФИО26, с одной стороны, и компанией Старс Генерис Лтд состоялось соглашение о приобретении указанной компанией части холдинга МРСЭН, в том числе, пакета акций должника, предусматривающее опцион обратного выкупа до 50 % компаний холдинга после 01.10.2019, а до указанного момента ФИО3 и ФИО26 сохраняют право на получение доли прибыли холдинга в размере 360 млн. руб., на паритетных началах с компанией Старс Генерис Лтд.

Согласно схеме взаимосвязей АКБ «Мосуралбанк», опубликованной на официальном сайте Банка России, в указанный период ФИО3 являлся бенефициаром группы компаний МРСЭН, ему принадлежало 39,4% в ООО «Центр частного права электроэнергетики», которое в свою очередь владело 19%АО «МРСЭН». Также Эльдару ФИО3 принадлежало 49,5% в ООО «БазисЭнерго Трейд», которое владело, в свою очередь, 19% АО «МРСЭН».

Данные обстоятельства также были подтверждены, в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц АО «Роскоммунэнерго» (определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской республики от 03.08.2022 по делу № А25-605-454/2018).

Судом в рамках обособленного спора по делу № А25-605-454/2018 установлено, что основным для холдинга видом экономической деятельности, обеспечивающим подавляющую долю валовой выручки, являлась деятельность гарантирующих поставщиков на территории Архангельской области (ПАО «АСК»), Вологодской области (ПАО «Вологдаэнергосбыт»), Свердловской области (АО «РКЭ»), Челябинской области (ПАО «Челябэнергосбыт»), Республики Марий-Эл (ПАО «РКЭ», до прекращения статуса гарантирующего поставщика в соответствующем регионе деятельности) и Республики Хакасия (АО «Хакасэнергосбыт»).

Сама специфика деятельности энергосбытовых компаний и их регулирования нормами действующего законодательства приводит к тому, что в деятельности энергосбытовых компаний зачастую возникают кассовые разрывы, которые требуют восполнения за счет привлечения внешних источников финансирования.

В случае с холдингом МРСЭН восполнение кассовых разрывов осуществлялось не только за счет привлечения кредитов от сторонних банков, но и за счет порочной по своему содержанию схемы транзитного перераспределения финансовых потоков (выручки потребителей электрической энергии) между компаниями холдинга, с привлечением в качестве операционного центра такого перераспределения инфраструктуры Мосуралбанка -финансового центра группы.

Так, в нарушение действующих регламентов и правил деятельности участников оптового и розничного рынков электрической энергии между компаниями холдинга подписывались мнимые агентские договоры, ничтожность которых неоднократно установлена судами - в целях обеспечения возможности осуществления одной компанией платежей, связанных с исполнением обязательств другой компании.

Таким образом, на основании фиктивно сформированного документооборота, совершались уступки права требования к потребителям электрической энергии, а также тех взаимных требований участников группы, которые формально отражались на их балансе.

В соответствующие транзитные схемы были так или иначе вовлечены все компании группы МРСЭН, в том числе, непосредственно должник.

В период с 01 января 2014 года по 15 октября 2017 года полномочия единоличного исполнительного органа были переданы управляющей организации АО «МРСЭН» на основании решения общего собрания акционеров ОАО «АСК» от 30.08.2010 (протокол № 3 от 01.09.2010) и договора № 3 «О передаче полномочий единоличного исполнительного органа» от 01.01.2014. Генеральным директором управляющей организации являлся ФИО26.

Решением внеочередного общего собрания акционеров от 18.12.2017 досрочно прекращены полномочия управляющей организации АО «МРСЭН», выполняющей функции единоличного исполнительного органа ПАО «АСК».

В силу части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника.

Если в качестве руководителя должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 65.3 ГК РФ), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 53.1 ГК РФ, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Исходя из этого, АО «МРСЭН» и ФИО26 являются контролирующими должника лицами. ФИО2 также признается контролирующим должника лицом в силу установленной законом презумпции.

Ответчики являлись единоличными исполнительными органами как в период до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, так и после него. В связи с этим ответственность лиц при рассмотрении настоящего спора регулируется положениями как положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 21.07.2014 № 216-ФЗ, так и новыми нормами, вступившими в силу с 29 июля 2017 года (Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ)

Верховным судом РФ не исключается возможность применения норм материального права главы III.2 Закона о банкротстве применительно к такому основанию субсидиарной ответственности как «доведение должника до банкротства» (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015).

В силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21.03.2023 № Ф08-297/23 по делу № А25-605/2018 (банкротство АО «Роскоммунэнерго») установлено, что конечным бенефициаром холдинга (следовательно, и ПАО «АСК») и лицом, непосредственно определявшим направления его деятельности (то есть контролирующим должника лицом), на протяжении всего анализируемого периода (с 2014 года) являлся ФИО26, о чем свидетельствуют письменные доказательства (анкеты должника в кредитных организациях, объяснения лиц, участвующих в деле, соглашение о продаже холдинга независимому инвестору).

Изъятие части финансовых средств из холдинга в пользу указанного лица осуществлялось несколькими способами: за счет установления вознаграждения за труд (заработная плата и поощрения имущественного характера) в АО «МРСЭН»; за счет использования схемы, при которой ФИО26 получал кредит в Мосуралбанке, а компании холдинга (в том числе должник) осуществляли исполнение его обязательств по кредитному договору за счет цепочки поручительств, при которой за ФИО26 поручалось АО «МРСЭН», а остальные компании поручались по обязательствам АО «МРСЭН».

Подробно указанная схема финансирования бенефициара холдинговой группы исследована и описана судом в определении от 18.10.2021 по делу № А25-605-438/2018.

Принимая во внимание необходимость корректировок финансовых показателей группы, это является существенным как в абсолютном, так и в относительном выражении и свидетельствует о том, что ФИО26 в действительности получал имущественную выгоду от деятельности всего холдинга (в том числе должника), был заинтересован в результатах такой деятельности, то есть является конечным бенефициаром холдинговой группы.

В результате использования схемы со скрытой выплатой дивидендов за счет привлечения невозвратного кредитного финансирования от Мосуралбанка установлено, что ФИО26 также получены денежные средства в размере 35 млн. рублей, что  подтверждено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 18.10.2021 по делу № А25-605-438/2018.

Кроме того, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.03.2023 по делу № А40-8244/2020 (банкротство ООО «Центр частного права электроэнергетики»), которое являлось одним из структурных элементов холдинга МРСЭН (наряду со сбытовыми компаниями АО «Роскоммунэнерго», ПАО «АСК», ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт») определение АС г. Москвы от 14.09.2022, постановление 9ААС от 09.12.2022 по делу № А40-8244/2020 отменены в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО26 к субсидиарной ответственности, указано, что существенное ухудшение имущественного положения должника и всей группы компаний холдинга МРСЭН связано именно с действиями ФИО26 и ФИО3, при которых происходило перераспределение объема ликвидности холдинговой группы в пользу указанных лиц - по указанным выше эпизодам и обстоятельствам, что является достаточным основанием для солидарного привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника применительно к положениям пункта 1 части 2, пункта 2 части 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдициальная связь судебных актов обусловлена именно свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2- П).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П также указал, что признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Согласно материалам дела, в период осуществления ФИО26 полномочий генерального директора единоличного исполнительного органа АО «МРСЭН», были совершены ряд сделок, направленных на причинение вреда имущественным интересам кредиторов ПАО «АСК».

01 января 2011 года между ПАО «Архангельская сбытовая компания» и АО «МРСЭН» заключен договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа № 3. Согласно пункту 2.2 договора ПАО «АСК» передает, а АО «МРСЭН» принимает полномочия единоличного исполнительного органа ПАО «АСК». ПАО «АСК» обязуется выплачивать АО «МРСЭН» вознаграждение в размере 15 000 000 рублей за 1 месяц.

01 января 2014 года между ПАО «Архангельская сбытовая компания» и АО «МРСЭН» заключен договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа. № 3. Согласно пункту 2.2 договора ПАО «АСК» передает, а АО «МРСЭН» принимает полномочия единоличного исполнительного органа ПАО «АСК». ПАО «АСК» обязуется выплачивать АО «МРСЭН» вознаграждение в размере 15 000 000 рублей за 1 месяц.

За период с 03 февраля 2011 года по 07 декабря 2017 года на основании вышеуказанных договоров ПАО «АСК» перечислило АО «МРСЭН» 1 620 565 684 рубля 47 копеек.

В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании договоров недействительными суд установил, что, заключая оспариваемые договоры и совершая платежи по ним ПАО «АСК» и АО «МРСЭН» не преследовали никаких разумных экономических целей, должник и ответчик формально участвовали во внутригрупповом перераспределении имущества и денежных средств, при котором преследовались противоправные цели.

Определением от 17.11.2020 договоры признаны ничтожными. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с АО «МРСЭН» 1 620 565 684 рубля 47 копеек. Постановлением 16ААС от 18.02.2021 и Постановлением арбитражного суда Северо¬Кавказского округа от 21.04.2021 судебный акт первой инстанции оставлен без изменения.

02 октября 2017 года ПАО «АСК» в пользу ООО «М. Стайл» совершены платежи на общую сумму 277 921 569 рублей 80 копеек, с назначением «Оплата по договору уступки прав требования (цессии) № 69-РН-2017 от 01.09.2017». Определением от 23.03.2021 сделка признана недействительной на основании части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Судебный акт не обжаловался и вступил в законную силу. Совершением спорных платежей причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку в результате их совершения произошло уменьшение имущества должника - из конкурсной массы выбыли денежные средства в сумме 277 921 569 рублей 80 копеек, кредиторы Должника лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет указанных денежных средств.

Также между должником и ООО «ЕТЗК «Энергия» были заключены агентский договор от 21.07.2010 № 01/10, договоры от 18.11.2016 № 6-01785 и от 18.11.2016 № 6¬01786. На основании вышеуказанных договоров, а также договоров, не представленных в материалы дела, за период с 02 февраля 2016 года по 23 ноября 2017 года должник совершил платежи в адрес ответчика на общую сумму 10 611 329 рублей 73 копейки.

На основании указанных договоров, а также других договоров ПАО «АСК» в период с 02 февраля 2016 года по 23 ноября 2017 года перечислило ООО «ЕТЗК «Энергия» денежные средства в размере 10 611 329 рублей 73 копейки, поименовав данные банковские операции как «оплата по договору».

Определением от 09.02.2021 договоры и платежи были признаны недействительными. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ЕТЗК «Энергия» 10 611 329 рублей 73 копейки; определение вступило в законную силу.

21 июля 2017 года, 25 июля 2017 года, 09 августа 2017 года между ООО «ЦЧПЭ» (займодавец) и должником (заемщик) заключены договоры займа на 200 000 000 рублей, на 92 500 000 рублей и на 450 000 000 рублей соответственно.

В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего об оспаривании данных договоров и произведенных по ним платежей было установлено отсутствие доказательств передачи займодавцем оговоренных денежных средств заемщику. При этом ПАО «АСК» (заемщик) в период с 28 июля 2017 года по 14 августа 2017 года перечислило ООО «ЦЧПЭ» (займодавец) денежные средства в размере 744 181 095 рублей 89 копеек, поименовав данные банковские операции как «возврат по договору займа от 21.07.2017, от 25.07.2017, от 09.08.2017» и «оплата процентов по договорам займа от 21.07.2017, от 25.07.2017, от 09.08.2017».

Определением от 01.10.2020 сделки по перечислению денежных средств были признаны недействительными; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Центр частного права электроэнергетики» 744 181 095 рублей 89 копеек. Определение не было обжаловано и вступило в законную силу.

Кроме этого, между ПАО «АСК» и ООО «АСЭП» заключены соглашения о проведении зачета взаимных требований от 30.06.2017, от 30.09.2017, от 31.12.2017, на общую сумму 2 662 100 881 рубль 25 копеек.

По условиям данных соглашений о зачете ПАО «АСК» погасило задолженность перед ООО «АСЭП», образовавшуюся в результате переплат за потери электрической энергии, а ООО «АСЭП» погасило задолженность перед ПАО «АСК» задолженность, образовавшуюся в результате переплат за передачу электрической энергии

Также между ПАО «АСК» и ООО «АСЭП» заключены соглашения о новации от 27.03.2017, от 05.07.2017, от 01.08.2017, от 14.08.2017, от 20.09.2017, от 01.11.2017, от 22.11.2017 на общую сумму 412 734 887 рублей 69 копеек. Как изложено в указанных соглашениях о новации, стороны пришли к соглашению о замене обязательств, вытекающих из договора от 01.01.2016 № 6-01589 на другое обязательство. При этом новируемым обязательством в соглашениях указаны обязательство по возврату переплат за потери (что по своей правовой природе является неосновательным обогащением по правилам статьи 1102 ГК РФ), а новым - процентный займ.

В период с 29 июня 2017 года по 11 декабря 2017 года ПАО «АСК» совершило в адрес ООО «АСЭП» многочисленные платежи на общую сумму 2 146 095 000 рублей, указав в качестве основания договор от 01.01.2016 № 6-01589.

Определением от 29.09.2020 были признаны недействительными соглашения о проведении зачета взаимных требований от 30.06.2017, от 30.09.2017, от 31.12.2017; признаны недействительными соглашения о новации от 27.03.2017, от 05.07.2017, от 01.08.2017, от 14.08.2017, от 20.09.2017, от 01.11.2017, от 22.11.2017; признаны недействительными сделки - платежи в адрес ООО «АСЭП» по договору от 01.01.2016 № 6-01589 в сумме 2 146 095 000 рублей. Постановлением 16ААС от 25.11.2020 и постановлением арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.02.2021 определение оставлено без изменения.

ФИО3 является вторым конечным бенефициаром группы компании МРСЭН, в том числе должника.  Данный факт установлен следующими преюдициальными судебными актами:

постановлением АС СКО от 21.03.2023 по делу № А25-605/2018 - в рамках рассмотрения заявления конкурсного управляющего АО «Роскоммунэнерго» о привлечении к субсидиарной ответственности, в данном споре ФИО3 привлечен в качестве ответчика;

определением АС КЧР от 14.01.2019 по делу № А25-605-2/2018 (оставленным без изменения постановлением 16ААС от 19.04.2019) - в рамках рассмотрения заявления ООО «АЭНП» о включении в реестр требований АО «Роскоммунэнерго»;

решением АС г. Москвы от 12.08.2019 по делу № А40-133790/18 (оставленным без изменения постановлением 9ААС от 29.10.2019) - в рамках рассмотрения заявления ПАО «Вологдаэнергосбыт» к Спаркель Сити Инвест ЛТД о признании договора займа от 28.07.2017 № 2 недействительной сделкой;

определением АС г. Москвы от 12.04.2023 по делу № А40-296831/19-44-321 при рассмотрения заявления АКБ «Мосуралбанк» о включении требований в реестр требований АО «ФинЭнергоИнвест» установлено, что ФИО3 не только имел доверительные отношения с физическими лицами - бенефициарами холдинга МРСЭН и отдельных компаний, входивших в холдинг, но и сам являлся фактическим бенефициаром группы компаний, получая существенные доходы (в том числе, долю прибыли) от составлявших его компаний (АО «МРСЭН», ООО «Центр частного права электроэнергетики», АКБ «Мосуралбанк»), а также иные имущественные выгоды и компенсации, которые не могут быть доступны обычным сотрудникам коммерческого предприятия, как в силу их существенного размера, так и в силу целевого назначения»;

определением АС КЧР от 05.07.2022 по делу № А25-846-745/2018, оставленным без изменения постановлением 16ААС от 28.09.2022, постановлением АС СКО от 14.12.2022 - в рамках признания недействительными сделками платежей, совершенных ПАО «Вологдаэнергосбыт» в пользу АО «Мосуралбанк» в счет исполнения обязательств по договору поручительства от 30.06.2015 № 

<

***>/П/П2 по кредитному договору № 

<

***>, заключенному между АО «Мосуралбанк и ФИО3. В данном судебном акте установлено, что фактически ФИО3 таким способом (заключение кредитного договора с аффилированным банком) получал дивиденды от группы компаний, входивших в холдинг МРСЭН. Судом отмечено, что какие-либо разумные экономические мотивы предоставления компаниями холдинга МРСЭН обеспечения выполнения обязательств физического лица, в отношении которого у суда отсутствуют прямые доказательства аффилированности к группе компаний, перед кредитной организацией, также входящей в состав холдинга, а следовательно, для увеличения собственных обязательств компаний на сумму предоставленных поручительств, перед судом не раскрыты. ФИО3 привлечен в указанном деле в качестве третьего лица.

Сама по себе схема, при которой физическому лицу - бенефициару группы компаний предоставляется кредит в аффилированном банке, обязательства из которого исполняются компаниями, входящими в группу (акционерным обществом «МРСЭН» и должником) также направлена на фактическое установление такому физическому лицу дополнительных выплат (доли прибыли) в обход существующих процедур распределения доли чистой прибыли, что также позволяло не уплачивать установленные законодательством налоги за счет полученных таким образом скрытых дивидендов;

определением АС КЧР от 12.04.2023 по делу № А25-846-736/2018 также установлено, что ФИО3 получал стабильный доход непосредственно от МРСЭН, ООО «Центр частного права электроэнергетики», АКБ «Мосуралбанк». В рамках данного спора ФИО3 привлечен в качестве третьего лица.

  определением от 14.05.2019 в рамках рассмотрения заявления Спаркель Сити Инвест ЛТД о включении в реестр требований ПАО «АСК» задолженности в размере 606 млн. руб. установлено, что ФИО3 согласно схеме взаимосвязей АКБ «Мосуралбанк», опубликованной на официальном сайте Банка России, в спорный период являлся бенефициаром группы компаний МРСЭН, ему принадлежало 39,4% в ООО «Центр частного права электроэнергетики», которое в свою очередь владело 19% АО «МРСЭН». Также Эльдару ФИО3 принадлежало 49,5% в ООО «БазисЭнерго Трейд» (при этом еще 49,5 % долей в уставном капитале ООО «БазисЭнерго Трейд» находились на балансе общества; в силу части 1 статьи 24 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» эти доли не учитываются при определении результатов голосования на общем собрании участников общества, при распределении прибыли общества, также имущества общества в случае его ликвидации), которое владело, в свою очередь, 19% АО «МРСЭН».

При таких обстоятельствах и с учетом установленных статьей 105.2 Налогового кодекса Российской Федерации правил об определении доли косвенного участия в организации судом установлена доля участия ФИО3 в АО «МРСЭН» в размере 26,12 %.

Размер опосредованного участия ФИО3 в АО «МРСЭН» через ООО «Центр частного права электроэнергетики», ПАО «АСК», ПАО «ВСК», АО «Финэнергоинвест» составлял 1,9%, а всего - 27,36%.

Таким образом, ФИО3 через промежуточные доли владения в уставных капиталах других юридических лиц принадлежало 6,84 % + 18,62 % + 1,9 % = 27,36 % акций МРСЭН (при определении конечной доли владения через промежуточные компании применяются правила определения доли косвенного участия в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 105.2 Налогового кодекса Российской Федерации: доля косвенного участия определения как произведение долей прямого участия первых двух организаций (иных лиц) в последовательности, а при наличии последующего участия путем умножения получившегося произведения на долю следующего прямого участия в последовательности и каждого следующего получившегося произведения на каждую долю следующего прямого участия до последней организации в последовательности), следовательно, МРСЭН и ФИО3 аффилированы между собой.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2) по делу № А40-122605/2017 сформулирована правовая позиция о том, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В такой ситуации судам надлежит анализировать поведение лиц, которые, по мнению независимых кредиторов, входили в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т. д.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов кредитора и должника допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Несмотря на то, что информация об ФИО3, как о конечном бенефициаре группы компаний МРСЭН, скрывалась от независимых участников рынка, именно он выступал в качестве собственника холдинговой компании при осуществлении сделки по ее продаже лицу, имеющему родственные связи с самим ФИО3

Другие доказательства, имеющиеся в материалах дела, например письменные пояснения ФИО42, заверенные нотариусом, заявление в адрес заместителя председателя Правительства РФ ФИО43, свидетельствует о том, что переговоры о продажи группы компаний МРСЭН велись непосредственно с ФИО3, кроме того, ФИО20, приобщено к материалам дела соглашение о совместном владении акциями от 24.02.2016, ставшее ей известное из материалов уголовного дела, из которого следует, что ФИО3 является представителем группы собственников, владеющих по факту совершения набора сделок купли-продажи акциями и долями в уставных капиталах следующих обществ: 75% ПАО «Челябэнергосбыт» (в т.ч. принадлежащие ПАО «Челябэнергосбыт» дочерние зависимые общества (ДЗО): ООО «Перспектива», ООО «Завод Златоустовских металлоконструкций», ООО «Орский завод металлоконструкций»), 75% в уставном капитале ООО «АЭС Инвест», 75% долей в уставном капитале ООО «Челябинское управление энерготрейдинг».

Данные обстоятельства также подтверждены свидетельскими показаниями ФИО15 (протокол допроса свидетеля от 20.11.2019, письменные объяснения), ФИО21 (заместителя директора по финансам МРСЭН, протокол допроса свидетеля от 26.01.2021) и пр.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ФИО3 в действительности являлся реальным бенефициаром холдинга МРСЭН (в том числе должника), и участвовал в совершении сделки по продаже холдинга и согласованию условий сделки.

Суд первой инстанции также верно учел, что лица, в отношении которых в рамках настоящего обособленного спора заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности, также указывают на то, что фактическим бенефициаром холдинга МРСЭН и лицом, контролировавшим деятельность всей холдинговой группы (в том числе, должника) являлся ФИО3

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что существенное ухудшение имущественного положения должника и всей группы компаний холдинга МРСЭН связано с действиями  ФИО3, при которых происходило перераспределение объема ликвидности холдинговой группы в пользу указанных лиц - по указанным выше эпизодам и обстоятельствам, что является достаточным основанием для солидарного привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника применительно к положениям подпункта 1 пункта 2, подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Вместе с тем, апелляционный суд учитывает, что не все мероприятия конкурсного производства завершены, до окончания расчетов с кредиторами и установления факта невозможности полного удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника невозможно определить размер субсидиарной ответственности ответчика.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В пункте 41 Постановления № 53 разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьи 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В деле о несостоятельности общества вопрос о размере субсидиарной ответственности должника не может быть рассмотрен до завершения всех мероприятий конкурсного производства (в том числе реализации конкурсной массы должника) и установления факта невозможности полного удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника, поскольку привлечение лиц к субсидиарной ответственности возможно лишь в случае, когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований кредиторов и при этом все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 306-ЭС19-16652).

Частью 2 статьи 143 АПК РФ установлена обязанность арбитражного суда приостановить производство по делу в предусмотренных федеральным законом случаях. Такая обязанность предусмотрена абзацем шестым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве.

Учитывая правовую природу субсидиарной ответственности, являющейся дополнительной по отношению к ответственности основного должника, поскольку для определения размера ответственности субсидиарных должников в любом случае необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена за счет имущества основного должника и до завершения реализации имущества должника этот вопрос не может быть разрешен с достаточной степенью достоверности, существует вероятность, что после реализации имущества должника вырученных денежных средств окажется достаточно для расчетов с кредиторами и не наступят условия для субсидиарной ответственности. 

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости приостановить производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица.

Рассмотрев требования конкурсного управляющего к ФИО2, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания убытков на основании следующего.

ФИО2 исполнял обязанности единоличного исполнительного органа ПАО «АСК» в период с 15 октября 2017 года по 09 февраля 2018 года.

В это время ФИО2 были заключены ряд дополнительных соглашений с работниками ПАО «АСК», которые в дальнейшем были признаны недействительными по заявлению конкурсного управляющего.

Так 05 февраля 2018 года между ПАО «АСК» в лице исполняющего обязанности генерального директора ФИО2 и ФИО28 было подписано соглашение о расторжении трудового договора.

Определением от 26.02.2021 признан недействительным пункт 3.2 соглашения от 05.02.2018 б/н о расторжении трудового договора, заключенного между ПАО «Архангельская сбытовая компания» и гражданином ФИО28. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с гражданина ФИО28 денежных средств в сумме 758 570 рублей 98 копеек. Постановлением 16ААС от 21.04.2021 определение оставлено без изменения.

08 февраля 2018 года между ПАО «АСК» в лице исполняющего обязанности генерального директора ФИО2 и ФИО14 было подписано соглашение о расторжении трудового договора.

Определением от 26.02.2021 признан недействительным пункт 3 соглашения от 08.02.2018 б/н о расторжении трудового договора, заключенного с ФИО14 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в сумме 1 478 423 рубля 52 копейки.

05 февраля 2018 года между ПАО «АСК» в лице исполняющего обязанности генерального директора ФИО2 и ФИО44. было подписано соглашение о расторжении трудового договора № 91 от 17.10.2017.

Определением от 26.02.2021 признан недействительным пункт 3 соглашения от 05.02.2018 б/н о расторжении трудового договора, заключенного между ПАО «Архангельская сбытовая компания» и гражданином ФИО44 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО44 денежных средств в сумме 2 268 000 рублей. Судебный акт вступил в законную силу.

05 февраля 2018 года между ПАО «АСК» в лице исполняющего обязанности генерального директора ФИО2 и ФИО29 было подписано соглашение о расторжении трудового договора № 25 от 12.09.2016.

Определением от 26.02.2021 признан недействительным пункт 3 соглашения от 05.02.2018 б/н о расторжении трудового договора, заключенного между ПАО «Архангельская сбытовая компания» и гражданином ФИО29 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в сумме 329 792 рублей 20 копеек. Постановлением 16 Арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 определение оставлено без изменения.

05 февраля 2018 года между ПАО «АСК» в лице исполняющего обязанности генерального директора ФИО2 и ФИО30 было подписано соглашение о расторжении трудового договора от 23.08.2013.

Определением суда от 27.01.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 17.06.2020 требования конкурсного управляющего удовлетворены, признан недействительным пункт 3.2 соглашения от 05.02.2018 б/н о расторжении трудового договора, заключенного должником и гражданином ФИО30, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с гражданина ФИО30 в пользу должника 703 419 рублей 15 копеек.

Размер убытков, подлежащих возмещению ответчиком, определяется, как сумма выплат по сделкам в сфере труда, которые признаны судом недействительными (ничтожными) и были совершены в период осуществления полномочий единоличного исполнительного органа должника.

Обязательства возвратить полученное по недействительным сделкам не исполнены ответчиками, доказательств обратного не представлено в материалы дела.

Согласно представленным в материалы дела платежным поручениям, ФИО14 погашена задолженность на общую сумму 338 121 рублей 42 копейки. ФИО44 погашена задолженность на общую сумму 2 268 000 рублей. ФИО30 погашена задолженность на общую сумму 40 617 рублей 25 копеек.

Иными ответчиками обязательства по возврату денежных средств не исполнены.

Таким образом, общий размер убытков, причиненных действиями ФИО2, с учетом частичного погашения ответчиками обязательств по недействительным сделкам, составляет 5 535 205 рублей 85 копеек и 2 925 017 рублей 18 копеек.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.10.2022 г. № 307-ЭС22-6119 по делу № А26-8405/2020 отмечено, что указанное разъяснение пункта 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» отражает общую идею о возможности участника гражданского оборота использовать как один, так и несколько способов защиты своих прав и законных интересов (часть 2 статьи 45 Конституции РФ, статья 12 ГК РФ).

В пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016) приведена такая же правовая позиция.

Таким образом, ситуация, при которой в деле о банкротстве признаны недействительными сделки должника с применением реституции и одновременно к контролирующим должника лицам предъявлено требование о возмещение убытков, вызванных совершением этих сделок, удовлетворению последнего заявления не препятствует и к двойному взысканию (при условии неисполнения судебных актов по сделкам) не приводит.

Иными словами, возможна ситуация, когда будут иметь место несколько судебных актов, вынесенных по искам, направленным на компенсацию потерь общества тем или иным способом (например, о применении последствий недействительности сделки, которой были выведены активы, и о взыскании убытков с директора в связи с этой сделкой) и, соответственно, два исполнительных листа, из которых может быть исполнен только один.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Ответственность лиц, выступающих от имени юридического лица, и причинивших убытки юридическому лицу, исходя из положений статьи 401 ГК РФ, может наступить при наличии вины, при этом согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ вина нарушителя выражается в непринятии им с должной степенью заботливости и осмотрительности всех необходимых мер для предотвращения нарушения.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (часть 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый ст. 1080 ГК РФ, п. 8 ст. 61.11, абзац второй п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что суд первой инстанции верно определил, что обязанность возместить убытки по соответствующему основанию является для ФИО2 солидарной по отношению обязательствам ФИО28, ФИО14, ФИО44, ФИО29, ФИО30 возвратить полученное по недействительным сделкам: исполнение одного обязательства автоматически прекращает необходимость исполнения другого обязательства.

Доводы жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в ходатайствах о фальсификации доказательств и о проведении почерковедческой экспертизы, отклоняется апелляционной коллегией судей на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные Федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Применительно к статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Положения статей 82 и 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не устанавливают безусловной обязанности суда назначить экспертизу, в том числе при проверке заявления участвующего в деле лица о фальсификации доказательств, с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными материалами дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено, что в материалах дела достаточно доказательств, подтверждающих факт того, что ФИО3 также является конечным бенефициаром группы компаний АО «МРСЭН».

Также ФИО3 в материалы обособленного спора не представил документы, с которыми можно было сличить документы о фальсификации, которых заявлено.

При указанных обстоятельствах невозможно осуществить проверку заявления ФИО3 о фальсификации доказательств путем назначения судебной экспертизы, при этом суд не принял указанные документы в качестве в качестве доказательств подтверждения обстоятельств, на которые ссылалась конкурсный управляющий.

Таким образом, почерковедческая экспертиза по заявленным вопросам, не будет служить целям установления обстоятельств, имеющих юридическое значение для рассмотрения настоящего дела, в связи с чем апелляционный суд приходит к выводу об обоснованном рассмотрении спора по существу без проведения судебной экспертизы.

Принимая во внимание изложенное, основания для удовлетворения ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, как у суда первой инстанции, так и суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При таких обстоятельствах, оснований для переоценки выводов суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Исследовав доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы жалоб не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт. 

Выводы суда сделаны с правильным применением норм материального права, на основе полного и всестороннего исследования всех имеющихся в материалах дела доказательства в их совокупности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемой определение суда государственной пошлиной не облагается, на основании чего уплаченная государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства ФИО3 о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы, отказать.

Определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 18.09.2023 по делу № А25-2825/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Возвратить ФИО3 из средств федерального бюджета уплаченную государственную пошлину в размере 3 000 рублей, согласно чек-ордеру от 01.10.2023 при подаче апелляционной жалобы.

Возвратить ФИО2 из средств федерального бюджета уплаченную государственную пошлину в размере 3 000 рублей, согласно чек-ордеру от 14.09.2023 при подаче апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             З.А. Бейтуганов

             Д.А. Белов